Глава 28

— Не нравится мне это, — кусаю до боли губы, когда в очередной раз не дозваниваюсь до бабы Маши.

Ее телефон выключен или вне зоны действия сети. Один раз может такое быть, два, ну полдня, но она уже вторые сутки не отвечает. Это ненормально.

— Что не нравится? — появляется на пороге комнаты Рита.

— Слушай, ты можешь съездить проведать Марию Михайловну? Я переживаю. А вдруг с ней чего случилось? — прошу с ходу.

— А что там?

— Телефон выключен уже два дня. Не могу дозвониться. Я б сама съездила, но мы сегодня к Горову летим. Вернемся аж послезавтра. Пожалуйста, Рит? Я дам денег.

Подруга задумчиво щипает себя за ухо.

— Может, просто зарядить забыла, а ты уже в панику.

— Но до этого же не забывала?!

— Или потеряла телефон. Украли?

— Рит? Ну пожалуйста! Она мне как родная, ты знаешь.

— Знаю. У тебя все родные. Соседка вон тоже, — язвит она.

Рита никак не успокоится из-за того, что я все-таки решила не пререкаться и не искать истину в споре с Тамарой Петровной и хозяйкой квартиры и отдала требуемую ими сумму на ремонт.

— Не начинай! — останавливаю ее жестом.

Я не люблю быть должна и до конфликтов стараюсь не доводить спорные ситуации. Да, может, это неправильно, может, нужно было стоять на своем, но на меня столько всего свалилось за последнее время, что я устала. Просто выдохлась морально. И решила не портить отношения с Натальей Васильевной. Нам еще тут жить.

— Да просто эти бабки решили развести тебя на бабки! — топает, как капризный ребенок, Рита. — А ты слишком добрая. Хрен бы они у меня чего получили!

Я скептически выгибаю бровь, и подруга виновато исправляется:

— Только за ремонт потолка! И все. А эта решила всю ванную за твой счет отремонтировать. Не жирно ли?

— Да, блин, где она?! — взрываюсь, проверяя в сотый раз тумбочку, прикроватную зону, подоконник.

Сегодня все через одно место. Через несколько часов самолет, нужно собрать вещи, одеться, документы не забыть, а у меня то одно не находится, то другое исчезает из виду.

— Что ты ищешь?

— Заколку. Свою любимую. Уже который день не могу найти. С того дня, как меня уволили. И сумку дорожную не помню, куда сунула, а в рюкзак все не влезает.

— Не хочешь ехать, да? — понимающе поджимает губы подруга, наблюдая, как я мечусь из одного угла комнаты в другой, как ворошу вещи в шкафу, копаюсь, снова запихиваю их обратно.

Стас сказал взять только необходимое, а что мне необходимо для поездки к нему? Самое смешное, что недавно, когда мы собирались на отдых в "Vip-плазу", такой вопрос на повестке дня не стоял. Там как-то все было понятно. А тут? Ладно Ромке, а что нужно мне? Платье? Джинсы? Нижнее белье? Каблуки? Или лучше кеды? Косметику брать?

Сажусь на кровать, опуская руки.

— Я надеюсь, мне удастся с ним договориться, — выдыхаю тихо. — Я так боюсь, Рит. Я только недавно поняла, что я натворила, когда решила не сообщать ему о ребенке. Наши проблемы — это наши проблемы, сына сюда не нужно было впутывать.

— Так, хватит себя накручивать! — замечая мое упадническое состояние, подключается подруга. Подходит ближе, садится рядом со мной, обнимает. — Ты совсем расклеилась в последнее время. Все будет хорошо, вот увидишь. И Горов твой ничего тебе не сделает. Нормальный он мужик, судя по твоим рассказам. Жаль, что кобель.

— А у тебя как дела? С твоим папиком? — вспоминаю про личную жизнь подруги.

Она как познакомилась тогда в отеле, так и ходит мутная. Вроде и начало у них наклевываться что-то, а вроде и нет.

— Да пока ничего. Мне кажется, он что-то скрывает. Прикрывается работой, а дома, небось, жена ждет. Все они такие.

Я невольно усмехаюсь. Ничего нового. Самое хреновое в этой ситуации, что если это так, то страдает как жена, так и любовница. Зато мужик в шоколаде. Тьфу, блин!

— А с чего ты взяла? Он дал повод так думать?

— Я в последний раз селфи с ним хотела сделать. Обняла его, прижалась, говорю: скажи «сы-ы-ыр». Так он так разозлился, когда увидел, что чуть телефон мне не добил окончательно, придурок. Потом извинялся, обещал новый купить, но все равно подозрительно. Кстати, я его не показывала? — спохватывается она.

— А ты все-таки сфоткала его?

— А то! Конечно. Это ж я! — улыбается довольно Рита и достает из кармана смартфон.

Роется в галерее, находит нужное фото и протягивает мне.

— Вот. Тут, правда, немного размыто, но все равно видно.

Я смотрю на кадр на треснувшем экране девайса подруги и не верю своим глазам. Да, нечетко, смазано, но лицо мужика хорошо видно, и я его знаю. А учитывая, что Рита познакомилась с ним в тот день, когда там отдыхал Горов со своей свитой, сомнений не остается.

— Помилуй, Катюш! У меня жена и двое ребятишек! — цитирую его слова в нашу последнюю встречу. — Вот же козел!

— Ты его знаешь что ли? — таращится подруга с вытянувшимся от изумления лицом.

— Да уж, мир тесен. Его Юра звать?

— Андрей, — поправляет Рита.

— Он тебе даже имя наврал, — качаю головой.

Еще раз приглядываюсь. Он. Его мясистый нос и маленький подбородок, под которым уже растет второй.

Подруга смотрит на меня не моргая. Мне жалко ее разочаровывать, но и промолчать тут я не могу.

— Он был замом у Горова. Может, и сейчас есть, не знаю. Юрий Селезень. Погугли, если интересно. У него был бизнес-профиль в соцсетях. И я его видела не так давно. Как раз перед тем, как встретила тут своего бывшего. Этот Дональд Дак хвалился, что у него семья и дети.

Не теряя времени, она забирает у меня из рук телефон и вбивает в поисковик его имя. Долго листает, просматривает что-то, а после тяжело вздыхает:

— Вот же гад паршивый!

— Он? — спрашиваю сочувствующе.

Рита расстроенно качает головой. Кажется, пришел мой через успокаивать ее.

— Забей. Хорошо, что выяснила сразу. Почти. А не как я. — Она кивает согласно, а в глазах вселенская печаль. — Ну, Рит, только не говори, что ты влюбилась?

Расстроенный вздох, тишина.

— Не влюбилась. Но все равно неприятно. — И, немного помолчав, добавляет: — Мне интересно, как он выкручиваться будет, если поймет, что я знаю?

— Проверь, — улыбаюсь ехидно.

— Конечно, проверю! Он мне еще телефон новый обещал. Так что просто так не уйдет.

Я открываю нижний ящик шкафа и, аллилуйя, нахожу, наконец, свою дорожную сумку! Вытаскиваю на свет, осматриваю. Осталось закинуть в нее вещи, и вуаля — я почти готова.

— Так ты не ответила, сможешь завтра к баб Маше смотаться? Туда и обратно? Я правда волнуюсь за нее, — возвращаюсь к тревожащему меня вопросу.

Рита, судя по выражению лица, с каким она продолжает что-то рассматривать в телефоне, еще под впечатлением от новости о ее новом избраннике.

— Ладно, — не отвлекаясь от своего занятия, роняет она. — Постараюсь успеть до обеда. А потом у меня планы.

— Спасибо! Ты настоящий друг, Пятачок.

— Я тебе должна, — жмет она плечами. — Да и старушку жалко, живет одна, никого нет. Ладно, все, собирайся, не буду тебе мешать.

— Мне привет передать от тебя Селезню? — бросаю ей вдогонку.

— Не-ет! Не вздумай. Я с ним сама разберусь, — с предвкушением тянет подруга. — Надо подумать как, но таких гадов однозначно надо наказывать. Прощать их нельзя!