Глава 14 Павшие бастионы

Как же легко вдруг всё стало, стоило этому вредине сказать всего лишь несколько фраз. И крылья за спиной выросли отчего-то. Посмеиваясь про себя, занялась антуражем и нарядом. Если уж издеваться над Яром-букой, то как следует и от души. Дождалась выхода Морока из душевой комнаты и расхохоталась, когда заметила, каким обалдевшим стало выражение его лица.

— Что ты задумала? — спросил он, хмурясь.

— Поизображаешь из себя игрушку злобной тэйалии? Несчастную игрушку. Ну, пожалуйста! — сделала умильное выражение лица, преданно заглядывая в зелёные глаза урмыта.

— Зачем? — бывший Главнокомандующий всё ещё недоумевал.

— Мы же собирались разыграть Яра, забыл? — довольно облизнулась и окинула хищным взглядом мужчину. — Ну?

— Хорошо, — сдался урмыт, наконец.

Как-то быстро мы с ним спелись. Или это только временное явление? Сколько ещё продлится этот приступ послушания и взаимопонимания? Но всё равно на душе как-то легче стало… Намного. Но о том, почему так, лучше подумаю потом как-нибудь. А сейчас надо заняться оформлением сцены перед явлением главного героя.

Уложила Морока на невидимую постель животом вниз и приковала наручниками к знакомому атрибуту, организованному Усладом — виртуальному изголовью кровати.

— Возражаю, — пробухтел Морок. — Я так не буду видеть лица второго урмыта.

— Дошла вся прелесть положения? — понимающе ухмыльнулась я. — А ты голову поверни так, чтобы видеть. И выражение лица сделай страдальческим. Ещё, я тебя раздену почти полностью. Ты не против?

— А что мне за это будет? — как коварно-то улыбается, соблазнитель.

— Не буду бить по-настоящему, — показала язык урмыту и рассмеялась. — Шантажист, — примерилась к плётке в руке, поиграла ею. Повертела так и эдак, подтянула ботфорты повыше и защёлкнула на шее Морока шипастый ошейник с поводком. — Так будет выглядеть натуральней… — лишив мужчину остатков одежды — облегающих штанов — и сменив их на кожаные шорты, намотала поводок на кулак, прыснула ещё раз, а потом постаралась сделать зверское выражение лица. — Готов? — дождавшись подтверждения, сказанного кратко и глухим голосом, велела Усладу звать буку.

Картина маслом — опешивший мужик на пороге комнаты — порадовала мою злобную душеньку, и я показала гостю хищный, недобрый оскал, даром, что не зашипела как рассерженная кошка, а потом сказала тихо вкрадчивым тоном:

— Ярило, ты решил выбрать роль одноразовой игрушки. Я же правильно поняла?

— Да! — вздёрнул подбородок, глядя мне прямо в глаза упрямо и зло, но в комнату входить отчего-то не спешил.

— Тогда добро пожаловать на наш междусобойчик. Раздевайся! — окинула плотоядным взглядом ощутимо напрягшегося Лиса. — Не стесняйся… Форма одежды, сам видишь, шорты и ошейник. Мне так нравится. Заводит, очень… — и облизнулась, окидывая сальным взором Яра. — Ты как, боль любишь?

— Как скажет тэйалия, — процедил сквозь зубы.

А бледный-то какой и обиженный. Для пущего антуражу махнула плёткой, наслаждаясь свистом рассекаемого воздуха. Морок, подыгрывая мне, дёрнулся и глухо застонал. Еле удержалась от смешка, так натурально у него получилось. Подняла ногу в кожаном ботфорте и поставила на попу первого урмыта, демонстрируя собственный наряд во всей красе. Короткая кожаная юбка, кружевное бельё под ней и плотно облегающий грудь, чёрный лиф без бретелей. Ажурные чулки и кожаные шипастые украшения на руках и шее дополняли образ садистки-стервы, как и гладко зачесанный наверх хвост. Криво улыбнулась смелому стриптизу — Яр одним движением спустил с себя штаны. Какой решительный, однако! Такого пороть одно удовольствие!

— Ложись рядом с Мороком. На живот! — велела ему, организовав и для этого экземпляра ошейник и шортики.

А то ходит тут, отсвечивает соблазнительной натурой, заставляет слюной давиться… Всё-таки не оставляет меня привлекательность Лиса равнодушной. С Мороком всё сложнее… А здесь с первого взгляда химия проскользнула, и продолжает проскальзывать. Ярило устроился на животе, храбрец, и спросил с издёвкой:

— Чего ещё пожелает тэйалия?

— Чтобы ты сделал лицо попроще и под наручники руки подставил, — заявила серьёзно и выпустила из рук хлыст на время, тот закачался на петле, закреплённой у меня на запястье.

Ярило послушался, сердито уставившись перед собой, не желая даже глянуть в мою сторону, и просто протянув руки вперёд. А я так соблазнительно прогибалась, демонстрируя видимую часть бюста и всё зря. Морока вон приложило рикошетом и он задышал быстрее, и блеск в глазах такой… хищный появился. А этому хоть бы хны.

— Я передумала, перевернись на спину! — заявила капризным тоном.

А после того, как он выполнил приказ, и я защёлкнула наручники у него на запястьях, довольно улыбнулась. Попался так же, как и Морок когда-то. Так, теперь надо что-то делать с первым урмытом, чтобы не мешал. Или пусть понаблюдает? Тоже маленькая месть за то, что он мне устроил во Дворце удовольствий.

— Морок, — обратилась к мужчине елейный тоном, открывая его наручники. — Можешь отсесть в сторону и не вмешиваться?

— Попробую, — что-то такое в его тоне было тягуче-сладкое, что передёрнула плечами, почувствовав волну дрожи, прокатившуюся по спине и рукам так, что даже пальцы свело.

— Ты уж постарайся, — мурлыкнула, снимая плётку с руки. — Ну что, Яр? Будем расплачиваться за умолчание? — легонько повела хлыстом в воздухе и отбросила его в сторону.

Стиснул зубы и полоснул по мне злым и упрямым взглядом. Кого-то мне это поведение напоминает…

— Морок, — обратилась к пока ещё смирному наблюдателю. — Вот скажи, где я вас таких упёртых на свою голову нахожу? Нет бы, извинились перед слабой девушкой… А всё характер показываете и не думаете о том, что компромиссы тоже нужны.

— Твой недавний ультиматум, — отозвался первый урмыт, посмеиваясь. — Компромиссом никак не назовёшь.

— А ты чему радуешься? — провела ноготками по обнажённой груди пленника, продолжая общаться с Мороком. — Я на тебя тоже ещё зла. Воспользовался моим незнанием… Как и этот вот выдумщик. И что ты с меня считал, Яр? — ага, дёрнулся под моими руками после этих слов, тоже что-то пытался узнать. — Потому и промолчал, да? Лис он лис и есть, — устроилась на его бёдрах и потерлась телом о кожаные шорты, скрывающие соблазнительную натуру, и снова провела ноготком указательного пальца по груди упрямого мужчины, ненароком задев сосок. — Ну как? Не передумал быть одноразовой игрушкой? Неужели не хочешь посмотреть, что там, в новом мире интересного есть? — спросила тоном змея искусителя и, склонившись над вторым урмытом, лизнула его в шею. — Совсем-совсем не интересно? — медленно улыбнулась и мазнула длинным хвостом по груди мужчины, с удовольствием отметив, как он вздрогнул. — Не любопытно, что за море там шумит? А если в нём можно купаться? А ты знаешь, что такое сёрфинг? Нет? Правильно, знать не можешь. Я даже не сомневалась… Это такое катание на доске, похожее на катание на лайкире. Только катаются по волнам. Чем выше волна, тем сильнее кайф. Не хочешь попробовать? А ещё есть сноуборд… Тоже не интересно? — сколько бы ни пытался строить из себя равнодушного, а вот тёмные глаза всё равно выдают его с головой. — Сноу — это снег. Борд — доска. Катание на доске по снежным склонам… Съезжаешь с горы и очень легко можешь свернуть себе шею там, где спуски особенно крутые или скал много, или где обрывы имеются. Очень рискованный вид спорта, если трасса не подготовлена специальным образом. Совсем-совсем не интересно? — спросила невинно ещё раз и поцеловала упрямца в уголок губ. — Совсем, да? — выпрямилась и провела по его рту пальцем.

И на этом самом месте Морок решил выйти из образа наблюдателя и подкрался ко мне, совсем как писец, незаметно. Положил руки на плечи и прижался грудью к спине, заставив теперь уже меня вздрогнуть.

— А зачем тебе он, когда есть я? — прошептал на ушко так, что Яр тоже услышал.

— Ты же вроде отказался от должности одноразовой игрушки. Или я тебя неправильно поняла? — хмыкнула и провела ладошками по груди Лиса.

— Не собираюсь ограничиваться одним разом, — ухмыльнулась эта зараза мне в волосы и склонилась к шее, прижавшись к позвонку у её основания губами.

Кто-то, кажется, совсем осмелел. Почему, интересно? Потому что простила этому вредине все его выкрутасы? Ведь большая их часть объясняется банальным непониманием собственных чувств и ревностью к Лису. Как на такое долго злиться? И прильнуть спиной к Мороку очень хочется. И воспитывать Яра желания нет. Может, ну его? В другой раз наиграюсь? Первый урмыт скользнул ладонями по обнажённой полоске моего живота и потянул меня на себя. Разврат на глазах у пленённого Лиса? Новое слово в пытках? А что, мне нравится… Откинула голову назад и потёрлась ею о грудь Морока, осталось ещё замурчать и вообще шикарно будет. Зажмурилась от удовольствия, когда мужчина поцеловал в шею, влажно и жарко, зажигая яростный и опаляющий огонь желания. Нежности действий первого урмыта нечего было противопоставить. Вот где грозило сдаться без боя, уж слишком головокружительно это было, чувствовать бережность и мягкость прикосновений бывшего Главнокомандующего.

— Морок, — протестующе прошептала, пытаясь вывернуться из объятий соблазнителя. — Кто-то говорил, что не спал и ему надо отдохнуть… И одному, и второму. От-п-пусти! — велела срывающимся голосом и чуть разочарованно не заскулила, когда моё приказание выполнили.

Соскользнула с Яра и позорно сбежала в туалетную комнату, не в силах выносить сейчас присутствия этих двоих. Находясь в душевой, велела Усладу убрать и наручники, и изголовье кровати. Пусть Лис катится на все четыре стороны. Мне надо подумать, как пережить предстоящую ночёвку в объятиях Морока. У меня больше бастионов не осталось. Только тлеет что-то тёплое в душе, и сладко тянет низ живота… Прислонилась спиной к стене и мечтательно прикрыла глаза, перебирая в памяти весь тот небогатый запас прикосновений, который мне достался только недавно. Провела пальчиками по своей шее, скользнула по животу… Сладко-нежно на душе как-то… И тревожно. Во что я окунусь, если сдамся? Раньше всё казалось простым. Ну, переспим, ну появится метка, ну перестанет Услад подпихивать мне урмыт в постель… А теперь? Как всё будет теперь? В ушах звучало до сих пор «Все мысли о тебе, почему так, не знаю»… Как же сильно меня зацепил именно этот вредный урмыт! До сих пор трясёт при воспоминании обо всём им сказанном! Как я это пропустила, не заметив за всеми колючками, что мы демонстрировали друг другу постоянно?

К тому моменту, когда решилась всё-таки выйти в люди, прежде переодевшись в скромную ночную рубашку — жалкая защита от самой себя — Морок уже дрых без задних лап. Устал, бедненький… Точно очень сильно устал. Чтобы он добровольно выпустил добычу из рук, когда есть все шансы её поймать? Вот и делаю вывод, что выдохся, притом сильно. А вот Лис меня удивил. Всё так же в шортиках и шипастом ошейнике, он расположился на расстоянии от первого урмыта и просто лежал, подложив руки под голову да созерцая потолок. А этот-то фрукт почему не ушёл?

— Яр? — спросила изумлённо. — А ты что тут делаешь?

— Ему ты разрешила остаться… — он не спрашивал, просто констатировал. — А почему мне — одноразовой игрушке нельзя? Эта ночь моя…

— Остаток ночи, — поправила его. — Это раз. И два — мне решать, когда тебя использовать. А вот до тех пор… будет как раньше.

— Сплю у себя, просыпаюсь у тебя? — задал вопрос с коварной улыбочкой.

— И? Что ты этим хочешь сказать? — нахмурилась, чуя в этом какой-то подвох.

— А зачем мне уходить, если утром я всё равно проснусь здесь? Можно сразу тут заснуть, — повернулся ко мне лицом и подпёр голову рукой, внимательно наблюдая за моей реакцией.

— Отошёл от обиды, значит, — подвела итог, ухмыльнувшись, и убрала с шеи Яра ошейник, спать бедняге неудобно будет. Хотя, Мороку сей предмет не помешал заснуть. — А что! Оставайся! — лишний предохранительный клапан мне не помешает, а то же у Морока появится безраздельный доступ к моему телу поутру.

Не удивлюсь, если прочувствовавший ситуацию Услад, выкинет какой-нибудь очередной фортель, вроде романтически-интимной обстановки и запертых дверей, так, чтобы никуда не ушли, пока дело до логического завершения не доведём. Потому пусть два комиссарских тела будут сразу под рукой. Дабы не мучиться в случае чего. И суметь вовремя затормозить… Одно дело наблюдать секс на троих со стороны и испытывать в иллюзорном варианте, другое в реале. Я думаю о сексе на троих? С чего бы это? Я вроде как к Мороку неровно дышу, не? Причём тогда здесь Яр? А притом, что он мне сразу сильно понравился. И это отрицать глупо. И как выходить из ситуации? На Земле возникли бы с этим сложности. Родные меня точно не поняли бы, заведи я гарем. А тут, вроде как норма. Осталось самой определиться, по расписанию с этими двумя ночевать или сразу с обоими. И о чём я думаю? Стоило понять в какие дебри убрели мои мысли, как мигом краска залила щёки, и появилось желание сбежать в другую комнату. Подальше от двух соблазнов в кожаных шортиках. Может, завести себе резиденцию где-нибудь в городе и ночевать там? Тогда уж Услад точно не сможет подпихнуть мне лишних личностей в постель… Мелькнула смутная мыслишка, что придумала только что что-то гениальное. Пришлось поднапрячься, чтобы оформить идею во что-то более понятное и жизнеспособное.

А что? Вариант неплох. Если держать урмыт без масок где-нибудь в доме вне Услада, то можно хоть за сотню замуж выйти. И проводить в миры недоурмыт получится. И не привлечь внимание Совета удастся. Или не удастся? А отслеживают ли они количество Обрядов Единения, проводимых в храмах? Очень интересный вопрос… И ещё одна проблемка имеется. Нужна энергия на содержание такой прорвы недоурмыт. Им-то тоже есть хотеться будет. Воздухом долго питаться они не смогут, и идеями тоже. Нет… Не получится. Я раздеться без недоурмыт не смогу… А, значит…

Ушедшая с головой в свои мысли, не задумываясь плюхнулась между двумя мужчинами, придвинулась поближе к Мороку и никак не отреагировала на то, что Ярило придвинулся и обнял меня рукой. Да уж, с этими двумя урмытами неплохо сначала бы разобраться, а потом уже и на других планы строить.

Долго ещё не спала, перебирая варианты и строя планы, пытаясь найти решение нерешаемому. В отличие от меня, урмыты спали крепко и лишними мыслями не мучились. Я же уснула только под утро, полностью довольная намётками того, что надо будет сделать в будущем, чтобы добиться притока энергии. Вот миры ещё научусь открывать, и вообще заживём. Совет сдохнет от зависти! Вместе с остальными тэйалиями. А то развели тут, не пойми что. Народы с лица планеты стирать вознамерились и прочие непотребства, уверена, учиняют не задумываясь. Власть развращает. А у Совета она абсолютная…

Проснулась по внутреннему ощущению поздно. Сладко потянулась и только потом поняла, что в этом моём пробуждении что-то не так. Открыла глаза, осмотрелась и мигом покраснела. Сразу стало жарко и как-то не по себе.

Прижималась к Мороку, который гладил мою обнажённую спину и выглядел при этом очень довольным. Где моя ночная рубашка? Когда снять успели, ироды? Со спины меня обнимал Яр и ласкал шею языком. А первый урмыт что? Не против этого непотребства? Тут как во Дворце Удовольствий не получится нас с Лисом осадить и сделать всё по-своему. И что-то мне подсказывает что Ярило не станет мириться с ролью зрителя. Как-то не готова я вот так вот сразу с двумя… одновременно.

Попыталась вывернуться из ласковых рук, но сделать этого не удалось. Зажали эти двое меня между собой крепко, так просто не ускользнёшь. А уж когда Морок прикрыл глаза и коснулся губами моей обнажённой груди… оставалось только забиться в экстазе и уплыть в океан наслаждения, забывшись. Как жаль, что волосы первого урмыта ещё не отрасли. Так хочется зарыться в них пальцами, притянуть голову мужчины ближе, подставляя тело под ласку… кто бы знал. На мне не только ночной рубашки не было. Бельё тоже отсутствовало. Сговор урмыт против бедной и несчастной меня? Правда, под горячими руками сразу двух мужчин, почему-то чувствовала себя как раз счастливой и довольной. Кажется, мужчины пришли к консенсусу, забыв спросить меня… Но почему-то это больше совсем не обижает. Если они не будут действовать именно так, я сама никогда не решусь.

Морок нырнул куда-то вниз, и я распахнула зажмуренные от удовольствия глаза, пытаясь понять, что он собирается делать. Гадать долго не пришлось, когда мужчина обхватил мою ступню ладонями и прошёлся по нежной коже щиколотки языком, сразу стала ясна задумка. Никогда не думала, что подобная ласка может вызвать целый фейерверк ощущений. Мужчина поднимался, прочерчивая губами и языком влажную дорожку, выше и выше, закидывая мою ногу себе на плечо, открывая простор для соблазнительной деятельности. А я задыхалась, не в силах протестовать, уж слишком остро во мне отдавалось каждое касание.

Яр решил не отставать, скользнув языком по шее, позвонкам между лопатками и обхватил мои ягодицы ладонями. Сжал пальцы, оттягивая кожу, оставляя на ней огненный след… Раз, другой, потёрся чреслами и передвинул руки на мою грудь. И снова сжал пальцы, задевая ладонями напрягшиеся соски. Непроизвольно откинулась спиной на Лиса, устраиваясь поудобнее, давая ему возможность продолжить ласки. И он меня не разочаровал, приник к шее, не забывая ласкать грудь. То мягко, невесомо, скользя кончиками пальцев по коже, задевая, как бы случайно, сжавшиеся соски, то сжимая ладони, массажируя, действуя чуть более грубо.

Морок добрался до самого чувствительного местечка, остановился на миг, словно давая возможность мне отказаться, а после коснулся языком нежной плоти. Огненный шквал пронёсся по телу, заставив выгнуться навстречу и застонать. Не заметила, как откинулась на Яра сильнее. Второй урмыт закрыл мне рот поцелуем, немного снимая острое напряжение и добавляя чувственных ноток в него. Безотчётно схватилась руками за запястья Лиса, пытаясь удержать хоть какие-то остатки разума на плаву. Мужчина мягко вывернулся и уже сам пленил мои руки, притягивая к себе ближе, сковывая движения, не давая вырваться и передумать. Точно заговор! Но не способна была никуда бежать, яркость ощущений, что дарил мне сейчас Морок, затмевала все опасения и страхи. Охотно подчинилась, когда он закинул и вторую мою ногу себе на плечо и снова склонился надо мной, продолжая сладкую и невыносимую пытку.

Чувствовала, что в бедро мне упирается что-то твёрдое. Но ощущала это как-то опосредованно, краем сознания цепляла и сразу же забывала. Гораздо больше волновали руки Яра, который и не собирался выпускать из плена, крепко удерживая, не давая выгибаться очень сильно. Второй урмыт сладко дышал мне в ухо, покусывал мочку, влажно целовал шею и терпеливо держал. Только он это зря, никуда бежать больше не собиралась. Раз уж судьба такая, жить с двумя… То куда я денусь? Смирилась, кажется.

Сжала кулаки, впиваясь ногтями в ладони, когда накрыло особенно яркой огненно-сладкой волной, и часто-часто задышала, не в силах более сдерживаться… Хотела больше чем мне сейчас давали, но сил озвучить это желание не находилось. Задыхалась, меня трясло, язык отказал напрочь, только и могла что стонать… Попыталась извернуться и ускользнуть от настойчивой ласки Морока. С трудом смогла выдохнуть:

— Отпусти… — еле слышно, с перерывами на попытки вдохнуть.

— Что не так? — насторожился Морок, но Яр моих рук из захвата не выпустил.

— Хочу большего, — нашла в себе решимость признаться в том, что сдалась.

Блеск зелёных глаз стал просто сумасшедшим, но первый урмыт, прежде чем продолжить действовать намекнул:

— Нас двое.

А то я не помню. Сердце рухнуло куда-то вниз, в пятки от испуга. На что это я подписываюсь? Мой страх был замечен и правильно интерпретирован.

— К такому ты не готова, — констатировал Морок.

— Вариант Дворца? — задумчиво произнёс Яр. — Решать тэйалии. Я же одноразовая игрушка…

— Всё ещё дуешься? — и как нашла в себе силы поддеть его? — Я… — так и не смогла озвучить решения, потому что его не было.

Растерялась, не понимала, как и что может быть, если мужчин двое… Действительно ли мне понравится? И… Снова сделали выбор за меня… Морок поднялся выше, заглядывая в глаза, мол, уверена ли, и я сглотнула, завороженная открывающимся зрелищем. Размер имеет значение, подумалось в тот момент, когда мужчина накрыл меня своим телом, устраиваясь удобней. Мои ноги так и остались закинутыми на его плечи. Никогда не думала, что у меня такая растяжка, и что подобная поза может быть удобной, если грамотно её использовать. Первый урмыт подтянул меня ближе к себе, сползла по груди Яра, а руки так и остались в захвате. Невероятно будоражащее ощущение — чувствовать себя в сладком плену.

Ахнула в голос, когда Морок одним рывком проник в разгорячённую меня. Мышцы внутри сладко напряглись, отзываясь на это движение. Мне казалось, что знаю, каким будет этот конкретный мужчина в сексе, не зря же в его обществе прошла через Дворец Удовольствий. Но всё оказалось в разы сильнее и лучше. Настолько ярче, что я мгновенно потерялась в пространстве, не в состоянии молчать, откликаясь на каждый толчок вздохом или стоном. Не сразу осознала, что Ярило отпустил мои запястья, завороженный тем, что происходит рядом с ним. Скользнула пальцами по животу второго урмыта, на мгновение выплыла из наслаждения, поняв, на что наткнулась рукой. Обхватила твёрдую плоть покрепче, скользнула ладошкой вверх-вниз, добилась стона в ответ на свои действия и чуток отвлеклась от Морока, заинтересовавшись тем, насколько быстро удастся довести Лиса до пика.

Первый урмыт, заметив мой интерес ко второму участнику банкета, аккуратно спустил мои ноги со своих плеч, высвободился, перевернул меня на живот. Поднявшись на коленки и послушно выгнувшись так, чтобы Мороку было удобней, подстроилась под изменившиеся обстоятельства. Скользнул в меня вновь, и снова отозвалась тягучим стоном на это действие. Теперь он вошёл в меня много глубже, чем до этого… смена позы сказалась и на смене ощущений. Вспомнив о Яре, склонилась над ним, пройдясь язычком по его напряжённому члену. Снова обхватила рукой его плоть, перенеся тяжесть тела на локоть другой, и коснулась губами нежной головки. Теперь свои стоны приходилось глотать, но это не мешало умирать от наслаждения, что дарило движение Морока во мне.

Долго сдерживаться Лис не смог, очень быстро дойдя до оргазма и выплеснувшись семенем прямо на мою ладошку. Но делом рук своих любоваться не пришлось, стоило только завершить с Яром, как сдерживающих и отвлекающих факторов не осталось. Морок убыстрял движения, и я умирала во вспышках краткого, но очень яркого наслаждения, потом замедлялся, давая возможность отдохнуть, а после начинал всё с начала. К тому моменту, когда он решил не останавливаться больше, готова была взорваться от мелочи, и многого мне не понадобилось, чтобы добраться до пика и сразу же, почти без передышки, подняться на второй, потом третий… Сбилась со счету, сколько всего испытала оргазмов, прежде чем накатила самая большая и сильная волна, которая погребла моё сознание под собой.

Наверное, я кричала, потому что потом, распластавшись медузой частично на невидимой кровати, частично на Яре, могла только шептать. Голос не слушался, как и тело. Подняться самостоятельно была не в состоянии. Только лежать, не чувствуя ни рук, ни ног, такими лёгкими и одновременно уставшими они ощущались. Меня перевернули на спину, подхватили на руки и понесли в душ. Не протестовала, двигаться не хотелось, так было легко и хорошо. И стоило столько времени сомневаться? Такого кайфа себя лишала собственноручно, дура!

Под струями воды мы стояли молча и обнявшись. Морок и не думал выпускать меня из объятий, прижимая к себе как величайшую драгоценность.

— И когда вы договориться успели? — не выдержала, первой нарушила молчание.

— Пока ты спала, — не стал скрывать, надо же.

— И ты готов делить меня с ним? — благодушие благодушием, сладкая усталость сладкой усталостью, а каверзных вопросов никто не отменял.

— Я попробую, — обронил он всё-таки. — Зависит от того, чего хочешь ты.

— Даже так? — глянула на него удивлённо и мурлыкнула, когда мужчина провёл ладонями по моей обнажённой спине.

Морок прижал меня к себе сильнее и улыбнулся.

— Знаешь, — начал он загадочно и как-то подзавис, задумавшись.

— Что? — загорелась любопытством.

— А я не жалею, что именно меня выбрали в хэцо, — признался он. — Совсем.

— А раньше жалел? — да, да, да, мы коварные и вредные, будем дуться на прошлое, раз уж в настоящем передо мной нарисовался ангелочек с крылышками и нимбом, на которого только и остаётся любоваться, любоваться, любоваться и восхищаться.

— Было дело, — это он зря, зря, зря, зря. — Но ровно до тех пор, как тебя увидел.

— В куртке? — уточнила, ещё не теряя надежды хоть на чём-нибудь да подловить.

— Позднее. Мокрую и с растрёпанными волосами, — намекнул на моё незабываемое знакомство с туалетом.

— Не напоминай! — фыркнула возмущённо.

А дальше мне заткнули рот поцелуем, и я как-то забыла о том, что собиралась ещё пару сложных вопросов подкинуть. Если бы не чувствовала себя удовлетворённой до такой степени, когда ничего больше не хочется, точно дело не завершилось бы невинными чмоками. А так только понежились ещё минут десять под тёплой водичкой, злоупотребляя поцелуями. Морок очень быстро дошёл до кондиции «хочу ещё», но вредная я отключила воду и, невинно глядя мужчине в глаза, сказала:

— Сам виноват. Я слишком сытая сейчас… — показала язык рассмеявшемуся на мои слова мужчине, закуталась в предоставленное Усладом полотенце и выскользнула в комнату, добавляя на ходу: — Нам ещё геополитическую обстановку в Руалонэ обсудить нужно, а ты…