Глава 4

Первый день в академии прошел беспокойно.

Сначала я улаживала вопрос с поступлением. Меня выспрашивали, кто я, откуда, почему решила учиться. Фамилию Эльсвир, которой я из осторожности представилась снова, здесь не знали. При словах «Я всегда мечтала учиться волшебству» немолодой писарь красноречиво хмыкнул и, строча что-то в бумагах, пробормотал: «Так и запишем: очередная сбежавшая невеста». Я украдкой оглядела себя. Как они все догадываются?

Рекомендательных писем у меня не было, поэтому пришлось проходить вступительный экзамен. Я успела понервничать, ожидая, что это будут строгие испытания наподобие тех, что мне устраивали домашние учителя, гоняя по всему предмету от азов до сложных теорий. На деле экзамен оказался достаточно легкой проверкой, состоящей из двух этапов. Ну, как легкой. Оказалось, что справиться с ней могли не все.

В зал, где проходили вступительные испытания, меня впустили сразу. Желающих поступить на первых курс сегодня было немного, к тому же большинство будущих студентов приезжали с рекомендательными письмами, которые позволяли зачислять без экзаменов.

Мы приступили вместе с парнишкой, который хоть и приехал сюда из деревни, ориентировался в запутанных коридорах академии лучше меня и помог найти нужный зал. Нас усадили рядом, выдали по листку бумаги и заставили написать свои имена.

Я удивлялась первому заданию ровно до того момента, пока не осознала, что парнишке на это потребовалось раз в десять больше времени, чем мне. Бедняга аж вспотел, пока выводил буквы. Почтенный седобородый профессор, покачав головой, выпроводил несостоявшегося студента на улицу, несмотря на все его заверения, что уж своей-то стихией он владеет на отлично.

— Быть мастером магии — это не только владеть своей стихией, — оборвал профессор. — За этим отправляйся к деревенским колдунам. Или изучи грамоту и возвращайся в следующем году. Сейчас тебе здесь нечего делать.

Оставшиеся задания первого этапа мне тоже дались нетрудно — все-таки и домашние учителя меня пропащей не считали, и в родительской библиотеке я любила копаться. Но страху на меня этим пареньком уже нагнали. Сейчас как провалю второй этап…

Он действительно был сложнее. На нем требовалось уже не писать имя и отвечать на простейшие вопросы по истории, географии, арифметике и другим наукам. Это была проверка на владение стихией — как раз то, о чем у меня были крайне смутные представления.

Профессор перевел меня в другой зал. Под высокими сводами чадил факел, рядом стояли резервуар с водой, несколько камней разного размера и ящик с землей. Все это предназначалось для огневиков, землевиков и водников, которые должны были с их помощью продемонстрировать свои умения. Поодаль, в углу, разместили небольшой загончик с мелкими больными животными — для будущих целителей. Воздушникам, чья стихия и так окружала всех нас, для испытаний ничего не требовалось. Как и иллюзионистам, которые воздействовали на чужой разум или на окружающие предметы, чтобы создать призрачное видение.

Дар к определенному виду магии обычно проявлялся в детстве, поэтому общая проверка способностей не проводилась. Профессор сразу предложил пройти к моей стихии или, если я обладаю должным уровнем мастерства, обойтись без «вспомогательных предметов». Я робко огляделась, не зная, как лучше поступить.

Я ведь почти ничего не умела. Не отметины же на стенах тут ставить, чтобы доказать, что у меня есть дар.

Девушка, которая в это время проходила испытания в другом углу зала, не добавила мне уверенности. Выглядела она ослепительно: идеально уложенные золотистые волосы, огромные глаза, яркие пухлые губы, фигура — мечта всех мужчин. Платье сшито по последней моде: мерцающая ткань со сложной вышивкой; в меру пышная юбка; узкие рукава с художественными прорезями, в которых виден не менее дорогой материал другого цвета; глубокое декольте с утопающим в нем сапфировым ожерельем, подчеркивающим синеву глаз.

Взгляды всех людей, находившихся в зале, были обращены на нее. Засмотрелись даже те, кто должен был заниматься другими поступающими. Оно и неудивительно — с такой-то внешностью, словно один из светлых духов спустился с небес на землю.

Что-то в этой девушке мне показалось знакомым, но я отвлеклась на то, как мастерски она управлялась с заклинаниями. В пальцах она держала палочку и так водила ей, словно дирижировала музыкантами. На самом деле девушка управляла стайкой лазурных бабочек, которые следовали за кончиком ее палочки, словно мотыльки — за ночным фонарем. Взмах! И бабочки рассыпались синими искрами, осев на платье волшебницы и заблистав на нем драгоценными камнями.

Преподаватели в зале захлопали в ладоши. Девушка со смущенным видом склонилась в реверансе, но было заметно, что она наслаждается вниманием.

— Вот это мастерство, — пробормотал профессор, который должен был меня экзаменовать. — Если бы все студенты поступали к нам с такими умениями, Ланвирская академия давно бы стала лучшей на континенте.

На этом он опомнился и заморгал, как будто впервые заметив меня.

— Так, приступим. Чем вы можете меня удивить?

Я натянуто улыбнулась. После представления, которое устроила блондинка, ничем. Только если в отрицательном смысле.

Так оно и получилось. Я долго ходила вокруг факела, примеривалась, прикидывала, что бы мне сделать с огнем, но только надышалась чада. Пришлось использовать то ничтожное, что я умела, и скромно просить лист бумаги. Когда мне наконец-то удалось вызвать у себя нужную эмоцию и бумага занялась в пальцах пламенем, профессор тяжело вздохнул.

— Вы уверены, что это лучшее, на что вы способны?

— Я не получила магического образования, поэтому да.

— О боги… Вы прошли вступительный экзамен. Оценка — удовлетворительно, — ответил старик и затем пробормотал, наверное, полагая, что со слухом у меня так же плохо, как у него: — Хотя какая разница, что за оценка, если ректор сошел с ума и нас заставляют принимать всех кого ни попадя, лишь бы они читать умели. Видят боги, скоро это будет не академия, а посмешище.

На сей воодушевляющей ноте мне выдали документ, подтверждающий, что я имею право обучаться, и отправили дальше мучиться с зачислением. Потому что, как оказалось, прохождение экзамена было далеко не последним этапом.

Впрочем, дальше уже ничего катастрофичного не было, только бюрократическая тягомотина. Самое сложное, что требовалось, это оплатить обучение первого семестра.

Поскольку при планировании побега с деньгами у меня возникли трудности, я захватила шкатулку со своими драгоценностями, подаренные в разные годы родственниками и знакомыми. Этого должно было хватить по меньшей мере на год учебы. Однако в академии ожерелья с серьгами не приняли и посоветовали сходить в городок, обменять там драгоценности на монеты и возвращаться.

На это было потрачено еще два часа. В академию я вернулась к закату, измученной и смертельно уставшей. Ходить вверх-вниз по холмам я не привыкла, обратно в гору меня никто не подвозил, поэтому ноги ныли так, что я еле стояла. И в сон уже начинало клонить

— чтобы успеть в летнее имение, мы сегодня со слугами выехали из дома спозаранку.

Поэтому писарю, включающему меня в список новых студентов, я всего лишь устало покивала. Сил радоваться не было уже никаких. А ведь я еще собиралась вечером поискать Джейса! Эта мысль вызвала грустную улыбку.

Завтра. Все завтра.

После оплаты обучения и официального зачисления мне кратенько объяснили, где в академии столовая, часовня и библиотека, а затем проводили в Девичий дом — здание с жилыми комнатами для преподавательниц и студенток, которые жили прямо в академии.

Как выяснилось, некоторые, кто побогаче, снимали жилье в городе. У меня уточнили, не собираюсь ли я сделать так же, но я отрицательно помотала головой. Наверное, приличным для леди было бы поселиться отдельно, вот только у меня на это не хватало денег.

Я надеялась, что не случится ничего страшного, если я поживу рядом с простолюдинами, которым в основном приходилось селиться в Девичьем доме. Уживалась же я с сестрами, а они тоже далеко не подарочки.

Старшая по Девичьему дому вручила мне ключи и показала, где комната, которую я должна буду делить с другой студенткой. Небольшое помещение меня не разочаровало — я ожидала худшего. Монотонно окрашенные стены, скудный выбор мебели: по вещевому сундуку для каждой из двух обитательниц, один столик на двоих, в углу изображения Отца богов — обстановка почти монашеская, но меня и так никогда не баловали. Зато пахло здесь свежестью, кровать была крепкая, а постель чистая, без клопов и другой неприятной живности. И вид из окна хороший, пусть и на северную сторону.

Когда я разложила вещи, солнце уже почти зашло. Немного полюбовавшись на то, как вершины гор вдалеке ловят последние лучи и медленно погружаются во тьму, я закрыла ставни, быстро прочитала благодарственную молитву богам за то, что они помогли мне сюда добраться, и начала готовиться ко сну.

Соседка до сих пор не появилась, хотя ее вещи лежали на постели. Меня предупредили, что после заката разгуливать по академии запрещено, поэтому будущую компаньонку вряд ли стоило ждать. Предположив, что она осталась в городе, я разделась и залезла под одеяло.

Но этот день твердо решил до самого конца обманывать мои ожидания.

Не прошло и четверти часа, как в замке зашерудил ключ. Я еще не спала и привстала, собираясь приветствовать соседку. Лучше бы наше знакомство состоялось в другой обстановке, но что уж поделать. Я открыла рот, собираясь сказать: «Доброй ночи», и…

Взвизгнула.

Появившийся в проеме темный силуэт никак не мог принадлежать девушке. Высокий рост, широкие плечи, коротко стриженные волосы — если бы не последнее, я бы решила, что это лорд Эйр собственной персоной. Еще и носил ночной гость штаны, а никак не платье. Ввалился же он в комнату такой развязной походкой, словно пришел к себе домой.

Я схватила подушку, намереваясь швырнуть ее во вторгшегося мужлана и жалея, что под рукой нет ничего потяжелее. Куда, духи их раздери, смотрела стража на входе? Они же говорили, что в Девичий дом мужчин не пускают!

Подушка уже готова была отправиться в полет, когда ночной гость вдруг отскочил к стене и совершенно женским перепуганным голосом спросил: — Кто здесь?

Я придержала подушку в руках. Пожалуйста, только не говорите, что это ходячее недоразумение и есть моя соседка…

— Новая студентка. Талли Эльсвир. Меня поселили сюда сегодня. А вы кто?

«Девушка» (я все еще сомневалась, потому что в нашей стране женщинам рядиться в мужскую одежду было не принято) подошла к столу и склонилась над подсвечником. Кремень звучно ударился о кресало, высекая искру.

— Анва Нвити. Я живу в этой комнате уже пару дней. Извините, меня не предупредили о вашем подселении.

Я нахмурилась. Имя было чужеземным, но в мою усталую голову никак не приходило, какому из государств континента оно может принадлежать. К тому же говорила соседка без акцента. Прямо одна загадка за другой.

С третьего раза свеча наконец зажглась. Тусклый огонек осветил соседку. И тут все встало на свои места.

С заостренного лица на меня настороженно смотрели большие зеленые глаза почти без ресниц. Губы у девушки были такими тонкими, что проще было сказать, что их нет вообще. А на скулах, лбу и тыльной стороне ладони блестели, отражая желтый свет свечи, чешуйки.

Анва принадлежала к народу киан. Они были такими же чужаками на континенте, как и демоны-даньяри, тоже появившись из портала во время одного из Сопряжений целые века назад. Только в отличие от демонов киане сами были беглецами и спасались в нашем мире от своих врагов.

В настоящее время они жили небольшими общинами в городках близ озер и рек. Природная склонность к магии воды и физические особенности — высокий рост вкупе с гибкостью — делали их превосходными моряками и пловцами. Во время войн они участвовали в морских битвах, вызывая шторма и водовороты, которые затягивали корабли под воду.

Я не слышала, чтобы у киан рождались другие маги, кроме как водные. Этот народ вообще без воды жить не мог. Их даже пренебрежительно называли болотниками за то, что они предпочитали селиться хоть в болоте, лишь бы вокруг было сыро. А с чем на вершине горы, где стояла академия, могли быть сложности, так это именно с водой.

— Что вы так глядите? — вызывающе спросила Анва.

— Не ожидала увидеть кого-то из киан в академии, — призналась я, предпочтя проигнорировать ее тон. Прозвучало это странно, но ссориться с соседкой в первый же день знакомства так себе идея. — Вы приехали учиться на водном факультете?

— На огненном, — резко ответила та.

Надо мной, значит, еще и издеваются. Как будто это я вломилась среди ночи в комнату и перебудила соседей. Поговаривали, одна из причин, почему киане селятся отдельно от людей — их отвратительный неуживчивый характер, но я не думала, что все правда настолько плохо.

— Ясно, — сухо сказала я. Желание вести беседу дальше пропало начисто. — Ну, будем знакомы. Надеюсь, вы не против, если я продолжу спать?

— Не против, — таким же звеняще напряженным тоном произнесла Анва.

— В таком случае спокойной ночи.

— Спокойной.

Я сразу же отвернулась на другой бок. За спиной шуршала, переодеваясь, кианка. К счастью, скоро она легла в постель и стихла. Хотя бы спала Анва, как человек, а то я уже испугалась, что она опять что-нибудь выкинет. Все же обычаи у наших народов, несмотря на долгое проживание рядом, довольно сильно отличались.

И подругу в ее лице я, судя по всему, не найду. Жаль.

Я тихонько вздохнула. Не такими были мои мечты об учебе в академии. Наверное, стоит завтра сходить к старшей по Девичьему дому и попросить переселить меня к кому-нибудь более гостеприимному. По меньшей мере, к человеку.

А еще надо найти Джейса. Уж он-то точно будет мне рад. Иначе просто не может быть, думала я, засыпая со сладкими мыслями о своем кареглазом возлюбленном.