Глава 32

Утро озаряло комнату золотистым светом. Воздух был свежим, но еще хранил тепло ночи, оставляя странное ощущение спокойствия и готовности к новому дню.

Фицион лежал на кровати, прикрыв свою наготу, но его ленивое выражение лица не обманывало — он был внимателен, и слушал каждое мое слово.

Я нетерпеливо расхаживала по комнате. Уже умытая, одетая и собранная, я чувствовала прилив энергии. Мое настроение было боевым: мир ждал, и я была готова его покорить.

— Фицион, — обратилась я к нему официально, остановившись напротив кровати и глядя прямо в его глаза.

Он поднял бровь.

— Мне нужны те трое лазаров, которые едва не утопили меня в болоте.

— Они у тебя будут.

Я кивнула и продолжила, переходя к следующему пункту.

— Дальше — мне нужно привести это здание в порядок. Когда здесь будут жить «иные», их не должны беспокоить ни сквозняки, ни сырость, ни паутина, забившаяся в углах.

— Сделаю.

— Также понадобятся кони-лазары, — продолжила я, не сбавляя уверенности в голосе. — В ближайшее время я планирую нанести визит одному древнему призраку, обитающему в храме Змеерога. Мне потребуется твоя помощь, чтобы освободить мальчика, заточенного в его стенах.

— Я полностью к твоим услугам, — ответил он без тени сомнения.

Я прищурилась, слегка наклонив голову в его сторону.

— Ты готов выполнить все, что я потребую? — спросила я, с легкой насмешкой поддевая его.

В его глазах сверкнула лукавая искорка.

— Все, что пожелаешь, если впереди нас ждут такие ночи, — ответил он, лениво растягивая слова.

— Отлично! — с улыбкой ответила я. У меня был план, были цели и теперь — союзник, способный превратить любые мои слова в действия.

Склонившись к нему ближе, я тихо прошептала:

— Мое тело, мое сердце и моя душа принадлежат тебе.

Я легко коснулась его губ в поцелуе полном скрытого обещания. Затем выпрямилась, убирая волосы за плечо и, будто ничего не произошло, продолжила уверенно перечислять все, что нам предстояло сделать в ближайшее время.

* * *

Лазары предстали передо мной — трое бледных, словно восковых, мужчин с мертвыми глазами, скованными страхом.

— Признаться, господа, вы напугали меня, когда пытались утопить в болотах, — усмехнулась я и, сложив руки на груди, продолжила: — Теперь пришла моя очередь вселять в вас страх.

И повернувшись к некроманту, приказала:

— Утопи их в болотах.

Следующим утром мы сели на коней-лазаров, чья кожа мерцала пульсирующим изумрудным светом, и помчались в сторону храма Змеерога.

Остановив лошадей недалеко от озера, чья поверхность сияла рубиновым светом, мы спешились и подошли к подножию массивных каменных ступеней. Поднявшись по ним, вошли в древний храм.

Туман, неподвижно стелившийся по полу храма, заклубился, пробужденный нашими шагами. Из густой пелены начали медленно выныривать огромные змеи. Их тела, гладкие и темные, извивались, обвиваясь вокруг массивных колонн. Змеи замерли, повернув свои головы в нашу сторону и внимательно следя за каждым нашим движением.

Мы уверенно пересекли зал и остановились у высокой и вытянутой чаши, вырезанной из темного стекла с багровыми прожилками.

— Пусть духи ваших предков спят вечным сном… — прошипел змееподобный голос.

Перед нами вырос призрак. Он поднял в приветствии единственную руку, которая заканчивалась длинным изогнутым пальцем. Я улыбнулась уголками губ и откинула капюшон.

— Давно не виделись, — спокойно сказала я.

— Зачем ты здесь? — холодно спросил он.

— Дать клятву, — ответила я.

— Какую?

— Нерушимую.

Он прищурился.

— Обещаю уничтожить этот храм и всех, кто встанет у меня на пути, если ты не отдашь мне мальчишку «иного».

— Нет такого оружия, способного уничтожить меня! — зашипел он и кинулся на меня.

Однако его бросок оборвался, едва начавшись — внезапно мощная волна смертоносной силы отшвырнула его и впечатала в стену.

Я медленно подошла к нему и присев на корточки, с насмешкой сказала:

— Жизнь в уединении чревата проблемами. Никогда не знаешь последних новостей, — сказала я и, вонзив клинок с рукоятью, украшенной черным пером и жемчужиной ему прямо в грудь, тихо прошептала: — Такое оружие есть.

Я поднялась и, оставив Фициона разбираться с гадами, направилась в темноту, куда вели меня нити эфира, исходившие от чаши. Змеи под ногами расползались, сдерживаемые магией Мулоус, защищавшей меня.

Я налегла на тяжелую дверь, распахнула ее и вошла. В центре комнаты, в багровом свете, висел мальчишка лет двенадцати — высокий, худощавый, бледный, как сама смерть. Длинные иглы тянулись вдоль его позвоночника, выкачивая эфир.

Он поднял взгляд, и я замерла, встретившись с его пронзительно голубыми глазами.

— Прости, что так долго, я… — начала я, но он перебил:

— Я знаю, кто ты, Эделин, и знаю, зачем ты здесь.

Неприятный холод пробежал по моему позвоночнику. В тот же миг иглы в его теле потемнели и разрушились, будто их уничтожило само время. Багровое сияние угасло.

Пошатываясь, он сделал шаг вперед. Я выставила руки и подхватила его, удерживая от падения. Несколько мгновений он был в моих объятиях, впитывая эфир, чтобы хоть немного восстановить силы.

Неожиданно, отстранившись, он сорвал с моей шеи артефакт некроманта. Я инстинктивно протянула руку, пытаясь сказать, насколько он мне дорог, но он поднял свою ладонь, и вдруг время вокруг меня замедлилось.

Я в ужасе смотрела на свою руку, которая поднималась мучительно медленно, в то время как взметнувшиеся пряди моих волос плавно опускались вниз.

Его пронзительно голубые глаза встретились с моими. Он спокойно произнес:

— Я знаю, что это дар некроманта. И знаю, насколько он для тебя важен. Но этот артефакт станет твоей первой ошибкой.

Он раскрыл ладонь, и я увидела, как само время разрушило артефакт, от которого осталась лишь пыль.

Внезапно мое тело обрело подвижность. Я будто вернулась в реальность. Встретившись с ним взглядом, я, обжигаемая смесью злости и растерянности, потребовала объяснений.

— Не пройдет и ста лет, как ты используешь его, а Фицион создаст новый. А потом еще один. И еще. Ты даже не заметишь, как он превратится для тебя лишь в способ избегать проблем. Он станет уродливым узником болот, ресурсом, которым будешь пользоваться ты. Как «иные» для Змеерога или Легов.

— Нет! — я замотала головой, не желая верить ни единому его слову. — Этого не может быть. Это не правда! — сказала я, но он продолжил:

— Твое сердце ожесточится настолько, что ты не заметишь, как предашь даже Мулоус.

Я сжала кулаки, едва сдерживая себя.

— Да кто ты такой?

— Я Тэмиор. Я управляю временем.

Я выдохнула и посмотрела на него в замешательстве.

— Если ты способен управлять временем, почему позволил себя поймать?

— Потому что это единственный сценарий, в котором ты не просто выслушаешь меня, но и прислушаешься к тому, что я скажу, — ответил он спокойно, будто все шло по заранее спланированному плану. Его плану.

Сказать, что меня трясло, ничего не сказать. Страх сковал меня так, что ноги едва держали, а тело отказывалось мне подчиняться. Давно я не испытывала ничего подобного.

Когда я вышла в центральный зал, схватка уже была окончена. Фицион стоял посреди мертвых гадов, которые застыли в своих жутких позах, словно ожидая его приказа.

— Эделин? — произнес он, заметив меня. Подойдя ближе, он обхватил меня за талию и посмотрел встревоженными глазами. — Что произошло?

Я опустила голову на его грудь и тихо прошептала:

— Я боюсь его.

Фицион бросил взгляд через мое плечо.

Позади меня, в полутьме, стоял болезненно бледный подросток.

* * *

Мы вернулись на болота.

Однако едва мы вошли в старый замок, Тэмиор, не обращая внимания на нас, уверенно прошел через центральный зал заброшенного здания. Спустившись по ветхим ступеням в купальни, он ненадолго задержался там, прежде чем подняться на второй этаж. Не останавливаясь, он вошел в одну из готовых комнат и бесшумно закрыл за собой дверь.

— У меня ощущение, что он уже бывал здесь, настолько хорошо он ориентируется, — заметил Фиц, провожая его взглядом.

Я кивнула, подтверждая его догадку.

— Ты прав. Он действительно был здесь.

Фиц внимательно посмотрел на меня, ожидая объяснений.

— Фиц, он видит будущее. Хотя нет… — я тяжело вздохнула. — Он не просто знает его. Он может на него влиять.

Фиц внимательно посмотрел на меня, его взгляд задержался на моей груди, и он нахмурился.

— Твой артефакт… его нет, — заметил он, словно озвучивая свои мысли. — Не проблема, я создам новый.

— Нет! — воскликнула я в ужасе, прежде чем он успел продолжить. — Мы решили его уничтожить, чтобы у тебя больше не было желания отрезать себе фаланги.

— Эделин, — начал он, явно сомневаясь в правильности нашего решения, но я его перебила:

— Если ты создашь новый, я уничтожу и его. И следующий. Фиц, я уничтожу их все!

— Но твоя безопасность…

— Нет! Я даже слышать об этом не хочу! Моя безопасность не стоит того, чтобы ты лишал себя частей тела.

Выдохнув, я потянулась к нему и нежно поцеловала, стараясь смягчить резкость своего тона. В этом поцелуе я хотела передать не только извинение, но и свою твердую решимость: в моей жизни больше не будет артефактов переноса, созданных им.

Стоило мне отстраниться, как меня пронзила тревожная мысль. А с артефакта ли все началось?

— Фиц, — позвала я.

— Да?

— Лазары еще живы?

Он поморщился, прежде чем ответить:

— Да… Утопить их оказалось сложнее, чем я думал. Стоит их телам сбросить оковы и выползти из болота, как они снова начинают дышать. Если хочешь, я могу попробовать их сжечь?

— Нет, не надо, — быстро ответила я. — Дай мне с ними поговорить.

Если Фицион и удивился моей просьбе, то абсолютно никак этого не показал.

Я сидела посреди мрачной, холодной залы за массивным обеденным столом. Черные лианы, когда-то проникшие через разбитые окна, исчезли. Окна заменили на новые, но зал все равно осталась таким же холодным и мрачным. И что с этим делать, я совершенно не представляла.

Меня выдернули из мыслей трое мужчин, вошедших в зал. Их одежда была мокрой, покрытой грязью и болотной тиной, от них исходил тяжелый запах влажной гнили. На лицах, заросших щетиной и измазанных грязью, застыл животный страх. Они замерли у входа, боясь сделать лишний шаг.

Я холодно посмотрела на них:

— Господа, назовите мне хотя бы одну причину, почему я должна оставить вас в живых?

В зале повисла гнетущая тишина.

Вдруг один из них — рыжий, неожиданно выпалил:

— Я умею готовить!

Веская причина. В голове невольно всплыло воспоминание о едва съедобном вареве, которое обычно готовят зомби некроманта, и я поняла, что просто обязана дать ему шанс.

— Ты прощен и принят на работу, — сказала я, откидываясь на спинку стула и жестом приглашая следующего говорить.

— Я готовлю еще лучше, чем он!

Я недоверчиво приподняла бровь.

— Клянусь! — с жаром выпалил он.

Я поморщилась, уже предугадывая, что третий, вероятнее всего, объявит, что готовит лучше первых двух вместе взятых…

Так оно и вышло.

— Трех поваров на двух мужчин многовато будет, — заметила я.

Он побледнел, но быстро выдал:

— Я могу стены отремонтировать! Крышу перекрыть, мебель починить! Если надо, и печь сложу, и дров нарублю. Все что угодно!

Я чуть приподняла бровь, едва скрывая улыбку, пока он продолжал перечислять:

— Могу скотину ухаживать, ловушки на дичь ставить, огород разбить, даже кузницу обслуживать — был бы металл!

— Была бы кузница… — усмехнулась я и махнула рукой.

— Ладно, идите, приводите себя в порядок. Посмотрим, что из этого выйдет.

Они быстро развернулись и практически выбежали из зала.

Позже, уже лежа в кровати и нежась в объятиях Фицона, я тихо попросила навесить на них пару ограничений. Не хотела, чтобы они причинили вред «иным». За свою персону попросила отдельно. Я ведь больше не «иная», а вроде как смесь «иной» и лазара. Но так или иначе, а мне меньше всего хотелось внезапно умереть от какого-нибудь яда, а потом мучиться ожиданием, пока тело его выведет.

Утром я все же собралась с силами и постучала в дверь комнаты Тэмиора. Он сидел на кровати, одетый в коричневые штаны и бежевую рубашку.

Едва я открыла рот, чтобы задать единственный вопрос, как он ответил:

— Я сделаю все, чтобы этого не допустить.

Я медленно выдохнула.

— Тэмиор, было бы проще, если бы ты давал мне возможность задавать вопросы, которые меня беспокоят.

Тэмиор чуть наклонил голову.

— Зачем? Я знаю, что ты хочешь спросить. Ты хочешь знать, станем ли мы врагами.

— Да, но…

— Мой ответ ты уже получила.

Вот и поговорили.

* * *

Весь день я не находила себе места. Слова, сказанные Тэмиором, терзали мой разум. Я не хотела становиться чудовищем, не желала погружаться в безумие и нести смерть. Все чего я хотела, это защитить «иных», а теперь и дух, которого привязала к себе благородным обещанием.

Не выдержав, я вышла из замка, чтобы остаться наедине с собой. Найдя укромное место в тени полуразрушенной стены, я тихо позвала:

— Мулоус.

Дух дочери первого короля лариусских земель появилась передо мной.

— Ты ведь все слышала? — спросила я. — Про мое превращение в чудовище, про предательство.

— Слышала, — спокойно отозвалась она.

— Мулоус, — я подняла на нее глаза, — пока этого не произошло, я хочу, чтобы ты нашла способ разорвать нашу связь.

— Я не буду этого делать, — ответила она твердо.

— Тогда это убьет тебя.

— Не убьет.

— Хотела бы я быть такой же уверенной, как ты, — сказала я, опуская взгляд.

Мулоус положила ладонь мне на плечо, заставив посмотреть на нее.

— То, о чем сказал Тэмиор, не случится, — произнесла она.

— Ты говорила с ним? — спросила я.

— Нет, — ответила Мулоус, слегка улыбнувшись. — Я просто это знаю. Фицион, я, Нэрийи и Тэмиор — мы не допустим этого.

Я быстро отвела взгляд, сжав губы, чтобы не дать эмоциям взять верх. Но слезы все равно предательски блеснули, обнажая то, что я пыталась скрыть.

— Спасибо, — едва слышно прошептала я.