22

*

Я уставился на это безобразия, впав в философскую задумчивость, потому что не совсем понимал, как на это реагировать вообще.

То есть ясно, что, как учитель и воспитатель, я вроде должен вмешаться в творящееся безобразие и призвать наглеца к порядку… Но наглец сам слегка в шоке и честно пытался мою подопечную прогнать прочь.

То есть, к порядку я вроде как должен призвать саму подопечную. И, будь мы дома, сделать бы это пришлось в любом случае, потому что приличия. Но здесь…

— Послушайся моего совета и не лезь, — сказал Ке-Ша, заинтересованно рассматривая их, — здесь у нас лучший способ справиться с искушением. В действии.

Я мрачно покосился на него. Прав он или нет, но…

— Отвернись.

— Эй! Ты же смотришь!

— Я да, я её учитель и должен видеть, когда надо будет вмешаться. А тебе нельзя.

Ке-Ша обиженно пошевелил ушами и отвернулся, пробормотав что-то про “вечно они весь кайф ломают”. Я великодушно сделал вид, что не услышал, и тоже наполовину отвернулся, чтобы наблюдать за происходящим только краем глаза — там эти двое отодвинулись друг от друга, только чтобы снова притянуться.

Хм.

— А с чего ты кстати вмешиваться решил? — Ке-Ша, которому “сломали кайф”, очевидно решил компенсировать отсутствие зрелищ дружеским общением. — Ну пусть развлекутся, тебе-то что?

— Они не пара. Во многих смыслах, — начиная от судьбы и заканчивая банальную логику. — Ты сам сказал, что они станут друг для друга только ядом… По крайней мере, он для неё точно.

— Ну чувак, ты по ходу просто слишком стар для этого дерьма… Любой яд в малых дозах лекарство, слыхал такое?

— Что прости?