Глава 9. Обучение началось

На следующий день после завтрака мы втроём отправились ко мне домой. Как сказал Анорм, там будет спокойнее и безопаснее. Шарль выглядел так, будто вчерашних кошмарных ожогов у него и не было. Когда шли через ход Грарга, меня снова душил кашель. Наверное, стоит примкнуть к ордену уже ради того, чтобы ходить под землёй, не обращая внимания на едкий дым факелов. В квартире Шарль уточнил: – Какого рода служение лучше показать? – Импровизируй, – бросил Анорм. – Только не вздумай устроить серьёзную бойню, сейчас не то время и место, чтобы зарабатывать жизнь. Твоя задача – просто показать Кристине, как происходит служение. – Так, чтобы она могла видеть объект? – уточнил Шарль. – В идеале – да, – Анорм кивнул. – На этот раз никого не убивать и не калечить даже случайно, ты меня понял? Страховать не стану. Если на твоё служение примчатся враги, будешь разбираться с ними сам. Начинай. Шарль молча улёгся на диван и закрыл глаза. Анорм подвинул кресло поближе к дивану и притянул меня к себе на колени. – Сейчас Шарль засыпает, – неторопливо заговорил он. – У него есть одна проблема: не может моментально расслабиться. У большинства членов ордена не возникает трудностей со сном. – Не могу моментально расслабиться, – не открывая глаз, согласился Шарль. – Особенно когда рядом со мной сидят, разговаривают и смотрят на меня в упор. – Учись работать в любой обстановке, – отрезал Анорм. – Никто не станет организовывать для тебя тишину. Итак, когда Шарль сможет абстрагироваться от всего, что происходит вокруг, его душа выйдет из тела, – продолжил он, обращаясь ко мне. – И отправится искать подходящий для служения объект. Ты этого, конечно, не заметишь. Такие вещи могут видеть только судьи и рыцари чёрных колец. Впрочем, те, кто находится вне тела, видят друг друга, даже если они только пришли в орден. Каждый выглядит так же, как в реальном, физическом мире, только становится прозрачным и приобретает определённый цвет. Я, например, тёмно-коричневый, Шарль – дымчато-фиолетовый. Обычно цвета не слишком яркие и радостные, хотя иногда бывают исключения, – Анорм невесело хмыкнул. – Лилиана? – вырвалось у меня раньше, чем я успела подумать. – У неё красный цвет, – невозмутимо ответил он. – Цвет крови. Нет, я говорил не о Лилиане. Рекорд в этом плане – апельсиновый, оранжевый. Но это единичный случай. Так, ну вот Шарль наконец-то заснул, – Анорм проследил до двери взглядом и поднёс к губам кольцо. – Сейчас он вышел в коридор, прошёл сквозь стену в подъезд и отправился по соседним квартирам в поисках объекта. При этом Шарль слышит каждый звук в комнате и каждое наше слово. При желании его можно даже разбудить, хорошенько толкнув, например. Душа моментально вернётся в тело, где бы она ни была. Правда, делать это без веских причин запрещено, но я, как учитель, имею право вмешаться в любое его служение. Сейчас Шарль нашёл объект: пожилую женщину с первого этажа. Она как раз собирается гулять. Как я понимаю, классическая старуха из современных мемов, для которой вся молодежь делится на наркоманов и проституток. Ты уж точно относишься к последним. Ну да, баба Маша с кучей кошек, успевшая переругаться со всем подъездом. Постоянно гоняет от лавочки детей, орёт на курильщиков, стучит по батареям из-за каждого громкого чиха соседей и регулярно бегает к участковому. Она вроде даже что-то писала ему о моём развратном поведении и об Алине, которая живёт у отца не по месту прописки. Подозреваю, что большинство жалоб бабы Маши участковый просто выбрасывает, но на сигнал об Алине ему пришлось отреагировать: зайти в каартиру и проверить документы. Потому-то я и в курсе подробностей: после этого был скандал у Алины с соседкой, и дело чуть не дошло до драки. – Ну и в чём она в моём случае не права? – кисло усмехнулась я. – Проститутка и содержанка – несколько разные вещи, – Анорм внимательно вглядывался в пустоту. – Сейчас объект Шарля думает о том, что во дворе припарковано слишком много автомобилей, и вспоминает "благословенные времена", когда машин было мало и они стояли в гаражах. Ещё её раздражают дети, орущие во дворе. Но к детям Шарль объект направлять не будет, – с нажимом проговорил Анорм. – Иначе мы сегодня можем получить большой бой с врагами, а он не входит в наши планы. Ограничимся мелким хулиганством. Можно подходить к окну и оценивать общую картину. Когда я выглянула в окно, баба Маша выходила из подъезда в халате и почему-то со шваброй в руке. Анорм остановился за моей спиной. Он протянул руку и открыл форточку со словами: – Возможно, со звуком тебе будет интереснее. Пока ничего особо интересного я не видела. Баба Маша наорала на кого-то, кто мыл наверху окна: её не устроила капающая на землю вода. Потом громко высказалась, что кто-то прошёлся по сорнякам во дворе и "испортил газон". Дальше принялась оглядываться в поисках очередной жертвы и вскоре обнаружила целующуюся за пышными кустами давно отцветшей сирени парочку. – Шарль пока разминается, – прокомментировал Анорм. – Да, я вижу, что пока всё идёт, как обычно. Не поняла только, почему она со шваброй, – ответила я, почти не вслушиваясь в верещанье бабы Маши о разврате, проститутке и былых временах, когда на улице никто не целовался и вообще так себя не вели. – Как обычно? – Анорм усмехнулся. – Шарль, хватит халтурить. Займись делом. – Понасажали тут кустов! – выступала на весь двор баба Маша. – Чтоб такие вот там обжимались. Не двор, а бардак! Она с размаху ударила по кусту шваброй, ломая ветки. Раз, другой, третий. Парочка поспешно испарилась со двора. Я заметила, что в доме напротив парень у окна снимает происходящее на телефон. Звездой интернета баба Маша, конечно, не станет, но ролик наверняка мелькнёт в какой-нибудь группе в соцсетях. От воплей соседки взвыла сигнализация одной из припаркованных во дворе машин. Баба Маша со шваброй наперевес ринулась к автомобилю. – Понаставили своих гнилых вёдер, сволочи! Отдохнуть невозможно, каждый день одно и то же! Пройти по двору негде! Она с размаху опустила швабру на капот машины, затем на лобовое стекло. Я сморгнула. Таких "подвигов" за соседкой не водилось. Она очень хорошо представляет, что может делать,а из-за чего наживёт неприятности. Разгром автомобиля прилюдно во дворе пахнет очень большими проблемами. – Это Шарль её заставляет? – спросила я, не отводя взгляда от бабы Маши. Она уже разбила лобовое стекло, снесла оба боковых зеркала, оставила на капоте пару вмятин и ринулась к следующему автомобилю. – Не заставляет, а разрешает, – поправил Анорм. – Если бы твоей соседке категорически не хотелось портить чужое имущество, её невозможно было бы заставить это сделать. – И этого достаточно для вашего служения? – с сомнением уточнила я. – Разумеется, нет, – ответил Анорм. – Но, так как ты с нами, обойдёмся без серьёзных травм и смертей. Как я понимаю, объект Шарля будет буйствовать во дворе, пока не приедет полиция. – Или психушка, – добавила я, наблюдая, как баба Маша лупит шваброй по автомобилям. Вой сигнализаций и выступления бабы Маши соединялись с криками владельцев машин – пока что из окон. – Можно вон ту не трогать? – я кивнула на знакомый автомобильчик. – Шарль, отведи объект подальше от красной машины, – сказал Анорм. – Чья она? – Хорошего человека, – нехотя ответила я. – И что хорошего сделал человек? – скептически поинтересовался он. – Занимается благотворительностью, помогает детям из неблагополучных семей, ищет деньги на операции для малообеспеченных тяжелобольных людей, – проговорила я, сильно подозревая, что Анорм всего этого не одобрит. – Она моей маме и на операцию деньги давала, и на лекарства. – В мире ещё встречаются юродивые, – прокомментировал Анорм. – Ладно, пусть катается дальше. Ты перед ней в долгу, а долги надо отдавать. Во дворе бушевал скандал, баба Маша героически отмахивалась от автовладельцев шваброй. Мат со всех конфликтующих сторон становился всё более затейливым. Ладно ещё мужики, а соседка-то откуда знает столько красочных выражений? Хотя, скорее всего, в скандале вместо неё активно участвует невидимый Шарль. – Перестарался, – тихо заметил Анорм. – Шарль, посмотри направо. Твоя задача – увести его подальше. Я тоже посмотрела направо. Ничего особенного не происходило. Какой-то длинноволосый парень в джинсах и футболке шёл по двору, приближаясь к автопобоищу. – Враг всё же явился на этот шум, – объяснил мне Анорм. – И, в принципе, обязан был явиться, потому что объект мог стать угрозой для окружающих. – А сколько их вообще? – спросила я. – Ваших врагов? – Не знаю, не считал, – Анорм пожал плечами. – Достаточно, чтобы заявляться в самые неподходящие моменты. Баба Маша вдруг уронила швабру и замолчала, оглядываясь вокруг. – Концерт окончен, – сказал Анорм. Он неожиданно приподнял меня и переставил от окна подальше, затем закрыл форточку. – Слух и зрение у врага гораздо острее, чем у обычных людей, так что говори потише. Шарль вышел и теперь ищет новый объект подальше отсюда, возможно там он будет действовать всерьёз. А наша с тобой задача – спокойно уйти отсюда, когда прекратится шум. – А с соседкой что будет? – я нахмурилась. – Подозреваю, что поедет на принудительную проверку к психиатру, – он хмыкнул. – Поведение неадекватное, да ещё и не помнит, как перебила часть автомобилей во дворе. Держать её там долго вряд ли станут, двор просто немного отдохнёт от этой дамы. – Но с неё наверняка потребуют деньги за ремонт машин… – Это уже не твоя печаль, – перебил Анорм. – Я так понимаю, перед ней у тебя долгов нет? Всем было глубоко всё равно, что с тобой и где ты. Так почему тебя волнует, что посторонняя и не слишком приятная в общении женщина заработает большие проблемы? Учись поменьше думать о других и побольше о себе. На улице выла сирена, приближалась машина со спецсигналом. Наверняка кто-то вызвал полицию. – Уходим, – решительно скомандовал Анорм. – А Шарль продолжит спать здесь? В открытой квартире? – попыталась возразить я. – Я могу, конечно, оставить ему ключи, но сюда же зайдёт кто угодно, пока он спит. – Можешь заранее посочувствовать этому "кому угодно", – ровным голосом ответил Анорм. – Шарль без труда справится с обычным хулиганом или вором. Оставь ключи на столе. Сейчас все отвлекутся на приехавшую полицию, а враг уже мчится на следующее служение Шарля в двух кварталах отсюда. Его новый объект – продавец в магазине оружия, и это уже настоящее служение, а не мелкое хулиганство. Правда, я на него разрешения не давал, – с нажимом добавил Анорм. – Но идея богатая, разрешаю действовать. Шарль, ключи на столе, будешь уходить – закроешь дверь и принесёшь их Кристине. Ответом стало безмятежное мирное сопение. *** В подземном ходе Грарга Анорм внимательно наблюдал за Кристиной. Вроде бы и глаза у неё от дыма слезятся, и кашляет, но уже не так сильно. Лицо прикрывать не пытается, глаза не закрывает. И ведь не в привычке дело, человек не может привыкнуть к пещере Грарга. Девушка приближается к грани между обычными людьми и членами тёмного ордена. Приближается и душой, и разумом. Значит, Кристина приняла то, что увидела и услышала. Если бы на её глазах повредили машину какой-то малахольной благотворительницы, девушка могла бы какое-то время посомневаться. Впрочем, долги действительно надо отдавать, к ним Анорм всегда относился с уважением. Да и не стоит играть со вспышками милосердия Кристины, если без этого можно обойтись. Пока что эти вспышки вполне приемлемы. Девочка подобрала котёнка – её право, и у Мари теперь есть развлечение. На острове Анорма летают вечные попугаи, а по земле Каитона будет бегать вечный кот. Попросила не трогать одну конкретную машину – без проблем, тем более, что хулиганство Шарля было даже не тренировкой, а представлением для самой же Кристины. Гораздо важнее то, как она реагировала на всё остальное. Кристина не испытывала эйфории от возможности почти абсолютной власти над людьми, но и не сочувствовала объекту и автовладельцам. Да и за Шарля с его ожогами вчера не особо переживала. Предложила какую-то мазь из аптеки – и всё. Немного отрицательных эмоций Кристины чувствовалось, когда она узнала об отце. Да и те в основном из-за того, что Анорм скрыл от неё правду. Это понятно, девочка молодая, горячая, и пока ещё придаёт значение вещам, которые никак не повлияют на её дальнейшую жизнь. Зато сегодня Анорм чувствовал отстранённый интерес, с которым Кристина наблюдала за служением. Анорм специально сказал о следующем объекте Шарля, чтобы посмотреть на её реакцию. Девушка не отреагировала никак. Она наблюдала и анализировала без каких-либо эмоций. Именно так в своё время училась Лили, уже будучи в Грарге и наблюдая за служениями самого Анорма. Впрочем, Лилиана в такие минуты никогда ни за кого не просила. Выйдя из подземного хода, Кристина привалилась к плечу Анорма, судорожно глотая воздух. Интересно, она сама замечает изменения? Анорм ещё вчера обратил внимание, что попугаи перестали подлетать к девушке слишком близко. Ни с кем из новичков на памяти Анорма такого не было, все изменения происходили сразу – и только после перехода. Видимо, на Кристину влияет близость с Королём и жизнь на земле, данной Анорму великим Граргом. На острове, которого нет для обычных людей. Анорм привычно прижал камень кольца к губам и посмотрел на Шарля. Мальчишка многому научился за несколько месяцев, незапланированное служение проведено не блестяще, конечно, но вполне прилично. О его результате наверняка сегодня сообщат во всех местных новостях, а может быть, и не только в местных. – Шарль ещё не проснулся? – голос Кристины прозвучал хрипловато. Из её эмоций Анорму удалось считать лишь лёгкое волнение. Видит Грарг, он собирался просто оставить на вилле красивую девочку для собственного удобства. Теперь всё изменилось. Кристина придёт в проклятый орден, она уже преодолела большую часть пути. Во многом ей помогла история с Кривым. Девушка как будто потеряла с ним часть души, ту самую, которой лишаются при посвящении Граргу. Ту, что отвечает за сочувствие, муки совести и прочие вещи, мешающие качественному служению. Ту, что отвечает за любовь у большинства членов ордена. Хотел бы Анорм относиться к этому большинству, но – увы – он оказался в числе редких исключений. Для Каитона, Бари, Герберта, Лили умение любить стало бесценным даром, источником счастья. Для Короля это проклятье, от которого невозможно избавиться. – Шарль проснулся, – ровным голосом ответил Анорм. – Можно сказать, что сегодня он начал зарабатывать жизнь. Скоро появится здесь, он уже закрывает твою квартиру. Да, теперь именно её квартиру. Животное, которое является отцом Кристины, больше никогда туда не вернётся. *** Странно, но я ничего не чувствую. Ни страха, ни сочувствия, ни отвращения. Мне всё равно, что будет с бабой Машей. Почти всё равно, что сотворил в магазине оружия Шарль. Умом я понимаю, что там произошло что-то ужасное. Только буду честна с собой: мне всё равно. Почему я должна жалеть людей, которых в глаза не видела? Да если бы и видела… Всем вокруг было всё равно, что со мной происходит. Даже если бы Кривой меня убил или покалечил, никто бы не переживал. Только один человек несколько раз спрашивал меня, не нужна ли помощь. Светлана. Я каждый раз отвечала, что у меня всё в порядке, я просто неудачно упала, поэтому хромаю. Ударилась, когда открывала шкаф, оттуда и синяк на лице. Недоспала, долго сидела за компом, вот глаза и красные. А что я ещё могла сказать? Не подставлять же Светлану Кривому. Она бы точно попыталась мне помочь, и неизвестно, чем бы для неё это закончилось. Никого, кроме Светланы, не волновали мои проблемы, никто их даже не замечал. Теперь и я имею право много чего не замечать. Сегодня я обратила внимание только на машину Светланы, всё остальное меня не интересовало. Наверное, я бы не вздрогнула, даже если бы Шарль кого-то убил у меня на глазах. И я определённо хочу вступить в тёмный орден – ради безопасности, здоровья и бессмертия. Именно в таком порядке, безопасность на первом месте. – Если я пройду посвящение Граргу, ты возьмёшь меня в ученицы? – решительно спросила я, когда мы вошли в дом. – Разумеется, – Анорм провёл рукой по моим волосам. – Обучение уже началось. Разве ты не заметила? Заметила, конечно. Анорм начал обучение с первых суток, когда показал свои необычные способности. Они с Каитоном с самого начала предвидели, что я могу захотеть в орден Грарга. Вскоре появился Шарль в неожиданной компании – с Луисом. Мы сидели в гостиной, и Луис хвалил служение парня и говорил, что учение у Анорма осечек не даёт. – Лучшим считается служение, в котором жертвы – случайные люди, – негромко объяснил мне Анорм. – Не те, с кем Шарль, например, захотел бы свести счёты, и не заранее присмотренные. – Рандомные, – я кивнула. – Большая авария или нападение сумасшедшего на первых попавшихся прохожих, так? – Так. Это необязательно, но именно это даёт больше всего сил, – Анорм повернулся к гостю. – Не ждал тебя сегодня. – Я, собственно, не собирался сюда, но подумал, что тебе будет интересно, – Луис посерьёзнел. – Лили вышла на связь. – Мне это интересно, – с каменным выражением лица согласился Анорм. – И что ей от тебя было нужно? – Она пришла в клуб после закрытия (*о клубе Артура и Луиса рассказывается в романе "Любовница врага"), – неторопливо проговорил гость. – Открыла ногой дверь кабинета Артура. Потребовала поставить бронь на два столика на завтра и показала, какие именно столики ей нужны. Сказала, что придёт с друзьями. Когда я поинтересовался, что это за цирк, Лилиана ответила, что говорит сейчас, как судья Грарга, и что собирается оказать большую честь нашему второсортному заведению и встретиться там со вторым рыцарем Грарга. Ты в курсе, что у тебя там назначена встреча с ней и её друзьями? – Луис приподнял бровь. – Я ожидал чего-то в этом духе, – сухо ответил Анорм. – У нас действительно назначена встреча на завтра. Теперь понятно, где именно. Разумеется, общаться с нынешними друзьями Лилианы я не собираюсь. – Толку с ней разговаривать? – Луис поморщился. – Думаешь, сможешь убедить её что-то изменить? Так я тебе сразу говорю: Лилиана откажется. Ситуация патовая. Единственная, кто может её изменить, это Лили, но её всё устраивает. Или, по крайней мере, Лилиане ничто не мешает. – Мы должны что-то предпринять, – невозмутимо произнёс Анорм. – Возможно, мы с Лилианой сможем найти решение. По закону судьи обязаны попытаться разрешить данную необычную ситуацию. Слова "обязаны попытаться" он подчеркнул. Луис с усмешкой кивнул. – Она приходила одна? – поинтересовался Анорм. – С Гербертом, разумеется, – Луис хмыкнул. – Прошли через зал, мельком посмотрели на столики – и в кабинет. У меня упорно не складывалась картинка. О чём Анорм будет говорить с бывшей женой, я по-любому завтра узнаю, не буду сейчас отвлекать его лишними вопросами. Но один-то задать можно. Наверное. – Почему с Гербертом, а не с мужем? – спросила я. – Потому что её мужа большая часть судей готова сожрать с косточками, – со смешком ответил Луис. – Если бы не он, Лилиана вряд ли осталась бы у врагов. Да и боевого опыта у этого мальчишки меньше, чем у Герберта. – Оставь, Эдгар хороший боец, – хмуро перебил Анорм. – Могу предсказать, с кем завтра придёт Лилиана. С Гербертом и Котом. Возможно, кто-то из старых и опытных врагов придёт их страховать и будет держаться отдельно. Допускаю также, что Герберт явится не один. Плюс ещё автомобиль с врагами будет стоять перед клубом. Вот там, вероятно, и засядет на страховке Эдгар и кто-то поопытнее. Скорее всего, Вильгельм, как его наставник. – Наверняка Вильгельм, – Луис кивнул. – Завтра вечером, один раз и только для вас, в клубе будет диджей Синяя Птица. Как я понимаю, Татьяне до зубовного скрежета надоело сидеть в тихом посёлке. Мы поручились за её безопасность, но её муж обязательно будет околачиваться поблизости. Особенно зная, что туда придёшь ты. – За каким чёртом я стал бы вытаскивать диджея из клуба при толпе свидетелей? – Анорм невесело хмыкнул. – Лили прекрасно понимает, что Татьяна там в полной безопасности, иначе не пустила бы её в город. Формально девчонка даже врагом Грарга не является. Она не участвует в боях и на данный момент не беременна от рыцаря Чаши. Скорее всего, Татьяна будет там тоже для подстраховки: чтобы позвонила своим, если что-то, по её мнению, пойдёт не так. – Думаешь, у Лили развилась мания преследования? – ухмыльнулся Луис. – Думаю, что её не выпустят на эту встречу без предосторожностей, – поправил Анорм. – После нашего последнего совета к Лили там слишком прониклись, чтобы позволить ей рисковать. Хотя я ручаюсь, что наш с ней разговор пройдёт в спокойной обстановке, и никакого шума в клубе и его окрестностях не будет. А чтобы все это сразу поняли, я завтра пойду в клуб с Кристиной. Внимательный взгляд Луиса на несколько секунд остановился на мне. – Дата посвящения назначена? – поинтересовался он так, будто говорил о полностью решённом деле. – Ещё нет, не торопи события, – ответил Анорм. – Пусть Кристина посмотрит на орден со стороны. Все, кого я привожу к Граргу, идут на посвящение без розовых очков и хорошо осознают, куда именно они приходят. Обратной дороги не будет, – добавил он, глядя мне в глаза. "А как же Герберт и Лилиана? – хотела спросить я. – Для них ведь нашлась обратная дорога". Но промолчала. Постепенно я обязательно обо всём узнаю. А пока мне очень интересно посмотреть на встречу Анорма и его бывшей жены.