Глава 8

Зайка.

Сосед, которого кстати зовут Сережа, приехал, как и обещал, ровно в шесть вечера. Минута в минуту.

С неизменно серьезным видом он довез нас до дома и, припарковавшись у подъезда, бросил задумчивый взгляд на мою поломанную Старушку.

— Я завтра не смогу вас подвести, — произнес он, даже не повернув головы в мою сторону. — Уезжаю слишком рано, но зато вечером посмотрю, что с твоей малышкой.

— Да не нужно, — неуклюже попыталась отказаться я. — Я как-нибудь сама…

— Сама под капот полезешь? — иронично изогнул густую бровь мужчина.

Мне показалось или он пытается так пошутить?

— Нет, конечно. Мастера вызову.

Сосед в ответ на мои слова только отмахнулся.

— Вот еще. Мне не сложно.

Интересно кино получается. Ему не сложно, а мне неудобно. И вообще, с чего бы такой аттракцион невиданной щедрости от вечно нелюдимого соседа.

— И даже денег не возьмешь? — на всякий случай решила уточнить я.

— Только на запчасти, если потребуются.

И вот почему мне кажется, что все это как-то странно звучит?

Недобро прищурившись, я повернулась к детям, которые сидели и «грели уши» на взрослых разговорах.

— Бегите домой. Я сейчас.

Мы с Сергеем вышли из машины и, проводив детей до подъезда, остановились.

— Сереж, — довольно холодно начала я. — Я девушка конкретная и не люблю недомолвок. Спасибо тебе за помощь, но чтоб ты знал: я с некоторых пор несвободна и не хочу попасть в двусмысленную ситуацию. Поэтому единственной благодарностью с моей стороны будет только пирог с мясом.

Думала разозлится.

Не угадала.

Он улыбнулся! Скупо по-мужски, но все же улыбнулся и тут же вновь принял серьезный вид, выдвигая свои требования:

— Я с грибами люблю. А по поводу двусмысленных ситуаций… — он помялся и выдал как на духу. — Ален, ты конечно девушка красивая, но мне больше брюнетки нравятся. Вот подруга твоя, к примеру…

У меня аж от сердца отлегло. Вот он чего так подмазывается. Ему не я, а Ксюха понравилась. Надеется, что познакомлю.

— Приглянулась? — понимающе подмигнула я.

Мужик снова посуровел и неопределенно пожал плечами. Мол, сама догадаешься.

По-правде говоря, если бы не ответный интерес самой Ксюхи, то я бы послала его далеко и надолго и без пирогов оставила. Сводничеством не занимаюсь. Неблагодарное это дело.

А так, пускай познакомятся. Если у них такая взаимная симпатия с первого взгляда, то может быть это судьба? Так и быть побудут для разнообразия стелой залетного Амура. Глядишь, встретятся два одиночества, и мир станет капельку добрее.

— Значит, помогаешь в корыстных целях? Хочешь, чтобы с Ксюхой познакомила, — поддела я мужчину, а сама наблюдаю за его реакцией, как коршун в засаде.

— В корыстных, но нет. С Ксюшей я уже познакомился, — удивил Сергей с ответом и, отведя глаза, признался. — Мне помощь твоя нужна.

— Это какая такая помощь? — насторожилась я, и, как оказалось, совершенно зря.

— Мне сына нужно в садик устроить.

Сына? Я не ослышалась? Он же вроде один живет.

— Он сейчас с матерью моей в Березовке. Там школу еще десять лет назад закрыли, а до ближайшей километров пятнадцать. Придется к себе забрать.

— А сколько мальчику лет? — спросила я.

— В июле шесть будет. Я уже ходил к заведующей. Сказала, то мест нет.

Понятное, что нет. Иного я от своей начальницы и не ожидала. Но все же…

Мальчику в сентябре уже нужно идти на подготовку к школе. Тем более что дошкольная социальная адаптация имеет очень большое значение для развития ребенка.

— Ален, помоги, пожалуйста. Возьми моего Ромку к себе в группу.

Легко сказать «возьми», если не я этим вопросом ведаю. Хотела отказать, но поймала просящий взгляд соседа и не смогла. И куда только делась вся его суровая брутальность?

— А где мать мальчика? — не постеснялась спросить я.

Сергей слегка насупил брови и скупо процедил:

— Умерла два года назад, — и глянул так, что стало ясно: больше мне не расскажут.

Наверное, все же я слишком добрая. И все нагло пользуются добротой. Иначе, чем объяснить мои слова:

— Ладно. Тащи мне ксерокопию свидетельства о рождении. Попробую уговорить начальницу.

Сосед поблагодарил, попросил ключи от Старушки.

— Я сейчас поужинаю и все же гляну ее. Может там ерунда какая-нибудь.

Все же хорошо иметь под рукой немногословного, рукастого соседа, который еще и слюнями не капает на мои прелести.

Улыбнулась своим мыслям и пошла за мужчиной в подъезд, попутно объясняя, что он должен еще мне их документы принести.

После трудного рабочего дня так хочется наполнить ванну горячей водой и понежиться, всласть мечтая о морских знойных берегах.

Этим летом я планировала свозить детей на море. Раньше Настя была маленькая и денег вечно не хватало. Не то чтобы они были сейчас, но я весь год старалась откладывать на отпуск. В целом, скопилась необходимая сумма, которой вполне хватит на скромный отдых. Плюс обещанная премия от Натальи Георгиевны и…

Солнце, море, горячий песок, легкий соленый бриз, трепещущий волосы…

Бац! Бац!

Кто-то шарит в холодильнике и гремит кастрюлями.

Я тихо вздыхаю и мечты о теплой ванне, а вместе в ней и об отпуске приходится свернуть до лучших времен.

Пора кормить деток.

Готовить что-то долгое было откровенно лень. Посему, не мудрствуя, я достала из морозилки пакет фарша, уже заготовленного на такой лентяйский случай. Разморозила в микроволновке и выложила на сковородку. Добавила лук, специи. Осталось только сварить макароны и любимая еда детишек готова.

Как хорошо, что они у меня такие неприхотливые, но такие разные.

Данил навалил себе тарелку с горкой, обильно полил кетчупом, майонезом и, прихватив здоровый ломоть хлеба утащился к свои стрелялкам.

Настена выбрала все макароны и потом долго гипнотизировала мясо, выжидая, когда я сжалюсь над ней и разрешу не доедать.

И только близнецы за один присест умяли все, что было в тарелках, и попросили добавки!

Вот это я понимаю растущий организм.

Я в последнее время серьезно подумываю о приобретении десятилитровых кастрюль.

Три мужика в доме и…

Звонок в дверь!

… и подозреваю о появлении четвертого.

Бросила мимолетный взгляд в окошечко. Так и есть — Вася приехал.

В груди как-то подозрительно сладко йокнуло и замело в предвкушении.

Эх, Зайка еще не хватало тебе, так быстро влюбится в этого наглеца, который явился без приглашения.

Перед тем как открыть дверь мазнула по зеркалу. Вид, конечно, не такой шикарный, как в прошлый раз. Но не держать же мужика под дверью и бежать переодеваться.

— Привет! — улыбка замерла на моих губах, стоило только посмотреть на Луганского.

Вид у Васи был более чем странный: лицо красное, волосы взъерошены, как у нахохлившегося воробья, лихорадочный взгляд.

— Вась, ты заболел? — взволнованно спрашиваю, отходя в сторону, чтобы пропустить мужчину.

Луганский скупо здоровается, сбрасывает ботинки и отмахнувшись идет прямиком на кухню, вызывая у меня по меньшей мере недоумение.

Иду следом, пытаясь понять, что бы это значило, а Вася тем временем по-хозяйски устраивается на табурете, и, стреляя красными, как у вампира глазами, спрашивает:

— И где он?!

Вот те раз! Какие-то странные вопросики у товарища Лося.

— Кто он? — переспрашиваю я и понимаю, что мне очень не нравится обвиняющий взгляд Луганского.

— Мужик, с которым ты приехала, — зло рычит мужчина и мне кажется, что у него вот-вот сорвет голову от натуги. Мало того, что рожа вся красная, так еще и напрягается сильнее обычного.

— Ты что? Следишь за мной? — негромко интересуюсь я.

— Вот еше, — фырчит этот Лось, которого я ошибочно за человека приняла. — Мимо проезжал.

Ну-ну, сделаем вид, что я поверила.

— Так, где он? — переводит взгляд на пустые тарелки на столе. — Ужином его кормила. Да?

Я со вздохом опираюсь бедрами о столешницу и объясняю этому дурному ревнивцу:

— Сосед это мой по лестничной площадке. Помог мне, с работы подвез.

Несколько мгновений Лось, полностью оправдывая сове прозвище, тупо смотрит на меня и, наконец, сообразив, выдает:

— А чего это он тебя подвозит? С какой это радости?

Вот, тут-то у меня в мозгу срабатывает переключатель на режим «тигрица обыкновенная» и я, уперев руки в боки, рычу:

— Слышь, Луганский, а ты не офигел?!

Мужчина непонимающе хлопает глазами, а я между тем продолжаю наступать.

— Заявился без приглашения, как к себе домой и устраиваешь тут сцену ревности. Ты мне кто? Муж? Или жених? Мы с тобой на одно свидание сходили! На одно! И, поверь, оно не дает тебе право устраивать тут разборки!

Ух! Разъярилась я. Аж, сама себя боюсь.

— Машина у меня сломалась. Вот он по-соседски и подвез. У меня, если ты не заметил, три дошкольника в доме, и мне сложно с ними ездить на общественном транспорте.

Резко выдохнув, я развернулась к Лосю спиной, включила кран и стала мыть посушу. Помыла все, что было в мойке, и повернулась обратно к столу, чтобы собрать пустые тарелки.

Ярость все еще продолжала клокотать внутри, но уже пошла на убыль. Я скосила глаза на замершего, как свекольная мумия Луганского и чувство жалости чуть царапнуло в душе.

Гад! Какой же он гад… ревнивый!

И ощущение такое непередаваемое. Вроде и обидно и приятно одновременно. Я уже и не могу сейчас вспомнить, когда меня в последний раз ревновали.

— Что у тебя с лицом? — все еще зло поглядывая на него, спросила я.

Луганский отмер и, кинув на меня полный немого раскаяния взгляд, жалобно так протянул:

— Аллергия.

Ути, боже мой!

Если Лось надеялся, что я поведусь на этот страдальческий тон, то глубоко ошибается. Я к таким манипуляциям давно привыкла и со мной это не прокатит.

— Таблетки пил?

Вася почесал шею и кивнул.

— Дай посмотрю, — сказала я и, подойдя к мужчине, заставила запрокинуть голову.

Осторожно расстегнула две верхних пуговицы рубашки, рассматривая покрасневшую кожу, которую он уже расчесал, естественно.

— Видимо, слабоваты твои лекарства оказались, — задумчиво пробормотала я и заметила, что Лось, пользуясь тем, что он сидит, а я стою между его коленей, жадно смотрит в декольте домашнего платья.

Вырез хоть и скромный, но разве может он срыть заманчивую ложбинку между двух аппетитных округлостей, если грудь четвертого размера. А этот смертник еще незаметно так придвинулся поближе и почти залез своим наглым носом в эту ложбинку. Ручей на талию положил и смотрит так словно всю неделю «Дошираком» питался.

Признаю, жадный взгляд Луганского завел меня с пол-оборота, но поскольку я была на него все еще зла, то нужно было держать планку.

— Куда это ты там смотришь? — каюсь, не удержалась от строгого тона, не без удовольствия наблюдая, как Лось с явным сожалением отодвинулся.

И взгляд у него снова такой несчастный стал, что захотелось пожалеть, прижать к груди и поцеловать, но, во-первых, дома дети, а, во-вторых, не заслужил он моих поцелуев.

Снова повернулась к кухонному гарнитуру и полезла в самый дальний ящик. Там у меня хранилась большая коробка с лекарствами на все случаи жизни. Порылась и выудила оттуда пузырек с хорошим антигистаминным средством.

Интересно сколько Лось весит? Кинула на страдальца оценивающий взгляд. Явно больше сотки. Прикинула количество капель и достала большую ложку.

— Что это? — с сомнением покосился на полную ложку мужчина.

— Пей-пей. Я тебе гадость не предложу, — строго ответила я и сунула мужчине в рот лекарство.

Лось весь сморщился и послушно проглотив, пожаловался:

— А чего оно такое противное?!

— А ты как хотел: лечиться и чтоб не противно?!

— Так! Теперь надо заесть, — встрепенулся он, мигом перестав изображать несчастного. — Что у тебя вкусненького?

Да-а-а. Завтра пойду покушать большие кастрюли.

Положила мужчине в большую тарелку макароны по-флотски, быстро нарезала свежих овощей, хлеба, оставила на стол, а сама пристроилась на табуретке напротив.

И что вы на это скажете господин Лось? Деликатесы в моем меню отсутствуют.

Луганский ничего не сказал.

Он просто все сожрал подчистую.

Затем сыто вздохнув, поднялся, чтобы избавится от пиджака, закатать рукава и поставить на плиту турку для кофе.

Я наблюдала за всем этим большими глазами и думала, что нет ничего более фантастического, чем глава нашего района, хозяйничающего на моей кухне и спрашивающего:

— Тебе чайку заварить?

— А завари, — отвечаю я, а сама краем глаза слежу за шныряющими по квартире близнецами.

Их так и подмывало вломиться на кухню, и они непременно так бы и сделали, но получив от меня строгий наказ «дать маме обсудить важные вещи с Василием Михайловичем», теперь слонялись по коридору, обдумывая очередную пакость.

Чай мы попили очень душевно.

Достала из заначки упаковку печенья, от которого почти ничего не осталось после того, как я крикнула:

— Дети! Возьмите печеньки!

Мальчишки утащили львиную долю лакомства и умчались в комнату, оставив на кухне только Настену.

Дочка сразу облюбовала место рядом с Лосем и, попивая чаек, не забывала периодически строить глазки и без того ставшему внезапно очень нервным мужчине.

Он явно чувствовал себя неловко от такого внимания со стороны девочки, и я тихо посмеивалась, наблюдая за этой маленькой подхалимкой. Она ведь с него живьем не слезет, пока не оседлает «лошадку».

— Так, что у тебя с машиной случилось? — спросил Вася, утаскивая очередное печенье.

— Не заводится, — ответила я и пожала плечами. — Это и не удивительно. Ей лет уже много. Устала моя Старушка.

— Так это твоя Лада стоит у подъезда?

— Ага, — кивнула я, про себя думая: посмотрел ли еще Сережа мою ласточку или нет.

— Она же у тебя уже вся гнилая, — покачал головой Вася. — Того и гляди на запчасти развалится.

— И ничего она не гнилая! — возмутилась я, защищая свою любимую Старушку. — Я ее и в хвост, и в гриву, — и ехидно оскалилась, — не всем разъезжать на немцах.

— И все равно она старая. А если поломается на дороге. Что делать будешь?

— Ловить попутку и просить помощи, — пожала плечами я. — Не впервой.

Лось прищурился и властно произнес:

— Не смей так больше делать! Знаешь сколько ненормальных на дороге. А если на тебя нападут?

Я в ответ только фыркнула. Как же я без тебя только жила раньше?

Лосю мое фырканье явно не понравилось. Несколько мгновений он недовольно барабанил пальцами по крышке стола, а потом растянут губы в хитрой ухмылке, как будто ему пришла в голову сама гениальная идея на свете.

— Зай, слушай, а давай мы тебе новую машину купим?

Призадумалась. Я копила деньги на отпуск, но никак не на машину. Да и не думаю, что с такой суммой я подберу себе что-то радикально лучшее. А к Старушке я уже привыкла Можно сказать, прикипела душой.

— Нет, — покачала головой я. — Мне близнецов с Данькой в школу собирать. Такие траты не по карману. Луганский негромко хохотнул и посмотрел на меня, как на дите неразумное.

— Глупая. Я же не предлагаю тебе свои деньги тратить.

И пока я зависла, соображая, чтобы это могло значить, добавил, самодовольно ухмыляясь:

— Поедем завтра после работы в город и выберем, что тебе понравится.

Почти физически почувствовала, как краска схлынула с моего лица. Не донеся чашку чая до рта, я ее осторожно поставила и твердо произнесла: — Нет.

Улыбочка так и съехала с Лосинной физиономии. Он недобро прищурился и, откинувшись спиной на стену, сложил руки на груди.

— И почему это? Тебе нужен нормальный комфортный автомобиль, а не это угребище.

Он говорит, а у меня перед глазами так и стоит сцена пятилетней давности, когда Егор со снисходительным видом вручил мне ключи от новенького «БВМ». Я тогда такая счастливая была, прыгала как коза от радости. Дура была…

— Я не приму от тебя такой подарок, — ответила я, а у самой голос дрожит, потому что я уже знаю, что дальше за этим последует.

Луганский весь подобрался и, кажется, что только Настино присутствие заставило его сдержать агрессивность своего тона.

— Значит, конкретно от меня не примешь?

— Не цепляйся за слова. Мне нравится моя машина. Сосед обещал завтра ее посмотреть. Так что тут совершенно не о чем беспокоиться.

Лось, разумеется, услышал только то, что желал услышать и вынес из моих слов только:

— Значит сосед. Опять этот сосед, который так любезно тебя подвозит, — ядовито прошипел он. Медленно я поднялась из-за стола.

— Я не собираюсь перед тобой оправдываться, Луганский, — и, проходя мимо него в комнату, оглянулась. — Выход, думаю, найдешь сам.

И захлопнула дверь спальни, сбежав, как последняя трусиха.

Царь.

У Луганского было много разных женщин. Пухленькие или тоненькие, умные или глупые, брюнетки, блондинки, рыжие, но ни одна… Но одна из них не доставала его так как Алена Зайцева.

Самая вредная, невозможная и невероятная из всех женщин!

И почему именно в нее Васю угораздило так втрескаться?

Седина и бороду — бес в ребро?

И не сказать, что у Зайки строптивый характер. Даже наоборот. Вася при каждой встрече буквально купался в ее доброте, спокойствии и мягкости. И при всем этом внутри этой покладистой с виду особы был, по меньшей мере, титановый стержень с алмазной крошкой.

Иначе чем еще объяснить ее совершенно нерациональную независимость.

Конечно, Вася и не ждал, что Зайка после знакомства с детьми повиснет у него на шее. Но однозначно рассчитывал, что их отношения сдвинуться с мертвой точки.

Как бы не так! Размечтался наивный чукотский Царь!

Коварная Зайка не просто держала его на расстоянии, она всем своим поведением давала понять, что из них двоих именно ему нужны эти отношения, и она не сильно расстроиться, если Вася забудет дорогу к ее дому. А иначе чем объяснить ее поведение?

Атак хорошо начинался вечер! Его полечили, накормили простой, но нормальной едой, даже пожалели немного, а потом Зайке попала шлея под хвост. И было бы из-за чего? Из-за машины!

Вася от всей души решил сделать ей дорогой подарок, а она психанула и закрылась в спальне, словно он ей не машину предложил купить, а кучу навоза.

Несколько минут он так и стоял столбом в коридоре, тупо глядя на закрытую дверь, за которой скрылась Алена, а потом решил пойти к ней и добиться объяснений, но появившиеся из зала дети остановили его.

Старший пацан окинул его насмешливым взглядом и, облокотившись о косяк двери, нагло заявил, когда рука Луганского потянулась к ручке:

— Я бы на вашем месте, Василий Михайлович, этого не делал.

— Это еще почему? — чувствуя, что начинает закипать, зло спросил мужчина.

Тут из-за спины Данилы появились близнецы.

— Когда мама злится ее лучше не трогать, — поучительно сказал один.

— Ага, надо дать ей переварить, — продолжил мысль брата другой.

Девочка, обогнув старших братьев, встала перед Васей и, уперев кулачки в бока, смешно сдвинула домиком светлые бровки.

— А иначе она надерет тебе попу. Да-да.

И остальные дружно закивали, поддерживая глаголющего истину ребенка.

Луганский мог бы поспорить с малышкой на эту тему, если бы она была его дочерью.

А так…

Вася огляделся по сторонам.

Что он делает в этой микроскопической квартирке?

Навязывается женщине, которой он совершенно не нужен.

И он ушел, оставив на столе свой недопитый кофе. Суетливо собравшись, просто захлопнул дверь, и, едва оказавшись на лестничной площадке, с трудом подавил в себе желание вернуться обратно.

На улице собирался дождь. Небо заволокло тяжелыми тучами. Где-то в отделении слышались нечастые раскаты грома. Нужно ехать домой. Скоро начнется гроза.

Забравшись в свой «БМВ» Луганский завел движок и бросил взгляд в боковое стекло, заметил, что возле Зайкиной Лады отирается тот самый качок.

Значит и вправду сосед. Не соврала…

От этого открытия легче не стало.

Прикурив сигарету Вася, несколько минут наблюдал, как мужик деловито копается под капотом развалюшки, затем снимает аккумулятор, с явным намерением поменять на новый.

Интересно, с какой такой радости просто сосед будет так возиться с чужой машиной?

Ясен пень запал этот хмырь на Зайку. Вон как лихо колеса ей подкачивает. Старается гаденыш.

Чем больше Вася наблюдал за качком-соседом, тем больше зверел от обиды и ревности.

Да, что она себе возомнила?

Можно подумать выгнала его, и свет клином сошелся?

Другая бы на ее месте пищала от радости, если бы такой мужик как Луганский на нее внимание обратил.

А эта еще и нос воротит.

Подумаешь, машину предложил ей купить. Строит из себя оскорбленную невинность.

Чего он убивается? Баб что ли мало? Любую помани, и прискачет в одно мгновение.

Где-то за задворках партизанит мысль: «Зайка не такая, как все. Она особенная», но Вася выдыхает ее вместе с сигаретным дымом и понимает, что сейчас ему срочно нужно выпить и желательно в компании знойной брюнетки.

А где у нас можно найти и то и другое?

Только в ресторане «Автограф».

Мало кто знает, что это заведение принадлежит главе района. Пару лет назад он просто вложил лишние деньги в проект одного знакомого. Знакомый поработал-поработал, гигантских прибылей не получил и свалил в город и дальше заниматься ресторанным бизнесом, предварительно продав Васе свою долю.

Не сказать, что «Автограф» приносил много денег. Наоборот едва-едва окупал сам себя, и Луганский держал его больше для души нежели ради денег. Правда с месяц назад нанял нового администратора, под руководством которого дела быстро пошли в гору.

Прикатив к ресторану в состоянии дикого взвода Вася, ураганом ворвался через служебную дверь и стремительной походкой направился к кабинету администратора, распугивая на пути заметивших его стайку официанток.

— Оля! Сауну мне подготовь! — не здороваясь, пробасил мужчина, врываясь в каморку администраторши, которая подпрыгнула на месте от испуга и большими глазами уставилась на грозное начальство.

— Здравствуйте, Василий Михайлович, — чуть отойдя от столь нелюбезного вторжения, Ольга Александровна поправила съехавшие с длинного носа очки и профессионально улыбнулась. — Вы ж обещали только к выходным приехать. У меня сауна по часам расписана. Там сейчас гости.

— Вот вечно ты все настроение испортишь, — пробурчал Луганский и упал на диван, устало подперев голову кулаком. — Тогда кабинет мне отдельный приготовь. Хочу напиться в хлам.

— Занят. И один и второй, — с убийственным спокойствием поведала женщина и предложила. — Могу накрыть только в зале.

Вася задумчиво почесал подбородок и недовольно заметил:

— Оль, напомни, зачем я тебя нанял?

— Поднять рентабельность ресторана, — отчеканила женщина и чуть улыбнулась. — А ее невозможно поднять, если не использовать по назначению, Василий Михайлович. Накрыть в зале?

Ага, что бы завтра весь район судачил о пьяной роже господина Луганского. Вот что за невезучий день!

Облом со всех сторон.

— Не надо. Давай сюда неси водку.

Ольга Александровна неодобрительно покачала головой, но ничего не сказав, достала из бара чистую стопку и бутылку дорогой финской водки.

— А ты что не будешь? — поинтересовался Вася, хмуро глядя на тощую, как цапля женщину.

— Я не пью.

— Это правильно… Я может тоже, когда-нибудь брошу, — произнес Вася и опрокинул в себя первую стопку, следом запивая, услужливо протянутым соком.

Не успел он наполнить стопку заново, как дверь резко распахнулась и в комнату буквально влетела маленькая брюнетка в свободном светло-зеленом платье, ловко скрывающем заметно округлившийся животик. Со стороны можно было бы подумать, что девушка просто слегка набрала в весе, но Вася, который отлично знал брюнетку, шокировано округлил глаза и, не донеся водку до рта, ляпнул:

— Что? Опять?!

Брюнетка на столь красноречивый взгляд только вскинула тонкие брови и, сложив руки прямо над симпатичным животиком, съязвила:

— Ну, не всем же прожигать жизнь за зря, Луганский. Некоторые и о демографической ситуации в стране думают.

— Ага, особенно вы с Яном, — хохотнул Вася и, поднявшись с насиженного места, стиснул в медвежьих объятиях маленькую язву, а по совместительству и хорошую подругу Женьку Яковлеву.

— Пусти, а то раздавишь, — пискнула девушка и шутливо ткнула локтем Луганского.

— Ты такая хорошенькая с этим животиком, — рассыпался в комплиментах мужчина. — Так и хочется потискать.

— Нечего чужих жен тискать, — шутливо пригрозила Женька пальчиком. — Заведи себе свою, заделай ляльку и тискай на здоровье.

— Не слушайте ее, Василий Михайлович, — заметила Ольга Александровна. — А то вас ждет незавидная участь бедного господина Петермана — будете недосыпать, недоедать и гонять по всему району, разыскивая свою беременную супругу.

Женька закатила глаза и с укором посмотрела на свою подругу.

— И ничего он не бедный. Богатый он. Богатый! Дети — это главное богатство в жизни. А у него их скоро будет трое, — девушка с усмешкой покосилась на Луганского. — Так что завидуйте молча.

Сказала и попала в самую цель. Луганский завидовал Яну. Повезло ушлому немцу и с женой и с детишками. Женька только с виду такая задиристая. С мужем она сама доброта и ласка. И дома порядок, и на работе. Вот оно счастье.

— Жень, тебе принести покушать? — пока Вася размышлял о счастье, его стальная администраторша поспешила к дверям. — Сейчас быстро организуем.

Когда Ольга скрылась за дверями кабинета Женька пристроилась на диване и, покосившись на початую бутылку водки, спросила:

— Что за повод нажраться в понедельник? Все по Людке страдаешь?

— Да, нет, — ответил Вася, пристраиваясь рядом с девушкой. — Просто задолбало все.

— Кончал бы ты бухать, Луганский. Бутылка еще никого до добра не доводила, — она задумчиво покрутила в руке стакан с соком. — И чего тебе в жизни не хватает?

— Ты приехала нотации мне читать? — недовольно буркнул мужчина. — Поверь мне и так есть, кому на мозг накапать.

— Это кому же? — с интересом вытянула шейку Женя. — С женой ты развелся, с мамой видишься раз в полугодие. Колись, кто она?

Луганский невольно рассмеялся, глядя на нетерпеливо ерзающую девушку.

— Все-то тебе расскажи? С чего ты вообще взяла, что это может быть что-то серьезное?

— Ты себя в зеркале видел? — мгновенно сориентировалась эта любопытная мелочь. — Сидишь тут с бутылкой обнимаешься, а глаза как у собаки побитой. Рассказывай.

Луганский тяжело вздохнул и выдал часть секретной информации:

— Воспитательница она в детском садике. В разводе. Воспитывает четверых племянников. По выходным танцует с детишками в школе творчества и печет ватрушки. Что тебе еще рассказать?

Мужчина перевел взгляд на Женьку. Та так и застыла с открытым ртом, поморгала и, чуть отпив сока, выдавила:

— Погоди, челюсть с пола соскребу.

Женька потянулась к коробке шоколадных конфет, заботливо оставленных Ольгой, быстро схомячила две штуки мигом почувствовав себя намного лучше, повернулась к Васе.

— Ну и? — Жень вся обратилась в слух.

— Что?

— У вас любовь? Да?

Вася шумно вздохнул и потянулся к бутылке, которую тут же перехватила Женька, все своим видом показывая, что не отдаст, пока он все не расскажет.

— Любовь только у меня, — нехотя признался мужчина. — А у нее четверо детей и заботливый сосед по подъезду, который ее на работу подвозит. Выгнала она меня сегодня. Понятно?! А теперь будь хорошей девочкой — отдай дяде Васе водку.

— Ага, размечтался, — ехидно оскалилась брюнетка, заводя руку с бутылкой за спину и выпячивая живот как главный аргумент. — А ты, значит, теперь страдаешь и заливаешь свое горе. Знаешь, в чем твоя главная проблема, Луганский?

Вася ответил ей хмурым взглядом.

— Ты слишком себя жалеешь, — любезно продолжила Женя, не переставая шуршать конфетными фантиками. — У меня ощущение, что в нашей стране перевелись мужики, которые могут завоевывать женщин. Только нытики одни остались.

Она бросила на Васю красноречивый взгляд.

— Можно подумать Ян тебя завоевывал, — вернул шпильку Вася.

— А то! — стрельнула глазками Женька. — Он в отличие от тебя нахрапом не берет. У него тактика и стратегия. Взять измором, что бы жертва сама в ручки приплыла.

— Стратег хренов, — обиженно выплюнул Вася и поднялся с дивана.

Мужчина в два счета нашел в баре у Ольги Александровны новую бутылку и, не глядя на Женьку тут же не отходя от кассы, хлопнул две стопки.

— Ах, так! Да? — зло сощурила глаза Женька.

Девушка порылась в сумочке, достала голубой конверт и протянула Васе.

— Держи.

— Что это? — Мужчина подозрительно посмотрел на конверт.

— Бери-бери. Приглашение на открытие молзавода. Я хотела все провернуть по-тихому, но ты же знаешь Яна. Ему реклама нужна, связи. Поэтому сначала будет торжественное открытие с приездом губернатора, а потом банкет.

Женька кинула взгляд на телефон и, что-то сокрушенно пробормотав о нехватке времени, засобиралась.

Луганский пошел с ней на улицу, чтобы проводить до машины и Женька уже усевшись в комфортабельный салон своего авто, строго произнесла:

— И чтоб без воспитательницы своей не приходил!

Вася ничего не ответил, только захлопнут дверь за этой вредной манипуляторшей и в ответ на ее гневный взгляд послал воздушный поцелуй, за который Ян наверняка еще полгода смотрел бы на него волком.

Немец оказался еще тем ревнивым драконищем. Надежно оберегал свое чрезмерно энергичное сокровище. И правильно делал. Женька девка молодая, красивая, с невероятной харизмой и даже беременная привлекает слишком много мужских взглядов.

Вася впервые пришло в голову, что не зря Ян столько детишек наплодил. Это круче любого пояса верности. Куда Женька от детей денется.

Вот если бы он сам в свое время головой думал, а не другим местом, то и Людка ни куща не делась. Сидела бы сейчас уроки со старшими дела и кашу манную варила.

Размышляя об ошибках прошлого, Луганский сам не заметил, как сел в машину.

Пить перехотелось.

От двух выпитых рюмок настроение вместо обычно приподнятого, резко скатилось до отметки «ниже плинтуса» и, чувствуя одну лишь нечеловеческуто усталость, Царь поехал домой, чтобы, наконец, нормально выспаться.

Завтра трудный рабочий день.