Глава 6. Снежана
- Обалдеть! Что же получается, вы теперь в отношениях? – воскликнула Руся, когда я поделилась подробностями. Не всеми, конечно. Просто в общих чертах обозначила тенденцию нашего общения с Матвеем.
Мы сидели у Руси на квартире, куда в ближайшее время должны были подвалить остальные члены нашей компании. Предки Малиновской свалили на выходные в деревню, оставив доченьку полноправной хозяйкой двушки в центре, и мы решили закатить вечеринку.
- Наверное, - я пожала плечами.
- Что за смурной вид и неуверенный жест! У тебя с ним было или нет?
Это были мои первые взрослые отношения, и кроме подруги мне не с кем было поделиться сомнениями. А они мучали меня, и чем дальше, тем сильнее. Матвей не звонил мне пять дней. Пять долбаных дней. С того странного вечера, когда я без приглашения завалилась в ресторан, позволила довести себя до оргазма и залезла Матвею в штаны.
Утро получилось скомканным и быстрым. Мы бессовестно проспали, а у Григорьева с утра была назначена консультация, а после обеда экзамен. Испив наспех молотого кофе, мы разъехались по адресам. Я вызвала такси и вернулась домой, а Матвей помчался на кафедру.
- Продиктуешь свой номер? - попросил он, когда сидели на кухне.
- Уже. Ты записал мой телефон в прошлый раз.
Я позвонила, Матвей увидел абонента «милая» на экране, кивнул. И все. После этого в моем пространстве воцарилась тишина. Григорьев не писал и не звонил, и я начала сомневаться, а не приснилось ли мне все.
- Если было, то чего тормозишь! – Руся была полна решимости. – Вы теперь вместе и точка. Или, думаешь, Змей, оказавший Светке и хреновой туче других девок, просто так с тобой замутил? Снежок, не кисни! Позвони ему сама.
Я отрицательно покачала головой, чем окончательно разозлила подругу.
- Ждешь пока какая-нибудь шустрая деваха воспользуется его сперматоксикозом и перехватит инициативу? – завопила Руся, а я поняла, как мне плохо без него.
- Хорошо, позвоню, - я потянулась к мобильнику. Под пристальным взглядом подруги нашла контакт Григорьева. Абонент был занят, и в трубке раздались короткие гудки.
- С кем-то треплется. Потом еще наберешь, – отмахнулась Руся.
- Тебе когда-нибудь снятся странные сны? – пока подруга ходила в кухню за соком, я взяла ее ноутбук и открыла страницу с иероглифами.
- Если ты об эротических и страстных, то постоянно, - захихикала Руся, пристраиваясь рядом.
- Нет, я об этом, - продемонстрировала ей вязь иероглифов, обозначающих «вместе навсегда».
- Что это?
- Татуировка Матвея.
- У него есть татушка? Ничего себе! В каком-нибудь пикантном месте? – фантазия Руси скакала впереди ее самой.
- На шее, вот здесь, - показала на себе, - но я сейчас не об этом. Мне иногда кажется, что я помню, как он ее набивал. Представляешь! Хотя это было, когда он еще учился в институте, и я не могла этого видеть. Я помню мастера. Смуглый и огромный, мастерски владеющий машинкой.
- А салон помнишь? – уточнила Руся.
- Нет, но нашла бы, если он еще существует.
- Мих, надо долететь кое-куда, - командует она по телефону. – Снежка хочет проверить одно местечко. Не, адреса не помнит. Зрительно покажет. Ну все, - поворачивается ко мне, - сейчас Миха прискочит. Ребята с ним. Сгоняем в твой салон и айда тусить на хате до утра!
Ребята прилетают на двух тачках. На первой Миха. Мы с Русей к нему заваливаемся. На второй Макс с Лялей и Занозой. Они следуют за нами.
- Куда вас, девочки? – галантно интересуется Миха.
- Снежка покажет, - отмахивается подруга.
У Михи специально для девочек охлажденная бутылка шампанского, которое Руся лихо открывает и наполняет бокалы. – Не грусти, подруга! – визжит она, и мы чокаемся. Реально, мне становится легче.
Сомневаюсь, но сердце ведет, и вот мы уже притормозили напротив охренительно дорогого и известного тату-салона.
- Нехило! – выдохнул Миха и остался в машине, а мы с Русей отправились на разведку.
Интересное местечко. В таких раньше не бывала, но приятное взгляду. Даже бы сказала богато. Раньше вроде так не выглядело, но столько лет прошло.
- Здравствуйте! Могу вам чем-нибудь помочь?
Этой девочки на ресепшене тоже, вроде, не было. Поднялись.
Руся мнется и смотрит на меня.
- Нам нужен…Роман, - в памяти всплывает случайное имя, и я называю его. – Сегодня его смена?
- Да, - взгляд девушки на ресепшене меняется. – Только он сейчас с клиентом.
- Мы подождем, - Руся плюхается в кресло. Принесите кофе и пончик, - командует она.
- Спасибо. Ничего не надо, - смеюсь я.
Мы ждем долго. Минут тридцать, не меньше. Наконец, боковая дверь открывается. Роман выходит первым, и мы вскакиваем, чтобы его поприветствовать. Собеседник запаздывает, но через секунду и он появляется в дверном проеме.
- Охренеть! – выдыхает Руся и плюхается обратно на свое сиденье.
А дальше немая сцена. Руся с внезапным спазмом зрительного нерва, уж слишком подозрительно дергается ее глаз. Девушка на ресепшене, зависшая на Романе и неоднозначной ситуации с тормознутыми клиентами. И мы с Матвеем, буквально залипшие друг на друге.
Ситуацию разруливает, как ни странно, Миха. Завалившись в салон, уж не знаю, влекомый какими высшими силами, он командует:
- Девчонки за мной! Роман, прошу прощения за беспокойство. Мы еще к вам заглянем. Прошу, - расшаркивается перед Матвеем. Как-никак он препод. - Вы на тачке или сядете с нами? На тачке, значит, поедете со Снежкой.
- Бля, у этих двоих прямо мистическое притяжение! – охреневала Руся, пока мы шли к машине.
- Да ну! – фыркнул Миха. – Самочку тупо тянет к приглянувшемуся самцу. Животный инстинкт. Мистика тут рядом не лежала.
Друзья всегда так шутят, но сейчас мне за них жутко неловко. Еще Матвей подумает, что я преследую его ради сексуальных утех. Миха на тачке тронулся первым, Григорьев выехал за ним, Макс следом.
- Куда едем? – поинтересовался профессор.
- К Русе на квартиру, - проговорила я убитым голосом. – К Руслане Малиновской, - исправилась.
- Я понял, - кивнул он.
Черт! Выставила себя полной дурой, припершись в этот тату-салон. Лучше бы держала мысли при себе, иначе окружающие решат, что я напрочь двинутая.
- Я скучал, - неожиданно пальцы Матвея накрыли мои.
- Правда? – я широко улыбнулась. Хорошее настроение включилось в ту же секунду.
- А ты как думаешь?
- Ты не звонил, - напомнила профессору о своих душевных переживаниях.
Григорьеву пришлось отпустить мою руку, чтобы переключить передачу, а затем наши пальцы снова переплелись. В машине на несколько долгих минут воцарилась тишина, а потом Матвей заговорил:
- Я эти дни очень много думал…
- Дурацкая привычка!
- Знаю, - он усмехнулся, - но из нас двоих кто-то должен был включить благоразумие.
- Слово-то какое, на грех наводящее, - пошутила я.
- Снежана, я серьезно. Тебе двадцать, мне тридцать пять. Пятнадцать лет разницы не перечеркнуть.
- Считаешь меня малолеткой?! – я начала тихо беситься. Особый талант у профессора за пару слов вывести меня из себя.
- Не считаю, - он погладил большим пальцем мою ладонь. – Но и себя не считаю достойным для тебя кавалером.
- Мы партнеры, не забыл? – сжала зубы, едва сдерживаясь, чтобы не придушить поганца. Терзался он сомнениями, видите ли. А обо мне не подумал?
- Хорошо, партнеры, - сдался Матвей.
- Вот и подбери свои розовые сопли для телки, которую будешь окучивать ради брака. А с тобой мы просто развлекаемся, веселимся, трахаемся и к черту возраст! – мне хотелось сделать ему как можно больней.
Матвей с каменным лицом выслушал мою гневную тираду, но руку не убрал.
- Я тебе сегодня звонил. Было занято, и я расценил это как знак, - признался он внезапно охрипшим голосом.
- Какой! – профессор окончательно вывел меня из себя. – Послать меня к черту?
Отстегнув ремень безопасности, я накинулась на Матвея с поцелуями, потому что терпеть пытку и душевные терзания было невыносимо. От неожиданности он крутанул руль в сторону, нас занесло. Мы едва не врезались в «задницу» Михе, но Матвей вовремя сориентировался и выправил машину.
- Снежан, что ты делаешь? - он попытался меня отцепить, но я была не отцепляема. – Честное слово, ты нас угробишь! – прошипел Матвей, когда через ткань джинсов я коснулась его дружка и охренела от степени его возбуждения.
- Ты же меня хочешь! – открыла для себя зашибенную истину.
Блин, вот почему он так бесится!
- Я постоянно тебя хочу, но это не повод на скорости лезть мне в штаны, - Матвей сжал мои пальцы, когда те пытались справиться с молнией.
- В смысле? Всегда-всегда? – не без удовольствия уточнила я. Матвей кивнул, не отпуская руки. Не признание, но сексуальная зависимость тоже много значит.
- Я же сказал, - теряя терпение, выдохнул он. – На нас смотрят.
Глянула на соседнюю машину. Какой-то чмырь за рулем так и пялился на нас. Высунула язык и показала средний палец.
- Серьезно, Снежан, так нельзя! – простонал Матвей, убирая мою руку от своего офигенно возбужденного члена. – Мне нужно переключить передачу.
- Если хочешь, какого хрена страдаешь самоедством, - надулась я, скрестив руки на груди.
- Зачем вы приходили в тату-салон? – вместо ответа поинтересовался Григорьев.
Видела, как тяжело вздымается его грудь, как двигаются скулы, и пальцы судорожно сжимают руль. Он хочет меня до боли. И я его хочу так, что в глазах темно.
- Хотела сделать себе татушку, - незачем Матвею знать о моих странностях.
- Интересно где?
- Сейчас покажу, - я потянула молнию своих джинсов.
- Не надо, я понял! – остановил меня. – Лучше не делай.
- Это еще почему?
- Потом все пройдет, а напоминание останется, - пространно заявил Матвей, но я догадывалась о ком идет речь.
- У тебя так и было?
Хотелось, чтобы Матвей уже начал мне доверять и хоть немного приоткрыл завесу своей тайны. Он не ответил, а потом не было возможности расспросить. Мы приехали, Руся выскочила первой, потащила следом меня. Лялька с Занозой тоже поспешили. Парни замыкали цепочку.
- Хата к нашим услугам! – Руся с громким криком ворвалась в квартиру. – Только после десяти не шуметь, а то соседка развоняется. Такая вреднючая бабка.
Напитки и закуски мы привезли свои и быстренько накрыли у Руси поляну.
- Нашему нежному цветочку! – Миха протянул мне банку холодного безалкогольного пива.
- Матвей Игоревич, - профессору подал такое же.
- Вы же скидывались. Мне тоже следует, - профессор достал бумажник.
- Не парьтесь! – отмахнулась Заноза. – Снежок угощает. У ее папаши куча бабла, а подруга у нас не жадная.
- За нас! За удачу! За сессию! – прозвучали тосты, и мы стукнулись банками.
Вечеринка даже еще не началась, а Руся с Михой снова начали сосаться.
- Имейте уважение к свободным барышням! – завопила Заноза, которой стало совсем уже невмоготу.
Руся мутит с Михой, Лялька с Максом тискается, а мы с Матвеем стоим так близко, что, кажется, впечатаемся друг в друга.
- Сбежим, - прошептал Григорьев на ухо, а у меня сотни мурашек по лицу.
Привстала на цыпочки, чтобы вдохнуть жаркое «да», и лизнула мочку. Мне было приятно, когда он так делал, и Матвею должно понравиться. По его реакции поняла, что найдена еще одна чувствительная точка, и запустила язык ему в ухо.
Он прижал меня к себе так сильно, что я задрожала, но продолжала снова и снова ласкать его языком. Матвею было приятно, даже слишком и, когда держаться уже не было сил, он сгреб меня в охапку и потащил к машине.
- Попрощаешься? – прохрипел, оглядывая осоловевшим взглядом нашу компанию.
- Они поймут, - мой голос тоже осип.
До квартиры Матвея на тачке минут пятнадцать. Мы долетаем, наверное, минут за пять. Поднимаемся по лестнице, прерываясь на быстрые поцелуи. Его руки гладят мое бедра, ягодицы, и тело так и искрит от желания.
Наконец, темная прихожая, щелчок замка входной двери, и мы кидаемся друг к другу в объятия.
Это взрыв, ураган, бешеная страсть! Меня еще никогда не захлестывали такие острые эмоции, а сейчас они буквально льются через край. Меня вжимают в стену темной прихожей. Чувствую горячее дыхание моего партнера, слышу бешеные удары его сердца. Каждое прикосновение Матвея отдается безумным пожаром между ног, и я отдаюсь на волю его рукам. А они обнимают, гладят, возбуждают.
Я еще в блузке, а его руки уже забрались под бюстгальтер. Мои соски напряжены, и каждое прикосновение к вишенкам отдает острой болью. Матвей проводит по ним пальцами, вытягивает, и с моих губ срывается стон. Повинуясь его движениям, поднимаю руки вверх, избавляясь от блузки. Следом за ним на пол летит бюстгальтер, а язык профессора ласкает мою грудь.
Я хриплю, вскрикиваю, мне хочется больше, но Матвей пресекает все мои попытки перехватить инициативу. За считанные минуты он избавляет меня от джинсов и трусиков. Сильные пальцы скользят по моим бедрам, очерчивают округлость ягодиц, а рот продолжает терзать возбужденную грудь.
Пальцы Матвея теперь между моих бедер. Одуреть, что за танец они выписывают! От его прикосновений хочется скулить, что я собственно и делаю. Легкое движение по вершине возбуждения заставляет меня выгнуться и дернуться ему навстречу.
- Еще не время, - шепчет он, дразня и играя со мной.
Матвей касается пальцами вокруг, кружит, заставляя меня желать большего. Это невыносимо. Я готова делать что угодно, готова стать кем угодно, только бы он прекратил мои мучения.Мои руки припечатаны к стене у меня над головой, и еще одно острое прикосновение. Выдыхаю ему в рот, всхлипываю, потому что терпеть действительно невыносимо.
Его пальцы резко входят в меня. Хриплю, пытаясь отлипнуть от стены, но не могу пошевелиться. Матвей вынимает пальцы, продолжая ласкать ими мое разгоряченное тело, и я осознаю, какие они у него влажные. От меня, моего возбуждения.
- Прошу! – выдыхаю, когда он снова обводит бугорок клитора, минуя его.
- Не слышу.
Матвей что, издевается надо мной?
- Пожалуйста! Я хочу…, - мой голос срывается на стон, когда он все-таки прикасается к чувствительной точке.
- Что ты хочешь? – вредничает профессор, продолжая изводить меня возбуждением.
- Тебя хочу! Хочу, чтобы ты прикоснулся ко мне! – вырывается из груди.
- Не так.
Он касается, но этого мало. Меня трясет, а Матвей будто не понимает мою агонию.
- Возьми меня! Пожалуйста! – умоляю я, доведенная до предела. Кажется, еще немного и взорвусь.
Матвей отпускает меня, но лишь затем, чтобы скинуть с себя одежду и найти защиту.
- Не надо. Я пью таблетки, начала пить, - шепчу я, хватаясь за него. Разворачиваю к себе, целую. Не могу больше ждать. – Хочу тебя без резинки.
Матвей поднимает меня на руки, обхватываю его бедра ногами, а затем он входит меня. Резко и на всю длину. Меня выгибает от переизбытка ощущений. В моем положении двигаться сложно, остается подчиниться ритму партнера.
Как же безумно приятно, когда вот так: дерзко, отрывисто и грубо. Словно изголодавшиеся друг по другу, без лишних слов. Только ритм, только движение. Меня накрывает горячая волна, а перед глазами мелькают цветные точки. Я кричу, бьюсь в экстазе, а движения продолжаются. Его член пульсирует внутри меня и напрягаю мышцы, чтобы ему помочь. Сжимаю стенки, чувствуя, как ему приятно.
Матвей выдыхает, хрипит, ускоряя ритм до бешеной гонки. Еще сильнее сжимаю внутренние мышцы, и чувствую, как он взрывается внутри меня. Он кончает, снова и снова. Ощущаю его несильные толчки, а потом Матвей утыкается лбом в мое плечо и замирает. Шумно выдыхает, постепенно успокаиваясь, и осторожно опускает меня на пол.
После душа я почувствовала себя счастливой, обновленной и… жутко голодной.
- Ужасно хочу есть! – заявила я.
- Можно заказать доставку, - Матвей посмотрел на часы. В джинсах и с блестящими после душа волосами он был очень красивый, и я невольно залюбовалась. – Какую еду предпочитаешь?
- А ты не готовишь? – удивилась я и прошла на кухню. Григорьев последовал за мной.
- Крайне редко. Обычно простые быстрые блюда вроде омлета. Утром дома пью кофе, обедаю на работе, ужинаю редко. Минимальный набор продуктов, - он развел руками, когда я заглянула полупустой холодильник.
- Не густо.
Плита, микроволновка, скудный набор посуды. Похоже, профессор и правда редко ест дома.
- Я закажу, что хочешь. Выбирай! - Матвей открыл на планшете сайт ресторана, предоставив выбор мне, а сам включил кофеварку.
- У тебя же на первом этаже супермаркет, - я отложила в сторону планшет. – Куплю чего-нибудь. Скоро вернусь. Не скучай! – я чмокнула его в щеку.
- Может не стоит…, - прокричал он вслед, но я уже не слушала.
Насвистывая веселую мелодию, легко сбежала по ступенькам и впорхнула в раздвижные двери круглосуточного супермаркета. После сексуальной разрядки я была на подъеме.
Быстренько пробежавшись по магазину, я купила хлеб, мясо, зелень, несколько пакетиков специй, замороженные овощи и бутылку воды. Прогуливаясь по рядам, заметила пароварку для приготовления еды в микроволновке и тоже отправила в тележку.
Матвей ждал меня на кухне, а по квартире гулял аромат свежесваренного кофе. Замурлыкала от удовольствия, когда он подал мне чашку. Испив кофе, я похвалилась трофеями шопинга.
- Смотри, что купила, - я выкладывала продукты на стол.
Матвей растерянно наблюдал, как я опустошаю пакет.
- Ты, конечно, молодец. Я все понимаю, но, Снеж, кто все это будет готовить? Может, лучше закажем. Я тоже зверски проголодался.
- Я, - просто ответила я.
- В смысле ты? – не понял Григорьев.
- Я приготовлю. Сейчас только освоюсь на твоей кухне и забацаю нам ужин на двоих. Ты лучше сядь, чтобы не путаться под ногами.
Усадила офигевшего профессора на стул и еще раз осмотрелась. Техники мало, но вся современная. Варочная панель электрическая, нагревается не хуже нашей. Только плита предков куплена за охрененные бабки, а у Григорьева попроще. Уложила мясо на сковороду и включила вытяжку.
Матвей наблюдал за моими действиями с изрядной долей иронии. Пока солила и перчила мясо, еще сдерживался, а стоило достать из коробки пароварку, закашлялся.
- Все хорошо? – сделала вид, что не замечаю его скепсиса.
- Абсолютно. Просто в горле пересохло, - Матвей налил себе воды, продолжая настороженно наблюдать за моими перемещениями.
Я засыпала овощи в пароварку, посыпала специями и отправила в микроволновку на двадцать минут. За это время мясо почти приготовилось. Тарелки, вилки, бокалы. У Матвея в холодильнике нашлась бутылка красного вина. Разложила еду по тарелкам, пока он наполнял бокалы.
- Люблю охлажденное, - я улыбнулась. Бокал запотел и на ощупь приятно холодил.
- Я тоже. Ммм, вкусно! – Матвей прищелкнул языком, оценив мое блюдо.
Получилось просто, ароматно и сытно. Вкусы мяса и овощей при готовке не смешались и Матвей это оценил.
- Как так вышло, что богатая девочка умеет готовить? – поинтересовался он, когда первый голод был утолен.
- Посещала кулинарные курсы. Отец убежден, что женщина обязана уметь хорошо готовить. Мои старшие сестры просто богини кухни. Такие шедевры создают, язык проглотишь. Мои способности гораздо скромнее. От голода не умру и ладно.
- Очень даже неплохо, - похвалил Матвей, и я расплылась в довольной улыбке.
- Кушай, мой тигр! – я кокетливо порычала.
- С удовольствием, моя тигрица! – Матвей послал мне воздушный поцелуй.