Глава 6. Назвался груздем…

Ночь я провела почти без сна, лишь изредка проваливалась в дрему. Зато когда выныривала из нее, сразу вспоминала об очередной проблеме, которая вчера свалилась мне на голову: Матвей. Я просто не могла поверить, что он смог опуститься до того, чтобы шантажировать! Сам спас, а теперь… Впрочем, я ведь сама из благодарности за ту помощь почти полгода не решалась от него уйти, хотя любви уже давно не было. Терпела все его выходки, лень и расточительство только потому, что чувствовала себя обязанной ему. Когда же расставались, Матвей и словом не обмолвился о том дне, и я даже расслабилась, решив, что все забыто. Оказывается, зря…

Ну и что мне прикажете делать? Кем взять его на работу? А не взять его я не могла… Знаю, наверное, следовало послать его куда подальше, но страх был сильнее разума и не отпускала мысль: а вдруг? Вдруг Матвей все же решится воплотить свою угрозу в жизнь?

На работу я пришла раньше всех, даже пришлось самой снимать сигнализацию, и сразу же взялась за наше штатное расписание. Администратором Матвея я точно не собиралась делать: слишком большая ответственность. Должности бармена все были заняты, но я бы и сама не рискнула поставить его за барную стойку: начнет подворовывать с первых минут. Кухня тоже не пройдет. Во-первых, у Матвея не было кулинарного образования, а, во-вторых… Нет, возможно, Егор бы и смог найти для него какую работенку на подхвате, но просить его об этом точно не буду. Грязную работу, по типу уборщика и посудомойки, Матвей однозначно откажется выполнять. Административный персонал тоже никак не сгодится. Остается все же официант… Их всегда нехватка, и Серж с радостью примет в ресторан еще одного.

— У тебя хоть санкнижка есть? — спросила я Матвея, когда тот позвонил мне ближе к обеду. — Без нее я точно не смогу тебя устроить.

— Есть, — бодро ответил тот. — Я же в декабре ее делал, помнишь, еще при тебе?

Да, вспомнила… Его тогда кто-то из друзей пытался пристроить в придорожное кафе, но что-то не срослось, и он вновь залег на диван, где проводил дни и ночи, обиженный на весь мир. Правда, на аппетите депрессия Матвея никак не сказывалась, а кормить его мне приходилось со своих кровных. Вот тогда-то моя чаша терпения и переполнилась. Когда же я сообщила ему о нашем расставании, он даже не поднялся со своего дивана, только процедил зло: «Ну и вали, если совести нет». С наличием совести у меня было все в порядке, как и с самоуважением, зато, благодаря так называемому жениху, почти не осталось денег.

— Хорошо, но через месяц тебе придется продлевать свою санкнижку, — напомнила я.

— Продлим! — беспечно отозвался Матвей.

— Будем надеяться… — вздохнула я. — Тогда могу предложить тебе должность официанта, но пока на полставки. На время испытательного срока.

— А без этого испытательного срока нельзя? — наглость Матвея не знала никаких границ. — Мы ведь не чужие…

— Нельзя, — в этом я решила проявить твердость и добавила, откровенно соврав: — И такие вопросы решаются напрямую с владельцем, а не со мной. Не стоит преувеличивать значимость моей должности. Я такая же подневольная птица, как и все остальные работники ресторана…

— Ладно, так и быть… — сделал снисхождение Матвей. — Полставки, так полставки. Когда можно приступать?

— Оформить можем и сегодня, а работать начнешь завтра.

— Договорились, скоро буду! — радостно произнес Матвей и отключился.

— У нас новый работник?

Этот вопрос заставил меня вздрогнуть: а я и не заметила, как пришел Егор. Сейчас он сидел за своим столом и что-то черкал в блокноте, который обычно использовал для составления меню.

— Да, официант, — ответила, не распространяясь.

Егор кивнул каким-то своим мыслям и задал следующий вопрос, резко сменив тему:

— Как вы думаете, что лучше будет пользоваться спросом: радужная форель с молодыми овощами и яйцом по-шотландски или же говяжье филе с сырным маслом, грибами и спаржей?

У меня бы пользовалось спросом и одно, и второе, особенно сейчас, когда подошло время обеда, и желудок напоминал о себе легким бурчанием. Оба блюда в красках предстали в моей фантазии, отчего рот непроизвольно наполнился слюной, и я еле сдержалась, чтобы шумно не сглотнуть.

— Вы спрашиваете об этом меня? — все же высказала удивление. — Думаю, вам, как повару, лучше знать, что из этого больше нравится людям. Мое мнение будет слишком субъективным.

— И все же? — он откинулся на спинку кресла и сложил ладони, уткнув их в подбородок.

— Ну если вам так интересно мое мнение… — я не смотрела на него, но при этом чувствовала его взгляд на себе. — Мне кажется, в вашем меню как-то слишком много блюд из морепродуктов. Поэтому я бы остановила выбор на говядине.

— Серьезно? — усмехнулся Егор, но не с иронией, а вполне дружелюбно.

— А что вас удивило? — я тоже улыбнулась, правда, в недоумении.

— Обычно женщины не очень любят мясо, предпочитают больше рыбу и овощи, — пояснил он.

— Но я же не сказала, что люблю говядину больше, — возразила я. — Просто рассудила так же как и вы, только от противного: мужчины в своем большинстве предпочитают мясо, поэтому не стоит их дискриминировать. Наш ресторан посещают и женщины, и мужчины, и даже дети, и нужно удовлетворить вкусы каждого. Да и, в конце концов, мы же не специализируемся на каком-то одном продукте, поэтому чем разнообразней меню, тем лучше.

Егор снова задумчиво кивнул и сделал свой вывод:

— Значит, внесем оба. А еще добавим тефтели из ягненка под двумя соусами… — он вновь углубился в свой блокнот и начал что-то бормотать себе под нос. До меня лишь изредка доносилось: — Грудинка… Индейка… Спаржа… Утиная грудка… Горгонзола…

— Все! — наконец произнес шеф-повар и резко захлопнул блокнот. — Пошел пробовать на деле…

Он встал и направился к двери, но, распахнув ее, нос в нос столкнулся с Матвеем.

— Здрастье, — Матвей оскалился в улыбке и театрально кивнул.

— Добрый день, — Егор отступил, пропуская его, после чего провел взглядом, пока тот шел ко мне.

— Быстро ты, — сказала я бывшему.

— Так я ради тебя готов лететь на крыльях куда угодно! — тот пафосно раскинул руки и засмеялся.

— Не ради меня, а ради работы, — тихо отозвалась я и покосилась на Егора, который так и стоял в дверях, не спеша уходить. Правда, заметив мой взгляд, он тут же спохватился и наконец покинул кабинет.

— А это кто? — Матвей махнул головой в сторону дверей, намекая на Егора.

— Шеф-повар, — коротко ответила я.

Но Матвей, похоже, и не нуждался в больших объяснениях, и стал с интересом рассматривать кабинет:

— Хорошо устроилась… Скажи честно, ты ж эту должность тоже не просто так получила? — он многозначительно подвигал бровями. — Замутила с владельцем, да?

Я усмехнулась:

— Ну конечно… Тебе же трудно понять, что и должность, и деньги можно получить с помощью мозгов и труда, а не тем местом, которым ты в основном и думаешь. Поэтому даже не буду напрягаться и что-то объяснять.

— Ладно, не злись, — Матвей, ни чуть не стушевавшись, подмигнул мне. — Я ж любя…

Ну да… Любя садится на шею, любя оскорбляет, любя шантажирует…

— Значит так, — я решила перейти к делу. — Сейчас идешь в бухгалтерию, там же будет и отдел кадров. Это третья дверь справа от меня. Они в курсе о тебе. Оформляешься. Потом идешь в конец коридора, дверь в самом торце. Там закажешь форму. Потом возвращаешься ко мне, и идем вместе к ребятам смотреть расписание.

— Слушаюсь и повинуюсь, — ухмыльнулся Матвей и двинулся к дверям.

— Только, пожалуйста, не паясничай и веди себя прилично, — бросила ему вслед.

— Не бойся, не подведу, начальница, — он снова подмигнул мне и исчез за дверями.

Я же устало облокотилась о стол и закрыла лицо ладонями. Похоже, нужно готовиться к худшему. Матвей уж точно устроит мне веселую жизнь…

— Вечером ресторан будет на спецобслуживании, ты разве забыла? — напомнила мне Оля, когда я вместе с Матвеем подошла к ней, чтобы прикинуть, в какую смену тому завтра выходить.

— Точно, — кивнула я. Действительно, забыла. Кажется, совсем чуть-чуть до того момента, как я и себя забуду. — Свадьба какого-то чиновника…

— Сына депутата Малышева, — поправила Оля.

— Ну да, сына… — я вздохнула, решая, стоит ли туда пускать Матвея. С одной стороны, мероприятие ответственное, мало ли… С другой — лишние руки точно не помешают. — Справишься? — спросила я уже самого бывшего. — Будешь на подхвате.

— Справлюсь, — уверенно ответил тот.

Что ж, посмотрим… Надо будет предупредить ребят, чтобы не поручали ему ничего серьезного. Максимум посуду грязную со стола унести.

Когда вопрос с расписанием был решен, я отправила Матвея на инструктаж к одному из официантов, после чего он, к счастью, отбыл восвояси, мне же удалось провести остаток дня в относительном спокойствии и даже вовремя уйти домой.

Зато завтра, несмотря на то, что это была суббота, меня ждал очередной рабочий день и, по всей видимости, очень напряженный.

— Никуда не собираешься сегодня? — спросила следующим утром у брата.

— Да нет пока, — отозвался тот. — Наверное, буду учиться.

— Это правильно, молодец, — похвалила я. — Тогда не забудь Монику выгулять и покормить.

— Не бойтесь, мамаша, ваша мохнатая дочь будет досмотрена, — пообещал брат, заваливаясь на диван и утыкаясь в свой телефон.

— Буду звонить, — предупредила я напоследок. — Так что с радаров не пропадай…

Влад, не отрываясь от мобильного, махнул рукой: мол, иди уже…

В ресторане царила суета и легкая нервозность, которая нападает на весь персонал каждый раз, когда предстоит обслуживать крупное мероприятие и особенно свадьбу. Проходя мимо кухни, я услышала голос Егора, раздающего задания поварам:

— Гоша, торт должен быть готов через час… Артем, ты сегодня на заготовках и в разделочном цехе… Вадим и Наташа, вы на закусках… Дима и Сергей, на вас мясо и птица… Я займусь морепродуктами.

У меня возникла невольная улыбка: и все-таки морепродукты наш шеф-повар явно жалует больше остального. Потом же внезапно поймала себе на том, что мысли о Егоре больше не вызывают во мне прежнего раздражения, как и его присутствие в кабинете. Правильно говорят: привыкнуть можно ко всему… Да и он сам как-то успокоился и перестал нарочно цеплять меня. Наверное, так увлекся составлением нового меню, что уже и забыл о моем существовании. Впрочем, это меня ничуть не огорчало.

Я включила компьютер и проверила почту. Всего два письма, и одно из них — от организаторов кулинарного конкурса.

— Доброе утро, — Егор не заставил себя ждать, явившись буквально через несколько минут. У меня даже возникла шальная мысль, что он зачем-то следил за мной. Но нет, вроде, выражение лица обыкновенное, не заметно, чтобы планировал в мой адрес какую-то провокацию. И снова схватился за свой блокнот. Мне уже начинает казаться, что шеф и ночью с ним не расстается.

— Доброе, — отозвалась я и, чтобы как-то заполнить возникшую напряженную паузу, продолжила: — Пришло официальное подтверждение вашего участия в конкурсе. И уже даже есть расписание. Не желаете узнать?

— Давайте посмотрим, — Егор двинулся ко мне.

— Я могу переслать вам на почту, — торопливо предложила я.

— Не надо, я и так гляну, — и он навис сверху, поставив руки по обе стороны от меня.

От такой излишней близости перехватило дыхание, и я замерла, боясь шевельнуться. Руки шефа почти касались моих, а подбородок задевал макушку. Я снова чувствовала ненавязчивый аромат его туалетной воды и ощущала жар его тела даже сквозь одежду.

— Десятого июня открытие и первый этап, — между тем невозмутимо зачитывал он. — Двенадцатого июня второй этап. Четырнадцатого июня третий, финальный этап. Ну что? — заключил потом. — Меня все устраивает. Хорошо, что не стали растягивать, а уложили все в одну неделю.

— Да, наверное, — я все же попыталась немного отодвинуться от него, правда, не очень успешно. — Быстрее узнаете результаты. Не успеете даже поволноваться…

— Да я как-то и так не волнуюсь… — спокойно ответил Егор и без всякого перехода продолжил: — У вас духи вкусные…

Не думала, что такой стандартный комплимент заставит меня смутиться, а потом еще и брякнуть совершенно глупое:

— Спасибо, и у вас тоже.

— Ты тоже сюда? — раздался за дверью веселый голос Матвея.

— Да, — ответил ему такой же жизнерадостный голос Жени. — Ты к кому?

— К начальству.

— И я к начальству!

Дверь распахнулась, и на пороге показалась парочка официантов. Егор же продолжал стоять в том же положении, не давая и мне возможности сменить позу. На несколько секунд повисло неловкое молчание, нарушил которое Матвей:

— А я поздороваться пришел.

— Здравствуйте, — за меня ответил Егор и выпрямился, я же наконец смогла сделать вдох поглубже.

— Здравствуй, — ответила уже на выдохе.

— Привет, — Женя демонстративно улыбнулась только шеф-повару.

Тот лишь кивнул в ответ.

— А-а-а, ты к этому начальству, — ухмыльнулся Матвей, взглядом показывая на Егора. — А я к этому, — он направился ко мне.

Женя же было кинулась к шефу, но он, будто не замечая этого порыва, двинулся к своему столу.

— Что-то случилось? — спросил, когда она устремилась за ним.

— Да, поговорить хотела, — льстиво-сладко протянула Женя, отчего у меня едва скулы не свело.

— Я в кухню. Идем, по пути расскажешь, — Егор взял свой блокнот и пошел к дверям, Женя, энергично виляя бедрами, процокала за ним.

— А, так это у него с этой девицей замут, — хохотнул Матвей. — А я думал, вы с ним… Или он с вами обеими…

— Стоп, — резко оборвала я его. — У меня с Егором Витальевичем ничего нет. И впредь оставь свои домыслы при себе. Моя личная жизнь тебя больше не касается никоим образом, ясно?

— Куда уж яснее, — хмыкнул он.

— Так что ты хотел?

— Я же сказал: поздороваться, — Матвей уселся прямо ко мне на стол.

— А поработать не хочешь? Твоя смена уже как бы началась…

— А мне несильно-то и дают работать, — пожал он плечами. — Или загружают всякой ерундой: бокалы протереть, вилки поправить… Скучно…

— А никто и не обещал, что будет весело, — я поднялась из-за стола. — Ладно, пойдем в зал, жених с невестой вот-вот должны подъехать…

Проведение свадебного банкета — дело утомительное и нервное для всего персонала. Гостей много, и все требуют к себе особого внимания. И не дай бог, официанты не успеют кому-то вовремя наполнить бокал или сменить тарелку! А иногда попадаются такие агрессивные товарищи, что официанты и администратор не справляются, и приходится уже мне брать удар на себя и всеми возможными способами улаживать конфликт. Именно поэтому к концу подобного вечера я чувствую себя выжатой до дна. Одно радует: чем больше выпито и съедено, тем добрее становятся гости и меньше обращают внимание на мелкие заминки. А уж когда выносят свадебный торт, то это почти сигнал, что можно выдохнуть и расслабиться. Обычно после него уже ничего экстраординарного не случается.

Вот и в этот раз, едва дождавшись праздничного десерта, я наконец смогла покинуть зал и выйти на улицу, чтобы сделать глоточек свежего воздуха и заодно позвонить Владу, справиться, как там у него идут дела. И как назло наткнулась на Матвея, потягивающего сигарету. К слову, мои страхи насчет того, что он сегодня непременно где-то накосячит, не оправдались. Во всяком случае, ничего разбито не было, на гостя не опрокинуто и нареканий на его работу не поступало. И на том спасибо.

— Скоро уже можно будет свалить домой? — спросил Матвей сразу.

— Мы работаем до последнего клиента, — отозвалась я, сосредоточившись на своем телефоне, где набирала номер брата.

— Офигеть, — протянул с досадой Матвей и сделал очередную затяжку.

А тем временем я слушала, как поставленный женский голос в трубке сообщал, что абонент, то есть мой брат, недоступен, и просил перезвонить позже. Что за черт? Я набрала номер еще несколько раз, но результат был тот же.

— Кому названиваешь? — влез с вопросом Матвей.

— Владу, — ответила я рассеянно, пробуя снова дозвониться. — Он почему-то недоступен…

Затем я вспомнила про домашний телефон, и стала названивать туда. Однако в ответ слышала лишь длинные гудки.

— Ой, ну мало ли куда пацан пошел с друзьями, — со смехом произнес Матвей и швырнул в мусорку бычок. — А телефон разрядился…

— Он не собирался никуда идти, — отозвалась я. — Да и обычно предупреждает…

— Слушай, не парься! — сказал Матвей, стоя уже в дверях. — Объявится твой братан…

Но для меня эти слова были слабым утешением. Часы показывали почти двенадцать, и я даже не могла представить, где сейчас мог находиться брат. Фантазия заработала в полную силу, подсовывая мне картины одну страшнее другой. Я мысленно ругала Влада, злилась и одновременно чуть не плакала. И зачем-то продолжала набирать его номер…

— Только объявись, — шептала в отчаянии угрозы, — убью… придушу… четвертую… посажу под домашний арест… отправлю назад в Пензу… Ну ответь же!.. — я всхлипнула, очередной раз поднося телефон к уху.

— Что случилось? Вы плачете?

Егор! Ну почему они появляются тут один за другим?

— Нет, вам показалось, — я украдкой смахнула все же выкатившуюся слезинку. — Все нормально.

— А убить кого вы собираетесь особо изощренным способом? — усмехнулся он, останавливаясь рядом со мной.

— Брата, — призналась я. — Обещал, что никуда сегодня не пойдет, будет учиться… У него вступительные экзамены скоро, — пояснила зачем-то. — Еще в восемь с ним созванивалась, был дома… А сейчас телефон отключен, и домашний никто не берет…

— Может, заснул, а телефон разрядился? — предположил шеф.

— Может, — согласилась, но ни чуть не успокоилась. — Только он с телефоном не разлучается, не вылезает из него, поэтому следит за зарядкой… У него даже этот есть… Аккумулятор переносной…

— Пауэр банк, — подсказал Егор.

— Да. Я уже и не помню, когда у него последний раз телефон был разряжен… Господи… Скорей бы банкет закончился! Хотя бы домой быстрее добраться и проверить, там ли этот оболтус!

— Так поехали сейчас, — предложил вдруг Егор. — Я уже, в принципе, свободен… И без вас в ресторане тоже прекрасно справятся.

— Вы серьезно? — я посмотрела на него с недоверием.

Его ответный взгляд был весьма красноречив.

— Пойду переоденусь, — бросил он, направляясь к крыльцу. — И вы тоже собирайтесь…