Глава 20. Счастье на кончиках пальцев

Но на следующий день Макс не захотел делить меня с детьми и вместо этого мы отправились… в кино. Сели на последний ряд, обнялись и… заснули. Выгоняла нас оттуда уборщица, едва ли не метлой. Выбегая из зала, мы, смеясь, встретились взглядами — радость, безграничная детская радость. Именно её я запомнила и проецировала на все наши с Максом встречи — за это я в него влюбилась. За то чувство непередаваемого азарта рядом с ним.

После кино мы отправились в ближайший сквер. Светили фонари, и от головокружительной влюбленности совсем не ощущался холод. Макс неожиданно замер, подошел к лавке и достал листок бумаги и ручку. Ручка совсем не хотела писать, поэтому Макс долго её согревал, а после корявым из-за мороза почерком вычертил слова:

«Останься со мной».

Я замерла и заглянула в глаза любимого мужчины. В них разливалась нежность, а не похоть. Он желал меня, как и мое тело, но все же главным для него было время, проведенное вместе. Глупо оставаться с мужчиной на ночь после первого свидания? Может быть, но я сама этого хочу — хочу почувствовать его внутри себя. Воображение нарисовало настолько жаркую картину, что к щекам прилил жар, а низ живота наполнился тяжестью.

«Приготовь мне ужин», — написала ответное желание, и Макс улыбнулся — не широко и радостно, а с нежностью и любовью.

Существуют разные типы улыбок. Какие-то могут нравится, какие-то нет. Но любая улыбка Макса для меня луч света в темном царстве.

— Тогда едем в супермаркет, — провозгласил Макс, взял меня за руку и повел обратно в машине.

Закупившись в магазине всем необходимым, мы поехали в отель. Номер, который заказали онлайн, состоял из нескольких комнат, включая небольшую кухню. Разгрузив продукты, Макс начал отдавать мне приказы — что мыть, что подготавливать и что резать. Мысленно я поблагодарила мироздание, что у Макса есть повар и сегодня разовая акция.

Готовить с Максом оказалось весело и как-то по-домашнему. Мы словно уже давно были женаты и получали удовольствие, проводя время вместе.

— Знаешь, мне кажется, нам нужно купить отдельную квартиру. Небольшую и уютную, — сказала я вслух.

— Я уже тоже об этом подумал, — отозвался Макс и поцеловал меня. — Можно, конечно, прятаться в той квартире, которую мы с детьми обживаем здесь, но близнецы все равно нас найдут.

Я негромко рассмеялась, представив Карла и Клару, которые в камуфляжной одежде увлечены нашими поисками. Сердце затопила нежность. Я действительно полюбила этих детей и сейчас скучаю.

Ужин оказался неплох, особенно с красным вином. Макс рассказывал какие-то истории, я слушала его, но больше любовалась своим любимым мужчиной. Просто смотрела и понимала, что тону в любви. Голова идет кругом, все происходящее кажется нереальным и лишь взгляд Макса удерживает меня в этом мире.

— Даша? — прошептал Макс, поймав мой взгляд.

Его глаза потемнели, а голос стал хрипловатым. Я сглотнула и выпрямилась. Макс подошел ко мне, положил руки на низкую спинку барного стула и наклонился к моим губам. Головокружительный поцелуй выбил все мысли из моей головы, чем тут же воспользовался Макс и стянул с меня свитер. Я порадовалась, что на мне тот самый кружевной комплектик, который когда-то подарила мама. Макс обвел мое тело жадным взглядом.

Следом за свитером на пол полетел и лифчик. Я попыталась прикрыть руками грудь, но Макс накрыл сверху мои руки, сжав. Я смутилась еще больше и тут же убрала ладони. Негромко рассмеявшись, мужчина пощекотал своим дыханием нежную кожу за ухом. По телу пробежались мурашки, а соски мгновенно затвердели. Макс накрыл их ладонью и помассировал, после чего подхватил меня и понес к кровати. Я обхватила его руками и ногами, прижавшись к сильному мужскому телу. Повалив меня на кровать, Макс на мгновение навис сверху, чтобы сорвать с моих губ поцелуй, после чего выпрямился и лишил меня последней обороны — джинсов, носков и нижнего белья. Я вновь попыталась прикрыться, но Макс, сломив мою оборону, накрыл своей рукой промежность, вызвав у меня полувздох-полустон.

— Даша-а-а, — протянул Макс. — Если ты желаешь остановиться, то скажи это сейчас.

— И ты послушаешь?..

— Не уверен, — со смешком ответил Макс и зашевелил пальцами, вызвав у меня очередной стон.

Я стянула с мужчины полувер и провела ладонями по литым мышцам, спустилась ниже, обвела ямочки на талии и обхватила поверх джинсов выступающую округлость. Макс резко выдохнул и толкнулся вперед. Я закусила губу и едва сдержала победоносную улыбку — в этот момент я почувствовала безграничную власть над мужчиной. Как долго я этого ждала? Кажется, я бредила Максом и сейчас даже страшно подумать, что все это — реальность. Мы в одной постели, возбужденные и заведенные до предела.

Макс приподнялся, чтобы я смогла расстегнуть ремень и спустить джинсы вместе с трусами вниз. Руки слегка тряслись, ведь вот-вот я увижу его. Этот момент оказался неожиданно волнительным. Когда с джинсами удалось расстаться, я опустила взгляд ниже и закусила губу.

— Не разочарована? — со смешком спросил Макс, и я негромко рассмеялась.

— У меня не такой богатый опыт, чтобы я сравнивала, — ответила я, и Макс накрыл мои губы своими.

Он целовал меня неистово, пока мы ласкали друг друга, сплетая тела и души. Я словно не могла надышаться им, каждый раз припадая к нему, извиваясь и шепча что-то на ухо. Бессмыслицу, но его это заводило. С каждой секундой он становился все более несдержанным, и мне нравилось, что он такой именно из-за меня.

Мой мир взорвался фейерверком за минуту до Макса. Некоторое время мы лежали, не двигаясь, и наслаждаясь ощущением полного единения. После душа вновь вернулись в постель. Макс обнял меня сзади и положил одну руку на грудь. Я блаженно прикрыла глаза.

— Теперь я верю, что ты занималась на пилоне, — шепнул мужчина.

— Ма-а-акс!

Он рассмеялся. Так счастливо, что я не могла не улыбнуться.

— Я люблю тебя, Даша.

— Я тоже люблю тебя, Макс, — отозвалась я, чувствуя, как тело вновь разгорается.

Этой ночью нам не удалось выспаться. Совсем. Макс уехал на работу раньше меня (он спал вообще?), зато оформил доставку цветов. Мне казалось, что я попала в сказку, только теперь настоящую, из которой уже никогда не вернусь в серую и унылую реальность, ведь теперь в моей жизни есть любимый человек.

Возвращалась в квартиру брата я с сумасшедшей улыбкой на лице. Ксюша, увидев меня на пороге, широко улыбнулась и обняла меня.

— Любишь?

— Больше всех на свете! — прошептала я со слезами на глазах. — Ты даже представить себе не можешь, как сильно!

— Могу, — ответила невестка и стерла слезы по моих щеках. — Проходи. Будем обедать.

Весь день я летала в своих мечтах. С лица не сходила улыбка. Что-то невероятное случилось в моей жизни. И я вовсе не о сексе, хотя он тоже был восхитителен. Я о том, что я нашла человека, с которым готова быть всю жизнь. С которым готова пройти все трудности и горе, радоваться победам и переносить неудачи. Я люблю его, и эти чувства уже навсегда.

— Можно я её чем-нибудь ударю? — спросил Андрей за ужином. — У неё слишком мечтательное выражение лица, на её фоне я чувствую себя глубоко несчастным.

— Ничего-ничего, со временем эта мечтательность распределится по всем дням, проведенным вместе, как у нас, — сказала Ксюша и с нежностью взглянула на мужа.

В дверь позвонили, и я едва не подавилась. Сделав большой глоток чая, едва не обожгла горло и побежала открывать. На пороге ожидаемо обнаружился Макс. Попрощавшись с братом и Ксюшей, я обулась, оделась в теплую одежду и выбежала в подъезд. Макс тут же привлек меня к себе и томительно поцеловал.

— Быстрее к детям! Я по ним соскучилась!

— А по мне, значит, нет?

— По тебе тоже!

Теперь пришел мой черед целовать. Казалось, мы никогда бы не отлипли друг от друга, если бы не голос Андрея из-за двери:

— Тут вообще-то глазок есть! Давайте идите уже!

— А чего ты подсматриваешь?! — возмутилась я.

— Я ему тоже самое говорю! — добавила Ксюша, и я, взяв Макса за руку, повела его к лифтам.

Дети встретили нас с радостью. Они бесконечно рассказывали о школе, своих успехах, а также показывали учебники, тетрадки и игрушки. Я даже не успевала ничего комментировать, лишь кивала и улыбалась.

Моему приходу были рады не только дети, но и домочадцы — они привыкли ко мне за те неполных три месяца, что я провела в особняке Румянцева. А вот Лидии, той самой горничной, что растрепала о наших фиктивных отношениях с Максом, больше не было. Он уволил её сразу же, как понял, кто в его доме «стучит». Но мне её жалко не было, наоборот, внутри появилось чувство удовлетворения.

— Даша, ты же больше не уедешь? — спросил Карл.

Мы сидели на диване. Дети прижались с обеих сторон и положили мне на колени свою любимую книгу с множеством ярким картинок. Собственно, это был детский комикс, который они читали сами, хвастаясь своими успехами.

Мы встретились с Максом взглядами и одновременно улыбнулись.

— Даше нужно будет вернуться и собрать вещи. Еще уволиться с прежней работы.

— Ты знаешь, что я куда-то устроилась? — спросила я, и судя по выражению лица, Макс собирался солгать, но дети ему не дали.

— Да! Он же к тебе ездил! Вы разве не виделись? — спросил Карл, и я бросила вопросительный взгляд на Макса.

— А помните, как вы сделали Даше открытку на Новый год? — перевёл разговор Макс.

— Но это был сюрприз! — одновременно обижено ответили они.

— Ну раз это уже не сюрприз, то несите открытку. Буду любоваться, — сказала я, и близнецы одновременно убежали к себе в комнаты.

Квартира Макса была просто огромной, двухэтажной, не уступающей по площади особняку. Он сразу же провел мне экскурсию. Были и положительные моменты в том, что теперь Макс живет в квартире — никто из прислуги здесь не жил. Бывший повар Макса приходила сюда после завтрака, чтобы приготовить обед и ужин, но надолго не задерживалась. Клининговая компания приезжала раз в три дня, днем с детьми занималась гувернантка, а из школы их забирал водитель. Как говорил Макс, жизнь здесь ему нравится больше, он чувствует себя более комфортно, чем в особняке своего брата.

— Ма-а-акс, и что там за разговоры о том, что ты приезжал ко мне?

— Видимо, мне не удалось бы скрыть это, — вздохнул мужчина и сел рядом со мной, обняв. — Я прилетал несколько раз, чтобы увидеться с тобой, но каждый раз не решался подойти. Я знал все о твоей жизни, но не мог сделать последний шаг. Ты винишь меня за мою трусость?

— Нет. Я ведь сама оттолкнула тебя, дала четко понять, что мы не можем быть вместе, а ты все время пытался наладить со мной отношения. Я ни о чем не жалею. Все так, как и должно быть.

— Спасибо, — улыбнулся Макс и поцеловал в висок.

— Даша! — еще на лестнице позвали меня близнецы. Я обернулась, положив руку на спинку дивана. — Вот, смотри, смотри!

Клара не удержала равновесие на последних степенях, желая преодолеть их как можно быстрее, и упала. Мы с Максом одновременно подскочили и бросились к ребенку, но Клара встала сама и с грустью посмотрела на две половинки открытки в её руках.

— Она порвалась, — едва не плача, сказала девочка.

— Ничего страшного, — когда первый испуг за ребенка прошел, произнесла я и присела на корточки перед ней. — В этом нет ничего страшного. Рисунок по-прежнему красив. Смотри, сейчас вот так соединим и — вуаля!

— Сейчас принесу скотч, — вступился Макс и завернул в коридор, ведущий в рабочий кабинет.

В итоге весь вечер мы провели за бумагой. Сначала склеивали старую открытку, затем дети, не удовлетворившись результатом, рисовали новую. В нашем присутствии, да еще и заставляя нас вырезать буквы из журналов. Именно в этот вечер я почувствовала нас настоящей дружной семьей.

Это был самый счастливый Новый год. Наверное, весь год я была хорошей девочкой, раз получила такой замечательный подарок — любящую семью. Запах мандаринов и хвои навсегда стал моим любимым.