Глава 2. В которой мне приходится принять суровую реальность

Уж не знаю, как те попаданки, про которых так любила читать моя сестра, справлялись с реальностью! Пару раз похлопали глазками, позадавали нелепые вопросы и тут же вовлекались во всю эту фэнтезийную бытовуху с приключениями. Особенно те, которые принимали свою смерть, как данность… Или же с легким сердцем отпускали свою прежнюю жизнь, ради какого-нибудь смазливого барона с магическим даром.

А как быть с родными той девушки, в чье тело я попала? Совесть не замучает? Хотя, не сказать, чтобы многие так уж беспокоились за самочувствие Николь Килли, которой я сейчас и являлась.

Я проревела с неделю, сказавшись больной. И мой вид это полностью оправдывал: опухшее лицо, красные глаза, сопли рекой. Все симптомы на месте.

Кстати о моем опухшем лице: взглянув на себя в зеркало, я испытала неописуемый шок!

Девица в зеркале была настолько непохожа на меня, что первое время глядеть на отражающиеся поверхности не хотелось совсем. Теперь я стала яркой блондинкой с молочной кожей и томным взглядом.

Фигуркой вселенная меня не обделила: стройная, подтянутая, с аппетитными округлыми формами. Но Николь, в теле которой я оказалась, была настоящей слабачкой. Ничего тяжелее табуретки в жизни не поднимала. Оно и понятно, герцогиня. Но кто знает, с какими трудностями мне придется здесь столкнуться? Наращиваем мышечную массу и причем срочно! В непредсказуемых условиях неплохо, если леди сможет дать сдачи.

С лицом дела обстояли так же: ни тебе густых бровей в разлет, ни ярких карих глаз, ни носа с маленькой горбинкой, которая, по моему скромному мнению, придавала мне изюминки. Я выглядела как обычная кукла, причем весьма вульгарно накрашенная.

Смыв с себя весь этот лоск, из зеркала на меня смотрела молодая девица, с маленьким носиком, чувственными полными губами и довольно нежным личиком. Но все равно, на меня ни капли не похожа!

И это, пожалуй, и было фактором, позволившим мне так быстро перейти от «отрицания» и «гнева» до «торгов».

Я пыталась вспомнить хоть что-то или понять, как я здесь оказалась. Ни тебе ангелов или богов. Ни фамильяров, ни помощников, ни воспоминаний прежнего тела.

Да и что стало со мной? С Никой? Я умерла? Я перенеслась сюда в ходе какого-то магического ритуала? Заговора? Мы с Николь поменялись телами, как в старой комедии?

Все эти вопросы требовали от меня времени, терпения и холодного рассудка, поэтому я примирилась с тем, что пока я ничего не узнаю, мне придется играть эту роль. И, заключив своеобразный договор с самой собой, я понемногу успокоилась. Хотя по ночам лила слезы в подушку еще долго.

Следующим пунктом на повестке дня было понимание того, какую именно роль мне придется играть? Что я вообще знаю о Николь?

Итак, о жизни Николь Килли я не знаю почти ничего. Кроме того, что она та еще стерва и была просто создана для того, чтобы бесить окружающих.

Помешанная на соперничестве, она выбрала основной своей целью главную героиню, милую Ханни. Николь должна была быть лучшей во всем и не терпела, когда кто-либо ее в чем-то превосходил. Ни в учебе, ни в талантах, ни в красоте, ни во внимании к своей персоне. И ради этого она была готова идти по головам, не гнушаясь любых средств.

Да уж, у девочки та еще беда с комплексом неполноценности. Тут и неприятие себя, и низкая самооценка и неуверенность в своих силах прямо на лицо. Хотя, тут одно и вытекает из другого. Интересно, как такая красивая, богатая и знатная особа до такого докатилась?

Вот бы узнать побольше о ее детстве, пообщаться с родителями… Но, кажется я увлеклась! Хотя эти сведения вполне бы пригодились мне, для выживания в данных условиях. Однако история новеллы начиналась не ранее, чем всего полгода назад, когда блондинка прибыла ко двору, вместе с остальными юными особами благородных кровей.

Кстати об этом, если верить Злате, то Николь должна была учиться в одном классе вместе с Ханни Лав. То есть, они должны были быть ровесницами. А если вспомнить ту перепуганную милашку, которой максимум могло быть лет двадцать, то и Николь была примерно одного с ней возраста. Но, не смотря на молодое личико, глаза, смотрящие на меня из зеркала, выдавали в ней девушку с опытом, пережившую многое. И этот острый и в то же время тяжелый взгляд добавлял ей лет и какой-то взрослости. В одном спасибо- зрение у меня теперь было отменное!

В общем, никакой предыстории у главной злодейки в той новелле не было, или может ее просто еще не раскрыли. Все, что Николь успела сделать по сюжету, да к это окончательно всем осточертеть и закошмарить добрую половину девушек.

С парнями же дело обстояло иначе. Блондинка из кожи вон лезла, чтобы найти себе подходящую партию. Но не сказать, что кто-то из молодых лордов торопился высказать ей своей расположение.

Когда-то давным-давно, еще будучи маленькой девочкой, она была помолвлена с тем самым Алардом, тогда еще принцем. Но затем, ее дед то ли по злому умыслу, то ли ненамеренно помог заговорщикам проникнуть во дворец.

И, хотя сговор установить не удалось, но беднягу казнили. Помолвку малышки Николь тут же расторгли, а их семью лишили всех земель. Спасибо хоть на том, что оставили внушительных размеров особняк и титул.

Что ж, не удивительно, почему герцогине так не нравилась Ханни, которая крутила шашни с ее бывшим. Пускай, блондинке тогда и было лет пять, но ей была уготована совсем другая жизнь: состояние, положение в обществе и муж — красавец. Все это она потеряла не по своей вине, а теперь ей приходилось наблюдать, как ее прошлый жених ухлестывал за другой, на глазах у всего дворца.

Об этом я узнала из книг, стоящих в моих приемных покоях. Библиотека там была внушительной и это подводило меня к третьему вопросу: а где, собственно, я?

Этот мир не был похож на типичное средневековье нашей родной земли. Ни каких тебе, слава богу, тугих корсетов или турнюров. Диких париков или белил для лица со свинцом тоже не наблюдалось.

А вместо панталонов я обнаружила тонкое шелковое нижнее белье, состоящее из маечки и коротких шортиков. Эти комплекты куда больше походили на то, в чем я спала у себя дома. Но, должна признать, это куда лучше, чем шаровары под юбкой.

Тем не менее, все дамы, а вернее леди, носили нарядные струящиеся платья, расшитые каменьями и золотыми нитями, словно девочки, собравшиеся на выпускной. Да и гардероб самой Николь поражал воображение. Им можно было бы обеспечить не один магазин вечерних платьев в нашем мире.

Не без помощи служанки Гретты, я кое-как разобралась в этих премудростях.

— Что вы такое спрашиваете, госпожа? — изумилась бледнолицая курносая девчушка, когда я к ней обратилась.

Ее светлые волосы и сейчас были собраны в тугую шишку на затылке, а скромное зеленое платье красиво сочеталось с цветом ее глаз. Простое круглое и по-деревенски очаровательное лицо служанки, как и ее манеры, выдавали в ней девушку низкого происхождения. Никакого шика аристократии, как у Николь, не было и в помине.

— То и спрашиваю. Головой на балу ударилась, некоторые вещи словно из памяти выпали.

— Может вам лекаря позвать? — пролепетала она, — Граф Гизофф в этом деле лучший, просто кудесник!

— Не стоит, если совсем станет худо, сама обращусь. А сейчас найди мне чертовы карты и книгу о правилах жизни в королевстве…

— Клайэс?

— Да, верно, что-нибудь о культуре, местных достопримечательностях. Да и свод законов королевства тоже не помешает, — деловито добавила я.

Вроде как я герцогиня. И к тому же максимально дрянная и капризная. Так что ничего подозрительного не было в том, что я требовательно общалась с прислугой.

Ну, разве что, Николь втайне ото всех была просто душкой, милашкой и филантропкой. Но, судя, по тому как служанка торопливо направилась к книжным полкам, моим надеждам не суждено было сбыться.

На вид Гретта была немногим старше Николь. То есть примерно моей ровесницей. Но вела себя так, словно она запуганная малышка, которую слишком часто били линейкой по рукам в воскресной школе. Впрочем, может я не так уж и далека от правды.

— И еще… как звали ту девушку, которая меня сюда привела?

— Вы о леди Аделаиде Шиаслесс?

— Ну и фамилия, — не заметила я, как произнесла это в слух.

— Типичная эльфийская фамилия. Довольно распространенная. Род леди Аделаиды весьма плодовит и многочислен.

— Да? Тогда и какую-нибудь книгу о различных народах и их культурных и биологических особенностях раздобудь. Очень надеюсь, что в расе эльфов не встречаются шепелявые.

У меня самой ушел бы не один день только на поиски нужного мне материала в том немалом скоплении книг, что стояли у меня на полках. Поэтому мне явно не помешала бы помощь того, кто хотя бы знает, что нужно искать.

Гретта округлила глаза, но все же тихо пискнула:

— Да, госпожа.

И пока служанка искала литературу по теме, я пыталась вспомнить сюжет той самой новеллы, о которой мне рассказывала сестра.

Знала бы, что все так обернется, то слушала бы Злату гораздо внимательнее. Да и сама понабрала бы подобных книжек и изучила бы вопрос досконально. Должно же быть какое-то пособие для чайников у попаданцев? А теперь мне оставалось только морщить свой красивый лоб в попытках вспомнить, что именно мне рассказывала Злата об этой новелле.

Итак, главная героиня, милашка Ханни Лав, донельзя правильная и до смешного добродушная девушка. Попала она на королевский двор случайно.

Ее отец был простым охотником, но, во время конной прогулки прошлого короля, защитил его от покушения ценой своей жизни. В знак благодарности, правитель позаботился о его семье, ведь у охотника осталась вдова и маленькая дочь. Король выделил им разумную сумму на содержание и нанял для девочки педагогов. А перед своей смертью, отходя в мир иной, взял со своего сына слово заботиться о тех, кто верой и правдой послужил короне.

Связанный обещанием по рукам и ногам, молодой Алард вызвал девушку во дворец и сделал ее частью своего двора. Так же, она продолжила получать высшее образование с остальными благородными отпрысками. Хотя сама и была простолюдинкой.

Благо, никаких академий магии или чего-то подобного высокопоставленным личностям посещать не требовалось. Мне всегда казалось странным, когда в книгах Златы сам король или принц решали обучаться или преподавать в таких заведениях, как простые смертные. Ага, как будто кто-то им это позволит, словно от них не зависела судьба всей страны. В общем, безответственные были там правители, что сказать.

Здесь же понимали, что угроза нападения на знатных особ была слишком высока, потому благородных наследников обучали прямо во дворце, готовя их стать частью политической и светской жизни уже сейчас. Попутно, заключая между их семьями альянсы, соглашения, брачные договоры и прочие союзы.

В той новелле, у Ханни было аж пять потенциальных любовных интересов! Сам драконий принц, его правая рука Рамиро, судя по всему был простым смертным, но между тем человеком хитрым и коварным. Оборотень Дегарр, вспыльчивый и брутальный. Весь такой смутьян и альфа. Вампир Валиан был весьма заносчивым и даже жестоким, хотя и неимоверно красивым. Ну и эльф Киглид. Загадочный ловелас, с обворожительной улыбкой.

Увы, с кем именно останется Ханни, мне таки не удалось узнать, сестра не успела дочитать ту историю. А мне бы это очень помогло, ведь, если верить тому же сюжету, Николь Килли всегда стояла у Ханни на пути, в том числе, и любовном.

Отчаявшись обойти соперницу, злодейка решилась похитить древний артефакт и использовать его против главной героини.

А там уж, как повезет, если попытка Николь проваливалась, то ее отправляли в изгнание за похищение древней ценности. Ну а если преуспевала, то всю оставшуюся жизнь она должна была провести заточенная в темницах под замком.

Какой именно судьбы удостоилась зловредная герцогиня, Злата не упомянула, только сказала, что ближе к концу истории она избавилась от нее, с помощью своих друзей и ухажеров.

Отлично! Что бы избежать подобной участи, надо всего лишь не красть никаких артефактов и избегать свиту «сил добра» любой ценой.

Вспомнить бы еще, что именно такого Николь украла. На этом месте рассказа сестры я уже откровенно зевала и посматривала на часы в надежде, что пытка болтовней подойдет к концу. И название у того артефакта было самым заурядным и не запоминающимся. Что-то типа «амулет древности» или «перчатка всевластья».

Ну, в таком духе, знаете, звучит очень важно и потенциально грозно, но в то же время не говорит ни о чем.

Но как я вскоре вспомнила, красть ничего мне и не обязательно. Был в этом рассказе один момент: чтобы избежать навязанного свидания с Николь, один из ухажеров подставил ее. Учитель был очень недоволен блондинкой и оставил ее после уроков, а сам ловелас быстренько умчал к главной героине на крыльях любви.

В тот момент аморальность этого поступка у моей сестры не вызывала никаких сомнений, ведь злодейка сама это заслужила. Да и не красиво силой заставлять кого-то с тобой встречаться.

Хотя, подобное поведение ухажера и вызвало во мне противоречивые чувства, к сожалению, кто именно из пяти молодых мужчин был тем самым подлецом, память мне не подсказала. Но вряд ли это был Алард. Не думаю, что можно вынудить у короля свидание угрозами или шантажом.

К тому же, если верить рассказам, пятерка претендентов на сердце милашки-простолюдинки помогли ей избавиться от соперницы и ее вечных козней.

Запомним: ни в коем случае не переходить дорогу Ханни и ее ухажерам, не препятствовать никоим образом развитию ее отношений с ними- моя главная задача.

Угу, так и запишем. А еще лучше высечем на подкорке головного мозга. Быть тише воды, ниже травы! И тогда возможно, все обойдется.

Но и тут ждал меня подвох.

Как и обещала, Аделаида написала домой о моем самочувствии семье Николь, передав мое пожелание увидеться с сестрой. И всего через три дня меня навестили мои новообретенные родственники.

Моей сестрой оказалась хрупкая болезненного вида девочка с такими же светлыми волосами, как у меня. А сопровождал ее симпатичный мужчина в расцвете сил, в щегольском костюме и ямочкой на брутальном гладко выбритом подбородке.

Едва служанка закрыла за ними дверь, он размашистым шагом подошел ко мне и схватил за руку. Мужчина дернул меня с такой силой, что я сползла с кресла, в котором до этого сидела.

Мое лицо исказилось от боли и удивления, но он хорошенько тряхнул меня еще раз. Синяки от его пальцев явно останутся не на один день.

Мужчина нетерпеливо поправил свои темные, собранные в низкий хвост, волосы и скривил рот. А тонкие черты его аристократического благородного лица в миг стали жёсткими и неприятными.

— Ну и что ты себе позволяешь?! Валяешься в постели, когда все остальные при дворе учатся и заводят знакомства? Ты что же, решила, что у тебя есть возможность прохлаждаться? — прошипел он, глядя на меня сверху вниз.

— Кузен Болин, не надо! Ты разве не видишь, Никки и в самом деле больна! — пролепетала малышка, подбегая к нам и робко положив руки мужчине на плечо.

— У нее нет времени на эти глупости! — рявкнул он, но все же отступил от меня на шаг, — Я давно являюсь вашим опекуном, и вы знаете правила. Ваш дед опозорил нашу семью, и вам во что бы то ни стало нужно вернуть себе доброе имя и получить хорошее положение при дворе! А сделать это можно лишь упорным трудом, с помощью связей и достижений в учебе, которые приведут к продвижению по службе. У вас нет земель, которыми вы могли бы управлять. Так что тебе и твоей сестре остается либо заработать положение своим трудом, либо выйти замуж, став частью другого высокородного дома. Я не собираюсь вечно тащить вас на своем горбу, пускай я и последний оставшийся у вас родственник- мужчина. Мне и о себе в пору подумать!

Он нервно зашагал по комнате взад-вперед, а я поднялась с пола и вернулась в кресло. Бледнолицая девчушка подбежала ко мне и бросилась на шею.

Так, тут есть над чем подумать. Очевидно, правила этого мира не давали женщинам большой свободы, и мы нуждались в опекуне мужского пола. А тут, нежданно негаданно, на голову нашему кузену свалились две девицы, о которых он был вынужден заботиться. Ни мы, ни он не выбирали это. И Болин этому обстоятельству явно не был рад, как, впрочем, и я сейчас.

Он явно давил на Николь, чтобы та стала побыстрее самостоятельной и слезла с его шеи. Совсем не удивительно, что под таким давлением девушка превратилась в одержимую первенством.

— Никки, все будет хорошо, не переживай, — ласково произнесла моя новая сестра.

На самом деле, она напомнила мне о Злате, и невольно, я прониклась к этой хрупкой девочке. Но Болин не спешил менять гнев на милость.

— Похоже, ты забыла, что стоит на кону? — холодно произнес он, скрестив руки на груди, — если в ближайшее время ты не устроишься, и не найдешь себе другого достойного джентльмена, который сможет о вас позаботиться, то твою сестру Лауру все-таки придется выдать замуж за графа Гизоффа.

Граф Гизофф? Звучит знакомо.

— Он давно к ней сватается, но ты всячески препятствуешь этому союзу. Хотя он благородный мужчина с блестящей карьерой, состоянием и положением при дворе.

Мужчина? С карьерой и положением? Это сколько же ему, получается, лет? Я взглянула на Лауру. Она же ребенок, еще совсем девочка. Да ей от силы лет двенадцать! И это я ей накинула годков, учитывая хрупкий и болезненный вид. Какой еще, к черту, граф? Кем бы он ни был, он явно тот еще извращенец, чтобы свататься к ребенку! Не удивительно, что Николь против этого брака.

Я нервно сглотнула, а мои глаза расширились от осознания и ужаса происходящего.

— Вот — вот, — довольно оскалился Болин, — Не забывай, у тебя есть еще год, иначе вы с молодой невестой отправитесь прямиком в его поместье! Не говоря уже о том, если твоя младшая сестра выйдет замуж раньше, то на тебе будет висеть клеймо старой девы. И вряд ли кто-то захочет взять такую как ты в жены вообще. Тебе только и останется надеется, что какой-нибудь престарелый вдовец пожелает насладиться молодой плотью.

Болин говорил омерзительные вещи, но на репутацию Николь мне было плевать, меня сейчас беспокоили вещи гораздо хуже. Хоть бы и осталась в девках. Но отдать замуж эту девочку… в каком мире мы бы не жили, это было выше моего понимания!

Если меня посадят в темницу или изгонят, кто защитит ее? Да, она мне по сути чужая, но ни один человек в здравом уме не прошел бы мимо ребенка, которого хотят отдать в лапы педофила.

Нет, оступиться мне сейчас никак нельзя. Ни тогда, когда я знаю, что на кону не только моя жизнь.

Я решительно посмотрела в глаза Болину взглядом, полным ненависти и злобы.

— Узнаю свою кузину, — ухмыльнулся он, — а теперь, кончай валять дурака и займись делом. Пойдем, Лаура. Думаю, твоей сестре стало уже намного лучше.

И с этими словами, Болин громко хлопнул дверью, с другой стороны.