Глава 6

Голову от машины отвернула и первое, о чем подумала, что выгляжу я сейчас, как бомжиха.

И почему меня это заботит?

— Пройдемте? — настаивает серьезный мужик в костюме.

— Нет, спасибо. — Делаю шаг в сторону подъездной двери, но он не унимается.

— Пара минут вашего времени. Степан Дмитриевич хочет…

— Мне плевать, что хочет ваш Степан Дмитриевич. Так ему и передайте. Всего доброго…

Тянусь чипом к замку, дверь начинает пищать, и я захожу в подъезд, не оглядываясь назад. До третьего этажа решаю пойти пешком. Быстро поднимаюсь и скрываюсь за дверью квартиры. Бросаю пакет на пол и тут же к окну.

И что я вижу?

Этот самый Степан не спеша вылезает из своей крутой тачки и идет к моему подъезду.

— Ну все, я попала, — произношу вслух и начинаю метаться по кухне.

— Ты чего? — Лиза спрашивает, зевая.

Неужели я ее разбудила? Громко хлопнула дверью?

— Тут это… мой работодатель, Степа этот, он у подъезда меня караулил. Поговорить о чем-то хотел, но я не стала разговаривать. — Пытаюсь объяснить соседке произошедшее, но меня перебивает звук звонка в дверь. Я вытаращила глаза и Лиза тоже.

— Это он? — спрашивает Лиза и так очевидное.

— Походу. Лиз, что мне делать? — Надеюсь на подсказку, но Лиза меня разочаровывает.

— Иди открывай, а я в душ схожу, — пока она говорит, раздается еще один звонок, на этот раз длинный, настойчивый.

Лизка сваливает, а я нехотя иду до двери. Смотрю в глазок. Убеждаюсь, что Степан стоит за дверью.

Делаю глубокий вдох и открываю.

Первые три секунды он тупо пялится на меня. Слегка нахмуренный, типа недоволен.

— Привет, — начинает разговор первым.

— Что тебе надо? — я обошлась без приветствия.

— Могу войти или так и буду в подъезде стоять? — Подался вперед, но я даже не шелохнулась.

— Стой в подъезде. Я не одна дома.

— Что ты Марьяне наговорила? — перешел сразу к делу, не настаивал на том, чтобы в квартиру зайти. Это и к лучшему, нечего ему здесь шастать.

Но вопрос меня поставил в тупик.

— Ничего.

— Чтобы ты понимала, Марьяна всегда была послушным и очень ответственным ребенком. Даже когда она себя неважно чувствует, не пропускает занятия. Но сегодня произошло… я даже не знаю, как назвать ее поведение. Она закрылась в своей комнате и говорит, что не выйдет, пока ты не придешь, — рассказывает он, а у меня ощущение, что меня учительница в школе отчитывает. Сейчас что-то расскажет, а потом орать начнет.

— Ты ей сказал, что выпер меня из дома? — Глаз Степы немного дернулся. Думаю, ему неприятен наш разговор точно так же, как и мне.

— Я сказал, что тебе пришлось уволиться.

Пришлось уволится? Вот это новости. Почему я не в курсе?

— Но мне не пришлось, ты меня выставил. — Прищуриваю глаза и зубы сжимаю. Думаю, мое лицо сейчас выглядит довольно злобно. А так оно и есть. Я зла на него. Зла и обижена, оскорблена и унижена ко всему прочему.

— Я уволил тебя за неподобающее поведение. Я не могу объяснить дочери, за какое. Поэтому я спрашиваю у тебя, что ты ей говорила? Вы переписывались? Созванивались?

— Тебе дать телефон мой проверить? — спрашиваю, но Степа не распознает иронию в моем голосе.

— Хорошо бы, — с полной серьезностью отвечает.

— Ну точно. Больше ничего не хочешь?

Он почти сорвался, даже слегка дернулся, но сдержался. А меня это даже веселит. Надменности-то поубавилось.

— Слушай меня, ты сейчас позвонишь Марьяне, скажешь, что заболела, уехала, мне неважно. Успокой ее. Мне ее истерики не нужны. — Вновь его слова звучат обидно, и я уже на грани того, чтобы послать его куда подальше.

— Увы, но я не смогу этого сделать. Я не решаю чужие проблемы, со своими бы разобраться.

— Ради ребенка даже? — Знает, как манипулировать.

— Это не ради ребенка, а ради твоего спокойствия. Подумаешь, девчонка капризничает, поговори с ней, ты же отец.

— Я с ней разговаривал…

— В таком же тоне, как и со мной?

— У меня нормальный тон, — цедит сквозь зубы и кажется, вот-вот взорвется от злости.

— Это все? — спрашиваю спокойно, делая при этом глубокий вдох.

— Что все?

И почему он не понимает, о чем я? Вроде не глупый.

— Это все, что ты хотел сказать? Я занята, мне нужно работу искать.

— Ты издеваешься, я не понимаю?

— Я хочу, чтобы ты свалил отсюда. Меня твои проблемы больше не касаются. — хотела было я укусить мороженное, которое все это время таяло в руке, но и тут я опозорилась. Я вообще немного растяпа.

Подношу, значит, кусок пломбира ко рту, а оно отламывается и прямо мне в декольте, оставив след на подбородке и груди.

Провожу пальцем по верхней части груди и неосознанно облизываю растаявший пломбир. Поднимаю глаза на моего обидчика и замираю на пару секунд.

Степа смотрит пристально, сосредоточенно. Рот слегка приоткрыт, а брови будто нависли над глазами. Этот взгляд меня завораживает. Именно его я видела вчера, привязанная к какой-то деревяшке, а его член был во мне…

Через секунду:

— Собирайся, — четкий, короткий приказ от него.

— Куда?

— Марьяну успокаивать.

— Я не поеду.

— Жду у подъезда. У тебя десять минут. Я сегодня еще не обедал, а время ужинать, так что поторопись.

— Я снова принята на работу?

— Нет, — ответил, развернулся и к лифту. Ни слова больше.

Дверь захлопнула, тут Лиза из-за угла.

— Ну нифига у вас страсти какие…

— Какие страсти? Ты слышала разговор? Он больной какой-то. — Чувствую неприятный осадок от прошедшей беседы.

— Что думаешь? Поедешь с ним?

— Марьяну жалко…

— Ну-ну. Я так и подумала. Иди в душ тогда первой, тебе нужнее, — Лиза с явной подколкой, но я не реагирую. Я ограничена во времени.

Десять минут, он серьезно? Что можно успеть за десять минут? Быстро в душ, без головы. Белье, сарафан, босоножки.

Сумочку хватаю и вниз.

Правильно ли я поступаю, или это очередная ошибка?