Глава 34. В которой мы добираемся до цивилизации.

Когда я открыла глаза, мы были же в дороге. Более того, мы были на дороге, ровной и прямой. А Чёрный лес с его кошмарами остался позади.

В самом деле, чувствовала я себя намного лучше. Казалось, я стала мыслить ясно, а горечь и боль вчерашнего дня не затуманивали мое сознание. Словно я снова стала… собой. Помогло это справиться не только с предательством Джаса, но и с фактом того, что я стала причиной гибели человека. Не знаю, что из этого давило на меня сильнее.

Кстати о Джасе, кое- кого в кибитке я не досчиталась.

— А где…

— В лесу. Мы оставили его там. Связанным. Пусть сам попробует выбраться из этой чащи. В чем я сильно сомневаюсь, — отозвался Жан.

Я слабо улыбнулась ему в ответ. В самом деле, я больше не чувствовала страха или неприязни. Все было в общем и целом… нормально. Интересно, что это средство такое? И как сильно оно помогло бы людям на Земле! Только представьте себе, никаких посттравматических синдромов! Сколько душ, жизней и семей это могло бы спасти.

Но разумеется, был и побочный эффект, о котором предупреждала Ангела. Мне постоянно хотелось в туалет. Но что это такое по сравнению с тем, что мне удалось пережить личную трагедию всего за одну ночь? Сущие пустяки. Так что я исправно выпрыгивала из кибитки каждые сорок минут. В остальном, мое самочувствие и настроение можно было назвать даже хорошим.

Более того, оно улучшилось и от осознания того, что совсем скоро этот кошмар закончиться. Уже к закату на горизонте показались нестройный домишки с соломенными крышами, а значит мы приближаемся к деревне.

Мы остановились чуть поодаль, чтобы не привлекать к себе лишнего внимания.

— Я пойду на разведку, — произнёс Жан, спрыгивая с облучка, — для начала надо убедиться, что там все в порядке.

— Я пойду с тобой, — тут же вызвалась Ханни.

Ах, да, за всеми этими событиями я совсем забыла, что ей, как главной героине стоит все время быть в гуще событий.

Сколько подобных историй рассказывала мне Злата? Когда совершенно бесполезная и бездарная девушка, из одного лишь упрямства увязывалась за какой-нибудь группой или человеком, считая, что она сможет проконтролировать все лучше. Видимо, так авторы хотели передать стойкость ее духа и непоколебимость характера, но по итогу это походило на капризы и глупость. В итоге героиня попадала в какую-нибудь передрягу ради завязки сюжета, ну а герой, разумеется, выставлял себя рыцарем в сияющих доспехах.

Нет, может конечно кто-то и мечтал о рыцаре, но в итоге и действительно получали, что хотели: агрессивно плохо одетого мужика, от которого воняет лошадью.

Но на желания Ханни мне было плевать. Пускай у нас и был отвар, восстанавливающий душевное равновесие, но сейчас к новым острым поворотам сюжета я была не готова.

— Сиди на месте и не дергайся, — прошипела я, — а если там мятежники? Чем ты сможешь там помочь?

— Но…

— Вообще — то, если вы все ещё не заметили, они охотятся за Рамиро, — произнесла Ангела, — так что единственный, кто может привлечь к нам внимание, это он. Ну и Килли. Вдруг кто-то узнает в тебе хозяйку этих земель? Остальные благородные имена крестьяне может и слышали, но уж точно не знают, как мы выглядим. Так что пойдем мы с Эдгаром.

Поймав на себе возмущенный взгляд вампира Ангела пробубнила:

— У тебя очень аристократическая внешность. Не стоит привлекать к себе внимания. Эдгар крепкий мужик, его легко примут за работягу, наёмника или путешественника.

— Кажется, ты забыла, леди Блосс, что я из неощутимых? — скептично заметил Жан, — И меня ну очень трудно вычислить. Кроме того, у меня есть прямые обязанности перед короной. Да и вообще, как вы вдвоем собираетесь унести все эти мечи?

— Мечи? — изумился Эдгар.

— Естественно. Нам нужна вода, медикаменты для баронессы, свежие лошади и теплая одежда.

Погода и в самом деле портилась на глазах. Ветер завывал все сильнее, сдирая потемневшую сухую листву с черных веток деревьев. Каким образом мы так резко перешли из начала сентября к концу октября, я решительно не понимала. Хотя и читала о Земных странах с резким и сухим климатом, где снег мог выпасть прямо на зеленую траву, но в живую видеть не доводилось.

— Ты же не рассчитываешь в серьез поменять в деревенском захолустье драгоценные камни? — продолжал Жан, — другое дело сталь и железо. И лошади. Так что оставьте свое личное оружие при себе, а остальное мы забираем.

— Ладно, — буркнула Ангела, — так и быть.

— Тогда и я с вами! — воспаряла духом Ханни, но получила дружное «Нет» на свою просьбу.

Я как-то даже подрасстроилась. Очевидно, отсиживаясь в кибитке нам не удастся с комфортом переночевать, вдоволь наесться, согреться и подлечиться. Да и слишком уж эта деревня выглядит убогой и бедной, так что вряд ли там можно поживиться чем-то существенным.

Но часа через час- полтора троица вернулась, довольно улыбаясь. Мечей при них не было, зато рядом шагали два новых скакуна, явно неизмученных дорогой и два выносливых мула, способных куда дольше катить повозку.

— А где же продукты? Где лекарства? — взволнованно спросила Ханни, поняв, что единственное что они принесли с собой, это большую бутылку с водой.

— Это не понадобиться, — весело сообщил Жан, — Нам подсказали короткую дорогу до соседнего города. К ночи мы будем уже там. Двое из нас поедут вперед, чтобы занять номера на всех в гостевом доме, который нам подсказал глава деревни.

— Не переживайте, денег с продажи мечей нам хватит, кузнец щедро заплатил, — улыбнулась Ангела, — а ещё Рамиро отправил весточку во дворец, даже две. Так что король узнает, что мы живы и за нами пришлют в кратчайшие сроки.

— Я бы слишком не рассчитывал на то, что это будет так уж быстро, большую часть мятежников уже зачистили, но вся эта суматоха раззадорила грабителей, да вы и сами слышали тех ублюдков из леса, — добавил Жан, — они нападают на беглецов и королевские кортежи. Но то, что наша жизнь теперь значительно улучшиться- это факт. Я также на всякий случай послал весточку и в поместье Килли. Думаю, переждать будет лучше там.

— Оставь свои домыслы до ужина. Сытного вкусного ужина, а не этих корешков! — от радости дочь понтифика чуть ли не взвизгнула.

Вперед было решено отправить Ангелу с Виктором, а к полуночи мы докатили к городишке под названием Ройс. Мы направились в единственный более-менее нормальный гостевой дом- трехэтажное простенькое здание с облупившейся краской и скрипучими дверями.

На первом этаже находились регистрационная стойка и обеденная зала. Народу в такой час там было немного, что было нам даже на руку, не хотелось привлекать к себе взгляды, хотя на мне и был накинут плащ с капюшоном. Хотя, я сильно сомневалась, что во мне кто-то признает герцогиню Килли, я лишь сильнее надвинула капюшон на лицо, не смотря на теплый и сухой воздух в помещении.

Виктор и Ангела сняли три комнаты. Две из них были на пару мест, для Ханни с Валентиной и меня с дочерью понтифика, а еще одна комната, снабженная тремя койками- для мужчин.

Я ввалилась в нашу спальную и с удовольствием скинула с себя сумку и пыльную одежду. Комната, конечно, простенькая, но тут у нас есть крыша над головой, настоящая, не брезентовая, и чувство относительной безопасности.

Когда я вышла из душа и переоделась в чистую маечку и шортики темно синего цвета (Ангела раздобыла для всех девушек новое и свежее чистое белье), сразу же упав на кровать на кровать с жёстким матрацем. Хотя, в тот момент он показался мне пуховыми перинами по сравнению с деревянным дном нашей телеги.

На ужине внизу меня не ждали — всё так же боялись, что кто-то рассекретит мое инкогнито, потому моя соседка пообещала передать служанке, работавший в этом подобии отеля, чтобы ужин доставили мне сразу в номер. Так что, когда я услышала тихий стук в дверь, я ничуть не сомневалась, что это она.

Я соскочила с кровати босыми ногами на пол и пошлёпала к двери, раскрыв её на распашку.

К своему удивлению за ней я увидела не девушку в коричневой униформе из грубой ткани, а Рамиро.

На его губах играла привычная улыбка, а в руках был медный поднос с дымящимся рагу. Про себя я успела отметить, что порции там было две. А также две кружки и пинта травяного эльфийского пива.

— Тебя тоже выгнали из столовой? — поинтересовалась я, запуская его.

— Мы с вами уже на «ты»? Но да. Сказали, что сегодня ночью им не нужно ещё одно вторжение Раскелли.

Он поставил поднос на небольшой деревянный столик у окна. Я тут же набросилась на рагу, поглотив его в считанные минуты, и почувствовала теплое удовлетворение в желудке. А после осушила стакан травяного пива залпом. Оно оказалось крепковатым, но сейчас я ощущала легкость и расслабленность во всём теле.

Рамиро терпеливо ждал, пока я закончу, а затем молча подлил мне ещё пива. Он вообще был терпеливым, закрытым и загадочным.

Свои русо-рыжие волосы он пальцами пытался зачесать назад, но пара едва вьющихся прядей спадала ему на лоб. На щеках появилась недельная щетина

Это начинало раздражать. Поэтому я решила быть откровенной и в этот раз.

— Я думала, что ты предатель.

— Что ж, разумно с твоей стороны, учитывая все, что ты обо мне узнала, — Жан не стал обижаться или возмущаться, — и с чего ты решила поменять свое мнение? Может за мной охотятся как раз-таки потому что я их главарь, и им нужно вернуть меня к своим?

Я подогнула ногу, устраиваясь поудобнее на стуле.

— С какой целью? — требовательно спросила я, — Ты единственный из нас, кто умеет восполнять магический резерв так быстро, иными словами, ты один владеешь серьезной магией. Ты можешь без труда заставить нас сказать или сделать все, что угодно. Мы в заранее проигрышном положении, а учитывая, что ты стал их мишенью второй раз подряд, то никакого скрытого мотива я не вижу… это просто бессмысленно.

— Если ты не видишь скрытого мотива, то это не значит, что его не может быть, — Жан довольно отхлебнул травяного пива из своей кружки.

Эти словесные баталии из предположений и догадок забавляли его и подогревали интерес к ходу и образу моего мышления. Он явно хотел узнать больше.

— Конечно, может я что-то и не учла. Но куда вероятнее, что кто-то из основной ветки рода Раскелли жив и хочет забрать престол себе и отомстить. И тут у него есть одна преграда.

— Какая?

— Ты. Как потом и Алардов, и Раскелли ты идеальный кандидат на трон. А так как Андриан не только твой брат, но и близкий друг, желай ты этого- ты бы уже давно мог его подсидеть. Более того, я думаю, что королевский совет был бы доволен таким исходом. Это сразу решило бы несколько проблем. А значит, кто-то из Раскелли хочет устранить тебя, как конкурента. Я не права? — довольно спросила я, отпивая ещё один большой глоток из своей кружки.

Алкоголь явно раскрепостил меня и сделал более смелой, решительной и азартной. Да, кажется, Ида не зря предупреждала меня об эльфийском травяном пиве.

— Все так, во всяком случае, я и сам отрабатывал похожую версию, — произнес Жан со странным выражением лица.

— Тогда у меня есть вполне логичный вопрос… почему король не ты?

— Потому что я облажаюсь, — добродушно рассмеялся он, — моя семья всегда занимала определенную роль подле короля. Теневые советники, шпионы, тайные стражи — к этому меня учили и готовили с детства. Я и так стараниями Андриана и своей глупости в молодости стал слишком публичной личностью. Но нельзя переквалифицироваться из фермера в война просто захотев. Кроме того, в той гражданской войне я и моя мать, пусть она и Раскелли, поддерживали короля. Это сделало нас предателями рода. Разве может предатель сидеть на троне?

— Она любила его? Твоя мать… короля? — неожиданно для себя спросила я.

— Не думаю, во всяком случае, я ничего подобного не замечал. Я получился в минуту… слабости. Мне повезло, что мне позволили остаться при дворе и общаться со своими сестрами и братом. У меня было какое-никакое подобие детства, хотя интуитивно я и понимал, что отличался от других детей.

Я затаила дыхание. Так открываться и рассказывать личные подробности — было очень не похоже на Жана.

— Моя мать к моменту моего появления давно как овдовела. Да и как я понял, моего появления на свет не ожидала. У неё все только-только стало налаживаться, карьера пошла в гору. Работала она много, хотя и делала все возможное по мере своих сил, чтобы я ни в чём не нуждался. Но по большей части я всё равно был предоставлен сам себе. Близость с Виолеттой, Андрианом и Фернандой меня спасала.

— Знакомо, — произнесла я, вспоминая свое детство. Жан, прочитавший в злополучном Окне о моем детстве понимающе кивнул и продолжил:

— Поэтому я дал себе слово не повторять её ошибок. Однако все случилось по известному сценарию: случайная ночь, случайная девушка, случайный ребенок. Как и я, он получился в минуту слабости… кстати об этом, — взгляд Жана тал очень внимательным, а на дне его глаз я снова увидела пляшущих дьяволят, — На Земле принято ходить в таком виде на публике? — неожиданно спросил он, а я поняла, что его взгляд скользнул по моим обнаженным ногам.

— Более или менее, — отозвалась я.

Мои шорты и маечка и в самом деле не имели бы ничего предрассудительного в покрое и длине, я вполне могла бы так выйти за молоком одним жарким летним утром. Потому я и не придала никакого значения своему виду. А так как травяное пиво уже дало мне в голову, то я весело и беззаботно болтала ножками и ерзала на стуле.

— Но вы же понимаете, что по меркам Кёрса вы сидите наедине с мужчиной в одном нижнем белье и потягиваете спиртное?

— А вот теперь мне стало неловко, — призналась я и поежилась. Его внимательные серо-зеленые глаза словно рассматривали меня под микроскопом.

Жан встал и молча стащив с ближайшей кровати покрывало накинул его на меня, ласково проведя пальцами по моему плечу.

Я повернулась на стуле и, задрав голову внимательно посмотрела на его ничего не выражающее лицо. Мы молчали и долго изучали друг друга, когда он наклонился и потянулся ко мне.

— Ты что, в серьёз намереваешься это сделать? — тихо спросила я, когда кончики наших носов почти соприкасались друг с другом.

— Поцеловать свою невесту? Да. Ты против?

— Я пьяна. И не уверена, что этим все ограничится, — прошептала я, выдыхая слова в его губы. Но это лишь разожгло искорки в его глазах.

— Землянок подобное смущает?

— А вам знакомо слово «паттерн», уважаемый? Кажется, ты только что говорил, что не хочешь повторять ошибок?

Жан отпрянул, резко выпрямившись, но на его лицо не отражало злости или раздражения.

— Я всего лишь не хочу, чтобы кто-то из нас о чём-то жалел, — вздохнула я.

— Понимаю, — спокойно ответил он и, неожиданно, подхватил меня на руки, словно пушинку.

Я прижалась к его груди, слушая тихое биение его сердца, чувствуя тепло его тела под своими пальцами, даже через рубашку, и все гадала, что же он сделает?

Однако Жану Рамиро удалось удивить меня. Он отнёс меня к моей кровати и бережно положил на неё, укрыв одеялом и нежно поцеловал в лоб.

Я знала, что он хотел оставить меня рядом с собой. Боялся за меня и думал обо мне. Подобное возможно, когда кто-то ценен для тебя, когда хочется кого-то оберегать и защищать.

— Спокойной ночи, Ника, — сказал он и закрыл дверь с другой стороны.