Глава 7. Кто виноват?
Тимур
Отбросив от себя телефон, я смачно выругался. Не смог сдержаться и накричал на Лилю. И так всё шатко. Но невозможно было сдержаться! Должен же закончится весь этот театр абсурда? Что она творит? К чему привлечение общественности к нашим проблемам?
Зарина ревёт целыми днями. Её подружки, оказывается, подписчики какого-то блога, который ведёт моя жена, и сейчас они игнорят дочь, называя предательницей. А она выносит мне мозг. Как будто у меня своих проблем не хватает!
Против матери возбудили уголовное дело. И хотя мне нисколько её не жалко, все-таки она виновата в смерти моих детей, как и виновата в том кошмаре, в который превратилась моя жизнь, но она же мать. И мне неприятно, что её таскают по кабинетам, и меня, в том числе. Ещё и на работе начались проблемы.
Мне сейчас как никогда нужна была поддержка. Спокойствие, уют…
Лиля, как бы ни было тяжело это признавать, была хорошей женой. Она умела создать уютное пространство, поддержать, успокоить. И да, я страшно жалею, что так всё вышло. В принципе, мне и не хотелось с ней разводиться. И если бы не мать, которая давила с разводом, наверное я так бы и жил на две семьи. Дом, в котором тебя обслуживают, любят, ублажают, и любовница с сыном.
С другой стороны хорошо, что так всё вышло. Воспитывать чужого приблудыша? Нет! Это не моё. Я тут же разорвал все связи с Леной и её ребенком, полностью вычеркнув их из своей жизни. Мне даже думать противно о ней. Тошнит от одной только мысли, что был с ней. Словно несколько лет я питался с помойки.
Устало потёр лицо руками.
Не понимаю упорства Лили, с которым она стремится развестись со мной! Ведь хорошо же жили. Раньше. Можем и дальше жить. Забудем обо всем, и начнём сначала. Семьёй. Без мамы, без Лены, безо лжи.
Помотал головой. Как же хочется, чтобы весь этот кошмар закончился!
Надо купить новую симку, и снова попытаться поговорить с Лилей. Мне нужна моя жизнь обратно.
Тимур! – визгливый голос матери неприятно ударил по ушам. – Ты разговаривал со своей маромойкой? Когда она заберёт своё заявление?
Мать стояла напротив него, уперев руки в бока. Тимур бросил на неё недовольный взгляд и отвернулся.
– Разговаривал.
– Ну, и?
– Я не думаю, что она заберёт заявление.
– Вот дрянь!
– Мама! – Тимур резко обернулся. – Если бы не то, что вместе с твоим, полощут и моё имя, я бы не настаивал на прекращении дела! Как ты вообще могла так поступить? Как тебе пришло в голову убить моих детей!
– Я сразу была против вашей женитьбы! Голытьба! Без образования, денег! У тебя такие девушки были! А ты упёрся! Ладно бы просто гулял. Ты же женился!
– Я влюбился! Понимаешь? Влюбился! Мне не нужны были от неё деньги! Мы были счастливы! И знаешь, мама! Это именно она дала мне денег на мой первый магазин. Не ты! А Лиля. Она верила в меня. Поддерживала. А ты! Ты убила наших детей! Разрушила нашу семью! Зачем ты подсунула мне те фото? Ведь это было неправдой!
– А почему ты поверил? Всего лишь фото! Их было очень просто сделать. Но ты поверил в то, что она тебе изменила. Почему? – мать победно улыбнулась. – Если бы ты любил свою маромойку, то ты не поверил бы мне. А ты поверил! Я вообще не жалею, что так вышло, – она усмехнулась.
– Ты чудовище, а не мать, – я сжал виски, в голове пульсировало и шумело. – Это всё так отвратительно! Ты просто взяла и всё разрушила… Настроила меня и Зарину против Лили…
– Что разрушила, сынок? Если в чём-то и можно меня обвинить, так только в том, что я позволила вам пожениться. Ну и таблетки подсунула. А всё остальное ты сделал сам. Сам вместе со мной пел в уши своей недалёкой дочери о том, какая мать её глупая и никчёмная. Не ты ли кичился тем, что ты всем владел, а Лиля твоя только и годная, что на кухне стоять?
Я поджал губы. Да, мать права. Я так и говорил. Мне нравилось чувствовать свою значимость. Помню, как однажды Лиля услышала это, и так сильно обиделась, что целый месяц не подходила к плите, более того, даже не разговаривала со мной. Но она всё равно простила меня. Она вообще не умеет долго обижаться. Вот и сейчас, я хочу верить в то, что простит. Просто нужно время.
– Ты сама знаешь, что я просто так это говорил. На самом деле я так не думал! И вообще, у неё есть высшее образование. Она давно уже выучилась.
– Образование…, – мать скривилась. – Фи… кто она? Какой-то маркетолог? Что это за профессия?
Я молча покачал головой. Мама не права. Лиля хороший маркетолог. Я бы даже сказал, что она отличный специалист. Свою дипломную работу она писала по моей компании, и признаться, после её разработок мои дела резко пошли в гору. Мы до сих пор пользуемся её стратегией. Я, честно говоря, тогда приревновал её к успеху и запретил работать, мотивируя тем, что Зарине требовалась забота. Недовольно поморщился. Я столько всего наворотил, что самому теперь противно от себя.
– В любом случае, мама, у неё есть профессия. Лиля не никчёмная. Она умная, красивая женщина и моя жена. Хватит об этом. Я поговорю с ней ещё раз и попробую убедить забрать заявление.
– Давай, давай… беги! Перед своей маромойкой на коленях ползай! – она злобно сверкнула глазами. – Она против твоей матери уголовное дело возбудила! А ты убеждать её будешь? Пригрози ей. Найди, в конце концов, каких-нибудь отморозков, и пусть объяснят, где её место. Убеждать он будет. Тьфу! Ты не мужик, ты тряпка!
– Хватит! – её слова больно задели меня. – Прекрати! Какие отморозки? Ты с ума сошла? Что за бандитские замашки? Успокойся! И вообще… я думаю, тебе стоит уехать к себе. Я устал от тебя!
– Вот значит, как? Всё… мать не нужна? Всю жизнь тебе посвятила. А сейчас ты мне говоришь, что устал?
– Я сказал, хватит! – рявкнул так, что мать испуганно вздрогнула. – Достала уже! Уходи! Сейчас же!
Она обиженно поджала губы, развернулась и ушла.
И как я раньше не замечал, что мать манипулирует мной? Постоянно звучала одна и та же шарманка. «Я ночи не спала ради тебя! А ты!».
Так я уже отдал всё, что должен. У матери прекрасная квартира, едва ли не в центре, дом в Запрудном. Между прочим, его Лиля для нас присмотрела, но мать постепенно выжила её оттуда.
Устало сел на стул. Как мне всё надоело! Как много, оказывается, держалось на Лиле. Я и не замечал этого. Даже общение с матерью в основном было на ней.
Звонок на мобильный заставил вздрогнуть, не задумываясь, ответил.
– Тимур!
– Лена…, – я с досадой хлопнул ладонью по столу.
– Подожди! Тимур, мне нужно поговорить с тобой.
– Хватит мне названивать! Ничего не изменится! Артур – не мой сын, и моим, как оказалось, быть не мог. Что тебе надо?
– Но Тимур! Я не знала, что ты бесплоден! Я же не виновата в этом.
– Так это я ещё и виноват в том, что ты не знала, от кого ребёнок? Ты серьёзно? Ты спала одновременно с несколькими мужчинами! – я презрительно скривился. – Ищи отца Артуру, а мне больше не звони!
– Я вообще-то не хотела рожать! Это ты меня убедил! А теперь отказываешься? Что мне теперь с ним делать?
– Я думал, это мой сын! Ты меня в этом убедила. Ищи отца и вешай на него своего приблудыша. Или сдай в детдом.
Отключил телефон и схватился за голову. В висках стреляло и пульсировало. Злость клокотала внутри, требуя выхода.
Все бабы вокруг меня словно сошли с ума! Зарина со своим нытьём, мать с её неадекватностью, теперь ещё эта дрянь… И ведь хватает совести ему звонить! Сама нагуляла невесть от кого ребёнка, а теперь пытается на него повесить. Я задумчиво побарабанил пальцами по столу. А ведь ребёнок до сих пор записан на него. Этой дуре хватит ума на него алименты повесить. Нужно срочно дать юристу поручение снять с него этого ребёнка. Ему ещё чужого ребёнка не хватало для полного счастья.