Глава 8. Таня Синица

С утра я чувствовала себя прекрасно. Впервые за несколько месяцев встала легко, с удовольствием позавтракала, ощущая себя бодрой и подвижной. Удивительное чувство! За последние месяцы я забыла, что это такое – жить без тяжести в животе, ногах, боли в спине. Вильгельм не появлялся уже третий день. Кот вскользь упомянул, что в каких-то немецких лесах почти постоянно идут большие бои. Говорил он об этом, скрипя зубами. Парню тяжело отсиживаться здесь, зная, что большинство рыцарей участвует в битвах, но Мартин потребовал, чтобы Костя оставался рядом со Златой. Счастливая, ей со дня на день рожать, а мне ходить ещё не меньше месяца, как говорит Елена. Для Кота нашлось тут нужное дело, он обучает недалеко от пляжа подростков и молодых парней бою без правил. От нечего делать я пошла посмотреть, как это происходит. Только увидеть толком ничего не успела. Как только Костя меня заметил – тут же выгнал с воплями: "Беременным тут делать нечего! Соображаешь, куда пришла? А если заденут?" Дом Елены оказался закрыт, Ванды и Стефана тоже не было, а когда я заглянула к Злате, меня встретила взбудораженная Тамара. – Танюш, Злата скоро родит. Тебе тут быть не стоит, иди домой. Так это не вовремя началось! Ещё и Елена ушла… – Может, найти её? – спросила я, прислушиваясь к тихим шагам, доносившимся из комнаты Златы и Кота. – В лесу не найдёшь. Придётся самой всё делать. Только Косте не говори, если его встретишь. А то действительно кинется искать Елену или, что хуже, примчится помогать. Он же у нас из мира, запросто может всё бросить и прийти сюда. – Елена сейчас ищет изумруд? – насторожилась я. – Где она может быть? – Где угодно. Светящаяся дорога выводит ищущих в совершенно неожиданные места. Сейчас поиски стали почти безопасны, почти все женщины и девушки пытаются найти святыню, пока рыцари отвлекают на себя врагов в немецких лесах, где точно не может быть изумруда святого Грааля. И Ванда там, и Сильви, и Сюзи, и Джулия, и многие другие. Я рассеянно кивнула и торопливо попрощалась с Тамарой, пока она не поняла, что именно сейчас сказала. Тамара проболталась о безопасности поисков священного изумруда! Чувствую я себя сегодня хорошо, так почему бы и не выйти в какой-нибудь лес? А вдруг мне повезёт? Тогда моё желание осуществится, и все трое моих друзей покинут орден Грарга. Ради этого стоит попытаться. Все заняты, остановить меня некому. Думаю, мое отсутствие заметят нескоро, а может, и вовсе не успеют заметить… Я вышла на дорогу из коричневого кирпича и воровато огляделась. Вроде в окно никто не смотрит. Злате и Тамаре сейчас совсем не до этого. Я погладила подбежавшего ко мне огромного рыжего пса Эвига, затем перекрестилась и прошептала: – Боже, отправь меня туда, где я смогу найти изумруд, пожалуйста. Земля слабо засветилась под ногами, я шагнула вперёд и оказалась среди высоких старых деревьев. Не знаю, что это за лес, но ему много лет, и выглядит он так, будто здесь давно никто не ходил. Не видно тропинок, трава очень высокая, вокруг сплошные заросли, через которые надо продираться. Я с трудом прошла колючие кусты. Да, в такой глуши и правда мог бы сохраниться большой драгоценный камень, утерянный много столетий назад. Даже представить не могу, куда я попала. Как будто в далёкое прошлое! Я думала, таких мест уже не существует. Огромные толстые деревья напоминали те, что растут вдоль дороги к святому Граалю. Многие из них с раздвоенными, а то и растроенными стволами, из высохшей земли торчат мощные длинные корни. Наверное, тут давно не было дождя, земля потрескалась. Мне стало не по себе. Лес жил своей жизнью. Растения, насекомые, птицы были здесь на своём месте, а вот человек – явно лишний. Интересно, какие в этом лесу водятся звери? Ладно, к чему себя накручивать? Пора начинать поиски. Даже если увижу что-то опасное, я в любой момент смогу уйти на светящуюся дорогу. Специально рисковать я не собираюсь. Этот лес кажется очень перспективным для поисков. Старый, дикий, таинственный. Вот там торчит огромный пень, а рядом лежит поваленный гигантский дуб, преграждая мне дорогу. Это случилось недавно, листья на дереве выглядят свежими, не увядают. Удивительно, из пня при этом уже пробиваются ростки! Я подошла ближе и оцепенела. В центре пня лежал блестящий зелёный камень. Ростки окружали его кольцом, прикрывая от мимолётного случайного взгляда. Не подойди я так близко, точно прошла бы мимо скрытой самой природой святыни. Какое счастье, что я не ушла из этого леса сразу, поддавшись страхам. Вот он, изумруд святого Грааля. Для драгоценного камня невероятно большой, почти с мою ладонь, идеально круглой формы с плоским основанием, удивительно гладкий, без единой грани, а вокруг него льётся нежно-зелёное свечение. Надо же, мне понадобилось сделать всего несколько шагов, чтобы найти величайшую святыню, которую все мы ищем уже третий месяц. Я с трудом опустилась на колени, перекрестилась и взяла изумруд в руки. Меня тут же переполнило неожиданное, сильное радостное чувство. Я коснулась камня губами и отчётливо поняла, что сейчас могу попросить о чём угодно: всё станет возможным, всё сбудется. – Пожалуйста, пусть Лилиана, Вика и Герберт покинут орден Грарга. Пусть они перейдут к святому Граалю, – прошептала я и медленно поднялась с колен. Пора возвращаться. Теперь бои в немецких лесах закончатся, и, может быть, Вильгельм проведёт со мной время, оставшееся до родов. Я улыбнулась этой мысли и сделала шаг назад. Нужно было произнести короткую молитву, чтобы открыть светящуюся дорогу, но я не успела сказать ни слова. Нога зацепилась за какой-то корень, и я с размаху упала плашмя спиной на траву рядом с пнём, сжимая в руке священный изумруд. Живот свело резкой болью, ещё раз и ещё. Я пыталась подняться, хотя бы сесть, но поняла, что почти не могу шевелиться. Всё тело сводили болезненные судороги. Какой там подняться! Я не могла даже отползти. Я с трудом достала из кармана телефон и попыталась позвонить Вильгельму, затем Мартину, Стефану, Сильви, Елене… Бессмысленно. Сеть, как ни странно, была, видимо, неподалеку находился какой-то населённый пункт или просто вышка, но телефоны у всех оказались выключены. Рыцари в бою, а женщины в лесах не должны привлекать к себе внимание. Да и ловит сеть далеко не везде. По ногам текло что-то теплое. Видимо, отходят воды. Сама я отсюда не выберусь. Родить тут не смогу, Лили предупреждала меня об этом. Но поддаваться панике нельзя, мне надо бороться. Речь идёт не только о моей жизни, но и о двух мальчиках, которые так некстати решили, что им пора появиться на свет. Есть ещё один вариант. Господи, только бы она взяла трубку! – Почему ты опять в миру? – со злостью рявкнула Лили. – Тебе не хватило прошлого раза? – Не ругайся, – с трудом выдавила я, стараясь не стонать. – Помоги… Я в лесу… Роды… – Я поняла, – перебила она. – Где ты? – Не знаю… Лес очень старый… Многовековой… Помоги, Лили… – Интересно, как ты себе это представляешь? – раздражённо бросила судья Лилиана. – Времени очень мало, быстро говори, как тебя найти. – Тут дуб поваленный… Пень… Заросли… – бормотала я. Лили что-то говорила, я отвечала, почти ничего не соображая от боли. Из слов Рыжей Молнии я поняла только, что она скоро придёт. Затем в трубке что-то громыхнуло, и связь оборвалась. Сквозь пелену дурноты и боли я вдруг осознала, что до сих пор сжимаю в одной руке телефон, а в другой – святыню, за которой охотится орден Грарга. Не сомневаюсь, что Лили тут же заберёт у меня изумруд. Надо его спрятать. Если бы только соображать сейчас получше… И сил почти не осталось, хочется закрыть глаза и скулить от боли. А ещё лучше – потерять сознание. Ничего не чувствовать до прихода подруги. Усилием воли я заставила себя оглядеться. Куда же деть священный изумруд? – Синичка! – раздался где-то вдалеке голос судьи Лилианы. – Я здесь, – прохрипела я. – Уже иду, держись! Надо же, услышала! Я торопливо закинула руку к голове, сунула изумруд за корень пня и нагнула к корню траву, прикрывая свою находку. Ничего другого я сделать всё равно не могу. Надеюсь, что Лили не заметит зелёный камень. – Ну, что тут у нас? – бодро спросила подруга, выныривая из-за соседнего дерева. Я стиснула зубы, чтобы не застонать. Судья скептически посмотрела на меня сверху вниз и процедила: – Доигралась! – Я открою… дорогу… Поможешь… Мне… Туда… Попасть… Слова выталкивались только по отдельности и со стонами. – Ни в коем случае! – отрезала Лили и опустилась на колени. – Если тебя сейчас поднять, да и вообще как-то передвинуть, я ни за что не поручусь. Дети твои меня мало волнуют, сама понимаешь, но тебя я убивать не собираюсь. Наоборот, сделаю всё, что от меня зависит, чтобы ты благополучно разрешилась от бремени. Придётся рожать здесь. Условия, конечно, пещерные, медикаментов никаких, инструментов тоже нет, но считай, что с врачом тебе повезло. Сразу говорю, будет очень больно. Может, хоть это послужит тебе уроком, и ты перестанешь искать приключений на свою голову, – с досадой добавила она. Время тянулось медленно. Боль усиливалась. По сосредоточенному лицу Лили ничего нельзя было угадать. Знать бы, долго ещё или нет, всё как должно быть, или что-то идёт не так. Несколько раз я пыталась спросить об этом у Лили, но она раздражённо рявкала: "Не мешай!" Иногда подруга нажимала мне на живот так, словно собиралась выдавить детей наружу. – Ну, давай же, напрягись ещё, сделай усилие, – уговаривала Лили. – Не могу, – выдохнула я. Слезы катились градом. Голова кружилась, в глазах темнело. Сознание ускользало, казалось, что я вот-вот провалюсь в глубокую спасительную тьму. И там уже никогда не будет боли. – Открой глаза, чёрт возьми! – Лили с размаху ударила меня по лицу. – Борись! Учти, если другого выхода не будет, я вытащу всё это из тебя по частям! Ты поняла?! Давай, поднапрягись! Времени у тебя от силы пять минут. Дальше уже встанет вопрос, кого из вас спасать. И для меня в этом случае речь о выборе вообще не идёт. Она снова нажала на мой живот. И вдруг что-то изменилось. Я поняла это по её лицу. Лили как будто поворачивала ребенка в моём животе, взгляд её был сосредоточенный, но другой, словно она поняла, что делать, руки двигались уверенно. – Тужься! – приказала Лили, продолжая манипуляции с моим животом. – Это ещё что за явление? – процедила она, направив ледяной взгляд в сторону. Кажется, там, совсем рядом заиграли солнечные зайчики. – Что тут происходит? – послышался сухой, холодный голос Елены. – Здесь происходят роды, – бесстрастно ответила Лили. – Странно, что ты не поняла этого сама. – Татьяна, о чём ты думаешь? Ты должна была рожать у нас! Давай-ка попробуй привстать, я помогу тебе добраться до дороги, – не реагируя на Рыжую Молнию, произнесла Елена. Зашуршали по земле трава и сухие веточки, и я увидела склонившееся ко мне встревоженное лицо. Надо же, Елена не побоялась встать совсем рядом с судьей, которую все знают, как кровавую, и которую мать Эдика считает своим личным врагом. – Только попробуй! – прошипела Лили, становясь похожей на разъярённую тигрицу. – Её вообще сейчас нельзя трогать! Терпеть не могу, когда мне мешают ничего не сооображающие дамочки. – С таким кровотечением ты ее здесь угробишь! – выпалила Елена. – Закрой рот и не лезь под руку! – рявкнула Лили. – Твое счастье, что сейчас не могу тебя заткнуть. – Лили, не надо… Это акушерка… – прошептала я. Сказать, что это мать Эдика, у меня не хватило сил. Да и вряд ли Елене сейчас хотелось знакомиться с Лили. – Ах, это у вас там такая акушерка… – протянула судья голосом, не предвещающим ничего хорошего. – В хорошие руки ты попала бы, нечего сказать! Не отвлекайся, тужься, – Лили снова надавила на мой живот. – А ты, если нервы не сдадут, будь рядом! – бросила она Елене. – Возьмёшь ребенка и оттащишь на вашу дорогу. – У меня с нервами всё в порядке, – сухо ответила Елена. – Это хорошо, – рассеянно пробормотала Лили. Она вдруг оставила меня в покое. Елену я уже не видела, но её лёгкие шаги были слышны совсем рядом. А потом раздался неожиданный звук – детский крик, сильный и требовательный. – Покажи, – выдохнула я. – Нашла время! – недовольно фыркнула Лили. – Потом налюбуешься, ненормальная мамаша. У тебя там ещё один есть, не забыла? А когда всё закончится, я сама оттащу тебя к светящейся дороге, и там смотри на них, сколько влезет. Твоё счастье, что наши сейчас заняты, и меня никто не хватился. Тужься давай! А ты держи ребенка – и бегом, второй уже на подходе. Возвращайся скорее! Через несколько минут всё закончилось. – Девочка, – сказала Лили. Я с трудом приподнялась. Лилиана держала на руках окровавленного грязного пищащего ребенка. Девочка? Я слабо улыбнулась. Наконец-то всё позади! Вот и Елена снова выходит со светящейся дороги. Сейчас она возьмёт ребенка, а Лиля поможет мне дойти. Всего несколько шагов к лёгкому, чуть заметному свечению, и я окажусь со своими детьми там, где быстро приду в себя. Додумать я не успела. Совсем рядом, прямо около Лили, закрывая путь к Граалю, из-под земли возникла каменная арка, из которой вышли судьи. Анорм и Жермон. Краем глаза я увидела, как Елена стремительно шагнула назад, и светящаяся дорога тут же закрылась. – Не успели, – мрачно произнесла Лили. Я машинально дёрнула вниз юбку. Господи, что будет с ребёнком?! Что они сделают со мной? И чем это закончится для Лилианы? Мысли путались, сознание снова уплывало. – Лили, надеюсь, ты помнишь, что следует сделать по нашим законам? – бесстрастно спросил Анорм. – Ребенок должен быть посвящен Граргу, – так же бесстрастно ответила она. Перед глазами всё плыло. Я пыталась найти взглядом судью Лилиану, но видела лишь размытое болотно-рыжее пятно. Глаза закрывались, сил ни на что не осталось. Я не могла ни пошевелиться, ни заговорить, ни даже разомкнуть веки. Могла только слушать звучащие откуда-то сверху голоса. – С Татьяной что делать? – спросил Жермон. – Не уверен, что тут вообще можно что-то сделать, – раздраженно ответил Анорм. – Надо поскорее убираться из этого леса. – Анорм, я выйду где-нибудь, где сейчас полночь, и посвящу ребенка, – отчётливо произнесла Лили. – Дай Татьяне уйти спокойно, – еле слышным шёпотом добавила она. – Девочка и не заметит, как умрёт, если не трогать её. Прошу тебя, ради меня… Значит, вот как выглядит смерть. Совсем не страшно. Надо только перестать бороться с наползающей тьмой. А потом будет свет, почему-то я точно знаю, что он будет. И всё будет хорошо. Я заставила себя вынырнуть из темноты. Нет, ещё рано, у меня на земле есть одно дело, самое главное. У судей остаётся ребенок, моя девочка. Вильгельм будет искать её, и остальные тоже, но у Грарга найдется много мест, где можно скрыть ребёнка. Я могу сделать только одно. Глаза так и не смогли открыться. Надеюсь, что Лилиана ещё здесь. – Лили… – хриплым шёпотом выдохнула я. – Постарайся поспать, – мягко ответила она. Моей щеки коснулись прохладные пальцы. – Я скоро вернусь. Слава Господу! Я смогу ей это сказать. – Её зовут Лилия. Позаботься о ней, пожалуйста… – Конечно. Спи… Быстрые удаляющиеся шаги, затихающее детское хныканье. Вот и всё. Я нашла изумруд, но потеряла жизнь. А что будет с моей девочкой? Что если Лили всё-таки посвятит её Граргу? – Нет, конечно, нет. Ничто не происходит напрасно, так должно было быть, – зазвучал в ушах успокаивающий голос Иоганна. – Ты вымолила всех троих. Всё будет, как ты хотела. Камень вернётся к святому Граалю. И ваша дочь совсем скоро окажется там, где ей и положено быть. Я слабо улыбнулась. Как хорошо. Жаль только, что больше не увижу Вильгельма, пока он жив. Хотя, наверное, я смогу смотреть на него там, куда скоро попаду. И на него, и на наших детей… Меня словно засасывало в тёмную воронку, а впереди, вдалеке был виден свет – тёплый, мягкий, радостный. Из него выступил Иоганн и быстро пошёл ко мне. За ним двигалась бабушка Липа, вдали махали и улыбались мне Юлиан и Лариса Сергеевна. Я хотела сделать шаг им навстречу, но Иоганн покачал головой: – Нет, девочка, тебе ещё рано идти сюда. И тут же все, кого я видела, растворились в темноте. Свет исчез, зато появилась страшная боль. Я открыла глаза и поняла, что только что истошно кричала. Меня колотил озноб, боль пронзала каждый сантиметр тела. – Вот так, – удовлетворённо произнёс Анорм и выпустил мою руку из своей. Я задыхалась, казалось, что вокруг почти нет воздуха. Значит, так просто уйти не дадут. Умирать мне предстоит долго и мучительно. Наверное, Лили даже не узнает об этом, будет думать, что я просто мирно уснула и не смогла проснуться. Король сидел рядом и спокойно наблюдал за мной. Чуть дальше расселся Жермон. Чего они ждут? Постепенно дыхание выровнялось, пришло осознание, что я лежу на холодном полу в каком-то полутемном коридоре. Неба не было видно, над головой нависали серые камни. – Ну и зачем тебе это нужно? – спросил Жермон. – Хотел сделать подарок Лили, – ответил Анорм. – Она сильно привязана к этой девице. Заодно проверил древнюю легенду. Оказывается, я действительно могу вернуть к жизни умирающую, только не думал, что ей при этом будет настолько плохо. Он оценивающе посмотрел на меня. – Говорить можешь? Вместо ответа изо рта вырвался хрип. – Ничего, скоро сможешь, – равнодушно произнёс Король. – Тебе рано уходить из этого мира, ещё поживёшь. Он снова взял меня за руку. Мир утонул в адской боли. Последнее, что донеслось из тьмы, это потрясённый голос Анорма: – Чёрт возьми! Лили сошла с ума!