Глава 14

Я открыла рот, чтобы возмутиться, что-то возразить в ответ на такое самоуправство, но так ничего и не сказала. Уцепилась за край футболки, задирая ткань и обнажая рельефный живот мужчины. Очертила кубики пресса, задевая пальцами дорожку темных волос, убегающих под резинку спортивных брюк.

Он весь такой… такой… Просто произведение искусства. Ни грамма жира, ни одной лишней складочки. Мышцы словно высечены из камня, а от моих прикосновений становятся еще тверже.

Эта реакция его тела сводит с ума. Хотя… я ведь и так уже, кажется, растеряла остатки разума. Но с ним и невозможно по-другому. Пыталась, но у меня ничего не вышло. Ни от него убежать, ни от своих желаний.

Он застонал, когда моя ладонь опустилась на выпуклость на его штанах. А у меня во рту пересохло от волнения, и пальцы дрогнули. Боялась сделать что-то не так и выдать свою неумелость. Такое раньше только в фильмах видела, которые смотрела украдкой. На запретных сайтах, с пометкой 18+. А потом тщательно чистила историю браузера, чтобы никто и никогда случайно не обнаружил, куда я захаживаю.

Но одно дело – видео, а другое – вот такая сладкая, невероятно соблазнительная реальность. Горячее дыхание на моей груди. Наглый язык, вырисовывающий узоры на моей коже. Скользящий по шее и ниже. Трогающий ключицы, обводящий впадинку между ними. Пробравшийся под тонкую ткань бюстгальтера, чтобы еще сильнее раздразнить ноющие соски.

Мой прежний сексуальный опыт был жалким и скучным. И опытом-то в полном смысле его назвать нельзя. Было темно и душно – Артем, мой однокурсник, почему-то считал, что без света и под одеялом у нас все получится лучше. Но никаких фейерверков и волшебной гаммы чувств, о которых пишут в романах не случилось. Не было даже крошечной искорки. Я вначале жутко стеснялась, а потом мечтала, чтобы все поскорее закончилось и мое измученное неумелыми ласками тело, наконец, оставили в покое.

Второй раз был уже почти безболезненным, но тоже совершенно обычным. Я всерьез задумалась о том, что значение секса люди сильно преувеличивают. Без него вполне можно обойтись. Есть куда более важные и интересные вещи. Например, работа. Вернее, были… А сейчас как будто прежняя Марина со всеми своими прежними убеждениями куда-то пропала. И ее место заняла совершенно незнакомая особа, думающая только о том, как бы избавить этого красавчика от остатков одежды. И как избавиться от нее самой.

Рома потянул зубами край блузки, заставляя пуговички разъехаться, а в следующее мгновенье прижался губами к моему животу. Запустил язык в ямку пупка, заставляя меня всхлипнуть от нахлынувшего желания. Прикусил кожу, тут же смягчая болезненность языком.

Я откинулась назад, вжимаясь спиной в твердую поверхность стола. Все случится именно так? Здесь и сейчас? На столе, даже не в постели? Эти мысли роем пронеслись в голове, но не вызвали никаких возражений. Скорее, я бы стала возмущаться, если бы Рома попытался остановиться.

Дернула молнию на джинсах, облегчая мужчине задачу, и он рассмеялся.

– Правильная девочка еще и жадная? Она хочет всего и сразу? – распрямился, нависая надо мной сверху. – Но мы не будем спешить. Хочу как следует распробовать тебя…

Я старалась смотреть только в его глаза. Там бушевала страсть. Откровенный огонь, от которого не было спасения. И от моего контроля ничего не осталось.

Рома дернул меня на себя, поднимая и отрывая от стола. Растегнутые джинсы сползли по ногам вниз, и я ощутила прямо-таки облегчение, избавившись от них. Повела плечами, сбрасывая блузку. Осталась в одном только белье, но почему-то не испытывала ни капли стеснения. Наоборот, это заводило еще сильнее. Я видела, как он смотрит на меня. Как едва стерживается, чтобы не наброситься.

Словно со стороны услышала свой собственный стон. Мало поцелуев, мало одних только прикосновений, теперь я хотела его целиком. Его язык у себя во рту, его твердую бархатную плоть глубоко внутри. Хотела быть наполненной им во всех смыслах. Во всех местах. Низ живота пульсировал сладкой, ноющей болью. Тело сотрясали яркие волны удовольствия. Я потянулась к Роману, обнимая его за шею и повисая на нем.

Его пальцы опустились на поясницу и ниже, сжимая ягодицы. Мужчина провел рукой по бедру до колена, притягивая к себе.

– Все-таки совсем без рук не получится, – усмехнулся мне в рот, коснулся губами, сначала невесомо, едва ощутимо, но тут же надавил сильнее, приоткрывая и проникая языком внутрь. Нашел мой язык, сталкиваясь с ним в дразнящей ласке.

Развернулся, прижимая меня к стене. Потерся бедрами, позволяя ощутить свое возбуждение. Нас разделяло несколько миллиметров. Ткань его брюк и белья. Он толкнулся вперед, прижимаясь теснее и продолжая хозяйничать языком у меня во рту, а потом неожиданно отстранился и опустился на колени. Рассмеялся в ответ на мое протестующее хныканье.

Прикусил кожу на белье, цепляя зубами край трусиков. Потянул их, заставляя намокшую ткань врезаться между ног. Я невольно раздвинула бедра, позволяя ему еще больше приблизиться.

– Да, детка, откройся для меня, – губы коснулись внутренней стороны бедра, и я застонала. А он двинулся дальше, вычерчивая на кожу влажную дорожку. Подхватил под колено, опуская бедро к себе на плечо. Снова потянул ткань. Она впилась в набухшие складочки, не больно, но от этого ощущения стали еще острее. И еще сильнее захотелось, чтобы там оказался его язык.

Я простонала это, или он понял, уловив слишком очевидные сигналы моего тела? Поддел пальцем намокшее кружево, сдвигая его в сторону, и накрыл губами пульсирующую плоть. Мои руки запутались в его волосах. Пальцы дрогнули, ища опоры и одновременно пытаясь притянуть еще ближе к себе.

А потом все как будто остановилось. Замерло, чтобы мгновенье спустя отозваться сумасшедшей пульсацией внизу живота. Внутри что-то взорвалось, разнеслось по телу, обжигая волнами удовольствия. И я отпустила себя. Отбросила сдержанность, забыла о том, как нужно прилично вести себя. Закричала, отдаваясь той стихии, что в буквальном смысле сбивала с ног.

Рома что-то прорычал, прижимаясь губами к моему животу. Поднялся, подхватывая меня на руки, и понес в комнату. Опустил на кровать, нависая сверху.

– Продолжим?

Я, как зачарованная, уставилась на его влажные губы. Одна только мысль о том, где именно они только что касались меня, сводила с ума. Приподнялась, обхватывая его плечи и потянув на себя. И замерла, оглушенная странным звуком, не сразу понимая, что слышу самый обыкновенный звонок в дверь.

Меня накрыла паника. Какой-то животный страх, что все сейчас закончится. Внутри все еще пульсировало, колени дрожали и дыхание никак не хотело восстанавливаться. Но я такого никогда в жизни раньше не испытывала.

Вокруг нас будто сотни звезд зажглись. Не над головой, а словно мы посреди этого звездного мира оказались. Они искрили, сияли, отражались разноцветными вспышками в омуте обращенных ко мне глаз.

Я повела рукой вверх по спине мужчины, повторяя изгибы мускулов. Туда, где, как мне помнилось, тянулись рисунки татуировок. И та самая надпись. Ее невозможно было найти, не глядя, но я все равно наугад водила пальцами, получая какое-то нереальное удовольствие от того лишь, что прикасаюсь к нему.

– Ты же не будешь открывать? Пожалуйста… Кто бы это ни был…

Роман склонился еще ниже, накрывая дыханием мои губы.

– Кто бы это ни был… ему придется подождать.

Я едва не расплакалась от нахлынувшего облегчения. Не знаю, как бы смогла отпустить его сейчас. Хоть и сама уже успела отведать сладость близости с ним, это нисколько не насытило.

Как раз наоборот – я хотела продолжения. Хотела так сильно, что все остальное утратило значение. На самом деле стало неважно, кто там за дверью и зачем явился. Не осталось никого и ничего, кроме этого мужчины. Кроме его сбивающегося дыхания, обжигающих ласк и таких умелым пальцев, танцующих на моем теле.

Он как-то незаметно избавился от остатков одежды. Опустился между моих раздвинутых коленей, и я свела их, прижимая к разгоряченной коже. Оплела ногами поясницу, притягивая мужчину еще ближе. Пытаясь вдавить его в себя. Так жарко…

Ерзала под ним, приподнимая бедра, всхлипывая каждый раз, когда его налитый желанием член касался складочек. Роман будто специально дразнил меня. Доводил до грани, задевая самые чувствительные места, но не позволял сорваться в пропасть экстаза.

Пришел, увидел, победил? Именно так… Покорил меня себе, делая зависимой от его вздохов, касаний, движений. Желание получить разрядку затмило все остальные и ощущения, и мысли. Я тянулась к нему, то ловила губами поцелуи, то пыталась сама попробовать как можно больше. Скулы, подбородок, плечи, за которые цеплялась с такой силой, что наверняка оставляла следы.

– Пожалуйста…

Он прикусил сосок, втягивая его в рот, и когда я застонала, выгибаясь, резко вошел. Целиком. Так, что у меня дыхание перехватило от ощущения наполненности. И мышцы внутри сомкнулись до болезненности, стискивая его плоть, а из глаз брызнули слезы.

Рома поймал их губами, касаясь моих полузакрытых век. Чуть отстранился, чтобы в следующее мгновенье снова резко вонзиться в меня. Еще раз и еще, ускоряя темп.

Я словно превратилась в натянутую струну. Каждая клеточка тела вибрировала от напряжения, и нетерпение лавой разливалось по венам. Готова была, как в самых неприличных фильмах, кричать «Еще!», требуя продолжения. Приподнимала бедра в ответ на каждый его толчок, чтобы следующее проникновение оказалось еще глубже. Еще слаще… Так…

Все же закричала от разрастающегося огня внутри. Новая волна, куда сильнее прежней, накрыла с головой, и мир вокруг озарился разноцветными сполохами.

Роман последовал за мной почти сразу, с хриплым стоном откинул голову, и его последние мощные толчки буквально вдавили меня в кровать. Я теснее свела бедра, продолжая удерживая его внутри, зарылась пальцами в волосы, перебирая влажные от напряжения пряди. Прижалась щекой к груди, чувствуя все еще бешеные удары сердца.

Неужели это наконец случилось?