ГЛАВА 6

– К сожалению, мне нечем хвалиться.

Джонатан Ридли за вчерашний день успел сделать многое. Вот только толку оказалось мало, и сейчас молодой дознаватель с некоторой опаской смотрел на собственное начальство, ожидая нагоняй. Но это самое начальство недовольным не выглядело. Инквизитор кивнул подчиненному на стул и приготовился слушать.

– Мы опросили Тода. Он продолжает утверждать, что последний раз видел Вудсона в воскресенье днем. Вудсон сказал соседу о каком-то денежном деле и под вечер ушел. Тод не поднимал панику. Считал, сосед или еще занят, или уже пропивает заработок в каком-нибудь баре. Кто мог его убить – не знает.

Грэн молча кивнул, не видя в этом ничего удивительного. Дерек Тод не походил на человека, который стал бы переживать за пропавшего на пару дней приятеля.

– Что Тод, что Вудсон – люди без семей, постоянной работы и толкового образования. Но ни в чем криминальном никогда замечены не были. Обыск в квартире ничего не дал. Ни следов крови, ни оружия, ни чего-либо подозрительного вообще. Если не считать ящик явно поддельного вина. Соседи тоже не рассказали ничего полезного. О Тоде и Вудсоне все отзываются как о типах немного мутновытах, которым явно хочется напрягаться поменьше, а получать побольше, но безобидных, без явного криминала. В ночь убийства все было тихо. Да и вообще, в последние недели парни сидели спокойно, даже девиц не водили, потому что с работой стало туго.

– Что ж, отрицательный результат – тоже результат, – вздохнул Грэн.

– В общем, я не думаю, что Тод убил соседа. Не в его это духе. Драка – да, ударить по голове или пырнуть ножом – да. А отрывать голову – как-то слишком…

– Согласен. Но Тод может что-то знать. Как он выглядел во время обысков и допросов? Может, нервничал сильно или был напуган?

– Нервничал, – пожал плечами Ридли. – Как же без этого? Хотя я бы не сказал, что очень сильно. Да и напуганным не выглядел. Скорее, удивленным и расстроенным. Расстроенным из-за того, что теперь придется искать себе нового соседа.

– Понятно, – поморщился инквизитор.

– Я набросал список его близких приятелей. Сегодня хочу опросить их. Может, расскажут про Вудсона что-нибудь полезное.

– Еще проверьте, есть ли у него банковские счета. И у Тода тоже.

– Сделаю. Мне можно идти?

– Да, – разрешил Грэн, и Ридли сбежал.

Инквизитор задумчиво побарабанил пальцами по столу. Да, это странное дело было не слишком похоже на бытовое преступление. Тут или что-то гораздо серьезнее банальной поножовщины, или вообще нелепый несчастный случай. А от тела явно избавлялся человек с крепкими нервами и твердыми руками. И покойник навсегда сгинул бы в морской пучине, став рыбьим кормом, если бы не случайность в лице ведьмы Цейры Айрис.

Мысли Эварда Грэна плавно свернули с преступления на женщину. Цейра… Ведьмы всегда давали дочерям имена на своем собственном, древнем языке. Его не знал никто, кроме них самих. Но в Ордене инквизиции хранилось несколько текстов с расшифровками, и из них Эвард помнил, что «Цейра» значит – белая акация. Надо сказать, имя подходило своей хозяйке. Ведьма была красивой, яркой, уверенной в себе женщиной. И цепляла, как шипы акации цепляются за одежду того, кто рискнет подойти близко. Могла ли она стать такой же опасной? Могла ли ранить? Или одурманить, как дурманил аромат прекрасных цветов?

Мужчина тряхнул головой и встал. Он приехал сюда работать. Все остальное, в том числе и женщины, могло подождать. Поэтому сейчас стоило выбросить из головы лишние мысли и заняться делом. Например, сходить в архив и узнать, не было ли в городе безголовых покойников раньше. А потом поднять списки без вести пропавших за последние несколько лет и поискать случаи, похожие на Вудсона. Может, что и отыщется.

***

К походу за лицензией я решила подойти серьезно. Отработав в лавке положенное время (и выставив вон еще пару дур, жаждавших приворота), я отправилась домой, чтобы привести себя в порядок. Шайр спал в кресле и даже не поднял голову, когда услышал поднятый мной шум. Я храбро почесала его между ушами. Вчера мы установили нечто вроде нейтралитета. Кот не пакостит в доме и не вредит мне, а его за это не гонят прочь. Пока нас обоих все устраивало.

Нагладившись шайра, я поднялась наверх, в спальню, и достала из гардеробной большую круглую коробку. Там хранился главный шедевр Элизабет Тамблин и по совместительству ее подарок на мой последний день рождения. У меня еще не было повода выгулять его в Морангене, но сейчас появился тот, кого хотелось впечатлить.

Я сняла крышку, развернула упаковочную бумагу и осторожно достала шляпу. Она была пошита из черного шелка, с широкими полями, элегантно загнутыми с одной стороны вниз. Единственным украшением служили перья. Не знаю, что за птица лишилась хвоста ради этого чуда, но черные перья, отливавшие на солнце глубокой синевой, придавали шляпе совершенно особый шарм. А она передавала этот шарм мне. В ней я словно лучилась таинственностью, загадочностью и совершенно колдовским магнетизмом. Если инквизитор не отреагирует, то он или ненормальный, или безнадежно влюбленный.

Порадовавшись, что на улице снова установилась хорошая погода, я выбрала одно из своих белых платьев. Его пышная юбка опускалась чуть ниже колен, узкие бретели подчеркивали плечи, а широкая вставка из черной ткани – талию. Капля моих любимых духов с ароматом сирени – и образ полностью готов.

Пока я шла в Управление, меня провожали восхищенные мужские взгляды и завистливые – женские. Мне это льстило. Если подумать, после развода с Гордоном я только однажды заводила роман. Короткий и бурный – с капитаном гаэрнийского корабля. Корабль потрепало штормом, он больше месяца стоял на ремонте в наших доках, а мы с красавцем-капитаном играли в романтику. Ни мне, ни ему не нужны были постоянные отношения, поэтому, когда пришло время расставаться, мы сделали это легко и без обид. Но с тех пор прошло почти три года. И теперь меня тянет к инквизитору. М-да…

Вот и надо оно мне вообще? Роман ведьмы и инквизитора был чем-то из ряда вон. Нет, такие отношения не запрещались, и теоретически такая пара могла пожениться, вот только почему-то желающих не находилось. Инквизиторы чаще всего женились на простых неодаренных женщинах, а ведьмы – на таких же мужчинах. И все для того, чтобы с гарантией передать будущему ребенку свой дар. Наследственная линия, чтоб ее.

Но Эвард Грэн мне понравился. Понравился с первого взгляда, и не просто Цейре-женщине, но и Цейре-ведьме. А если ведьма что-то хочет – она должна хотя бы попытаться это получить.

Сохраняя невозмутимое выражение лица, я вошла в Управление и кивнула дежурному:

– Господин Грэн на месте?

– Должен быть… Да. – выдавил молодой парень за стойкой.

– Славно.

Я шагнула к лестнице и вдруг услышала восхищенный свист. Хмыкнув, развернулась и снисходительно глянула на свистуна.

– Цейра, – протянул не кто иной, как Гордон Кроу, – роскошно выглядишь.

– Спасибо, – довольно улыбнулась я.

– А шляпа! Дело рук Лиз?

– Да, ее. Мне идет?

– Ну конечно, – кивнула некромант и нарочито горестно вздохнул. – И почему мне кажется, что вся эта красота совсем не для меня?

– Извини. – Я развела руками. – Я всего лишь пришла за кое-какими документами.

– За документами? – идущая мимо нас Айнона Шалтер фыркнула, останавливаясь. – Несложно догадаться, к кому именно. У нас есть только один человек, ради которого ведьма Айрис стала бы так наряжаться.

– Могу себе позволить, – невозмутимо ответила я. – В отличии от некоторых.

Я обвела Айнону немного снисходительным взглядом. Пусть ведьма, но на работе она почти всегда должна была носить мундир. Да, его темно-серый цвет выгодно оттенял прямые рыжие волосы и зеленые глаза Шалтер. Вот только это не отменяло того, что он был скучным, формальным и не слишком привлекательным в мужских глазах. Хотя, насколько я знаю, сей факт никак не мешало Айноне крутить многочисленные романы.

– Что ж, – я смахнула с юбки невидимую пылинку. – Мне пора. Не хочется заставлять ждать такого человека, как инквизитор Грэн.

– Удачи, – хмыкнула ведьма, но это пожелание скорее походило на проклятие.

Гордон только подмигнул мне и, приобняв раздраженную коллегу за талию, потянул прочь. А я поспешила наверх, на третий этаж.

– Господин Грэн? – спросила, постучав в начальничью дверь. – К вам можно?

– Да, – отозвался бархатистый голос, запустивший волну мурашек по спине.

Я вошла, мимоходом осматриваясь. Мне еще никогда не доводилось бывать у главы Управления полиции. Кабинет оказался небольшим, но солидным, с окном, выходящим на главную площадь. Почти все горизонтальные поверхности была завалены бумагами и папками. Сам инквизитор сидел за столом, уткнувшись в кипу листов. Стоило мне приблизиться, он поднял голову. В синих глазах мелькнуло нечто этакое, мужское, но сразу исчезло, заставив меня мысленно вздохнуть. Этот мужчина явно умел держать себя в руках.

– Я пришла за лицензией, – сообщила, отыскав не занятый папками стул.

Грэн молча кивнул, открыл ящик стола и достал оттуда бланк.

– Ведьма Цейра Айрис, – проговорил он, заполняя строки. – Можно вопрос?

– Можно.

– Кем вам приходится Марселия Айрис?

– Это моя родная бабушка, – честно призналась я. – Вы знакомы?

– Лично – нет. Но наслышан.

– Понятно, – хмыкнула я. И тут же спросила: – Встречный вопрос вам: а вы из того самого рода Грэн?

– Да, – коротко ответил инквизитор, еле заметно поморщившись.

Хм, кажется, ему не лишком нравятся расспросы о семье.

– Питомец шайр, – продолжил Грэн, меняя тему. – Пол и имя?

– Самец. Имя – Палтус.

– Как? – он поднял на меня удивленный взгляд. – Вы назвали лесную нечисть Палтусом?

– Раз он все еще обитает у меня дома, значит, не имеет ничего против такого имени, – пожала плечами.

– Пожалуй.

Мужчина заполнил бланк, шлепнул на него печать и протянул мне вместе с узким ошейником. Я глянула на бланк и заметила в углу надпись мелкими буквами: «Отпечатано в типографии Фредерика Орфорда. 2000 экз». О, отец получил госзаказ.

– Ваше полное личное дело придет из Хейворта только завтра, – сообщил Грэн, записывая что-то в узкой папке с моим именем на обложке. – Я продублирую там отметку о том, что у вас есть шайр.

– Или я есть у шайра, – вздохнула я. – Эти коты очень своенравны и вполне возможно, что он покинет мой дом так же неожиданно, как и появился в нем.

– Меня, как инквизитора, волнует только то, чтобы шайр не хулиганил в городе. Теперь вы отвечаете за все его проступки.

– Вот уж счастье привалило.

Грэн понимающе хмыкнул. Я немного помолчала, раздумывая, говорить или нет, но потом все же призналась:

– Когда я нашла кота в лесу, ночью, его что-то очень сильно потрепало. И мне кажется, шайр решил задержаться в моем доме, потому что не хочет возвращаться. Он боится того, кого может встретить в лесу.

– Крупная нечисть? – нахмурился мужчина. – Или нежить?

– Не знаю. Я ощутила там нечто нехорошее, злое. Но не смогла понять, что именно.

Он задумчиво побарабанил пальцами по столешнице. И вдруг глянул на меня.

– А расскажите мне о Морангене, ведьма Айрис. Как вы чувствуете эти места? Что зацепило вас здесь? Что наоборот – может смутить или насторожить?

– Это… немного личные вопросы, не находите? – Я чуть прикрыла глаза.

– Немного, – спокойно согласился он.

Но извиняться не стал, давая понять, что все еще ждет ответа. В принципе, я могла бы рассказать ему, потому что вопрос был задан явно не из простого любопытства. Вот только захотелось совместить полезное для инквизитора с приятным для себя.

– Господин Грэн, а вы не желаете поужинать?

– Поужинать?

– Да, – я посмотрела на часы. – Ваш официальный рабочий день заканчивается ровно через пять минут. И если срочных дел нет, мы вполне могли бы обсудить то, что вас интересует. Но в более приятной обстановке.

– Звучит как приглашение на свидание. – Инквизитор чуть прищурил свои синие глазищи.

– Боюсь, вы не позволите этому деловому ужину перерасти в свидание, – вырвалось у меня.

Мать моя ведьма, куда меня несет? Впрочем, я ведьма взрослая, свободная, и нет ничего постыдного в том, чтобы продемонстрировать свой интерес.

– Что ж… – Грэн поднялся одним гибким, красивым движением и подал мне руку. – Познакомьте меня с лучшими заведениями Морангена.

С трудом сдерживая довольную улыбку, я вложила свои пальцы в мужскую ладонь и грациозно встала. Уж что, а в хорошей еде я знала толк и ходить по ресторанам любила.

– В «Зове моря» вы уже побывали. Тогда я приглашаю вас в «Золотой трезубец». Если повезет, мы поймаем столик на втором этаже.

Как ни странно, но наш проход по Управлению остался незамеченным. Коридоры оказались почти пусты, а встретившийся нам Джонатан Ридли даже не поднял головы от какой-то толстой папки.

До ресторана нам пришлось немного пройтись. Я, как заправский экскурсовод, провела своего спутника по самым красивым улочкам городского центра, рассказывая о том, что интересного нам попадалось на пути. Сам «Золотой трезубец» располагался на набережной, был немного пафосным, но этот пафос компенсировался вкусной едой и отличным вином. Нам с Грэном повезло, и свободный столик нашелся на втором этаже, куда я так жаждала попасть. Здесь было меньше позолоты и хрусталя, чем на первом, не играл оркестр, зато можно было устроиться прямо возле выходящего на море панорамного окна.

Я сняла шляпу, пристроив ее на специальную вешалку, и дождалась, пока мужчина отодвинет мне стул. Пусть ведьмы рода Айрис и не были аристократками, я выросла в хорошей семье. Мой дед был морским офицером и дослужился бы до адмирала, если бы не шторм, трагически оборвавший не только карьеру, но и жизнь. Отец владел одной из самый больших столичных типографий, мама и бабушка слыли ведьмами очень одаренными и были вхожи в высшее общество. Поэтому я получила прекрасное воспитание и знала, как себя вести в подобных местах.

– В «Трезубце» подают лучшее в Морангене мясо и вино, – сообщила я, когда официант принес золоченую карточку меню. – Наш город славится своей рыбой, она очень вкусная и недорогая, но иногда от даров моря хочется отдохнуть.

– Моранген оказался не совсем таким, каким я его себе представлял, – заметил инквизитор.

– Понимаю. Наверняка вас пугали захолустной деревней, где половина жителей и читать-то не умеет.

– Что-то вроде того, – он позволил себе легкую улыбку

– И все же почему вы решили приехать в такое неперспективное место, каким его рисовали другие? – поинтересовалась я.

– Вашему городу был нужен инквизитор, – ровно ответил Грэн. – Глава Ордена решил, что я подхожу на эту роль.

– Не сомневаюсь, что подходите.

Хотелось продолжить расспросы. Ведь мужчина сказал мне правду и в то же время не сказал ничего, что действительно можно было бы посчитать ответом. Не стал бы Верховный инквизитор просто разбрасываться мужчинами из такого древнего и сильного рода, отправляя их на задворки королевства. Но ведьминская интуиция подсказывала, что попытки выяснить только рассердят Грэна и вечер будет испорчен. Так что лучше поумерить любопытство. Пока поумерить.

Официанты принесли нам вино и закуску. Не сговариваясь, мы с инквизитором выбрали мелко нарубленную сырую говядину – пугавший многих деликатес. Но мясо и правда было первоклассным, а хрустящий хлеб, каперсы, лук и пряный соус прекрасно его дополняли.

– Вы родились и выросли в Айкере? – спросил инквизитор.

– Да. – Я не видела смысла скрывать это. – Вышла замуж и переехала в Моранген, а когда развелась, решила остаться.

– Почему?

– Прикипела к городу. Здесь хорошо. Много чистой энергии, очень свободно и легко дышится, говорю вам, как ведьма. Кстати, по легенде, Моранген был назван в честь ведьмы Моран, которая жила в этом месте еще до того, как на берегу появилось первое рыбацкое поселение.

– Надо же, – хмыкнул Грэн.

– Так что, я думаю, вам у нас понравится. Не столица, конечно, но и не деревня. Хотя, если взять любовь к сплетням и слухам…

– О да, слухи, – мужчина чуть прищурился, вперив в меня внимательный взгляд. – С некоторыми из них я уже успел познакомиться. Например, с теми, которые рассказывают о том, что всякая несчастная в любви дама может обратиться к ведьме Цейре Айрис, и та поможет пробудить любовь в самом черством сердце. Даже в сердце инквизитора.

– Нет! – я чуть не взвыла. – Это просто глупые слухи.

– Неужели? – Голос мужчины аж сочился скепсисом.

– Я не занимаюсь приворотами, – сказала твердо. – Во-первых, это мерзко. Во-вторых, если первого аргумента вам недостаточно, я хоть и самая молодая ведьма Морангена, но не дура. И прекрасно осознаю, чем чревата попытка приворожить инквизитора.

– Хм…

Мне стало обидно. Понятно, что инквизитор совсем меня не знает, чтобы безоглядно верить. Но я за свою жизнь не совершила ни одного правонарушения. Уж это-то должно быть написано в моем личном деле.

– Вы пошли со мной в ресторан только потому, что хотели поймать за руку, когда я брошусь вас привораживать?

– Нет, – ответил мужчина через невыносимо долгую секунду. Синие глаза, наконец, потеплели. – Но я рад, что мы находимся по одну сторону.

– Да уж…

– Не обижайтесь, Цейра. Инквизитор должен быть готов ко всему.

– Не обижаюсь, – вздохнула я, мгновенно оттаяв от того, что он назвал меня по имени. – И вы не сердитесь на наших женщин. Сейчас их… скажем так, занесло, но скоро они придут в себя. В конце концов, вы и в столице наверняка считались одним из самых завидных женихов, чего уж говорить о нашей провинции.

У инквизитора дернулась щека. Он отпил из бокала с вином и предпочел сменить тему:

– Значит, вам нравится Моранген.

– Нравится. Здесь меньше суеты и шума, чем в Айкере. У меня свой дом, дело, которое приносит неплохой доход. Конечно, пришлось привыкать к очень переменчивой погоде, но это оказалось не так сложно, как я думала.

– Да, погоду я уже успел оценить, – хмыкнул инквизитор.

– Если нужно, приходите ко мне, дам вам домашний оберег, который защищает дом от сырости и сквозняков. Или посоветую хорошего ремонтника. Предыдущий жилец виллы постоянно жаловался на нещадно сквозящие окна.

– Правда? Не заметил.

– Значит, вам повезло. Профессору приходилось покупать у меня обереги и мазь от ревматизма.

– Может, это был всего лишь повод увидеться с молодой и красивой соседкой? – чуть улыбнулся инквизитор.

Я довольно прикрыла глаза, принимая комплимент. А потом задумалась. Старик-магзоолог и правда часто ходил ко мне, жалуясь на здоровье. Но это никак не мешало ему бодрым козликом скакать по побережью, выходить с рыбаками в море и самому плавать в его прохладных и своенравных водах. Да, кажется, пожилому профессору действительно просто хотелось моего общества. И искал он его так забавно и ненавязчиво, что я ничего и не поняла.

– Да, возможно, вы и правы, – пробормотала я. – Но в любом случае, моя лавка всегда открыта для вас.

– Буду иметь в виду, – невозмутимо отозвался инквизитор. – И все же… За пять лет в Морангене происходило ли здесь что-то из ряда вон?

Я немного подумала, перебивая в памяти воспоминания, и не слишком уверенно пожала плечами:

– Вроде бы нет. Преступлений у нас случается не больше и не меньше, чем в других городах. Хотя, вам ведь не это интересно, полицейская статистика у вас и так в доступе.

Грэн молча кивнул.

– В Морангене и вокруг него хорошая энергетика, – продолжила я. – Нет аномалий. Крупной нечисти тоже нет. В море можно наткнуться на морских змеев, но большим кораблям они не страшны, а маленькие лодки так далеко не заходят. Мне, как ведьме, живется спокойно и сыто.

– Понимаю, – хмыкнул инквизитор. – Что ж, рад за Моранген и его жителей.

– Теперь вы один из них.

– Не могу не согласиться. Хотя живу в городе всего ничего.

– Люди здесь проще, чем в столице, – пожала я плечами. – Им чужды расшаркивания и церемонии, им не нужен повод, чтобы познакомиться или заглянуть в гости с пирогом. Да, у нас хватает и сплетников, и снобов, но чужаков, если те, конечно, не смотрят на местных свысока, принимают быстро и легко.

– А еще здесь вкусная еда. – Грэн отсалютовал мне бокалом.

– А какие у нас виды, – улыбнулась я немного мечтательно.

Не сговариваясь, мы оба глянули за окно. Буквально в нескольких шагах, за набережной, расстилалось море. Солнце уже клонилось к закату, отчего вода казалась чернильно-синей. На ней ярко выделялась золотистая лента солнечных лучей. Голубизна неба разбавлялась пестрыми мазками оранжевого, розоватого и желтого. На горизонте виднелись треугольники парусов.

Да, все же хорошо у нас в Морангене. Особенно тем, кто может видеть красоту в самых простых вещах и наслаждаться моментом. Не нужно гнаться за непонятными целями, нырять в ежедневную суету, рискуя потерять там себя. Я сменила шум и блеск столицы, но ни разу не пожалела об этом. Надеюсь, Эвард Грэн не пожалеет тоже.

После ужина мы решили пройтись до мыса пешком. Инквизитор не выглядел недовольным от того факта, что весь город видит его, гуляющего с ведьмой. То ли хорошо умел скрывать эмоции, то ли и правда был не против прогуляться со мной. А я просто наслаждалась его обществом и хорошей погодой.

С Грэном оказалось неожиданно легко. Мы болтали о разной ерунде. Я рассказывала ему о Морангене, мужчина делился со мной последними столичными новостями. Потом перешли на забавные воспоминания об оставшейся в прошлом учебе. Конечно, мы не собирались делиться друг с другом секретами, но у каждого нашлось несколько смешных и безобидных историй о неудавшихся зельях или взбесившихся артефактах. Словом, вечер получился отличным.

Когда мы дошли до конца нашей улочки, инквизитор, как истинный аристократ, не свернул к себе во двор, а проводил меня до калитки.

– Спасибо за ужин, Цейра, – склонил он голову. – Вы скрасили мой вечер.

Налетевший ветер чуть не сорвал с меня шляпу. Перья заколыхались, наверняка отбрасывая на мое лицо чарующие тени. Где-то у горизонта громыхнуло. Снова собиралась гроза.

– Ну вот, – улыбнулась я.

– Переменчивая погода во всем своем великолепии, – хмыкнул мужчина, не сводя с меня глаз.

– Может, пройдет мимо.

– Может…

Грэн сделал шаг назад, и мне отчего-то показалась, будто между нами лопнула только натянувшаяся нить. Разочарованный вздох удалось сдержать с большим трудом.

– Доброй ночи, Цейра.

– И вам, Эвард…

Я открыла калитку и пошла по дорожке, надеясь, что инквизитор смотрит мне вслед. А дома меня уже ждали. Шайр сидел в прихожей и таращился так укоризненно, что личность нестойкая должна была бы тут же раскаяться и побежать вымаливать у котика прощение куском свежего мяса. Но я не впечатлилась и просто сказала:

– Где я гуляю вечерами, тебя абсолютно не касается. Я взрослая самостоятельная ведьма и имею полное право на личную жизнь. Тем более, провести время в компании такого мужчины…

Кот фыркнул, всем своим видом демонстрируя, что единственный мужчина, который заслуживает внимания, – это он. А я достала из сумочки выданный инквизитором ошейник, присела и показала его шайру.

– Это тебе, между прочим. Теперь ты у нас по всем правилам зарегистрированный питомец.

Палтус ухватил ошейник зубами, отбирая его у меня, бросил на пол, а потом с презрительным видом поскреб лапой паркет рядом. Хорошо, что Эвард Грэн не видел, как наглая нечисть отнеслась к положенному законом атрибуту.

– Ладно, – пробормотала я, поняв, что пытаться нацепить на шайра ошейник – себе дороже. – Но имей в виду, будешь хулиганить, я тебя в клетку посажу. Заговоренную.

Развернувшись, Палтус задрал хвост и отправился на кухню. Я переоделась в домашние брюки и легкую тунику, покормила зверя, нашла у себя в шкатулке со всякой мелочью гребень с частыми длинными зубьями и спустилась вниз. Кот сидел на кресле в гостиной и намывал себе лапу. Я вероломно подобралась к нему, перехватила под упитанное пузо и уселась в кресло сама, устроив Палтуса у себя на коленях.

– Ма-а-ау, – возмутился кот и попытался выкрутиться.

– Сиди, – приказала я, удерживая его. – Кормежку нужно отрабатывать.

Шайр засопел. Я погладила его между ушей и принялась расчесывать густую длинную шерсть. Она не путалась, это все же нечисть, а не домашний кот, но то, что останется на гребне, пойдет в дело. Из шерсти шайра получатся отличные обереги от другой нечисти.

Приятная теплая тяжесть на коленях успокаивала и настраивала на благодушный лад. Я чесала осторожно, старясь не задеть проплешины, где кожа могла быть слишком чувствительной, или зачатки крыльев. Палтус еще посопел, но все же угомонился, расплывшись у меня на коленях меховым ковриком. А потом громко замурчал. Надо же, не думала, что лесная нечисть умеет мурчать.

– Хороший котик, – умильно пробормотала я, орудуя гребнем. – Сладкий котик.

На улице снова громыхнул гром, на этот раз ближе и громче. Но я только улыбнулась. В моем доме тепло, сухо и чисто. Крепкая крыша и стены уберегут от непогоды. Ведьминская защита – от неприятностей. Можно укутаться в мягкий плед и чесать кота, можно заварить себе любимый травяной чай, а можно подняться наверх и любоваться грозой. Да и что еще нужно для счастья?