Часть 1

Ромео.

Как и всякий уважающий себя смутьян, Ромео Дегарр посещал вечера принцессы Фернанды Алард. Вот и сегодня он пришел сюда в поисках вина, веселья и внимания.

Дождь громко тарабанил по крыше, а молнии, сверкавшие за окном, порядком пугали впечатлительных дам, и уже спустя часа три все стали потихоньку расходиться.

Ромео недовольно оглядел зал. Большая часть оставшихся тут девушек была не в его вкусе. Хотя, возможно, они только и ждут, пока он напьется и снизит планку?

Из красоток здесь были лишь сама Фернанда, но она принцесса, а Ромео не замечал у себя суицидальных наклонностей. Да Аделаида, но она невеста его лучшего друга. И пусть эта эльфийка невероятно знойная, а свободные нравы эльфов позволяли ей заниматься всякими непотребствами без всяких обязательств, но все же это было как-то неправильно. Даже у Ромео был какой-никакой кодекс.

В толпе танцующих, он разглядел Шиу Крассиус. Она была привлекательна какой-то экзотичной красотой, но также являлась дочерью посла, такую лучше не трогать. Да и в принципе, она была очень резкой и напористой. Совершенно лишенной женского кокетства и жеманства. Характер как у мужика, честное слово! Но без своей верной подружки Ангелы, уехавшей на весь сезон гроз домой, она выглядела не такой уж и смелой.

Кстати о тех, кто растерял свое кокетство, хитрость и прочие женские атрибуты! Ромео приметил и Николь Килли, потягивавшую вино у столиков. Без всей этой привычной ей мишуры, она выглядела совершенно по-другому, как-то просто. Впрочем, от того не менее привлекательно. Пожалуй, так ей было даже лучше. Без боевого раскраса и надменного лица, она казалась более нежной. И не такой… неприступной, что ли…

Но характер- то никуда не делся. Еще совсем недавно, от нее сбежали, поджав почерневшие губы, три хорошенькие графини с перепуганными лицами. Наверняка, она наговорила им гадостей. И, хотя Ромео и любил вызовы, но сегодня он пришел сюда за легкой добычей и не был настроен на штурм крепости.

Его внимание привлекла хрупкая девушка в углу зала. Ее волосы цвета меда вились за спиной шлейфом, а большие лазурные глаза делали ее похожей на молодую газель. Милашка, ничего не скажешь.

Она с едва сдерживаем любопытством и смущением оглядывалась по сторонам, теребя в руках подолы простенького голубого платьица. И как такая девчонка только оказалась на вечере у Фернанды?

Она стояла в окружении своих подружек, а их Ромео знал неплохо. Справа была толстушка Альберта, с оливковой кожей и копной темных кудряшек. С ней он посещал теорию заклинаний и знал, что виконтесса легка на подъем и любит похохотать. А с невзрачной Валентиной он занимался верховой ездой. Ромео казалось, что баронесса даже в него немного влюблена. Впрочем, как и все остальные девушки.

Он еще раз внимательно посмотрел на бледную и тощую Валентину в длинном зеленом сарафане и с русыми волосами, уложенными в косу вокруг головы. Нет уж, он явно отдаст предпочтение ее миловидной подруге. Заодно, тем самым, подогреет интерес баронессы ревностью. Было бы интересно посмотреть, как девчонки поцапаются из-за него.

Да, конечно, оборотни однолюбы. Но пока его сердце свободно, и он не нашел «ту самую», ничто не мешает ему тешить себя подобными мыслями.

Итак, цель на сегодняшний вечер определена. Но когда он уже собирался подойти к ней и пригласить на танец, принцесса Фернанда резко поднялась со своего импровизированного трона и громким голосом произнесла:

— Мне скучно!

Музыканты в ту же секунду перестали играть, а все присутствующие устремили свои взоры на венценосную особу.

— Как насчет игры, моя принцесса? — подал голос Матиас.

Они пришли сюда вместе с Ромео, но вскоре эльф потерялся в толпе, а затем уже он увидел Матиаса обхаживающим свою невесту. Ида тоже решила подлить масла в огонь.

— Предлагаю пари, ваше высочество. Если мы пройдем вашу игру, то тогда вы одолжите нам одного из своих музыкантов на сегодняшний вечер. — произнесла Аделаида, беря Матиаса за руку, но глазами стреляя в смуглого пианиста.

— Очень хорошо, — взгляд Фернанды стал заинтересованным, — но если вы проиграете, сдадитесь или откажетесь продолжать по каким-либо причинам, то лорд Киглид уйдет сегодня со мной.

Ромео невольно взглянул на милашку в голубом. Ее глаза стали еще больше от удивления, а щеки залились краской от стыда. Такая чистая и невинная. Интересно, она так же будет смущаться при виде мужской наготы?

В глазах парочки эльфов загорелся огонек азарта. Происходящее будоражило их кровь. Эх, не понять Ромео этих остроухих. Они обменялись хитрыми улыбками друг с другом, а затем и с Фернандой.

— Да, ваше высочество, мы согласны. Выбирайте игру.

— Тогда пусть это будут «Истины и испытания», чтобы и остальные могли с нами поучаствовать, а возможно, и заключить собственные пари. У нас как раз имеется подходящий для этого инвентарь. Проиграет тот, кто первый откажется от игры.

Услышав выбранную принцессой забаву, многие тут же ретировались из зала, не желая принимать в этом участия.

Валентина тоже дернула своих подруг к выходу, но, поймав на себе недовольный взгляд Фернанды, замерла как вкопанная.

Ну, тем лучше для Ромео, значит голубоглазой милашке тоже придется участвовать.

Суть «Истин и испытаний» была проста. Каждый участник должен был выбрать согласиться ли он открыть правду или выполнить задание, заведомо не зная, что от него попросят. А следил за точным исполнением правил магический артефакт в форме куба. Эта разработка была создана для допросов, но какой-то гений додумался использовать ее для развлечений. И оборотню было даже немного досадно, что это был не он сам.

— Обговорим условия, — предложила Фернанда.

— Истина может быть любой, а вот испытания… не должны порочить честь знатных лордов и леди. Если они сами того не пожелают, разумеется. Так же, задания не должны подразумевать нанесение физического вреда себе или окружающим. Очередность будем определять… да хоть вот этим! — с этими словами Ида подцепила пальцами со стола пустую бутылку из-под вина.

— Прошу, господамы, наполняйте свои бокалы и выбирайте удобные места, — принцесса махнула рукой на гору декоративных подушек, покоящихся на софе в углу.

А пока фрейлины ее величества быстро приводили в порядок помещения, собирая пустые бутылки и протирая липкий пол, златовласая сестра короля вытащила длинную острую шпильку из своей прически. Она проколола свой палец до крови, капнув одну каплю на куб.

Это делалось для того, чтобы артефакт считал фон всех участников. Принцесса протерла шпильку и передала ее дальше. Когда очередь дошла до герцогини Килли, она замялась. Неужели боится боли? Или крови? Быть того не может. Скорее, не хочет растрепать всем о своих секретах. Но прелесть игры заключалась в том, что можно было выбрать какую именно правду ты хочешь открыть всем.

— Боишься, что все твои подлые каверзы всплывут наружу? — съехидничала рыжеволосая графиня в шляпке с перьями. Кажется, ее зовут Фьямма.

Она, как прочие, недолюбливает Николь. Еще бы! Весь прошлогодний сезон балов леди Килли звала ее свинкой из-за вздернутого курносого носа. И тихонько похрюкивала каждый раз, когда Фьямма входила в комнату.

Брошенную в свой адрес колкость Николь оставила без внимания. Лишь скривила губы и вонзила иголку в подушечку пальца, едва заметно сморщившись.

Когда каждый из присутствующих проделал эту процедуру, участники уселись вокруг куба на атласных подушках. Всего их было человек пятнадцать.

Свет стал приглушенным, раскаты грома слышались более отчетливо, а вспышки молний казались более зловещими. Но Ромео и остальные были здесь, внутри. В тепле и уюте потягивали вино, горячившее кровь в их жилах.

— Что ж, приступим. Для начала нам нужно одно правдивое утверждение, скажем…. Мнение о ком-то из присутствующих. Для того, чтобы артефакт считал нас, — интригующим голосом произнесла принцесса.

— О, это просто! — улыбнулась Ида, — я люблю своего жениха.

— Я тоже. Я безмерно рад, что обручился именно с тобой, — ответил Матиас, после чего они игриво коснулись друг друга кончиками носов.

— Да, да, мы поняли, что вас не заставляют вступать в брак насильно, — наигранно закатила глаза Фернанда.

Но нюх Ромео тут же уловил подлинное раздражение, исходившее от принцессы в тот момент. Уж не от того ли, что все женихи, предложенные ей ее покойным отцом, были ей навязаны?

— Давайте дальше!

Когда очередь дошла до Ромео, он решил воспользоваться этим шансом.

— Леди, как вас зовут?

— Ханни Лав. Но я не леди, — робко ответила девушка.

— Что ж, Ханни Лав, я нахожу вас просто прелестной!

Девчонка зарделась. Не смотря на тусклое освящение, Ромео мог поклясться, что ее щеки покраснели. Но было кое-что еще, что испортило ему приятное послевкусие от ее стыдливости. Это был запах страха. Громкий и настойчивый. Перебивающий своей вонью все остальное. И исходил он от леди Килли.

Ромео взглянул на герцогиню. На первый взгляд она не подавала никаких признаков беспокойства. Но оборотень заметил, как ее ладони, лежавшие на коленях, сжались в кулаки.

— Не переживайте, леди Килли, я и вас нахожу вполне привлекательной, особенно после всех этих… внешних перемен.

Как всегда, Ромео трактовал это по-своему.

— Моей целью не было вам угодить. И ваше драгоценное мнение на этот счет мне глубочайше безразлично. Наивно полагать, что все дамы в этом замке пытаются своими действиями произвести на вас впечатление, — сухо произнесла она.

Ух, строптивая! Продолжает строить из себя стерву перед Ромео, когда сама только что пялилась на него.

Но словно в подтверждение ее слов, куб загорелся белым, принимая ее правду. Герцогиня не лгала. А Ромео нахмурился. Вроде он не сказал ничего дурного, даже наоборот, сделал комплимент. Зачем же вести себя так? И пусть Николь не грубила, но у Ромео появилось явное ощущение того, что его только что осадили. Стерва, одним словом.

Далее все поочередно крутили бутылку, задавая друг другу каверзные вопросы и заставляя выполнять нелепые вещи.

Валентине, например, пришлось прыгать по всему залу на одной ноге, а Аделаиде пересчитать всех мерцающих насекомых, жужжащих в банках. Графиня Фьямма Левай спросила у Николь о ее отношениях с королем. Но та ловко ушла от ответа, заявив, что о расторгнутой помолвке давным-давно и так известно всему двору.

Одна из подруг графини, кажется Бьянка, была куда смелее и загадала Матиасу провести ночь с ней. Ида едко усмехнулась, а куб тут же загорелся красным, сигнализируя о том, что такое задание «ниже его достоинства». Однако Матиас любезно поцеловал руку леди и ласково сказал, что не может этого сделать.

Но была и еще одна особа, которая захотела поставить друга Ромео в неловкое положение. Леди Шиа Крассиус. Хищно улыбнувшись, она взглянула на Николь:

— Истина или испытание?

— Ваш тон прямо не оставляет мне выбора! Конечно, я приму испытание, — улыбнулась герцогиня, даже не пытаясь скрыть фальшь.

— Что ж, тогда не будите ли вы так любезны поцеловать эльфа.

— Кого? — Николь чуть не подавилась вином.

— Эльфа. Разве у вас плохо со слухом? — ядовито улыбаясь процедила Шиа.

Ох, это действительно неловко. Из эльфов тут присутствовала сама мстительная леди Крассиус, Ида и Матиас. И Шиа однозначно все прочитала, пытаясь заставить герцогиню поцеловаться с женихом подруги. И она прекрасно понимала, что это может вбить клин в отношения Николь и Аделаиды.

Ида нахмурилась, а леди Килли нервно взглянула на куб. Но красным он не загорелся, а значит, это было вполне в рамках ее приличия. Возможно, скажи Шиа ей поцеловаться именно с Матиасом, эффект был бы совершенно другим. Но она тщательно подобрала слова.

В какой-то момент Ромео даже сам напрягся, но герцогиня едко усмехнулась.

— Как прикажите.

С этими словами Николь подошла к Шие и, зажав в своих ладонях ее лицо, смачно чмокнула эльфийку в нос, оставляя на нем бледный след от помады.

Все тут же захихикали, а Фернанда захлопала в ладоши. Ей такое было по нраву.

Что ж, леди Крассиус сама виновата, надо было быть более конкретной.

Когда очередь в этой игре дошла и до Ромео, Богиня явно ему благоволила. Ведь горлышко раскрученной бутылки указало на Ханни Лав.

— Не согласиться ли леди подарить мне поцелуй? — галантно произнес он, когда девушка выбрала испытание.

Куб мгновенно загорелся красным, а Ромео спешно добавил:

— Невинный, в щеку.

Ханни поднялась и, то краснея, то бледнея, подалась ему навстречу. Ромео уловил едва заметный лёгкий аромат корицы, запутавшийся в ее волосах.

Девушка наклонилась, чтобы клюнуть его в щеку, но в последний момент оборотень развернул лицо, подставляя свои губы и, тем самым, крадя ее поцелуй.

В тот же миг Ханни затрепетала от волнения, а сам оборотень забился в конвульсиях, как от удара электрошоком, повалившись на бок. Такого было наказание артефакта за нарушение правил.

Все взбудоражено зашептались, а Ханни встревоженно потрогала его за плечо.

— С вами все в порядке?

Какая она все-таки добрая.

— Как вы? — повторила она вопрос.

— Стоило того, — выдавил из себя Ромео, довольно улыбаясь.

Все присутствующие снова захихикали, а оборотень выпрямился, оттряхивая свой кожаный дублет.

Совершенно того не стоило! Но дело было не в том, что губы милашки Ханни были недостаточно сладкими. Нет. Ромео предвкушал, как своим волчьим чутьем ощутит всю гамму эмоций, испытываемых девушкой в тот момент. В тайне он надеялся, что это был ее первый поцелуй.

Но вместо этого, он снова почувствовал панику и страх. Эта чертова Килли! И чего она так боится? Неужели, она запала на него?

Ромео хотел выкинуть ее из головы, ведь он уже определился с целью на сегодняшний вечер. Но не обращать внимание на Николь ему не так и не удалось.