Глава 14 · Злата

Я с восторгом смотрела, как открывается дорога домой. Вот появился слабый свет, еле заметный днём, засеребрилась под ногами земля, а затем возник и знакомый с детства путь. Мимо старых плодовых деревьев, мимо огромных подсолнухов я спешила к крепкому деревянному дому, к изгороди, оплетённой белыми розами. В воздухе витал насыщенный аромат яблок. Я остановилась и сорвала большой красный плод. Такие больше нигде не растут. Надкусывая сочное крупное яблоко, я подошла к дому. Теперь вокруг царил сладкий запах маминых роз. Я распахнула калитку и помчалась по двору.

— Мама, я вернулась!

— Златка, тише, проснись…

Дом скрылся в темноте. Голос, шептавший эти слова, принадлежал к другому миру, я всей душой стремилась вырваться оттуда. Но шёпот был такой родной, нет, пожалуй, от него мне не хотелось бы уходить. Я открыла глаза и встретилась взглядом с Котом. Я и не заметила, как заснула у него на плече.

— Хороший был сон, малыш? — мягко спросил он.

Я отвела взгляд. Рассказать приспешнику Грарга об этом сне немыслимо. Костя не поймёт, насколько там было хорошо, да и вообще ничего не поймёт.

— Ты улыбалась, — сказал Кот. — Жаль было будить, но ты стала кричать и звать маму.

— Мне снилась дорога к дому, — неожиданно для себя ответила я. — И сам дом. Такой яркий сон, я слышала все звуки и запахи.

— Ты что-то бормотала про яблоки.

— Да, вкус этих яблок чувствовался даже во сне.

Я с улыбкой вжалась головой в плечо Кости. К чему плакать и переживать? Этот сон — как привет из дома. Ему стоит порадоваться, а потом иногда вспоминать во всех подробностях.

— Хочешь яблок? — спросил Кот. — Сказала бы раньше, я бы привёз. Какие ты любишь?

— Такие не привезёшь. Они растут только у нас.

С Костей было удивительно легко говорить о доме! Он не издевается, кажется, парню действительно интересно, о чём я думаю, как жила раньше, до этого кошмара.

— Не привезёшь, говоришь? — он резко сел на кровати и потянулся за валявшейся на широком подоконнике курткой. — Посмотри, это не похоже?

Я, не веря своим глазам, глядела на чудо в его руке. Костя достал из объёмного внутреннего кармана крупное красное яблоко и протянул мне. Я поднесла его к лицу. Да, этот запах ни с чем не спутаешь — знакомый букет из нескольких фруктовых ароматов, насыщенных и свежих.

— Откуда? — выдохнула я.

— Вчера после небольшого боя осталось на земле. Наверное, кто-то из ваших прихватил его, как сухой паёк. Адриан сказал, что это яблоко с вашей земли. Я взял его, хотел сразу дать тебе и забыл.

— Спасибо, — я ещё раз вдохнула знакомый с детства запах.

Ещё один привет из дома, на этот раз — материальный. Надо будет разделить яблоко на всех, когда приду в общую комнату.

— Дашь попробовать? — улыбнулся Кот. — Говорят, что такие, как я, не могут почувствовать настоящего вкуса и запаха плодов с вашей земли. Любопытно, каково на вкус окажется для меня хвалёное яблоко.

— Конечно. Только ты можешь разделить его на пять частей? Найдётся чем?

Кот извлёк из кармана куртки брелок с ключами. Лёгкое нажатие — и из брелка выскочило острое лезвие. Парень быстро разрезал яблоко на пять равных частей, четыре положил на тумбочку, пятую надкусил.

— Да, такого действительно нигде не купишь, — согласился Костя.

Он поднёс остаток дольки к моим губам. Я долго пережевывала этот кусочек, наслаждаясь тем, что так напоминало о доме.

— И какой вкус ты почувствовал?

— Яблоко, ананас, груша, киви, может быть, манго, — перечислил Костя.

— Но это невозможно, — выдохнула я.

Слуги Грарга не едят ничего с нашей земли, потому что плоды кажутся им горькими.

— Синеглазка, может, мы уже настолько сблизились, что я могу ощущать то же, что и ты? — смеясь, спросил он.

Да, мы слишком сблизились. Кот стал для меня… Не знаю даже, как это объяснить. Другом? Нет, больше. Близким человеком? Пожалуй, но этого тоже мало. Частью меня, наверное. Он, конечно, сейчас шутит, а вот для меня всё серьёзно. Я зашла слишком далеко, настолько, что вряд ли смогу остановиться.

— О чём задумалась, Златка? — Кот резким движением притянул меня к себе.

Я посмотрела в шальные зелёные глаза, невольно остановилась взглядом на губах Кости и тихо ответила:

— Хочу быть с тобой.

Вот всё и решено. Кот даже не представляет, что значат мои слова. Только что я сказала то, что не могла бы произнести ни одна девушка с нашей земли. Я стала добровольной любовницей врага.

— Златка, а как это происходит у ваших? — спросил Кот, когда мы, обнявшись, лежали под тёплым пледом. — Это же с ума сойти — всё время думать, что можно, а что нельзя!

— Не знаю, — неохотно ответила я. — Наверное, женатые сами решают, что им можно.

— И что, все ваши древние борцы за добро и справедливость приглядывают невест среди дочерей своих друзей?

— Обычно, да. Бывает и по-другому, но такие браки опасны и редко хорошо заканчиваются.

— Из-за запрета на имя, что ли? — хмыкнул Кот. — Я бы посмотрел на девушку, которая не спросит, как зовут жениха. Неужели были случаи?

— Были, — улыбнулась я. — Моя мама, например.

— Когда это было? — заинтересовался Костя.

— Около ста двадцати лет назад.

— И что, никто из родственников твоей матери не поинтересовался именем её мужа?

— Мама из небольшого народа, там свои вековые традиции. У них был обычай — жених должен украсть невесту. Отец с мамой просто однажды встретились глазами. Они не были знакомы, не разговаривали… А через несколько дней отец улучил момент, когда мама оказалась одна, посадил её на коня и увёз.

Кот присвистнул.

— А среди ваших водятся романтики! Пойти на такой риск…

— Отец сказал маме, что если она хочет быть с ним, то должна навсегда забыть свою семью и никогда не спрашивать его имя. Мама и не спрашивала, но через несколько дней к ним пришёл Иоганн и всё ей рассказал.

— Иоганн? — Кот озадаченно нахмурился. — Не слышал о нём.

— Он погиб несколько месяцев назад.

Я перекрестилась, вспомнив старого друга своих родителей.

— В общем, вскоре отец привёл маму к святому Граалю.

— А ты родилась только век спустя? — хмыкнул Костя.

— У них было два сына, но оба давно погибли. Потом родился мой брат, а затем и я.

Не проговориться бы о Дарине, приёмной дочери моих родителей. Она — единственная из наших, кто несколько лет живёт в миру. Надеюсь, с Дариной и её мужем Максимом всё в порядке (*история Дарины и Максима рассказана в романе «Двуликий»).

— У тебя есть брат? — переспросил Кот.

— Был. Его убили в тот день, когда я сюда попала.

— Ты это видела?

— Нет, спросила у Жермона под его хорошее настроение. Должна же я была узнать, кто из моих близких убит.

— Представляю, как ты создавала ему это хорошее настроение, — поморщился Костя. — Златка, если захочешь ещё что-нибудь узнать — лучше спрашивай у меня, я для тебя всё выясню.

В обед Кот, как обычно, взял меня с собой. В тот день готовила и подавала еду снова Ванда. Я поймала её негодующий взгляд.

«Опомнись! Ты обнимаешь его, как близкого человека!»

Я не ответила. Расплата придёт очень скоро, а пока можно почувствовать себя рядом с Котом счастливой. Пусть совсем ненадолго, но расслабиться, забыть, где мы. Забыть, что Кот — враг, и что я для него — всего лишь развлечение.

«Злата, ради всего святого! Что ты задумала?» — не унималась Ванда.

«Ничего. Хватит, ты нас выдашь!»

Скоро меня ждёт тяжёлое объяснение. Люси и Лиза и так ёрничают из-за Кота, а теперь добродушные насмешки могут перейти в откровенную неприязнь. Такое мне не простят.

Перед тем как уйти, Кот долго целовал меня около двери общей комнаты. Что ж, теперь уже всё можно. Я отвечала ему так, как хотелось, не сдерживая себя.

— По-моему, тебе хорошо со мной, моя радость, — шепнул Кот между поцелуями.

Я почувствовала, что краснею. Его радость. Как хорошо и как ужасно одновременно. Господи, что же я натворила!

Я вошла в комнату, сжимая в руке пакетик с дольками яблока. Ожидания оправдались сразу.

— Расплачиваешься за подушку, Злата? — процедила Люси.

— Ну почему же только за подушку? — подхватила Лиза. — За обед, за еду, которую он ей возит и передаёт через других, за резинки для волос…

— Можно подумать, вы всем этим не пользуетесь! — резко вмешалась Ванда. — Прежде чем кидаться упрёками, сами откажитесь от его съедобных подачек, сдерите с волос резинки и не трожьте подушку, которую вы постоянно хватаете. По-моему, Злата спит на этой подушке реже, чем вы.

— Но Ванда, ты же не одобряешь?.. — возмущённо начала Лиза.

— Не одобряю, конечно, — подтвердила Ванда. — Но, в отличие от вас, и не завидую.

Она приобняла меня и заглянула в глаза.

— Золотко, ты же понимаешь, что это не всерьёз? Кот увлёкся тобой, но его интерес пройдёт. Я представляю, как тебе трудно устоять, не поддаться искушению, особенно когда он здесь — единственный, кто кажется человеком. Просто подумай, что с тобой будет, когда Кот перестанет приезжать. Тебе нельзя к нему привыкать, нельзя забывать, кто он. Он уже не человек, понимаешь? Это враг, и чем дальше, тем сильнее Кот будет изменяться.

Я кивнула. Конечно, понимаю. Как же тяжело сказать то, что необходимо произнести вслух, провести между нами черту, которую невозможно будет стереть.

— Сегодня мне показалось, что ты сильно им увлечена. Настолько сильно, что не скрываешь этого, — мягко продолжила Ванда. — Зачем ты создаёшь такую видимость? Это какой-то план, или ты действительно увлеклась врагом?

— Нет, Ванда, — каждое слово давалось с трудом. Сейчас у них будет возможность от меня отречься, отстраниться как от грешницы, которой не может быть прощения. — Я не просто им увлеклась. Я его люблю.

Вот и всё. Барьер поставлен. Осталось только выдержать то, что они мне скажут, и молчаливые презрительные взгляды. Ничего, я это заслужила.

После нескольких секунд давящей тишины Люси тихо сказала:

— Как же так, Злата?

— Плохо, — мрачно произнесла Ванда. — Да, он пока тянется к тебе и помогает своими передачами. Возможно, тебе с ним хорошо, хотя с трудом это представляю. Но он — враг, приспешник Грарга. Может быть, Кот сейчас идёт на бой с твоим отцом или служит Граргу в городе Вильгельма.

— Я это понимаю.

— Ванда, не надо, — перебила Люси. — Ты что, не видишь? Это бессмысленно. Когда Кот перестанет здесь появляться — всё само решится.

— Что это у тебя в руке? — спросила Лиза.

Сил ни на что не осталось. Я молча развернула пакетик и протянула Ванде, оставив одну дольку для себя.

— Откуда?

Глаза Ванды расширились. Люси и Лиза моментально оказались рядом, глядя на разрезанный на части привет из дома.

— Кот принёс, — вяло ответила я.

— Может, он и не исчезнет, — задумчиво сказала Люси, с наслаждением откусывая маленький кусочек от своей дольки.

— Он не будет ходить сюда месяцами и годами, — отрезала Ванда. — Таких иллюзий лучше лишиться сразу.

Но Кот продолжал приходить, и мы становились всё ближе. Я знала о его предыдущей жизни почти всё, он интересовался моим прошлым, мыслями, чувствами.

Люси оказалась единственной, кто воспринял ситуацию спокойно. Лиза каждый раз при виде Кота кидала на меня раздражённые взгляды, а Ванда твердила, что он скоро бросит меня.

Поговорить бы с Джули, но пока о ней ничего не слышно. Мы даже думали, что её уже нет в живых. Я как-то рискнула спросить об этом у председателя совета судей.

— Да жива твоя подруга, сама потом всё расскажет, — с усмешкой отмахнулся Жермон.

Пришлось довольствоваться этим.

Ванда большую часть времени проводила в карцере. Сначала она попала туда за то, что нахамила кому-то из судей, потом — за попытку побега. Ванда умудрилась спуститься на первый этаж и прыгнула из окна. Оказалось, Анорм говорил правду: светящаяся дорога на этой территории не открывается. Ослабевшая и потерявшая в проклятом доме почти все силы Ванда столкнулась в сосновом бору с одним из приспешников Грарга, и тот притащил её назад.

— Всё равно я выберусь отсюда, — это были первые слова Ванды после того как Анорм в очередной раз выпустил её из карцера. — Только представь, Злата, меня хотят напугать одиночеством, неподвижностью и несколькими крохотными мышками.

Я хмыкнула. Да уж, по сравнению с тем, что здесь творится, карцер — просто мечта.

— Кот приходил? — спросила она.

— Угу.

Я напряглась. Сейчас начнётся очередная нотация на тему «Он всё равно тебя бросит». Конечно, бросит, он мне ничего не должен. Кот ездит сюда просто поразвлечься. Я и так это знаю. Сколько можно повторять?

— Булочку хочешь? — я показала на стоящий у койки пакет с остатками Костиной последней съедобной передачи. — Или шоколадку?

— Нет уж, спасибо, — Ванда поморщилась. — Ладно, о Коте больше говорить не буду, я и так тебе всё сказала. Знаешь, на улице тогда было так хорошо. Холодно, конечно, но красиво, — её лицо просветлело. — Сосновый бор кажется бескрайним. В нём легко будет затеряться, если сойти с тропинки, — Ванда мечтательно улыбнулась. — В следующий раз попытаюсь.

Кто-то предупреждающе кашлянул у двери. Мы резко обернулись. На пороге стоял Костя, и смотрел он не на меня, а на Ванду. Взгляд у Кота стал тяжёлый, как у большинства гостей Анорма. О Боже! Неужели Кот расскажет своим о том, что успел услышать?

— Привет, малыш.

Костя быстро подошёл. Я только сейчас заметила, что у него изменилась походка. Двигался Костя бесшумно, чуть напряжённо, как хищник на охоте. Лёгкий поцелуй — и мой любимый снова повернулся к Ванде.

— Значит, говоришь, попытаешься в следующий раз?

Она молча, презрительно-насмешливо глядела на Кота.

— Пойдём-ка с нами, — приказал Костя, обнимая меня за талию. — Разговор есть.

— Костя, — я вцепилась в его локти и умоляюще посмотрела в глаза. — Не рассказывай никому об этом, пожалуйста!

— Да успокойся, Златка, — с досадой произнёс любимый. — И говори тише, а то действительно придётся всё рассказать.

Он привёл нас с Вандой в свою любимую уютную комнатку.

— Рыцарю требуется разнообразие? — с иронией поинтересовалась Ванда. — Одна Злата тебя уже не устраивает?

Её выразительный взгляд окинул широкую кровать. Кот в ответ выругался так, что я вздрогнула. Если смягчить все выражения, то он сказал, что Ванда, как девушка, его совсем не интересует.

— Это хорошо, — невозмутимо ответила она. — Но зачем тогда я вам здесь понадобилась?

Кот подошёл к большому окну и отдёрнул занавеску.

— Смотри! — он обернулся к Ванде. — Да подойди ближе, я тебе ничего не сделаю. Сбежать отсюда нереально: вокруг со всех сторон лес. Нужно пройти по снегу несколько километров, прежде чем откроется эта ваша дорога. Территория окружена высоким забором с колючей проволокой. Даже если доберёшься до границы земли Анорма, перелезть через забор ты вряд ли сможешь.

Ванда внимательно слушала, её пристальный взгляд не отрывался от окна.

— Там река, — сказала подруга.

— Да, это ещё одно препятствие. Ограждение там, как видишь, попроще, но земля Анорма заканчивается где-то на середине реки, а она достаточно широкая. Я, конечно, вплавь перебрался бы, но ты не сможешь. Течение сильное и быстрое. Оставь идею с побегом, не навлекай на себя ещё больше неприятностей.

Однако когда я вернулась в общую комнату, Ванда шепнула:

— Следующая попытка будет весной. Бежать по лесу несколько километров лучше, когда растает снег.

Я тихо хмыкнула. Костя не знает, на что способна Ванда. Кот всего лишь убедил её отложить побег.

— Я слышала Голос, — выдохнула мне на ухо Ванда. — Он сказал, что я смогу бежать отсюда и вернуться домой. Большинство из нас вернётся. Но не все, — мрачно добавила она.

— Почему? — у меня перехватило дыхание. — Кто-то погибнет?

— Не знаю. Иногда лучше погибнуть и спасти душу, чем остаться в живых и погубить её. Я не о тебе, — торопливо добавила Ванда. — Просто задумалась, для чего нам дано это испытание.

Я сглотнула комок в горле. Наверное, моя душа спаслась бы, если бы я смогла устоять против единственного искушения. Но я оказалась слабой, и платить за это буду всю оставшуюся жизнь, а потом — и после смерти.

Несколько дней спустя Костя, как обычно, приехал с очередной сумкой с продуктами. Он вытащил меня из хозяйственной комнаты, где я абы как гладила постельное бельё. Король требует, чтобы простыни меняли каждый день, а раз в три дня убирали весь этаж.

В гостиной, как всегда, торчали завсегдатаи — Жермон и Адриан. Анорм куда-то отлучился из дома, но присмотр за нами, конечно, оставил.

— Константин, ты превзошёл себя! — весело приветствовал Костю председатель совета судей. — Это правда, что ты в одиночку смог отбиться от Вильгельма и Мартина?

Услышав имя отца, я невольно вздрогнула. Кот машинально погладил меня по плечу. Он сел за стол и привычным движением притянул меня к себе на колени.

— Да, с ними в последние дни приходится трудно, — кивнул Костя, придвигая поближе запечённое мясо. — Особенно с этим бешеным альбиносом. Нигде не могу с ним спокойно разойтись. Мартин озверевает, стоит ему только меня увидеть. Как будто я его чем-то лично задел. Когда я сюда шёл, этот ненормальный ни с того ни с сего попытался напасть со спины. Мне казалось, законы древних рыцарей такие приёмы запрещают. Златка, ты что трясёшься? Замёрзла?

— Н-нет.

Я старалась унять нервную дрожь. Вот и случилось то, чего я боялась: Кот столкнулся с моим отцом и Вильгельмом. Сколько теперь сможет продержаться Костя? Как ему вообще удалось уйти живым от двух старых бойцов, рыцарей святого Грааля? Отец наверняка хочет вытрясти из него, где нас держат. Если напал со спины, значит, в этой войне по отношению к противникам отменены все правила чести. А ещё это значит, что отцу обязательно нужно было ранить Кота.

— Костя, царапина у тебя на руке… — после небольшого колебания спросила я. — Она сегодняшняя?

— Ну да, задел всё-таки немного.

— Когда это было? Сколько прошло времени?

— Не знаю, часа три, — пожал плечами любимый. — Да какая тебе разница?..

— Рука не немеет? Голова не кружится?

— Златка, ты не забыла, что я в Грарге? — хмыкнул Костя. — Ещё спроси: в обморок не падал? Далась тебе эта царапина! Может, зелёнкой предложишь намазать?

Я вздохнула с облегчением. Ложная тревога, можно не волноваться.

— Обрабатывать не нужно, — серьёзно ответил за меня Адриан. — Если бы на кинжале был яд, он бы уже действовал.

— Яд⁈ Мартин смазывает боевой кинжал ядом? — недоверчиво переспросил Кот.

— Они все иногда это делают. У каждого свой состав, противоядие, разумеется, в строжайшем секрете, — неторопливо объяснил Жермон. — Кстати, Злата, что произошло бы с Константином, если бы яд подействовал?

— Паралич дня на два-три, — неохотно ответила я. — Сильные боли. А потом смерть.

— Звучит заманчиво, — хмыкнул Кот. — И что бы ты делала, если б там оказался яд? Так, из интереса. Молилась бы за меня? Или сидела бы рядом все три дня, рыдая над моим полутрупом?

Я глубоко вздохнула и через силу выговорила:

— Приготовила бы противоядие.

Адриан присвистнул.

— Неужели предала бы ради него своих? Кот, а твоя девушка, оказывается, высоко ценит своего покровителя!

— Я сказала, что приготовила бы противоядие, а не расписала бы в подробностях его сложный состав, — не глядя на чёрного кольценосца, уточнила я. — И я не просила рыцаря о покровительстве.

— Златка, ну хватит, — Костя коснулся губами моей щеки. — Просила ты или нет — неважно. Все в курсе, что я хожу сюда только к тебе и помогаю, чем могу. Скажи лучше, откуда ты вообще знаешь, чем смазывает кинжал бешеный альбинос?

Адриан и Жермон переглянулись. Я ошеломлённо уставилась на Кота. Разве он не?..

— Ты что, не знаешь, из какой семьи твоя Злата? — со смешком озвучил мой невысказанный вопрос Адриан. — У неё самой не интересовался?

— Ну из рыцарской. Они все оттуда.

— Я бы на твоём месте спросил хотя бы из любопытства. Этот, как ты его называешь, бешеный альбинос — её отец, — просветил Кота Адриан. — Легко вычислить, кому первому их отдали, так что ты действительно лично задел Мартина. Естественно, в поисках дочери он готов перевернуть весь земной шар. Враг вполне мог использовать ядовитый кинжал, чтобы заставить тебя привести сюда чашепоклонников в обмен на противоядие. Скорее всего, яд на кинжале всё-таки был, но в царапину не попал, такое иногда случается, если смазано не всё лезвие, а только наконечник.

— Правда, что ли? — любимый перевёл недоверчивый взгляд с Адриана на меня.

Адриан и Жермон заметно напряглись, словно оба приготовились к прыжку. Я опустила глаза. Смотреть на их лица не хотелось. Сейчас Кот, наконец, осознает, что я из семьи его врага, и всё изменится. Костя отдалится от меня, а скорее всего, вообще исчезнет. Так и должно быть, это только к лучшему. Хотя если бы можно было выбирать, пусть бы он на мне сорвался, оскорбил, ударил, только бы не уходил.

Зазвонил его мобильник. Кот посмотрел на дисплей, поставил меня на ноги и вышел в коридор.

— Если он сорвётся, могу не удержать, — сказал Адриан. — Кто бы подумал, что Кот не в курсе.

— Надо будет — кольцом удержу. Кто тебя вообще за язык тянул? — усмехнулся Председатель. — Увёл бы его хоть подальше отсюда, прежде чем болтать.

Вместо Кости в столовую вошёл Анорм. Король, как всегда, безупречно выглядел, но двигался медленнее, чем обычно. Взгляд помутневший, зрачки сильно увеличены, отчего тёмные глаза стали черными. Опасность от Анорма сейчас совсем не чувствовалась.

— Можешь идти, — медленно выговорил он, глядя куда-то мимо меня. — Кот ушёл, теперь нескоро вернётся.

— Подожди. Это точно? — насторожился Жермон.

Анорм тяжело плюхнулся на мягкий диван у стены. Что это с ним?

— Точно. Вы его недооцениваете. Свою девицу Кот не тронул бы, даже если бы она состояла в родстве со всеми врагами одновременно. Я в курсе, что Константин сейчас узнал сенсационную для него новость.

— И что? — заинтересовался Адриан. — Психанул и ушёл?

— Нет, для него появилось дело. Надо отнести в Марск сумку с нашими гранатами и пару кинжалов. Можешь идти, — повторил мне Анорм.

Выходя, я услышала, как Король добавил:

— Лили просила, чтобы оружие принёс именно Константин. Что бы это значило?

— Лили всегда любила хороших бойцов, — со смешком отозвался Адриан.

— Анорм, не показывайся никому, пока не придёшь в себя, — серьёзно сказал Жермон. — Не знаю, что ты принял, но тебя повело так, что это заметно.

Я медленно побрела по расписанному отвратительными символами коридору в общую комнату. Люси дремала на привезённой Котом подушке — удобном моющемся надувном валике. Она подняла голову и молча протянула к подушке руку, собираясь отдать.

— Не надо, — я легла на койку.

— Ты чего? — удивлённо спросила Люси. — Вроде ушла с Котом, а вернулась сама не своя. Что случилось?

— Ничего.

Вернётся Кот после того, что узнал, или нет? Он пошёл в Марск к судье Лилиане. Анорм намекал, что между ними что-то может произойти. Сомневаюсь, что Костя откажется от этой женщины — в Грарге такие связи в порядке вещей. Но надеюсь, через день-другой Кот привыкнет к новости обо мне и придёт сюда. Не поселится же он у рыжей зеленоглазой ведьмы!

Но прошло несколько дней, а Костя так и не появился.