Глава 12

Ника

Последний букет был готов, и Ника невольно залюбовалась творением своих рук. Маленькие чайные розы великолепно смотрелись в обрамлении белого и золотистого. Не букет, а картинка! И всего таких Ника сегодня сделала двенадцать. Именно столько было заказов на завтрашнее утро. Все букетики были снабжены влажной губкой, и до завтра с ними точно ничего не случится. Кроме того, у Оли в магазине имелась мини оранжерея, где климат контроль поддерживал комфортную для цветов температуру.

— Ой, ну красотища! С моими не сравнить, — вошла в оранжерею Оля. — Я уже час как томлюсь от безделья. Не хотела тебе мешать. Но ты же уже закончила?

— Ага, — довольно отозвалась Ника.

Настроение было просто замечательное. Такая работа ей всегда нравилась — колдуя над букетом, вдыхая ненавязчивый аромат цветов, она отдыхала душой. Разве что, лилии не любила, и старалась не брать на них заказы. Запах лилий вызывал у нее головную боль, от которой потом трудно и долго приходилось избавляться.

Михаил пока не звонил. За весь день от него пришла только пара смс. Наверное, сегодня он очень занят, потому что вчера и позавчера буквально заваливал ее смсками. И чего уж там, Ники было безумно приятно их получать, читать и отвечать. Она словно сбросила десяток лет и впервые влюбилась. Чем бы ни занималась в течение дня, голова была занята Михаилом и вопросом — какой сюрприз ее ждет сегодня? Он не назначал ей заранее свиданий. Звонил обычно за полчаса-час и велел собираться.

Вчера они сначала катались на машине по вечерней Москве, потом Михаил повез ее в ресторан. На этот раз, кроме них там были и другие посетители. И кухню ресторан предлагал итальянскую. Но если честно, Нике было все равно, что и где есть — ей нравилось находиться в компании Михаила, смотреть на него, слушать… Все изменилось за каких-то несколько дней, и о том времени в нефтяном поселке, где они познакомились, Ника уже не вспоминала, как и о своем тогдашнем отношении к Михаилу. Сейчас она узнала совершенно нового человека — умного, начитанного, целеустремленного. Умеющего не только красиво говорить, но и слушать. Она почему-то не сомневалась, что слова у него не расходятся с делом — не производил он впечатление болтуна. И он умел себя вести так, что разницы между ними Ника не замечала, а частенько и забывала, кто он. Ну разве что, не тогда, когда садилась в его кортеж — охрана была неотъемлемой частью жизни ее нового ухажера.

— Давай по кофейку? — предложила Оля.

— Да я хотела домой пойти… — неуверенно отозвалась Ника.

Она, правда, торопилась домой, чтобы успеть привести себя в порядок. Михаил должен был позвонить очень скоро. В том, что они и сегодня встретятся, она не сомневалась.

— И пойдешь, но чуточку позже, — сложила Ольга руки в просительном жесте. — Мне еще все равно сидеть тут до закрытия, а народу нет… Не кидай меня, подруга.

— Ну ладно, разве что, недолго, — с улыбкой согласилась Ника.

Когда тебе хорошо — душа становится щедрой. Хочется одарить хоть чем-то приятным окружающих людей. Пусть и им станет если не настолько же хорошо, то хоть чуточку лучше.

Оля заварила свой фирменный кофе — крепкий, горький и в малюсеньких чашечках. К кофе достала коробочку пахлавы, сказав, что ту привезли ей с Армении. По маме Оля была армянкой, и большая половина родственников ее проживала в стране Арарата.

Ника прихлебывала кофе малюсенькими глотками, слушала рассказы Оли про нового ухажера и думала о своем. И пусть это было не совсем вежливо, но об этом же знала только она. Оля щебетала без остановки, ничего не замечая. И Ника не винила себя за то, что ее сейчас больше интересуют собственные сердечные дела, нежели чужие.

— Ничего себе!.. — протянула Оля, глядя куда-то за спину Ники широко открытыми и удивленными глазами.

— Ты чего? — даже испугалась немного Ника.

— А ты глянь. Видела когда-нибудь такое? — Оля продолжала рассматривать что-то ну очень интересное ей в окне за спиной Ники.

Так и пришлось повернуться тоже, да и чужое любопытство всегда заражает.

Ника едва сдержала улыбку, когда увидела, как из черной тонированной иномарки вальяжно появляется Михаил. Дверцу ему традиционно открыл один из охранников, ну и две другие такие же машины подперли среднюю — президентскую.

— Интересно, что он тут делает? Это же сам Казанцев!..

Оля не удержалась и приблизилась к окну. Теперь она старалась выглядывать так, чтобы снаружи ее не было заметно. Зря старается — Ника не сомневалась, что охрана Михаила уже ее засекла. И оказывается, она знает Казанцева в лицо. Впрочем, удивляться тут нечему — личность он известная, и только она одна, похоже, не знала о нем раньше.

— Он бы еще на вертолете прилетел, — пробормотала Оля. — Ой! Кажется, он идет сюда… — заметно запаниковала.

Она отскочила от окна и заметалась по салону, в котором и так царил идеальный порядок. Ника же с интересом ждала, что будет дальше, понимая, что предотвратить вторжение все равно не сможет. И как он узнал, что она здесь? Не помнит, чтобы рассказывала ему о своей работе.

Звякнул колокольчик, И Михаил вошел в салон в сопровождении двух охранников.

— Добрый вечер! — подскочила к нему Ольга. — Чем могу быть полезна? Вас интересуют свадебные платья или аксессуары для невесты? Свадьба ваша или кого-то из родственников, друзей?..

Все время, пока Ольга говорила, захлебываясь в эмоциях, Михаил поглядывал на Нику, что стояла в сторонке со скромной улыбкой на губах. Улыбку эту не получалось согнать, как она ни старалась. И отражение своей улыбки она читала в глазах Михаила. Но он хранил серьезность, по крайней мере, губы его были плотно сжаты.

— Меня не интересуют наряды, — ответил он, когда Оля замолчала. — Я приехал за Вероникой.

— За кем? — вытаращилась на него подруга Ники.

Она все прекрасно слышала, как и поняла отлично. Тому свидетельствовал недоуменный взгляд, которым одарила Оля Нику. Но Михаил, все же повторил:

— За Никой, если вам так понятнее, — и направился в ее сторону.

А когда приблизился, обхватил Нику за талию и прижался к ее губам в коротком поцелуе. Краем глаза Ника заметила, как Ольга едва не потеряла сознание от шока.

— А-а-а… Ника как раз собиралась уходить, — не планировала так быстро сдаваться подруга.

— Это я тоже знаю, — снисходительно улыбнулся ей Михаил и посмотрел на Нику. — Идем? И, кстати, завтра ты работаешь?

— Да, она работает тут каждый день, — опередила Оля Нику с ответом.

— Тогда, завтра Вероника берет выходной, — посмотрел на нее Михаил, и в голосе его отчетливо прозвучали властные нотки.

— Как это? А как же заказы на букеты? — неприятно-сварливо поинтересовалась Оля.

— Оль, на завтра всего пять заказов. Думаю, ты и сама с ними легко справишься, — отозвалась Ника, которой уже надоело и нездоровое любопытство подруги, и ее намерение гнуть из себя великую начальницу.

Хочет, пусть увольняет — свет клином не сошелся на ее салоне. Да и Михаил еще получит за это представление.

— Пошли, — решительно взяла она его за руку и повела на выход. — пока, Оль.

— Пока, — понеслось им в спину.

***

То, чего Вероника не слышала, но что случилось через минуту после их ухода

— Алло, привет! Что нового? — Оля удобно устроилась на диване для посетителей салона и вертела в руке пустую кофейную чашку, из которой только что пила Ника.

— Да, дела как у гончей — вся в мыле, работы вал, — отозвались на том проводе.

— Сама виновата, что пожадничала. Говорила тебе, не уводи у нее все заказы. Смотри не надорвись… причем, почем зря, — усмехнулась Ольга и глаза ее недобро сузились.

— Ничего и не зря — сама говорила, что сучка эта готова на себя руки наложить.

— Как бы не так! — таинственно отозвалась Оля.

— В каком смысле? Ты что-то темнишь…

— Темнит она, а не я. Если бы ты сейчас видела, кто приехал за этой простушкой, то сама бы умерла на месте от разрыва сердца.

— И кто же за ней приехал?

— Казанцев — слышала о таком? — усмехнулась Оля и ткнула большим пальцем прямо в кофейную гущу. — О! Да, да нее тут такие глаза!.. — пробормотала самой себе.

— У кого глаза? Где? Ты заговариваешься там, что ли?!

— Сама смотри не заговорись! — зло проговорила Оля. — А глаза, смотрящие вверх у нашей Никуси в чашке. На гуще ей гадаю.

— И что это значит?

— А то, что у нее есть влиятельный покровитель, и скоро ее ждут крупные перемены к лучшему.

— Не верю я во всю эту чушь, как и в то, что сам Казанцев обратил внимание на эту мышь!

— И мне не веришь?

— Ты могла обознаться…

— Что-о-о??? — громко рассмеялась Ольга. — Обознаться, когда к тебе в салон входит нефтяной магнат, за спиной у которого целый отряд охраны? Когда к салону подъезжают три тонированные тачки… Ну знаешь, чтобы так обознаться, нужно быть слепой и глухой.

— Даже так?.. Слушай, у меня есть план. Ты в деле, если что?

— План чего?

— Как сделать так, чтобы она рассталась с Казанцевым.

— Конечно, в деле тогда. Я сегодня чуть не взорвалась, когда поняла, что судьба со мной не шутит так зло.

***

Михаил

— Мой малыш разозлился? — не выдержал Михаил и прижал Нику к себе, как только оказались в машине.

Она сделала попытку освободиться, но кто ж позволит — ни за что не отпустит, пока не зацелует до спертого дыхания.

Ох уж эти губы! Что они с ним творили! Одни только поцелуи (а дальше у них пока еще и не заходило) рождали такие фантазии, какие даже смелыми не назовешь. Безумные, шальные, страстные… Эти эпитеты более подходящие. Вот и сейчас все мысли моментально вылетели из головы, стоило только коснуться ее губ. И отвечала она с такой щедростью на его поцелуи, что уже одно это кружило голову и заставляло хотеть совершить для этой девушки что-нибудь по-настоящему рыцарское.

— Ты зачем приехал ко мне на работу? И откуда узнал, где меня искать? — спросила Ника, глядя на Михаила глазами, в которых сейчас плескалось столько томности. И голос ее был тоже наполнен негой. И как же приятно было осознавать, что так действуют на нее его поцелуи.

— Приехал, потому что ты мне понадобилась очень срочно, — улыбнулся он ей в губы и снова поцеловал. — Потому что не мог больше ждать. А узнать, где тебя искать, не так уж и трудно.

— Для тебя, да, — задумчиво произнесла она. — А Оля сейчас развернется, применит всю свою фантазию. Я ее знаю — уже обзванивает всех наших знакомых, сообщая им сенсационную новость. Тебя это не смущает?

— Меня нет — я тебя ни от кого не прячу и даже наоборот. А тебя смущает?

Она пока еще была очень зажата и не брала то, что он мечтал ей дать. Те несколько свиданий, что у них были, прошли довольно спокойно. Не скучно, нет. Когда Ника была рядом, Михаилу точно никто больше не был нужен. Но он не мог не замечать, как она старается его спрятать от всех. А разве такое возможно? И вот сегодня он решил впервые не подчиниться и устроить собственное свидание — с размахом, который мог себе позволить.

— Нет, не смущает, — скромно улыбнулась Ника. — А куда мы едем? — обратила она внимание, что направляются они совсем в другую сторону от ее дома.

Ну вот и настал момент истины, когда Михаилу придется прибегнуть к строгости и упорству. Если это потребуется, конечно.

— Мы едем на аэродром.

— Куда? — глаза ее расширились от удивления. — А зачем нам туда?

— Чтобы улететь в Париж.

Так, кажется получилось не только удивить ее, но и неслабо шокировать. Вон даже ротик приоткрыла от крайнего удивления. Михаил не удержался и снова приник к ее губам. Ну а как иначе, когда тебя так изящно и ненавязчиво приглашают это сделать, а вернее неосознанно соблазняют. Эта девушка хоть примерно представляет себе, насколько она привлекательна? Вот даже в простых джинсах и потертой кожанке она просто сшибает с ног его своей сексуальностью. А уж когда принаряжается, то… Как ни странно, в такие моменты, несмотря на то что она преображается и становится настоящей красавицей, все эти наряды Михаилу хочется немедленно сорвать с нее. А потом сразу же, словно по мановению волшебной палочки, очутиться с ней в постели и насладиться ее шикарным телом. Уж он бы ни единый сантиметр не оставил без собственного внимания… Черт! Фантазия снова вызвала эрекцию, а руки его кажется сильнее допустимого сжали Веронику. Она невольно поежилась.

— Извини, — пробормотал он и на всякий случай даже немного отодвинулся, чтобы не наброситься на Нику прямо здесь, в салоне машины. И пусть их никто не мог видеть, но такой перепихон на колесах он никогда не приветствовал. А с Вероникой ему и не хотелось вот так. — Не смог сдержаться, ты меня с ума сводишь, — с улыбкой добавил.

— Не уходи от темы, — хитро проговорила Ника и придвинулась к нему с грацией кошечки. — Зачем мы едем на аэродром. И ты же пошутил про Париж?

Михаил не сдержался и снова притиснул ее к себе. Если она и дальше продолжит соблазнять его (вольно или невольно, не знает), то дело очень быстро дойдет до греха.

— С тобой так шутить опасно, — хрипло произнес, мысленно проклиная собственное возбуждение, что накатывало волнами. — Нас ждет самолет, который унесет нас в Париж.

— Ты арендовал самолет? — взлетели ее брови.

— Нет же, глупышка, — рассмеялся Михаил. — Это мой самолет.

— У тебя есть самолет?

— Ну да, есть.

Он видел, насколько ей не по себе, и не знал, как стряхнуть с нее эту скованность. Она явно не понимала, что он может себе позволить, а он не мог ей этого объяснить. А когда невольно демонстрировал, как вот сейчас, так постоянно она впадала в какой-то ступор, будто отдалялась от него. Вот и сейчас хотела отвернуться к окну, но он не позволил.

— Ника, у меня есть самолет, а еще парочка вертолетов. Дом за городом и квартира в Москве. Есть дом в Испании и Италии. Несколько катеров… Собираюсь приобрести дом во французской провинции… Да и не перечислишь все, чем я владею. Но разве это делает меня другим человеком?

— Нет, конечно, — моргнула она, в то время как он продолжал удерживать ее за подбородок и рассматривать ее удивительные и немного растерянные сейчас глаза. — Но мы такие разные… Почему ты выбрал именно меня?

— Ну а ты как думаешь?

— Потому что я тогда повела себя странно? — усмехнулась она. — Неужели из-за моей кошки?

Она пыталась все перевести в шутку — испугалась серьезности разговора. Но сейчас он ей этого не позволит.

— Нет, не поэтому, хоть твою кошку я и запомнил на всю жизнь. Мне понравилась ты. Ни разу я не встречал таких девушек. И это произошло независимо от моего желания. И сейчас я точно не хочу ничего менять, потому что ты мне нравишься все сильнее.

— Я тебе понравилась только потому, что в твоем окружении нет таких простушек, — улыбнулась она.

— Ну какая же ты простушка, — на миг прижался он к ее губам. Когда они были так близко, не целовать их становилось невозможно. — Да и рядом со мной тебе трудно будет такой казаться, — уверенно добавил.

— Это точно, — совсем не так уверенно отозвалась она. — Ладно, скажи мне, хоть, зачем мы летим в Париж? Не покупать же тебе там очередной дом?

— Нет, — невольно рассмеялся Михаил. — Мы идем в оперу. В Гранд-Опера. Была там когда-нибудь?

— Нет… Я и в Париже ни разу не была. Как в оперу?! — испуганно встрепенулась. Ну точно пташка — вон и забилась в его руках похоже. — Какая опера? Я же даже не одета…

— Да не волнуйся ты так. Обо всем уже позаботились. Твое платье ждет тебя в самолете, как и стилист. Переоденешься там и приведешь себя в порядок.

— Стилист?

— Ну я подумал, что косметики у тебя тоже с собой нет, а стилист сделает все быстро и профессионально. Как и волосы твои уложит. Не подумай, что они мне не нравятся распущенными. От твоих волос я просто балдею, — показательно зарылся он в волосы Ники носом и шумно втянул воздух. — Но мы же идем в Гранд-Опера, — многозначительно добавил.

— И вернемся мы поздно? Поэтому ты сказал Оле, что завтра у меня выходной.

Михаил набрал в грудь побольше воздуха, потому что сейчас ему предстояло сообщить ей главное.

— Мы заночуем в Париже, я снял номер в гостинице. Не торопись возмущаться, — заметил он, как резко она напряглась. — Если ты не захочешь, ничего не будет, обещаю. Хочу просто, чтобы ты провела ночь в одном со мной номере самой шикарной гостиницы Парижа.