Глава 15 · Вика Караваева

— Викусь, что ты со мной сидишь, киснешь? Созвонилась бы с Гербертом, вы могли бы поехать погулять куда-нибудь вдвоём, — в очередной раз уговаривала Синичка, не отрываясь от Лилиного ноутбука. — Из-за меня и так завтра толком не пообщаетесь.

— Герберт в универе, гулять ему сегодня некогда, — ответила я. — Можем прогуляться с тобой, когда закончишь с докладом. Посидим в кафешке, сходим в кино.

Звонок в дверь раздался неожиданно. Танюша подняла на меня вопросительный взгляд. Я пожала плечами. Кто-то чужой. Дверь открыта, Герберт и Лиля не стали бы звонить.

— Открыть? — Синичка привстала.

— С ума сошла? Я сама.

Я вышла в коридор и распахнула дверь. На пороге стояла необычная пара. Девушка казалась бы моей ровесницей, если бы не взгляд. Глаза у неё синие, ясные, но взгляд такой, какой бывает у древних старух, очень многое переживших и повидавших. На гостье длинное элегантное чёрное пальто, на голове — тёплая меховая шапочка, из-под которой выбиваются медового цвета волосы. Красивое лицо, но красота эта холодная, чистая, а не соблазнительная, как у Лили. На незнакомку хочется любоваться как на произведение искусства, а от Рыжей Молнии за несколько метров исходит ощущение жизненной силы и бешеной энергии.

Спутник красавицы на вид годится ей в отцы. Солидному седоватому элегантному мужчине на вид около пятидесяти. Холодное отчуждённое лицо, глаза спрятаны за тёмными очками.

Гости вошли в квартиру, мужчина плотно закрыл за собой дверь.

— Добрый день, — он слегка склонил голову. — Я могу увидеть сэра Герберта или судью Лилиану?

Разумеется, очередные граргские гости. Мужчина снял кожаные перчатки. На его безымянном пальце сверкнул красный камень в кольце судьи великого Грарга. Я невольно перевела взгляд на руки гостьи. Золотое кольцо на тонком пальце есть, но не массивное граргское, а изящное, с нежно-голубым прозрачным камнем в центре.

— Добрый день, — вежливо улыбнулась я. — К сожалению, их нет, приедут только часа через три. Вы подождёте или зайдёте позднее?

— Ни то, ни другое, — суховатым, надтреснутым голосом ответил мужчина.

Он снял очки. Взгляд у гостя был неприятный, опасный, от такого типа лучше держаться подальше. Как могла оказаться рядом с ним девушка с ангельским личиком? Что у них общего? Она явно чувствовала себя неуютно и с тревогой поглядывала на спутника.

— Ну что же ты? — неожиданно ласково произнёс он. — Раздевайся.

Девушка сняла шапочку, и я ахнула от восхищения. Густые, длиной ниже колена волосы гостьи окутали её, как покрывало.

— Здравствуйте, — мягко улыбнулась она.

Из комнаты выглянула Синичка и с любопытством уставилась на нежданных визитёров.

— Анорм не преувеличил, — протянул мужчина, встретившись с ней взглядом. — Здесь действительно сложилась интересная компания.

— Кто вы такой? — я отбросила вежливость.

Этот судья откровенно нарушал граргские правила. Он не должен был приходить без предупреждения, а если пришёл, то обязан был сразу назвать своё имя.

— О, прошу прощения, давно не представлялся сам и как-то отвык, — он холодно улыбнулся. — Верховный рыцарь ордена Грарга Каитон с супругой.

Его спутница побледнела.

Ничего себе! Этот, наверное, имеет право приходить без приглашения к любым членам ордена, когда захочет. Только зачем к нам занесло такую важную персону? Насколько я поняла, Лиля и Герберт редко встречаются с верховным рыцарем и общаются с ним только официально.

— Ты, как я понимаю, Виктория? — продолжал верховный рыцарь. — Рад познакомиться с женой сэра Герберта. А из комнаты выглядывает Татьяна, не так ли?

Мне становилось всё больше не по себе, зато Синичка на вид была абсолютно спокойна.

— Именно так, — сухо ответила она и шагнула в коридор.

Куда несёт эту ненормальную? Она же знает, кто такой Каитон и насколько он опасен. Позвонить, что ли, Герберту и попросить его срочно приехать? А может, лучше сразу Лиле? У неё в ордене статус выше.

— Да, Анорм действительно не преувеличивал, — повторил Каитон. — Упрощённая процедура знакомства состоялась, теперь к делу. Мари заскучала дома, и я решил ненадолго отвезти её к вам. Моя супруга слишком переживала из-за всей этой истории с правом победителя, — Каитон по-хозяйски погладил девушку по плечу. — Пусть сама убедится, что вы живёте тихо и мирно. Я вернусь за тобой через два-три часа, дорогая.

Мари нахмурилась.

— Разве ты не останешься? Я не знакома с судьёй Лилианой и сэром Гербертом.

— Мари, все слуги Грарга относятся к моей жене с должным уважением, — неожиданно тепло улыбнулся ей Каитон.

Затем он изобразил в мою сторону нечто среднее между кивком и поклоном и вышел за дверь.

— Простите, я не хотела вас стеснить, — сказала Мари.

— Вы нас не стесните, — я старалась не слишком откровенно пялиться на одну из граргских легенд. — Проходите…

Куда провести гостью? В комнату Лили с огромной кроватью? Это вроде как неудобно. В нашу спальню с разобранным и незастеленным диваном? Ещё хуже.

— На кухню, — с приветливой улыбкой вмешалась Синичка. — Рада познакомиться, Мари. Спасибо, что просили Инесс быть защитницей на совете.

— А вот болтать об этом её никто не просил, — с досадой произнесла жена верховного рыцаря. — Мало того, что весь совет в курсе, так она ещё и тебе рассказала.

Мари прошла вслед за нами на кухню.

— Не проговорилась бы Инесс, так потом рассказала бы Лиля, — сказала я. — Присаживайтесь, Мари. Я позвоню Лиле, скажу, что у нас гости, и сразу вернусь.

— Может, не стоит отвлекать судью Лилиану? — напряглась Мари.

— Она наверняка захочет пообщаться с вами, — возразила я.

Забавно! Кажется, Мари стесняется и даже боится появления Герберта или Лили. Подумать только, жена Каитона чего-то опасается в Грарге.

В коридоре пришлось немного покопаться в сумке в поисках айфона. Из кухни доносился тихий голос Мари:

— Мне так жаль, что ты здесь оказалась. Но, кажется, Виктория к тебе хорошо относится.

— И остальные тоже, — ответила Синичка. — Как говорит Лиля, о таком победителе как Герберт можно только мечтать.

— Хорошо хоть так. Я боялась, что ты попадёшь к Анорму. После совета он заключил пари с Каитоном, что через неделю привезёт тебя на виллу. А сэр Герберт… Какой он?

— Здесь он добрый, весёлый и терпеливый.

Айфон наконец нашёлся, и я перестала прислушиваться к голосам из кухни. Похоже, Синичка достаточно привыкла к Герберту.

— Сейчас приеду, — пообещала Лиля после моего короткого рассказа. — Прикрой дверь кухни, я сначала зайду в комнату, переоденусь. Не хочу при знакомстве перепугать это нежное создание. Она нечасто выходит в обычный мир и вряд ли хорошо представляет современную молодёжную моду. Вообще-то о таких визитах принято предупреждать заранее.

— Лиль, только ей об этом не говори, — пробормотала я почти шёпотом. — Мари и так не по себе.

— Сейчас взбодрится, — отчётливо хмыкнула Лиля. — Найдём общий язык. Всё, Викуся, целую, я уже за рулём.

Я хихикнула, представив рядом Мари в закрытом длинном сером платье и ярко накрашенную Лилю в обтягивающей кофточке и кожаных брючках, увешанную множеством украшений. Один блестящий разноцветный кулон в виде черепа и подвеска-клык в ухе чего стоят! Лиля права, Мари бы её испугалась.

Уже через несколько минут из коридора донёсся скрип двери.

— Кто это? — тихо спросила Мари.

— Свои.

Жена верховного рыцаря заметно напряглась.

— Мари, ты нигде не бываешь без Каитона? — спросила Синичка.

И когда они только успели перейти на ты?

— Так сложилось, что почти нигде. Мы обычно выходим в мир вместе. Впрочем, иногда мы гуляем где-нибудь вдвоём с Инесс.

Лиля появилась на кухне в длинном закрытом чёрном платье с небольшим вырезом на спине. В руках у рыжей красотки была коробка с тортом из «Избушки».

— Приветствую вас, Мари, — улыбнулась она, зелёные глаза весело сверкнули. — Рада, наконец, познакомиться.

— Здравствуйте, судья Лилиана.

Мари собиралась подняться, но Лиля протестующе замахала руками.

— Мари, раз вы нанесли нам визит одна, без супруга, давайте оставим никому не нужные церемонии. Как вы сюда добрались?

Лиля поставила коробку на стол и с дружелюбной улыбкой села напротив гостьи рядом с Синичкой.

— Через пещеру, — из взгляда Мари не пропадала настороженность.

— Разумно, — кивнула Лиля, распаковывая торт.

— Прошу прощения, я понимаю, что мой визит доставил вам неудобства, — помедлив, произнесла Мари.

— Какие неудобства? К нам после Викиного посвящения постоянно кто-то приезжает. Мари, давайте-ка выпьем чаю с тортиком. Или кофе? — Лиля улыбнулась.

— Судья Лилиана, мне, право, неловко…

— Если будете продолжать в таком духе, наша беседа примет отвратительно официальный характер. Я начну называть вас «супруга верховного рыцаря», и мы будем соревноваться в почтительности до появления Каитона.

Синичка хмыкнула, я попыталась подавить смешок.

— Судья Лилиана, я не могу…

— Госпожа Мари, супруга верховного рыцаря Каитона, я, право, не заслуживаю…

— И как же мне вас называть? — сдалась Мари.

— Лилиана, Лилия, можно просто Лиля. Как больше нравится.

Через час мы уже сидели на большой кровати в комнате Лили и Синички. Мари с любопытством поглядывала в зеркало, привыкая к новому облику. Лиля заплела ей сложную косу вокруг головы, уложив волосы короной. Новая причёска очень шла Мари, но оказалась непривычна для супруги Каитона.

— Вы так хорошо ладите, — произнесла Мари.

— Мы же семья, — жизнерадостно ответила Лиля. — Кстати, — она повернулась к нам с Танюшей, — сейчас ваш господин и повелитель, скорее всего, уже подъезжает к дому.

— Кто? — настороженно переспросила Мари.

— Сэр Герберт. Скоро вы увидите этого тирана и деспота.

Мари в очередной раз побледнела.

— Шутка, — без улыбки добавила Синичка.

Герберт, как обычно, ворвался в комнату без стука, с весело горящими глазами сгрёб меня в охапку, поцеловал, отпустил, чтобы чмокнуть в щёку Танюшку, и потянулся обнять Лилю. Глаза Мари слегка расширились, рот приоткрылся.

— Уйми свой темперамент, Герб, — Лиля со смехом отстранилась. — Если ты на автопилоте так же поприветствуешь нашу гостью, это будет не слишком учтиво.

Герберт заметил Мари только после этих слов. Он бросил на неё приветливо-недоумённый взгляд, а затем выжидающе посмотрел на Лилю.

— Мари, супруга верховного рыцаря Каитона, — официальным тоном представила она. — А это наш господин и повелитель, тиран и деспот…

— Сэр Герберт, — оборвал бывшую жену Герберт. Он почтительно поклонился. — Очень рад знакомству. Для нашего дома этот визит — большая честь.

— Хватит, Герб, — Лиля хмыкнула. — Насколько я понимаю, официальных речей Мари хватает дома.

— А где же верховный рыцарь Каитон? — с безукоризненной вежливостью спросил мой любимый.

— Скоро прибудет за Мари, — ответила Лиля. — Герб, ты собираешься стоять над нами до его прихода?

— Есть идея получше, — сухо произнёс он. — Перейти на кухню. Ты, надеюсь, не собираешься усадить сюда ещё и Каитона?

Герберт неодобрительно кивнул на кровать.

— Разумеется, нет, — спокойно ответила Лиля. — Думаю, Мари больше хочет поговорить с Синичкой, чем с нами. Поэтому предлагаю окончательно забыть об официозе до появления верховного рыцаря и дать им возможность нормально пообщаться.

Лиля встала, я неохотно поднялась за ней. Герберт обнял меня, и мы вышли из комнаты.

— Даже не представляешь, как тебе повезло, — донёсся вслед тихий голос Мари.

Лиля закрыла дверь.

Пока я разогревала мужу обед, Лиля уселась на подоконник и достала сигареты. Я только теперь поняла, что при Мари она не курила. Когда я поставила перед Гербертом тарелку куриного супа с клёцками, муж притянул меня за стол.

— Ну и что это было? — спросил он. — Могли бы хоть предупредить.

— Как-то не подумали, — виновато ответила я.

— Не сочли нужным, — невозмутимо поправила Лиля. — Мари хотела убедиться, что с Танюшкой всё в порядке. Вот я и дала ей возможность увидеть нас в обстановке, максимально приближенной к естественной. Если бы ты появился с поклонами и официальными речами, Мари не поняла бы, как ты обычно общаешься с Синичкой. Каитон, между прочим, не разводил с Викусей особых церемоний и сильно упростил процедуру знакомства.

— Интересно, они с Мари уже смотрят те дурацкие фотографии? — пробормотал Герберт после моего рассказа о визите верховного рыцаря. — Угораздило же меня сделать снимки!

— Ладно тебе, с фотками Синичка стала гораздо спокойнее, — отозвалась Лиля, пустив перед этим на улицу дым кольцами. — Ну разговаривает она мысленно с Вильгельмом, тебе это чем-то мешает?

— Ничем, просто раздражает, — Герберт зарылся лицом в мои волосы.

— Герб, ты говорил, что отпустишь Танюшку, если она потянется к кому-то из наших, — задумчиво произнесла Лиля. — А вдруг она потянется к тебе? Что ты тогда будешь делать? Вернее, что будете делать вы оба?

Она внимательно смотрела на меня, словно обращалась именно ко мне, а не к Герберту.

— Я думал об этом. Даже если так случится, не вижу проблемы, — ответил он. — Что я в этой ситуации стану делать — ты и так знаешь. Не будем всё опошлять, называя вещи своими именами. Мне даже есть смысл немного привязать девочку к себе. Она станет счастливее, а Вильгельму в скором времени после этого придёт конец. На наших отношениях с Викой это никак не отразится, — муж улыбнулся мне.

Такой вариант будущего мне и в голову не приходил. Хотя Синичка иногда обнимает Герберта и называет его этой дурацкой собачьей кличкой «Герб», но любит она своего рыцаря-чашепоклонника. А ведь то, о чём говорит Лиля, наверное, возможно.

— Викуся, ты тоже так считаешь? — спросила Лиля.

— В нашей ситуации это мало что изменит, — немного подумав, ответила я. — Если что, ревновать не буду. Хотя сомневаюсь, что Танюшка в состоянии забыть Чернова.

Неловкий разговор прервал звонок в дверь.

— Вика, быстро вытащи их сюда, — скороговоркой приказала Лиля. — Каитон не должен застать Мари в моей комнате на кровати в компании одной Синички.

Добежать до комнаты я не успела, Мари и Синичка уже вышли в коридор.

Дверь Каитону открыла Лиля.

— Приветствую тебя, верховный рыцарь, — она немного склонила голову.

Каитон шагнул в квартиру.

— Приветствую хозяев этого дома, — учтиво поклонился он.

Основатель ордена галантно поцеловал руку Лиле, а затем, к моему удивлению, — и мне.

Герберт учтиво поздоровался с гостем. Я заметила, что муж напряжён, а Лиля держится между рыцарями, словно готовится их разнимать. Неужели они ждут от Каитона какой-нибудь гадости?

— Не стоит беспокоиться, это всего лишь визит вежливости, — сухо произнёс гость. — Как вы общаетесь с Татьяной — ваше личное дело. Но то, что вы закрыли от меня девушку двойным заслоном, вызывает у меня недоумение и даже раздражение.

— Привычка, — обезоруживающе улыбнулась Лиля.

Оба при этом остались на месте, закрывая собой Синичку. Я и не обращала внимания, что они каждый раз, когда появлялись гости, выстраивали, как сказал верховный рыцарь, «двойной заслон».

— Могу подойти сама, — сказала Танюша и сделала шаг вперёд.

— Теперь понятно, что нашёл в ней Анорм, — неприятно улыбнулся Каитон.

— Тебе необязательно подходить к верховному рыцарю, — с нажимом произнёс Герберт.

Теперь они стояли рядом. Герберт положил руку Тане на плечо, как будто собирался силой удержать её на месте.

Каитон снова снял тёмные очки. Его бесцветные глаза напоминали рыбьи, взгляд ничего не выражал. Казалось, что Каитон не способен испытывать человеческих чувств. Однако когда к нему подошла Мари, взгляд верховного рыцаря потеплел и стал похож на человеческий.

— Тебе идёт, — мягко сказал Каитон, взглянув на новую причёску жены. — Нам пора возвращаться. Надеюсь, ты довольна этим визитом, дорогая?

— Да, спасибо, — улыбнулась она.

— Рады были познакомиться, Мари, — сказала Лиля.

— Я тоже, Лиля.

— Лиля? — с интересом переспросил Каитон. — Неожиданно, но, похоже, вы нашли общий язык. Что ж, приглашаю всех заглядывать в гости, Мари будет рада, — он кинул мимолётный взгляд на Синичку. — Попрощайся с новыми знакомыми, дорогая, нам пора.

Мари с Синичкой обнялись, как давние приятельницы. Затем Мари обнялась и с Лилей, и со мной. Безукоризненно учтивый Герберт приложился к руке супруги верховного рыцаря.

Каитон коротко поклонился и вышел, придерживая жену под руку. Странная, на вид совсем неподходящая пара. Безжалостный хищник, основатель проклятого ордена, и девушка, с которой можно было бы писать Мадонну с младенцем. Только ребёнка у Мари нет и никогда не будет, это единственное, чего не может дать любимой женщине рыцарь Грарга.

— Успокоилась? — донёсся из подъезда тихий, ласково-насмешливый голос Каитона. — Надо же, они были готовы защищать её даже от меня.

В пятницу утром любимый отвёз меня в колледж и отправился с Таней дальше. День им предстоял бурный. Герберт всерьёз настроен учить нас с Синичкой водить машину. Пусть пока катается с Танюшкой, у меня и так хватает дел. Для начала надо научиться всему, что требуется в Грарге, сесть за руль я всегда успею.

Удивительно, но к Танюше я не ревную, хотя будь на её месте любая другая девушка, я бы сразу озверела. Даже если Синичка вдруг потянется к Герберту — всё останется почти по-прежнему. Просто он станет уделять Танюшке немного больше внимания.

В колледж я опоздала. Лариса Сергеевна увлечённо рассказывала об искусстве позднего Возрождения и демонстрировала фотки каких-то соборов. Я, извинившись, проскользнула на своё обычное место. Как же остро чувствуется пустота с одной стороны! Парты расставлены большим прямоугольником. Мы обычно сидели втроём, рядом были Синичка и Вильгельм. А теперь — пусто.

Пожалуй, я подожду бросать колледж, похожу сюда с Танюшей. Я ещё не решила, чем хотела бы заняться. Герберт и Лиля не пускают меня работать и говорят, что их денег хватит на века. Сидеть дома не хочу, к прежней компании вернуться нельзя. Да меня и не тянет к прошлой жизни, в этой гораздо лучше.

Лариса Сергеевна половину урока кидала на меня странные взгляды и в перерыве почти сразу спросила:

— Вика, где Таня Синица?

— Она уже написала все контрольные, — напомнила я. — И заранее отпрашивалась с этого урока.

— Да, конечно, — Лариса Сергеевна задумчиво смотрела в окно. — Но я не видела её в колледже.

— Она сегодня вряд ли появится.

— Тебе не холодно? — Лариса Сергеевна выразительно посмотрела на меня.

— Нет.

И чего спрашивает? Знает же, что мы не мёрзнем. Я рассеянно оглядела класс. Стоп! Да потому и спрашивает. Это она предупредила меня, что начинаю выделяться.

Я пришла в плотной рубашке и юбке до колена, а все остальные уже натянули на себя зимние свитера и тёплые брюки. Придётся надевать джинсы и какой-нибудь свитерок, чтобы соответствовать. Да и шапку уже пора носить.

Лариса Сергеевна всё сверлила меня взглядом.

— Вообще да, здесь прохладно, — сказала я. — Можно сбегать в гардероб за курткой?

Она кивнула и начала что-то писать в журнале.

С контрольной после перерыва я справилась быстро: Синичка рассказывала, какие вопросы будут в тесте. Сдав работу, я вышла в коридор. До конца урока осталось минут десять. А если сейчас сесть на подоконник и попробовать вселение? Лиля и Герберт всё время твердят, что мне нужны тренировки. Я должна почаще проникать в чужие мысли, чтобы чувствовать себя комфортно в сознании другого человека.

Я села на подоконник и прижалась головой к прохладной оконной раме. Достаточно удобно, теперь надо расслабиться.

И вот я, оставив спящее тело, проскользнула сквозь стену в соседний класс в поисках объекта. Вокруг пианино сидели четыре девушки и двое парней с третьего курса и, глядя в ноты, слушали какую-то симфонию. Я внимательно оглядела всех и выбрала девушку в больших круглых очках. Она смотрела в ноты так, будто ничего интереснее в жизни не видела. На вид нудноватый объект, но, может, получится устроить с ней что-нибудь весёлое? Как говорится, в тихом омуте…

Я дотронулась до руки девушки в очках и увидела класс её глазами. В следующую секунду на меня камнепадом обрушились мысли:

«Он совсем не обращает на меня внимания. Конечно, кому я нужна? Наверное, я недостойна того, чтобы со мной общались. Если я умру, никто даже не заметит этого…»

Здрасьте, приехали! Ну и бред у неё в голове. Ничего весёлого в этом вселении не будет. Очень неудачный объект, но времени мало, искать кого-то ещё не буду. Потренируюсь с тем, что есть.

«А родители?» — спросила я.

«Да, родителям было бы тяжело. А больше я никому не нужна».

Неужели совсем нет друзей?

«Мы недавно сюда переехали. Друзей нет, парня нет»

Объект покосился на сидящего рядом однокурсника.

Ну ты смешная! Уж этот парень точно ни с кем не встречается, он такой же зануда, как и ты. Стоит проявить чуточку активности — и он твой.

«Я не могу»

Откуда ты только взялась такая закомплексованная? Жаль, что мне нельзя полностью стать на время тобой, а то твой голос будет слышен по всему коридору. Давай-ка сама повернись к нему и предложи пойти куда-нибудь после занятий. Куда ты собиралась?

«В библиотеку».

Можно и туда, посидите, почитаете вместе.

Я почувствовала, как она поворачивается к парню. Вот мы с ней уже смотрим на него в упор. Молодец, давай действуй.

— Олег, ты не собираешься после уроков в библиотеку? Я хотела посмотреть, как делать партитуру. Ты мне поможешь? — прошептала она.

Ну вот! Можешь же, если сильно захочешь.

Парень нерешительно улыбнулся.

— Оля, я сам ещё не смотрел. Пойдём разбираться вместе.

— Виктория! — донёсся откуда-то разгневанный голос. — Сейчас же вернись!

От сильного толчка я полетела вперёд. Вокруг стало темно, и я… открыла глаза. Как некстати! Так хотелось посмотреть, чем закончится разговор двух заучек. По-моему, хорошая получилась бы парочка.

Но я снова сидела на подоконнике в коридоре, а рядом стояла Лариса Сергеевна и с силой трясла меня за плечо.

— Как ты можешь этим заниматься? Да ещё здесь!

Я огляделась. Коридор был пуст, перемена ещё не началась.

— Вы знаете, кто я теперь, — тихо напомнила я. — Не создавайте конфликт, я бы не хотела, чтобы Герберт или судья Лилиана в него вмешались. А занимаюсь я этим легко. Судья Лилиана говорит, что я — гений вселения.

— Как ты можешь так обходиться со своей душой, Вика? — еле слышно заговорила Лариса Сергеевна. — Ты совсем молоденькая, недавно в тёмном ордене. Возможно, ты ещё смогла бы остановиться.

— Моя душа уже изменена. Я живу с Гербертом, он мой муж перед Граргом. Останавливаться мне нельзя.

— Неужели он этого стоит?

— Герберт? Конечно, стоит, — ответила я. — По-вашему, Вадик Чернов лучше? Герберт никогда не поступил бы со мной так, как он с Таней.

Лариса Сергеевна помрачнела.

— Я не могу судить, кто из них поступает более отвратительно.

Она медленно пошла прочь по коридору. Я соскочила с подоконника. Жаль, что не успею продолжить вселение: вот-вот начнётся перемена. Интересно, станут встречаться эти зануды или нет.

Надо будет рассказать Герберту и Лиле о новом опыте. Они, конечно, действовали бы по-другому. Лучше не представлять, чем служение опытного воина Грарга могло бы закончиться для расхандрившейся Оли.