29

Спасибо снятым запретам, я спокойно перетёк в антропоморфный облик и поймал обеих дев. Сначала свою подопечную, дело понятное, но даже с половиной моей обычной скорости времени на двоих хватило.

Падали мы, надо сказать, не то чтобы долго: думаю, девы в случае чего отделались бы парой несерьёзных переломов и лёгким испугом. И то Ван-Ван скорее всего успела бы призвать ленты, видел я, как она к ним потянулась.

Значит, пока что убивать нас не собираются… Хорошо.

В любом случае местечко, где мы приземлились, было презабавнейшее, любовался бы и любовался: немалый такой подземный зал со множеством коридоров, построенный практически полностью из корней…

Я невольно задумался: какого именно размера было то самое дерево, что когда-то являлось средоточием силы Моррида. Корневая система уходит куда-то вглубь, это явно только одно из ответвлений, и что-то мне подсказывает, что не самое большое… Чем они его подожгли-то, хотел бы я знать?..

Хотя, может и не хотел бы. Так-то варианты, вроде того же пламени из Огненной Бездны, есть всегда.

В любом случае, сам зал и его магическое устройство хоть и были интересны, но не стояли на первом месте в списке наших приоритетов. Потому что любопытнее всего в этом спектакле был, собственно, наш похититель.

Он, облачённый в чёрное, восседал в высоком кресле и излучал такую ауру властности и пафоса, что свойственна исключительно юным магам от десяти до двухсот годиков, которые начинают пробовать свою силу на вкус. Девы не видели его под покровом темноты, и он явно пользовался этим, стараясь принять наиболее эффектную угрожающую позу.

Глядя на него, я подумал, что парень в общем-то выглядит просто отлично; я бы даже не узнал его, если бы не запомнил его ауру в прошлую нашу встречу.

Ещё я подумал, что теперь, когда лицо не покрыто кроводтёками и кости не сломаны, даже с очевидными следами недоедания фамильное сходство налицо. Теперь, когда я думаю об этом, это даже очень логично.

Но пока что, пожалуй, я придержу эти мысли при себе и посмотрю, куда мы все прикатимся. Так что я просто успокаивающе сжал плечо Ван-Ван и отправил ей волну спокойствия, пытаясь передать, что волноваться не о чем.

Ван-Ван, умничка, тут же выдохнула и придержала свою магию до поры.

Про Белинду нельзя сказать того же самого: дева отчаянно рыдала, глотая слёзы.

— Как это может быть?! Он меня предал… Он предал меня, мой Лордик!

Я только вздохнул. Зря надеялся, что шок продлится долго — режим молчания у этой конкретной юной особы просто не предусмотрен природой.

— Получается, Найделлы были правы, — всхлипнула Белинда. — Всё это время эта ерунда про фамилиаров — просто ложь! Они на самом деле предают нас легко и просто…

— А с чего, скажи пожалуйста, они должны быть тебе верными? — спросил насмешливо наш похититель, и зелёные огоньки наконец-то вспыхнули в воздухе, освещая подземное помещение.

Белинда взвизгнула; Ван-Ван прищурилась.

Я зевнул.

— Ты… Кто ты?

Теперь, когда в зале стало светло, юное дарование напустило на себя вид величественный и важный.

— Моё имя вам незачем знать, — отрезал он. — Достаточно сказать, что я — тот, кто вступается за права угнетённых и сражается во имя отверженных!

Ой, мамочки.

Ой нет, я не буду ржать. Ребёнок тут старается, речь толкает, нельзя портить ему удовольствие…

Но боги, как же смешно!

Хотя, по крайней мере, он не пытается нас ограбить. Так-то обычно за подобным монологом следует именно это, но тут, похоже, будет что-то иное… По крайней мере, в этот раз.

— Извините пожалуйста, а кто у нас в этот раз угнетённые? — поинтересовалась Ван-Ван, хлопнув глазками.

Я умилился и чуть не всплакнул: ну вся ведь в меня!

Наш Защитник Угнетённых запнулся, слегка растерялся, но потом быстро вернулся к своему величественному амплуа.

— Я вступаюсь за тех, над кем была совершена несправедливость. Именно потому я собираюсь бросить вызов прогнившему семейству Фронн!..

..

Ну да, чего-то подобного я и ожидал. Ещё одна закономерность.