7 глава. Ложь и предательство

После брачного ритуала прошел почти месяц. Галадриэль с головой погрузился в государственные дела, подзаброшенные им в последние дни. Глава рода Зимний туман тихо, без скандала вернул все, что им было украдено у наследников рода Морозный иней, и добавил от себя компенсацию, за те два года, что детям пришлось выживать по его вине. Так же тихо род Зимний туман был лишён всех титулов и регалий и в полном составе отправился на поселение в каменоломни, на границе с пустыней и Орочьими горами, где они будут проживать до окончания времён без права покидать каторжное селение. Астаэрэль получил свой законный титул и все имущество рода Морозный иней. Галадриэль лично вручил бумагу мальчику в торжественной обстановке, в гостиной своей летней резиденции в присутствии семьи и наставников. Вираэлю, чтобы не обидно было, владыка подарил красивый деревянный меч и игрушечную лошадку, пообещав, что если он будет хорошо учиться, то станет великим воином, на что обиделся уже Астаэрэль, заявив, что он тоже будет великим воином. Ималиаль быстро погасила назревающих скандал, обняв мальчиков и предложив попробовать сладости, изготовленные специально для них в виде медалек за храбрость.

После изгнания рода Зимний туман владыка затеял массовое расследование, чтобы выявить подобные случаи, навести порядок в Восточных лесах и укрепить свою власть. Это отнимало много времени и сил, но мало по малу его стражи разгребали все случаи злоупотребления властью среди высших родов и по Восточным лесам прокатилась волна не только арестов и судов, но и публичных казней. За годы войны некоторые эльфы решили, что они могут творить любую мерзость и остаться безнаказанными, но Галадриэль быстро лишил их всех иллюзий. Он не жалел никого, даже ближайших соратников и советников, опровергая убеждение эльфов, что законы не для избранных. Закон един для всех! И владыка очень быстро это доказал.

Пока Галадриэль воевал с бюрократами, казнакрадами, землекрадами и прочими крадами, Ималиаль потихоньку примеряла на себя роль жены и хозяйки в доме. На следующий день после брачного ритуала слуги перенесли ее вещи в комнаты, расположенные рядом с покоями мужа и он представил ее слугам, как жену. Ималиаль переживала, что после такого скоропалительно брака к ней будут относится с пренебрежением, у эльфов не принято так быстро жениться, но слуги восприняли новость спокойно и вполне доброжелательно. Новоявленную хозяйку сразу узурпировала экономка и начала знакомить с хозяйством и рассказывать, как у них тут все было устроено до появления Ималиаль.

Муж посещал ее спальню почти каждую ночь. Девушка каждый раз дико смущалась, но Риэль был бесконечно нежен и терпелив с ней, за что Ималиаль была ему благодарна, но ей было безумно стыдно каждый раз, когда муж доводил ее ласками до стонов и криков, считала, что желать совершенно незнакомого мужчину неправильно. Они чужие друг другу, она даже имени рода его не знает, но каждую ночь умирает в его руках, а потом чувствует себя предательницей, потому что кроме постыдных желаний тела не чувствовала к мужу больше ничего. Но откуда взяться чувствам, если они встречаются только ночью в постели. Возможно, если бы они виделись каждый день, хотя бы во время ужина и немного поговорили, Ималиаль не чувствовала бы себя такой несчастной. Она раньше мечтала, как и все девушки, что когда-нибудь встретит молодого красивого эльфа, он будет за ней долго ухаживать и они полюбят друг друга, поженятся и будут жить долго и счастливо, но мечты так и остались мечтами, а муж не стремился за ней ухаживать. Это обижало девушку, но вида она старалась не подавать, чтобы не оказаться в его глазах неблагодарной.

Но юное девичье сердце жаждало любви и романтики, и не смогло остаться равнодушным к восхищению в глазах, сладким речам и чудесному голосу молодого эльфа, который преподавал ее братьям музыку. Сначала она наблюдала за занятиями и наслаждалась, слушая старинные любовные баллады в исполнении преподавателя, издалека. Как-то заметив ее, господин Лелеладиэль предложил присоединиться к их занятиям. Братьям не нравилась музыка, они с большим удовольствием вместо неё потренировались бы бою на мечах, но при сестре приходилось стараться, чтобы не разочаровать ее. После занятий Ималиаль приглашала преподавателя выпить чаю и сама не заметила, как стала проводить в обществе Лелеладиэля неприлично много времени не только днём, но и по вечерам. Он пел ей любовные песни, читал стихи, и ее сердце таяло от восторга, но ночью приходил муж и Ималиаль, чувствуя свою вину перед ним, за то, что ее сердце желает другого, старалась подарить Риэлю больше ласки, отчего чувствовала себя ещё более несчастной, потому что отдаваясь мужу она предавала любовь Лелеладиэля, о которой он ей твердил каждый день.

Галадриэль находился в полном неведении, что происходит в его доме. После брачного ритуала он успокоился, одной проблемой в его жизни стало меньше и переключился на более важные государственные дела. Советники, увидев брачный браслет были в шоке и насели на владыку с требованиями провести свадьбу, как положено владыке. Он еле от них отбился, согласившись только представить жену высшим родам и в честь брака устроить в Восточных лесах двухдневные массовые гуляния, но для начала нужно сообщить, наконец, Ималиаль, за кого она замуж вышла, а это было весьма проблематично, потому что его жена крайне негативно относилась к владыке Восточных лесов и представить ее реакцию Галадриэль не мог и, если совсем честно боялся, что она его возненавидит и отлучит от тела, к которому владыка питал особую слабость. Но, так как владыка сам понимал, что вечно скрывать его статус от жены не получится, решил не тянуть и вернулся в летнюю резиденцию намного раньше, чем обычно, чтобы поговорить.

Выведав у слуги, где находится Ималиаль, владыка сам пошел искать ее в сад, где по словам слуги она проводила много времени. Услышав нежные переливы струн, удивился и пошел туда. Ещё больше удивился услышав слезливую любовную балладу исполняемую красивым мужским голосом и решив, что кто-то из слуг поет, хотел свернуть в другую сторону, но остановился как вкопанный, услышав нежный смех и голос жены:

— Вы изумительно поете господин Лелеладиэль. Мне кажется, что когда я слышу ваш голос у меня сердце разорвется от восторга.

— Мой голос отражает всю глубину моих чувств к вам госпожа Ималиаль. Только увидев вас я понял, что означает: «Петь сердцем». Глядя в ваши изумительные глаза мое сердце действительно начинает петь и я могу лишь мечтать, что и ваше сердце откликнется и они споют в унисон. Госпожа моя вы прекрасны, ваши губы нежнее лепестков роз, с которых я бы вечно пил сладкую росу, — выдохнул какой-то мужик томно, а у Галадриэля глаза кровью налились и он стремительно пошел туда, где какой-то смертник обхаживает его женщину. Выйдя из-за куста владыка увидел милейшую картину, его благоверная с алеющими щёчками сидела на садовой скамье, а перед ней преклонив колено, стоял мужик и тянул свои губешки к пальчикам Ималиаль, которые успел сграбастать своими потными ручищами.

— Какая прелесть, — сказал Галадриэль ядовито. Жена испуганно встрепенулась и вытащив руку у застывшего на коленях ухажера, вскочила на ноги, прижимая ладони к пылающим щекам.

— Владыка! — воскликнул мужик и резко развернувшись бухнулся на колени уже перед Галадриэлем, — это не то что вы подумали, меня... Она меня заставила! Я ни в коей мере... Я никогда бы не посмел, — бессвязно выкрикивал горе-любовник, а владыка смотрел на бледнеющее потрясённое лицо жены. Она опустила руки, взгляд ее потух, она повернулась и словно сломанная кукла пошла прочь.

Галадриэль поднял за шкирку ползающего по снегу эльфа и с большим удовольствием впечатал кулак ему в живот.

— Забрать его, допросить и чтобы никто больше никогда его не нашел, — прошипел взбешённый владыка. За его спиной появились двое из его личной гвардии и утащили рыдающего и стенающего эльфа. Галадриэль прижал руку к глазам, стараясь успокоиться. Он не ожидал, что такое может с ним случиться. Он стал рогоносцем! Такого унижения владыка никогда и никому не простит, особенно неверной жене. В груди пекло от ее предательства и видеть он ее не мог пока не успокоится, иначе, он может не сдержаться и собственноручно свернуть ей шею. Но если она думает, что это омерзительное оскорбление его гордости и достоинства сойдёт ей с рук, она очень глубоко ошибается.

Владыка быстро вернулся в дом и позвал своего секретаря, который унылой тенью всегда следовал за ним.

— Прикажи подготовить дальний замок к приезду моей жены. Она выезжает завтра. Стража охраняет за вторыми стенами. Внутри, чтобы ни одного мужика не было, — кипятился Галадриэль. Он запрет ее, накажет, чтобы поняла всю степень своей вины. Никаких больше мужиков рядом. Только он. И только тогда, когда сам пожелает.