Глава 4

Кухня располагалась в полуподвальном помещении и порадовала чистотой.

Заправлял тут, и я это сразу поняла, хмурый, суровый детина лет сорока, на котором совершенно инородно выглядел поварской берет на высокой ножке. Мужик теребил лихо закрученный ус и поглядывал на пол, где почти сразу натекла лужа с одежды виконта.

— Спенс, - Двэйн, кажется, не заметил этих взглядов, — займи госпожу Жанну рассказом о Морте, пока я переодеваюсь. Жанна, — он повернулся ко мне, — это Спенс, мой повар. Ворчлив, неприветлив, но так готовит рыбу, что можно умом тронуться от удовольствия.

Маг ушёл, совершенно не спросив, а хочу ли я оставаться тут Привык распоряжаться, и что все его слушаются? А так не будет. Я не дрессированная собачка, не наёмный работник... Уже хотела высказаться, но тут повар подал на удивление тонкий, надтреснутый голос:

— Кофе будете, госпожа? Угораздило же вас именно этому франту в невесты достаться...

Спенс как-то сразу мне приглянулся. Вот с ним мы точно поладим.

— Да, кофе был бы очень кстати! Спасибо!

Амбал предложил мне стул и занялся напитком.

— Значит, вы мастер приготовления рыбы? Я её очень люблю.

— Да будешь тут мастером, — снова пробурчал он. — Жрать-то больше нечего на этой проклятой Сокории. Кругом камни, стада пасти негде, овощи вырастить негде.

Что с Залифа или из Агнерса, да Лозории привезут, тем и перебиваемся. А тут только птиц много, вот вам и яйца, и мясо, какое-никакое, да рыбы всякой, креветок, кальмаров, и прочих странных тварей полно. Я сам-то с Залифа сюда перебрался, вслед за любовью... - громила мечтательно вздохнул и расплылся в глуповатой улыбке, закатив глаза.

— Так вы женаты?

— Нет, — отмахнулся он и скривился, — надоела она мне, вечно ныла, что денег мало.

Разбежались. Но любовь, госпожа... Это прекрасно, скажу я вам, — тут он достал два здоровенных ножа и принялся точить друг о друга. — Любовь так душу возвышает... — он резко развернулся к столу и рубанул по разделочной доске ножом, и в корзину на полу отлетела рыбья голова.

А хорошо, когда человек и на руки ловкий, и дело своё знает, и о душе думает...

— Виконт сказал, у вас какая-то интересная история с Мортом вышла.

— Да...История-то вышла, а вот рагу из осьминога нет, — хмыкнул Спенс и снова потеребил ус, взгляд стал задумчивым. — Вот представьте... День жаркий, на кухне открыты окна и двери, с моря дует лёгкий ветерок, — повар рассказывал так выразительно, что я сразу представила эту картину. — Вы стоите себе, думаете, чем бы вкусненьким порадовать хозяина, который всё равно это не оценит, размышляя о всяких-там призраках. И тут видите на столе хорошего такого, упитанного и свежего осьминога. Вы думаете: «О, отлично! Поварёнок на причал сбегал, принёс провизию»! Берёте ножи, натачиваете не торопясь, прикидывая, какие бы специи выбрать...

Подходите к тушке, чтобы переложить на разделочную доску... И тут эта тварь как глаза откроет! А в голове у вас вопль: Положи тесак, изверг окаянный! Я от страху нож выронил, отскочил к плите, свалил кастрюлю с начищенной картошкой, нога поехала на скользком полу, грохнулся на мягкое место, а там же картошка! Понимаете? В общем, картофелины подавил все, и свои две тоже... Ну, вы понимаете... - многозначительно умолк гигант. Он выглядел жутко возмущённо, а у меня уже щёки сводило от сдерживаемого, смеха. Кое-как удалось серьёзно кивнуть.

— В общем, я на полу, срамные места болят аж до слёз, а вижу, что осьминог, эта тварина, шустро так уползает по столу к окошку, которое на море выходит. А возле меня корзина стояла, там ножи были всякие на заточку приготовлены. Ну, я как пошёл их хватать, да метать! А в голове ор стоит, не в ушах, понимаете?! И слова такие обидные! Да я такое грузчику в порту не прощу, а тут какой-то головоногий склизкий гад! Чтобы меня осьминог обзывал? Ну, нет! И вижу, уходит, юркая сволочь. Я вскочил, рванул к нему, а тут снова картошка проклятая! Ох, как я летел по кухне... Как тот фрегат по волнам под всеми парусами! Врезался в стол, сверху на меня блюдо с мукой свалилось, потом черпаком огрело... А гад улизнул, —кровожадно закончил повар, и у меня щёки сводило от сдерживаемого смеха. —Понимаете, госпожа Жанна? Вот такой позор мне эта тварь учинила. До сих пор душа болит, требует сатисфакции! У нас же на Холлине так, честь превыше всего. А тут... Осьминой И вот как жить с этим? Как? А хозяин, этот чёрствый человек, не хочет понять меня, защищает этого склизкого. Вот где мужская солидарность?

Повар насупился, и суть его конфликта с виконтом стала мне понятна. Н-да... Ну, честно, я бы Морта тоже не выдала. Случай неоднозначный, у каждого своя правда.

Спенс протянул мне кофе, и вдруг улыбнулся, оказалось у него верхнего зуба не хватает, так что вышло слегка хищно, но обаятельно. Нет, я точно попала к пиратам!

— Госпожа, а вы, что же, вправду из другого мира? Как там у вас всё устроено? Я страсть как люблю рассказы про дальние страны, а тут аж,… но мир другой. Вот что у вас, например, на завтрак едят?

Но ответить я не успела, вошла плотная, невысокая дама за пятьдесят, в платье служанки, но с таким видом, что твоя королева! Сложив руки на округлом животе, она воззрилась на нас так, словно в чём-то обвиняла.

— Спенс, а обедать господин будет к ужину? Ты чем тут занимаешься? А вы, дорогуша, ступайте-ка за мной, виконт Форли вас ждёт в гостиной.

Она развернулась и вышла, встала в коридоре, явно ожидая меня, и недовольно поджала тонкие губы со скорбно опущенными уголками.

— Спенс, — шёпотом позвала я, чтобы баба не слышала, - это что такое было?

— Экономка наша, уважаемая Элизабетта, — так же тихо ответил мужик, изображая бурную деятельность. — Она тут всем заправляет, хозяин к ней прислушивается. Вы поосторожнее, госпожа...

Я решила, что это, вообще, странное поведение для прислуги. Поэтому не торопясь встала, и пошла прямо с кружкой. Я всегда считала, что обслуживающий персонал надо уважать, люди полезную работу делают, но вот когда они хамят на ровном месте, это перебор...

— Кружку могли бы и оставить, — проворчала баба.

— Кофе допью, оставлю, — ледяным тоном ответила я.

— Не задирайте нос, девочка, — с ехидной улыбочкой покачала головой экономка. —Вы туг пока никто, да и любимой женой никогда не станете, так что лучше со мной дружить.

— Правда? И с чего это не стану?

— А с того, что виконт, как и его отец, как и дед, занят только одним — защитой наших берегов от тёмных сил. От всяческих чудищ и созданий тьмы. Он жениться и не планировал пока. А вы здесь лишь потому, что необходимость такая вышла. Не обольщайтесь. Двэйн добрый человек, но знает долг, и ко всяким романтичным глупостям не склонен. Вы ещё увидите его настоящего. Скажите спасибо, что в Туманном лесу не погибли, что не достались какому-нибудь спятившему оборотню или некроманту. Получите мужа справедливого, дом надёжный, богатство, да и радуйтесь. От вас всего-то и требуется, проклятье снять, да детей рожать. Этим и занимайтесь, а больше никуда не лезьте.

У меня настолько низко отвисла челюсть, что казалось, ещё шаг и я на неё встану.

Это неплохие такие новости мне открылись... И главное, не виконт, а экономка мне круг обязанностей и место обозначила!

— Где гостиная? — спросила деловито.

— Сейчас повернём, потом налево, там и будет.

— Отлично! — я одним глотком допила кофе и сунула кружку бабе в руки. – Сама найду, а вы вот это приберите. Вспомните свои обязанности, дорогуша.

Баба стала похожа на помидор, но я это всё видела уже. После общения с родителями некоторых учеников, напугать меня трудно, поэтому развернулась и ушла, чувствуя, как мне в спину летят ножи, копья и стрелы, воображаемые экономкой.

— Ну, узнала полную драматизма и накала страстей историю? - усмехнулся Двэйн, когда я вошла в гостиную. Он переоделся, выглядел безупречно и листал какую-то, книгу.

— Не то слово! Даже две такие истории узнала. Заодно и с местным монстром познакомилась, — виконт впервые выглядел по-настоящему озадаченным. — И после этого знакомства во мне умерло и без того сомнительное желание выходить за тебя замуж.

Я встала в дверях и сложила руки на груди, в упор глядя на мага, а он сразу подобрался и поднялся с кресла, отложив чтиво.

— Объясни, — в голосе Двэйна появились те же холодные и властные нотки, что и в лесу, когда он уходил от меня, а я догоняла.

— С экономкой твоей пообщалась. Она очень доходчиво объяснила, зачем я здесь, каков круг моих обязанностей и перспективы, а так же в красках описала наши будущие супружеские взаимоотношения. Было любопытно послушать, но свою семейную жизнь я представляю иначе.

— Понятно. Что же, Элизабетту многие не любят, считают жёсткой подыскивал слово, а я помогла.

— Наглой? Бесцеремонной? Бестактной? Самонадеянной? Зарвавшейся? Любое из этих определений подойдёт.

— Я хотел сказать, строгой, — всё тем же тоном ответил виконт, словно указал мне на место.

— Нет, вот это слово не отражает характера твоей экономики, — холодно улыбнулась я.

— На ней держится весь дом, Жанна. Эта женщина служила ещё моим родителям, и я попросил бы тебя ценить это и быть с ней вежливой, — потребовал он, а у меня не осталось ни малейших иллюзий на счёт того, что отсюда надо валить и пошустрее.

— Я вежлива с теми, кто отвечает взаимностью, Двэйн. И совершенно не хочу, чтобы моей жизнью руководила какая-то служанка, возомнившая себя тут хозяйкой.

Если ты ставишь экономку выше будущей жены, то мне жаль твою невесту, — мы испепеляли друг друга глазами, и на сей раз даже мне, привыкшей выдавать долгие, суровые взгляды ученикам, было не по себе.

Развернувшись, я хотела уйти, но он подлетел и схватил меня за руку, заставив вскрикнуть от боли, причём я не увидела в холодных глазах и тени сожаления.

— Ты моя невеста, — процедил виконт. — Ты согласилась остаться, и стать моей женой, и хватит нелепых капризов. Ради тебя я забросил свои дела на пару дней, был терпелив и мягок, но не выводи меня, если не хочешь узнать, что такое безумие тёмного мага. Не буди во мне ярость, девица. Тебе могут не нравиться слова Элизабетты, но вряд ли она сказала что-то, чего ты не услышала вчера от меня. Мы тут не в игры играем, я о тебе забочусь, защищаю, ты выполняешь свою часть сделки. Как в любом браке.

— Ишь, как заговорил! Я за тебя не выйду! Теперь уж точно! — попыталась вырваться, но виконт так стиснул мою руку, что на глаза навернулись слёзы. —Пусти! — дёрнулась я, но сделала только хуже, руку прожгла боль. — В моём мире женятся по любви. И никто меня не заставит выходить замуж за того, кому нужна не я, а щит против проклятья и самка-производительница-наследников.

Лицо мага потемнело, зрачки заполнили радужку почти полностью, верхняя губа дрожала, словно у пса, готового оскалиться.

— Уходи... - процедил он. — Быстро!

Сильные руки вытолкнули меня за двери, причинив новую боль, створки захлопнулись, заставив сжаться от резкого стука, и раздалось рычание, рёв сумасшедшего и грохот, расшвыриваемой мебели.

Я кинулась прочь, обратно в кухню, где был выход из этого проклятого замка. Где угодно будет лучше, чем тут! По пути я врезалась в экономку, которая ехидно рассмеялась, увидав меня, но отшвырнула бабу в сторону и понеслась дальше.

Плевать, что там она думает.

В кухне меня окликнул Спенс, но я не остановилась, к горлу подступали рыдания, рука болела, на душе было мерзко, словно меня в помои макнули.

Спотыкаясь о водоросли и коряги на берегу, я несколько раз падала, обдирая ладони, но упрямо бежала, куда глаза глядят, лишь бы подальше от замка. Когда силы иссякли, тяжело плюхнулась на валун у воды, и разревелась.

— Допёк? — раздался сочувственный голос в голове.

— Уйди, Морт, — я всхлипнула и вытерла слёзы, потом закатала рукав и оценила здоровенный синяк, браслетом охватывающий предплечье. — Сволочь...

— Согласен. Двэйн бывает редкостным дуболомом, силу свою не осознаёт.

Мужлан, а не виконт... Самому его придушить временами хочется, еле сдерживаю щупальца, — осьминог выполз на соседний камень и уставился на меня. — А ты красивая. И этот гад мне тебя обнять при встрече не дал. Ой, мне прямо хотелось ему на шею кидаться! Вместо красотки эта небритая, недовольная морда. Что я там не видел?

— Если бы ты так в меня врезался, я бы чокнулась.

— Тю, тоже мне проблема! Зато была бы гармония в семье. Твой жених-то уже ку-ку, и ничего!

Посмотри на него! Бодр, здоров и силён... ну, большую часть времени.

Иногда даже адекватен.

— Эта скотина мне не жених.

— ЭЙ, ты чего? — неожиданно всполошился головоногий и подполз ближе, тронув меня щупальцем. — И не жалко моих стараний? Я же сам его настраивал перед поездкой. Он пришёл ко мне грустный, метущийся такой, но молчаливый... Ну, ты знаешь, какими бывают эти тёмные маги! — Морт закатил глаза и отмахнулся. — Всё же в себе держат... В общем, пришёл, и говорит мне такой, мол, Морт, старина, а что я буду с этой незнакомкой делать? Нормально, да, — он снова потыкал мне в руку щупальцем, — осьминога спрашивать, что ему с девушкой делать! Тут я и понял, что парень не готов. Пришлось помогать. И я сказал, Двэйн, соберись, у тебя одна попытка. Объект охоты — попаданка. Включи обаяние, поддай мужской сексуальности, вруби самца на полную мощность! Девчонки это любят. А дальше план действия такой: поцеловать, присвоить, жениться. Не путай этапы, парень! —тут Морт тяжело вздохнул, только что воинственный, он как-то сдулся. — Вот так я ему и сказал... С первыми двумя заданиями он справился, а вот с третьим...

Провалил, да? — он так жалостливо на меня посмотрел, что даже смешно стало. —Ну, вот...

Давай, улыбнись. Ну чего ты? Если не жена, то кто этого психа на путь истинный наставит? А ты бросаешь нас... Не дело, мать.

— Экономка пусть его наставляет. Жаба эта.

— Не говори мне о ней, — головоногий побледнел. — Это же натуральный кракен в бешенстве!

Тут сочувствую. Но ты крепись.

— Зачем, Морт? Вот скажи, зачем мне это?

— Так Двэйн же помрёт иначе... — и так тоскливо прозвучал его голос, что мне захотелось выть.

А потом я услышала настоящий тихий вой, кто-то плакал так, что аж подвывал... Я вскочила, но берег был пуст, и рядом никаких селений. Волосы зашевелились, а плач с завываниями не затихал, летел откуда-то из пустоты.

— Второй раз... - раздался в голове испуганный голос осьминога. — Уже скоро...

Берег, и без того неуютный, показался вовсе зловещим.

— Морт?.. Что это? — я оглянулась, но на камне только пятно мокрое осталось. Моя группа поддержки испарилась вместе со всеми своими ногами.

Сердце заколотилось быстрее, стало так зябко, что руки покрылись гусиной кожей.

Убежать бы, спрятаться, да куда? И тут за камнями раздались торопливые шаги, я заметалась, ища укрытие, но не успела спрятаться. На высокий валун вскочил виконт. Явился, пылью не покрылся.

— Жанна, в замок! — скомандовал раздражённо.

— О Экономкой своей командуй! — таким же тоном ответила я и пошла в другую сторону.

На пару метров отойти не успела, как этот гад вцепился в мою руку, да прямо в синяк, я зашипела и со свистом втянула воздух. Он задрал мой рукав и отступил.

— Прости... — глаза смотрели виновато и растерянно. - Я не хотел. Не рассчитал силу.

— А в следующий раз голову мне проломишь, и тоже будешь про силу рассказывать? — процедила я, не веря в его раскаяние. Уж слишком разным показал себя этот тип за один единственный день.

— В нормальной ситуации я могу быть требовательным, но руки никогда не распускаю. Только не надо забывать, что до свадьбы я всё же псих. Последствия моей злости ты уже видела сегодня. Не доводи, вот и всё.

— Ну ты наглец! — мне поверить было трудно в услышанное. - Как удобно, списать всё на свою ненормальность, да ещё меня же и обвинить, мол, довела! А давай посмотрим с другой стороны, а? Это твоя наглая экономка меня довела, потом ты допёк, синяк оставил, напугал, и ещё упрекаешь! Красавец, слов нет! — я язвительно улыбнулась.

Серые глаза снова потемнели, он вскинул руки ладонями вперёд, призывая меня остановиться, отвернулся и задышал часто и тяжело. Спустя несколько секунд, не поворачиваясь, проговорил твёрдо:

— Вернись, пожалуйста, в замок. И не выходи без меня дальше внутреннего двора.

Здесь... не безопасно. Люди временами пропадают. Девушки.

— Я слышала то ли вой, то ли плач недавно. Что это было? И Морт так странно сказал, что это уже второй раз и... Что будет скоро? Он сказал «уже скоро», а что не объяснил.

Всё так же стоя спиной ко мне, маг протянул руку, молча требуя мою, но я не шелохнулась.

— С места не сдвинусь, пока не скажешь, что тут творится. Как это, девушки пропадают? У вас тут маньяк или чудища какие-то, или что?

— Идём! — потребовал он, и добавил мрачно: — Дома расскажу.

— Не так быстро. Вопрос с твоей экономкой ещё не улажен. Если даже я когда-то и соглашусь за тебя выйти, эта баба должна понять, что хозяйка в замке не она. И круг её обязанностей определять буду я. А если она ещё раз мне нахамит или будет указывать, ты всё же решишь, кто важнее. Прислуга или невеста? Выберешь прислугу, на ней можешь и жениться. Ясно? Я лучше обратно в тот лес вернусь, чем всю жизнь терпеть эту стерву.

— Жанна, мы можем обсудить это дома? — Двэйн, наконец, повернулся ко мне, и таким хмурым я его ещё не видела.

— У меня тут нет дома, твоя Элизабетта это популярно объяснила. Я никто, вмешиваться ни во что не имею права, на любовь в браке могу даже не рассчитывать, и должна в ножки тебе кланяться, рожать детей и снять проклятье, на этом всё. Так вот, как я уже сказала, меня это не устраивает.

— Хорошо! — вскипел он. — Если я скажу, что с этого дня ты можешь менять в замке, что захочешь, можешь делать его своим домом, это поможет? Я поговорю с экономкой, велю не трогать тебя и слушаться... Просто пойми, вести хозяйство в замке трудно. Моя мать никогда этим не занималась, наоборот, она шагу не могла ступить без Элизабетты. Подумай, зачем тебе эти заботы?

— Затем, что распоряжаться в доме должны хозяева, а не наёмные работники.

Странно, что ты этого не понимаешь. Я не твоя мать, Двэйн, и жить хочу по-своему.

Так что да, поговори со своей Элизабеттой, пусть прикусит свой поганый язык.

— Хорошо. Теперь можем вернуться? — мы сверлили друг друга сердитыми взглядами.

— Нет. До тех пор, пока ты не поймёшь простую вещь - если у нас не сложатся нормальные отношения за этот год, то я помогу тебе продержаться до следующего дня рождения, а потом мы вместе отправимся в Туманный лес. Я не выйду замуж за чужого человека, для которого брак, это сделка, и даром мне не надо всё твоё богатство и титул. Мигни, если понял.

— Понял, — он ехидно усмехнулся. — Но и ты кое-что пойми. Если не будешь со мной спать, то никакие поцелуи не помогут мне продержаться так долго и не ‘скатиться во мрак безумия, в лес можно будет уже не ходить. Так что? Твой вариант тебе всё ещё нравится? Сегодня ночью уже могу прийти в спальню?

Запал как-то сразу подрастерялся. Виконт удовлетворённо хмыкнул, взял меня за руку и потащил обратно, в чёртов замок.