Глава 15

Зайка.

Смиренно вытерпела все его сюсюкания, не отказав себе в удовольствии немного поворчать и бессильно откинулась на подушки, спрятавшись под одеяло.

Все, я в домике.

А сама в щелочку поглядываю.

Вася с невозмутимым видом скинул пиджак, закатал рукава и принялся за дело. Достал из пакета лекарства и стал с умным видом изучать инструкции.

Буквально уже через пятнадцать минут, укутанная в одеяло и напичканная лекарствами, я сидела на постели и попивала горячий чай с лимоном, а Вася гремел на веранде кастрюлями, предварительно выгнав баб Дашу домой к детям.

И то верно. Сама еще заболеет.

Стало даже любопытно, что там такого Лось готовит. Он и кулинария — это вещи априори несовместимые. Но после чая стало нещадно клонить в сон, и я просто уткнулась носом в подушку.

Разбудило меня легкое поглаживание по щеке. От этого сразу зачесалось в носу и я, смачно чихнув, с трудом открыла глаза.

— Зай, похлебай бульончика, — раздалось над ухом.

— Чего? — не поняла я спросонья и покосилась в сторону большой кружки, которую Вася поставил на табуретку рядом с кроватью.

Пришлось сесть и осторожно взять, слабыми пальцами бульон, который, к слову, выглядел совершенно неаппетитно.

Подняла глаза на Васю, прикидывая, есть ли у меня хоть малейший шанс отказаться от этого чуда Васиных экспериментов с плитой.

Мужчина смотрел на меня взволнованно, строго и нежно одновременно.

Вот как его обидеть?

Поэтому вздохнув, прикрыла глаза и осторожно поднесла кружку к губам.

Не сказать, что вкусно, но и не совсем плохо.

Соли Вася пожалел, а так для первого раза сойдет.

Если еще пару дней поболею, то, глядишь, картошку пюре освоит.

Сидим молчим.

Я бульончик хлебаю, а он на меня смотрит и вздыхает.

— Спасибо, — благодарю я и протягиваю пустую кружку.

Мужчина выдает мне очередную порцию лекарств и следит, чтобы я все выпила.

Заботливый Лось — это для меня фантастическое открытие.

Я не знала, что он может быть таким.

Да, я вообще не знала, что мужики такими могут быть.

— А как же твоя работа? — хриплю я.

— А что с ней сделается. На своем районе я сам себе хозяин, — пожал плечами мужчина и замер у окна, что-то рассматривая.

Я было любопытно поднялась следом, соскальзывая с кровати, но в следующую секунду хлопнула калитка и Луганский быстро ринулся из комнаты на веранду, заставив меня порядком заволноваться.

Выждав пару минут, тихонько соскользнула на пол и натянув носки проскользнула в коридор. Температура спала, от попы отлегло, и мне тоже интересно кто приехал-то!

Кутаясь в теплую кофту, остановилась у двери и хотела было выйти на веранду, но замерла, прислушиваясь к мужским голосам. Один, разумеется, принадлежал Васе, а второй — Егору. Этого каким чертом принесло?!

Разговор шел на повышенных тонах, и я прислонилась головой к косяку, почти не дыша.

— Мне казалось я популярно в прошлый раз объяснил, что тебе тут не рады, — послышался агрессивный голос Лося.

— А ты кто тут такой чтобы командовать? Муж? — в тон ему возразил Егор. — Мне Алена нужна. Мне с ней поговорить нужно. Дай пройти. По-хорошему.

— И о чем же ты с ней собрался беседовать, любезнейший? — четь издевательски протянул Вася. — Может пока еще не муж, но имею право оградить свой девушку от общения с тобой.

Чуть воздухом не подавилась от серьезности его тона. Четно? Я таким жестким и бескомпромиссным Васю никогда не видела. И еще царапнуло это его: «пока еще не муж». Приятно или наоборот? Непонятно. Непривычно. Обезоруживающе.

— Это ты! — воскликнул Егор. — Это ведь все ты! Да? Это ведь твой юристишка нам подгадил? Недоуменно посмотрела на дверь. Это о чем он?

— Ну, предположим я, — самодовольно хохотнул Луганский. — И что? Думал раз Алену можно развести, то и мужика ее. Конечно, я ж колхозник!

И добавил неприятным тоном:

— Только я хоть и колхозник, но далеко не простой.

Некоторое время они молчали, видимо, каждый думая о своем.

— Я извиниться приехал, — наконец, говорит Егор и, судя по звукам, делает несколько шагов к двери.

Я испуганно замираю, как мышка.

— Нечего ей душу бередить, — грозно рычит Лось. — Всю жизнь девке исковеркал, а теперь извиниться он решил. Ты лучше, расскажи, паскуда такая, как у тебя рука только поднялась отобрать… у детей отобрать.

Мне это тоже было очень интересно, поэтому я сползла по стене, устраиваясь на корточки.

— Сначала думал помыкается-помыкается и вернется, — тихо признался Егор.

— Мне казалось, что ты сам ушел.

— Ушел, поставив ультиматум: или я или дети.

— И ты, придурок, решил, что она сама не справиться, откажется от племянников и прибежит к тебе под крылышко за сытой и довольной жизнью?

Повисло тягостное молчание, а потом заговорил Вася, и цензурных слов в его речи не было вовсе, кроме:

— … а почему после не признался. Ведь ты, сволочь, на кукле своей крашеной жениться собрался!

— Папаша ее меня прижал. Он, если ты еще не понял, редкостная сволочь. Мы с Ромкой в одном бизнесе крутились, пока Ярцев не стал подминать под себя все что помельче. Поймал меня на уголовке. Я тогда госзаказами промышлял. Школы, детские сады. На порядочный срок тянуло. Ярцев тогда свою копну молотил с крупными торговыми центрами. У него каждая копейка на счету была. Потом обещал все Алене отдать, а мне… мне стыдно было…

Я с силой прижала руку ко рту, что бы не вырвался раненый стон. Каждое слово хлестало хуже плети.

— Так я могу поговорить с Аленой? — голос Егора доносился, словно сквозь вату.

Нет-нет. Видеть его не могу.

Словно озвучивая мои мысли Вася ответил:

— А больше тебе ничего не надо? Я ее к тебе ближе, чем на километр не подпушу. Забудь дорогу в этот дом. Увижу — пришибу!

— А не много ли ты на себя берешь, мужик? — не к месту показывает свою горячность мой бывший.

— Вот именно. — Вася хохотнул с чувством собственного превосходства, — Я — мужик. И решаю проблемы своей женщины так, как считаю нужным. Если на этом все, то проваливай, пока я добрый. И готовься — я с твоей поганой мажорской душонки все вытрясу. За каждую Аленину слезинку ответишь.

Больше я слушать не стала. Поднялась на ноги и пошла обратно в кровать.

Там-то меня и накрыло.

Слезы сами полились из глаз. Я их утирала пододеяльником и ревела.

Так меня и застал Вася.

Кинулся ко мне и сграбастав в объятия, прямо в одеяле усадил к себе на колени.

— Подслушивала, — догадался он.

— Угу, — хлюпаю носом я.

— Ш-ш-ш, — качает как маленькую. — Ты из-за этого придурка расстроилась, что ли. Да тюфу на него!

— Нет, — качаю головой. — Я не расстроилась.

— А зачем тогда льешь слезы в три ручья? Смотри: скоро целый аквариум наберется, — коряво шутит он.

Вздыхаю, чуть всхлипываю и признаюсь:

— Это от счастья.

Лосинные брови ползут вверх. Он молча приживает мою голову к своей груди, где часто-часто бьется сердце.

Я ощущаю, как мужская рука нежно гладит по голове, осторожно перебирая пряди волос и лишь сильнее утыкаюсь носом в приятно пахнущую рубашку. Вдыхаю такой знакомый и родной аромат мужчины и почти мурчу от удовольствия.

Все проблемы становятся сразу такими мелкими, несущественными.

Ведь сейчас нет ничего более важного, чем МЫ.

Да, впервые я ощутила это именно сейчас. Удивительно ясное осознание, что нет больше нас по отдельности.

Может я слишком расчувствовалась, но в этот момент я как никогда чувствовала себя нужной, защищенной и любимой.

Слова любви?

Да, кому они вообще нужны!

Васины поступки ценнее любых слов, которые я миллион раз слышала от Егора.

Мои руки скользят по его груди, шее, глядят щеки.

— Зай, не шали, — мой мужчина перехватывает ладони, целует по очереди. — Я не железный, а ты болеешь.

— Хорошо, — покорно соглашаюсь я.

— И почему ты так быстро согласилась… — разочарованно вздыхает он и у меня невольно вырывается смешок.

— Я вся в соплях, немытая, потная. Фу!

— А я тебя любой люблю. Даже немытой, — чмокает в нос.

— И я тебя… люблю, но чистого! И приятно пахнущего! И только попробуй от меня заразиться!

Васины глаза хитро блестят, он улыбается тепло и искренне. Укладывает меня в постельку и ложится рядом поверх одеяла, обнимая за плечи, словно никак не может разорвать этот тактильный контакт.

Некоторое время мы лежим, болтаем о всяких глупостях, а потом я собираюсь с духом и спрашиваю:

— Вась, а что теперь с Егором будет?

Вопрос Лосю не понравился, но он скрипя зубами все же ответил:

— Ничего твоему вывшему не будет. Тряханут его с тестем мои ребята так по мелочи: немного на предмет нелегальных сделок и сокрытия доходов, денежки с них срубят и отправят дальше бизнесом заниматься. Строить тоже кто-то должен.

— А-а-а, — глубокомысленно прокомментировала я, шестым чувством понимая, что Вася сейчас мне далеко не все сказал. — И черт с ними!

— И то верно, — улыбнулся Лось и крепко поцеловал меня, а потом глянул на часы и погрустнел. — Собираться нужно.

Отпускать Васю мне не хотелось, поэтому я капризно надула губы: — Куда?

— Домой. Завтра на работу нужно будет смотаться на пару часов — планерку провести. Не могу же я появиться на людях в заляпанных брюках.

Да, я как-то это проморгала. Все о себе, да о себе. Эгоистка.

— Вась, я тут подумала, над твои предложением, — я все же набралась храбрости, чтобы завести этот разговор. — Твой дом конечно очень красивый, но я не думаю, что нам стоит туда перебираться.

У Васи вся краска с лица сбежала.

— Это значит «нет»?

— Да нет же! — горячо воскликнула я, приподнимаясь на подушках. — Просто, я думаю, что для всех будет гораздо удобнее, если ты к нам переедешь.

Надо было видеть Васино лицо в тот момент. Если бы не серьезность вопроса, обхохоталась бы.

— То есть как «к вам»? — растерянно переспросил он.

— Понимаешь, тебе в этом вопросе проще. Пара костюмов, трусов, носков и вот ты уже готов к переезду, а у нас… — тяжелый вздох. — Тысяча пакетов, десяток чемоданов и вагон игрушек. Что бы их перевезти нужно будет заказывать по меньшей мере КАМАЗ. Это просто выше моих сил. Плюс маме твой будет одиноко, если мы уедем.

Судя по пришибленно морде перспектива переезда в наш маленький домик его не обрадовала.

— Так что? — нетерпеливо поерзала я.

— Не знаю… а как же мой дом?

— Твой музей можно под дачу еще приспособить.

Васины глаза стали как блюдца.

— Нет, но если главе района несолидно жить в таком убогом домике, то я тебя не заставляю переезжать… — картинно шмыгнула носом я.

— Это еще почему? — тут же взвился Лось на мою уловку. — Мне все по чину.

Луганский выпрямился, как-то приосанился и огляделся по сторонам, с каким-то новым выражением лица.

— Комнат, конечно, маловато для всех, но это можно пристроить… и санузел обязательно. Кладовую переделаем в котельную… в целом за лето можно все успеть, — бубнил он себе под нос, топчась на месте.

Потом повернул голову в мою сторону, глядя совершенно счастливыми глазами.

— Я завтра за вещами смотаюсь, — и предупредил. — Только я не один. С котом.

— Когда это ты успел обзавестись котом? — удивилась я.

— У меня такое чувство, что это не я им обзавелся, а он мною.

Я звонко рассмеялась и сказала:

— Ты не находишь, что это дело надо отметить? Раз пошла такая пьянка — тащи сюда свой бульон. Я проголодалась.

Вася очень довольный и гордый собой ушел на кухню, а я откинулась на подушки с улыбкой прислушиваясь, как он в очередной раз гремит кастрюлей.

Ну, разве это не счастье!