Глава 24

Разлепив веки, я не сразу поняла, где я есть. Однако помятость в теле и больничная койка тут же напомнили о событиях вчерашнего дня. Божечки, что ж я натворила?! Стыд резанул по сердцу, заставив его сжаться. Каким-то образом Денис услышал, что я проснулась, и заглянул в палату. Он, оказывается, спал в коридоре на диване, охраняя меня. - Все нормально? - Да, - пискнула я и едва поборола желание влезть с головой под одеяло и крикнуть: "Я в домике!" Но нет. Мне придется смотреть в глаза Вяземскому, если он меня ещё не прогонит за этот фортель. Стыдно и перед Денисом, ибо он видел меня - невменяшку. Ой-ей! Медсестра на некоторое время спасла меня от терзаний, навтыкав в мою настрадавшуюся тушку иголок. И с лекарствами, и для анализов. Потом принесли завтрак, и я поняла, что мой отдых в этом "санатории" обойдется Вяземскому в копеечку. "Ждём результаты,"- услышала, как за дверью ответил Денис по телефону кому-то. Наверно, звонил Вяземский. Беспокоится. Ещё и за этот сервис буду должна ему. И Денис тут страдает из-за меня. Я решила разделить с ним свой завтрак. Позвонила на пост, и предупредительная медсестра тут же прибежала. - У вас все в порядке? - обеспокоенно спросила она. - Да, - я виновато улыбнулась. - Принесите, пожалуйста вилку ещё одну. - Да-да, конечно! Медсестра унеслась, как больничная фея, а я очередной раз почувствовала разницу между нашей больницей, где лежала бабушка с давлением, и платной. Попробовала бы я там попросить что-то! "У меня вон вас сколько! Если за каждым бегать буду, работать некогда будет!" - Это самое мягкое, что могла бы получить в ответ. - Денис,- позвала я, когда вторая вилка оказалась у меня. - Что случилось? - Давай завтракать!

- Нет-нет, спасибо! – вышколенный водитель- помощник замотал головой. Понятно, ему доверили охранять, а не объедать меня.

Я вспомнила уроки Вяземского и тут же воспользовалась его заготовками.

- Денис, спасибо говорят, когда что-то получили уже, - назидательно проговорила я.

Он улыбнулся.

- Я уже и получил. Приглашение. За него и благодарю.

Какой все-таки он славный!

- Хорошо, перестроим обращение. Денис, помоги мне, пожалуйста, съесть это все. Я одна не справлюсь, а бабушка учила с детства, что все нужно доедать. Вот, видишь, у меня и вилка есть. А тут как раз на двоих. Вон две котлетки, два салата, можем поделить, чтоб одинаково было. Пюрешки много. И даже два бутера. Тоже можем разрезать.

Я состроила умильную рожицу, и мой бодигард сдался.

- Маша, ты такая заботливая, - на его обычно серьезном лице появилось выражение умиления.

- Ну, да, я такая, - хихикнув, подтвердила я. – Денис, прости меня за неудобства. Честное слово, я хотела, как лучше.

- Да чо там, работа у меня такая. Кайфонувших барышень из притона вытаскивать.

Мы мирно позавтракали. Мой организм, изнуренный промыванием и отсутствием пищи со вчерашнего обеда, встрепенулся и почувствовал себя значительно лучше.

Через пару часов пришли результаты анализов, и меня отпустили домой, надавав кучу рекомендаций.

Первым делом, я так надеялась, побегу искать Луковку. Илонка уже затерроризировала, наверно, мою бедняжку. Но меня перехватила Катерина и страшным шепотом сообщила, что в нашем королевстве произошли кардинальные перемены.

- Машенька, представляешь! Илонка уехала. Без скандала. Как говорится, без шума и пыли. Ночью!

- Ого! – только смогла вымолвить я.

Не успела я переварить эту новость, как другая еще больше придавила меня. Уже от Вяземского. Как всегда, немногословный, он показался на пороге кабинета и коротко, как команду собаке, приказал:

- Зайдите.

Ну все. Сейчас на калькуляторе посчитает, сколько я заработала, вычтет расходы за клинику и скажет, что больше не нуждается в моих услугах.

Он указал рукой на стул рядом со своим столом, а сам уселся в кресло.

Я обреченно пристроила свою пятую точку на краешек сидения и приготовилась к худшему.

- Мария, у вас купальник есть? Нет, Вяземский, конечно, может вводить в ступор, и привыкнуть к этому невозможно. Спросил бы ещё, какого цвета у меня трусы! И опять он странно"выкает". Я уже привыкла за время моего приключения и последующего допроса, что он обращается ко мне на "ты". И в принципе, не имела ничего против. Он старше, он мой работодатель и мы не в офисе. И его "вы" не вязалось с постоянными подколами. - А с какой целью вы интересуетесь?- осторожно спросила я, опасаясь опять напороться на его издевку. - С целью узнать, не будет ли мне стыдно, если вы полезете купаться в море в неглиже. Нет, ну сбить с толку слабую девушку - это он чемпион. Я зависла, как допотопный компьютер. А Вяземский, видя это, наконец, сжалился. - Мы едем на море. "Мы"- царственная особа? Иначе это местоимение я не знаю, как применить к сложившейся ситуации. А она уже начинала подбешивать, и я не удержалась. - Я рада за вас. Но разве какое -то отношение это имеет ко мне?! При чем тут я и море? - я конкретно почувствовала себя в роли девочки- тормоз. - Мария, включите логику, если она есть в вашей хорошенькой головке. - Вообще-то , у меня золотая медаль, - я непроизвольно задрала нос. - Ну и не разочаровывайте меня. Если я вас позвал к себе и говорю «мы», значит, имею в виду и вас, и меня. И Лушу. Объясняю на пальцах. Я решил отвезти ребенка на море. Но поскольку вы получаете зарплату, то от выполнения своих обязанностей вас никто не освобождает. И вы едете с нами. Так понятно? Возвращаемся к началу. Мария, у вас есть купальник? Божечки, ну почему со мной все не так?! Конечно, у меня нет купальника! Это нормальные девушки ездят на море, ходят в бассейн и в солярий. А мне такая роскошь ещё много лет будет не по карману. Очевидно, это открыто читалось на моем лице, потому что взгляд Вяземского смягчился, и мне даже показалось, что в нем мелькнула искорка вины. - Вы меня удивляете. Простой вопрос ставит вас в тупик. - Вы меня тоже удивляете, - выдавила я. - У меня нет купальника. И черти побрали б мою кожу - я начала краснеть, потому что почувствовала себя недодевушкой. - Ну нет так нет. Поедете с Лушей в развлекательный центр, сдадите ее в детскую комнату и пойдете по магазинам, купите все, что нужно для отдыха. Я едва не заплакала от такого царского предложения. Вот так просто?! Да?! Пойдете и купите?! Наверно, господин Вяземский не в курсе, что все, что нужно для отдыха, стоит не дешевле, чем снаряжение для экспедиции на Северный полюс . И как мне сказать, что даже простой купальник я не могу себе позволить. И тут он опять меня удивил. - Вот вам карточка, покупаете все, что нужно, не глядя на цену. Ну разумеется, не "Ламборджини" и не "Порш-кайен". Там не хватит. Небрежным движением он подвинул ко мне кусочек пластика золотистого цвета. Рефлекторно я отодвинула его от себя. - Я не могу. - Вы не умеете пользоваться карточкой? - привычная насмешка скользнула по его губам. - Не могу воспользоваться данной опцией, - я покраснела ещё больше и мечтала только о том, чтоб поскорей закончилось это "избиение младенцев". - О как?! Захар не научил вас делать покупки за его счёт?! Ну конечно! Как же не проехаться по моей ущербной любви?! Я вспыхнула, как порох. -. А это вас не касается! - сквозь слёзы выкрикнула я и подскочила со стула. Я ринулась к двери, но физкультура - это не мое. Я едва не лишилась медали из-за физрука, который считал, что уметь прыгать через козла важнее, чем сдать ЕГЭ на сто баллов.

В два прыжка Вяземский догнал меня и схватил за руку. - Маша, да что с тобой не так?! Ну извини! Я не должен был касаться святого, - раздражённо воскликнул он. Я попыталась вырваться, но он ещё крепче перехватил меня за оба локтя и его лицо оказалось в опасной близости с моим. От его горячего дыхания, от его запаха у меня чуть ноги не подкосились. Черт знает, как это ему удается, но я снова почувствовала необъяснимое желание поцеловать его. И чтобы это не отразилось в моих глазах, я опустила взгляд вниз. И ... Хрен редьки не слаще. Темные волоски в распахнутом вороте рубашки невольно разбудили любопытство. Захотелось увидеть его грудь, живот. Есть ли там пресловутые кубики или нет. Предательский комок подкатил к горлу, и мне ничего не оставалось , как сглотнуть его. И конечно же, Вяземский это заметил...

Сердце совсем сбилось с ритма и затарахтело так, что, наверно, и он услышал. Словно издеваясь, он еще приблизился ко мне, и в голове мелькнула безумная мысль – он хочет меня поцеловать. Я запаниковала, потому что почувствовала себя на грани обморока. Хотелось закрыть глаза и отдаться на волю победителю. Или укротителю, что больше походило на правду.

Но, зная Вяземского, я держалась изо всех сил. С него станется даже в такой момент сказать какую-нибудь гадость. Это немного отрезвило, и я выдохнула.

- Вы не хотите отпустить меня? – хотела сказать спокойно, но не вышло. От волнения сдавило горло, и получился только жалкий писк. Чтоб тебя!

Сбитая с толку, растерявшаяся, я попыталась придать хоть взгляду воинственности, но опять не получилось. Встретившись глазами с Вяземским, смутилась, как гимназистка, и заерзала, пытаясь освободиться из стальной хватки. Но с таким же успехом я могла бы вырваться из закрытой железной клетки.

- Я хочу, чтоб ты меня услышала и сделала, как я сказал. И без глупостей, - ответил он, и от его низкого голоса по телу побежали мурашки. Божечки, если он и это заметит, я пропала! Собрав все, что у меня осталось от самообладания, я сделала почти официальное заявление.

- Я не привыкла жить за чужой счет. И одеваться тоже. А мне пока не по карману такие расходы.

- Все сказала? – хмыкнул Вяземский.

- Да, - я отмерла, надеясь, что мои терзания закончились.

- Молодец. Храбрый воробышек. А теперь слушай меня внимательно. Ты на работе. И как работодатель, я обязан тебе выдать комплект одежды на случай, не предусмотренный штатным расписанием. И море – это как раз тот случай. Полицейским и военным вообще выдают все, вплоть до носков. Так что не думай, что будешь мне чем-то обязана. Я просто не хочу, чтоб мне было стыдно за свою спутницу. Вот и все. Очки, шляпка, купальник, несколько пляжных нарядов. Пара платьев на выход, босоножки красивые, сумочки, пляжные сумочки. Что, мне тебя еще учить? Или как в вашем культовом фильме, приставить специального человека, чтоб поводил тебя по магазинам? Но он стоит денег.

По моим округлившимся глазам он понял, что поставил передо мной непосильную задачу. Даже если это все купить на рынке, уже выйдет в бешеную сумму. А учитывая, какое качество приемлемо в обществе Вяземского, то я даже представить не могу, сколько будет стоить. Но он смотрит на меня и ждет ответа. Черт! Черт! Сказать, что я сама не справлюсь, значит, окончательно признать себя девушкой третьего сорта. А заявить, что справлюсь – это подвергнуть свои нервы запредельному испытанию.

- Ладно, Маша- Ромаша, поедем вместе, а то ты в бутике еще в обморок упадешь, - сжалился мой деспот.

Хрен редьки не слаще… Но зато с меня снимается ответственность. Я облегченно выдохнула и мое самолюбие, по которому только что катком проехался Вяземский, отряхнулось и ожило.