Эпилог

– …Поэтому истинная связь — это не просто магическая аномалия, а естественный процесс, позволяющий двум магам не только усиливать друг друга, но и делить между собой энергию, – я медленно шагала между рядами, наблюдая за реакцией учеников.

Передо мной сидели самые младшие адепты Академии Ветрокрыл – кто-то с широко распахнутыми глазами, впитывая каждое слово, кто-то лениво подпирал голову рукой, а кто-то украдкой ковырял угол стола, явно потеряв нить урока.

Я привыкла к этому.

За год преподавания я научилась находить подход к разным ученикам. Особенно к малышам, которые смотрели на магию не как на структуру знаний, науку и упорядоченное течение энергий, а как на чудо, возникающее само по себе.

– Мистрис Вэйл, а эта связь похожа на волшебную верёвочку? – спросила крохотная эльфиечка с огромными любопытными глазами, сжав кулачки на парте.

Я улыбнулась. Если к ней в голову пришла такая простая ассоциация, значит, она поняла.

– В каком-то смысле, да. Только эта "верёвочка" невидимая, и она создаётся не нашими руками, а самой магией, – я подняла ладонь, и в воздухе перед ними появился мягкий светящийся узор – два переплетающихся потока, сходящиеся в одной точке.

Дети сразу подняли глаза, жадно вглядываясь в моё представление, а у меня, как назло, снова закружилась голова – какой-то странный недуг, преследовавший меня последние дни.

Я глубоко вздохнула и сосредоточилась, продолжая нехитрую демонстрацию.

– Истинная связь – это две энергии, которые встретились, как две реки, и теперь текут вместе.

Малыш-орк нахмурился, сдвинув густые кустистые брови, глядя на мерцающие линии.

– А если один из магов слабее другого? Связь всё равно будет работать?

Я одобрительно кивнула.

– Конечно. Но тогда сильный маг будет отдавать часть своей энергии, помогая тому, кто слабее. В этом и есть смысл истинной связи – не только усиливать друг друга, но и поддерживать.

Маленькая гномиха с переднего ряда покачала головой:

– Значит, если один из них в беде, второй почувствует это?

Я улыбнулась и провела рукой над иллюзией, заставляя линии мягко дрожать, словно передавая сигнал.

– Именно так. Они чувствуют друг друга даже на расстоянии, потому что их магия становится общей.

Эльфиечка задумчиво прикусила губу и, наконец, спросила:

– Маги, которые связаны, могут чувствовать друг друга, даже если не видят?

Я слабо улыбнулась.

– Иногда даже сильнее, чем если бы они были рядом. Главное – не сопротивляться этой силе.

В этот момент я ощутила знакомую волну магии, разлившуюся в моём теле. Она отозвалась толчком и внезапным теплом внизу живота. Алронд идёт сюда.

Девочка мечтательно вздохнула, её острые ушки дрогнули.

– У тебя так никогда не получится, – толкнул её мальчик-дракон на первой парте.

– Неправда! – эльфиечка надула губки, – Мои родители – истинные друг друга! Значит и у меня будет истинная любовь!

– Ты глупая. Глупых никто не любит!

– Адепты... – я попыталась успокоить парочку, глядя, как у эльфиечки на глазах выступают слёзы, но моя попытка прервалась сама по себе.

Алронд появился в дверном проёме, его взгляд тут же нашёл меня. Я улыбнулась ему, он ответил мне тем же, но в его улыбке я увидела какое-то предвкушение, будто он спешил сообщить мне радостную новость.

Дети сразу присмирели, завозились, кто-то зашептался. У эльфиечки слёзы высохли, и она с раскрытым ртом смотрела на высокого, статного дракона.

– Мастер Вэйл! – радостно воскликнул один из ребят, – А вы тоже знаете про истинность?

– Конечно, дурак, мистрис Вэйл – его истинная, – толкнул его локтём сосед.

Алронд сделал вид, что не слышал эту перепалку, усмехнулся и посмотрел на меня.

– Можно сказать, у меня есть личный опыт.

Я закатила глаза и хлопнула в ладони.

– Ладно, на сегодня достаточно! Перечитайте конспекты, а на следующем занятии мы подробнее поговорим о том, как истинная связь влияет на магические способности.

Дети нехотя начали собираться, но я заметила, как Алронд не сводит с меня взгляда.

Когда класс опустел, он подошёл ближе и наклонился ко мне.

– Ты выглядишь уставшей, – сказал он тихо.

Я вздохнула, потирая виски.

– Просто… последнее время я чувствую себя странно. Голова кружится. И ощущение… Словно магия во мне изменилась.

Я ожидала, что он спросит, что именно я имею в виду. Но он лишь странно смотрел на меня. Уголки губ едва подрагивали, будто он изо всех сил сдерживал желание улыбнуться.

– Что? – нахмурилась я.

Его пальцы мягко коснулись моей талии, нежно спустились к низу живота, а затем он с благоговейным шёпотом произнёс:

– Эль… Ты сейчас источник самой сильной магии, что есть у этого мира. У всех миров, – он заглянул мне в глаза, они лучились счастьем и переливались золотым цветом.

Сначала я надула губы. Какая ещё магия? Что за странные иносказания? Вечно Вэйл юлит и не может сказать прямо! Ничего не поменялось за те два года, что мы были женаты. Но потом я вгляделась в его лицо…

Меня медленно накрывало осознание и, глядя на мой ошеломлённый вид, он кивнул и добавил:

– Мне сказал дракон. У них есть чутьё на такие вещи.

Я посмотрела на свой плоский живот. Положила вниз руку и ощутила чёткий магический импульс. В груди что-то дрогнуло, теплом растекаясь внутри. Я подняла на Алронда глаза. Он смотрел на меня, и в его взгляде было всё: радость, нежность, уверенность.

– Подожди, так ты знал и молчал?! – ахнула я.

Алронд рассмеялся.

– Он сам только что мне сказал! Я сразу прилетел к тебе.

Я сжала его руку, и улыбка сама сорвалась с губ — лёгкая, удивлённая, счастливая.

– Мы справимся? – прошептала я.

Алронд обнял меня и выдохнул в ухо:

– Мы справимся.