Глава 28.2

Медвянка неслась по дороге, и я вглядывался в каждый поворот, в каждую тень между деревьями. Сердце колотилось так, что, казалось, вот-вот выпрыгнет из груди. Только бы успеть... Только бы они еще были в деревне...

Но уже на половине пути я уже обнаружил кое-что, что заставило меня резко осадить лошадь.

Сани. Опрокинутые, наполовину съехавшие в канаву. Один полоз сломан, груз разбросан по снегу. Козы блеяли где-то в кустах, куры кудахтали в разбитых клетках.

Мое сердце остановилось.

– Томас! – отчаянно позвал я, соскакивая с седла. – Вера!

Тишина. Только ветер в ветвях да недовольное блеяние коз.

Я осмотрел сани. Следы борьбы в снегу. Много следов. Конские копыта, сапоги... И кровь. Несколько капель на белом снегу.

Нет, нет, нет...

– Эй! – донесся слабый стон из-за саней.

Я перемахнул через опрокинутую телегу. В канаве, почти засыпанный снегом, лежал сын старосты, Симайн. Живой. Слава богам, живой. Лицо разбито, из рассеченной брови сочится кровь, но дышит.

– Сим! – Я поспешил к нему, осторожно стряхнул снег, но похоже, парень не был больше нигде ранен. Приподнял его, помог сесть. – Сим, очнись!

Веки его задрожали, приоткрылись. Мутный взгляд медленно сфокусировался на моем лице.

– Дядя... Кайрон? – голос хриплый, едва слышный.

– Где они? Где Вера и Томас?

Симайн уже сам потянулся встать. Я подал ему руку, помог опереться на телегу.

– Трое... трое мужиков... – он прижал руку к голове, зашипел. Явно саданули его без церемоний. – Остановили нас... сказали, что ищут сестру...

Проклятье, они успели!

– Что было дальше? – я держал парня за плечо, всматривался в его лицо. – Говори!

– Они... они сказали, что та девушка их сестра... а мы ее прячем... – Сим закашлялся, сплюнул кровью. Похоже, по целюсти удар пришелся. Может статься, что и сотрясение заработал, но с этим лучше разберется лекарь из деревни. – А Томас как заорет, что врут они! Что у Веры никого нет...

Умный мальчишка. И храбрый. Слишком храбрый для собственного блага.

– И что тогда?

– Главный, коренастый такой... он засмеялся. Сказал, что да, не сестра она им... а гораздо ценнее... – Сим явно говорил через силу, но старался держать себя, понимал, как важно рассказать. – Мы с Томом попробовали... заступиться за нее... Но они с мечами были... сильные...

– Где Томас? – ледяной ужас сжимал горло. Никогда прежде, даже в самых дальних и жестоких походах, что случались за мою военную карьеру, я не испытывал такого ужаса. Мы сражались с разными тварями. Приходилось и с людьми воевать… по большей части с такими же вот наемниками, что не желали жить по людски.

Но я заставил себя охолониться. Опустил эту защиту, как забрало у шлема, отсекая все лишнее. Внутри все замерло, застыло, закрывая выход эмоциям. Осталась только работа мозга. Я почти слышал, как он крутит шестеренки в моем разуме. Но даже сквозь это оцепенение я слышал панический вопль моего сердца. В этот раз его невозможно было заглушить.

– Что с моим сыном?

– Не знаю... – Симайн покачал головой и снова поморщился. – Один из них, такой черноволосый... Тома схватил, а тот так отбивался... кусался, царапался… Вера тогда закричала, сказала, что сама пойдет, чтоб не трогали его.

Она пожертвовала собой. Ради Томаса. Конечно же, разве могло быть иначе? Вера… Моя Вера. Как они только посмели тронуть вас обоих?

Клянусь, они заплатят за это. Второй раз я не отпущу их, пусть мои руки и будут по локоть в крови. Я вырву их внутренности и заставлю сожрать, если они причинят им боль. Никакой пощады и легкой смерти.

– И они отпустили сына?

– Да нет... Вера то сказала, а главный тот засмеялся... сказал, что мальчишку тоже заберут... что дорого за него заплатят... – голос Сима дрожал. – А потом меня по голове... и все… Прости…

Они забрали их обоих. И Веру, и Томаса. Моих самых дорогих людей.

Ярость и отчаяние боролись во мне с такой силой, что я едва не упал на колени. Еще немного и я просто начну вырывать себе волосы прямо клоками, чтобы унять этот голос внутри своей головы.

Как я мог? Как я мог оставить их? Чуял же, что охотники рядом, знал!

– Дядя Кайрон... – Сим схватил меня за рукав. Смотрел на меня с отчаянной виной в глазах. – Прости... я не смог их защитить...

– Ты молодец, – хрипло сказал я. Головой помотал. – Ты сделал все, что мог.

А я – нет. Я не сделал ничего. Оставил их одних, поехал разбираться с Жанной и ее дурацким погромом. А надо было...

– Куда они поехали? В какую сторону?

– Видимо, в лес... – Семен указал дрожащей рукой влево от дороги. – Там тропа есть... охотничья...

Я знал эту тропу. Она вела к старому скиту отшельников. Заброшенное место, глухое. Идеальное, чтобы спрятаться и переждать погоню.

Или чтобы никто не услышал крики.

Нет. Я не буду об этом думать. Они живы. Должны быть живы. Эти мерзавцы торгуют живым товаром, им нужны здоровые пленники.

– Сим, ты можешь добраться до деревни?

– Попробую...

– Иди сразу к отцу. Пусть собирает мужиков и едет за мной по этой тропе. Но не раньше чем через час. Понял? Не раньше!

Парень кивнул. Я помог ему встать, проводил до дороги. Приманил испуганного мерина, благо тот не ушел далеко. Сим с трудом залез на него, но держался. Доберется.

Я уже поворачивал к лесной тропе, когда услышал:

– Папа!

Сердце подпрыгнуло. Я резко обернулся.

Из-за деревьев выходил Томас. Живой. Целый. Лицо заревано, одежда порвана, но идет на своих ногах.

– Томас! – я подбежал к сыну, на колени рухнул прямо в снег, схватил его в объятия. – Ты цел? Ты не ранен?

– Папа... – он прижался ко мне, всхлипнул. – Они... они забрали Веру...

– Как ты сбежал?

– Когда они меня в лес потащили... я упал и притворился, что без сознания... – Томас утирал слезы грязным рукавом. – А сам смотрел... Косматый дядька сказал, что я все равно лишний... что места в седле не хватает... А главный согласился... велел меня бросить...

Слава богам за жадность этих мерзавцев. Томас им показался обузой. Тем более теперь, когда лес и так в снегу, лишняя ноша им ни к чему. Тем более продать пацаненка куда как сложнее, чем иномирянку.

– А Вера?

Лицо сына скривилось.

– Ее увезли... – он снова заплакал. – Папа, мы ее найдем? Мы ведь ее им не отдадим?

Найдем. Обязательно найдем. Даже если мне придется перерыть весь этот гребаный мир.

– Найдем, – твердо сказал я. – Обязательно найдем.

Но сначала нужно понять, куда они ее повезли. И насколько велика у нас фора.

Я посадил Томаса на лошадь, сам пошел рядом, ведя Медвянку к лесной тропе. Следы были свежие – три лошади, одна с двойной нагрузкой.

Следы уходили в глубь леса.

В ту сторону, где нет ни деревень, ни дорог. Только старые тропы и заброшенные места, где можно спрятаться на дни, а то и недели.

И никто не услышит крика о помощи.