Глава 30.

Ева

За столиком в кафе Даниил и Лена оживленно о чем-то разговаривали. Два незнакомых человека смогли найти общий язык. Смотрела на них и на лице каждого видела живой интерес друг к другу. Значит, не зря старалась, устроив им эту встречу.

Лена смотрела прямо в глаза мужчине и о чем-то рассказывала, активно размахивая руками. Улыбнулась. Она всегда была эмоциональной, также мне нравилась ее прямолинейность и готовность помочь. Даниил же внимательно слушал ее, изучая подругу глазами. Видимо, она ему понравилась.

Я же стояла около входа и наблюдала за ними. И мне не хотелось нарушить их уединение, хотя и была приглашена на встречу. Чувство, что я там буду лишняя, дало о себе знать, но я была рада за них. На меня же накатилась такая усталость, что я еле держалась на ногах. Достала телефон, чтобы позвонить им и предупредить, что не смогу с ними встретиться, да только не успела. Лена, словно почувствовав мой взгляд на себе, повернула голову и в упор смотрела на меня. Даниил проследил за ней и наши глаза встретились. Они виновато улыбнулись, словно были повинны в чем-то и их только что поймали. Мне ничего не оставалось, как пройти внутрь и подойти к ним, что я и сделала, заставив себя улыбнуться и на время забыв об Антоне.

‒ И когда свадьба? ‒ задала я прямо вопрос, дабы избежать ни к чему не нужных объяснений с их стороны, видя, что их состояние поменялось. ‒ Не обещаю, что приду, с моей работой все непредсказуемо.

И Лена, и Даниил виновато засмущались.

‒ Да ладно вам, я же ради этого и устроила эту встречу, чтобы вы познакомились. Что вы как не родные? ‒ и присела напротив них.

В скором времени напряженность между нами ушла. Я в основном слушала, лишь изредка отвечая на вопросы, адресованные мне, и неспеша цедила вино из бокала. Живой интерес к нашей беседе появился лишь тогда, когда Даниил упомянул Чернова.

‒ Хорошим, кстати, мужиком, оказался. Сам нашел меня в столице, помог в сложном деле, поговорил с одним из свидетелей, чтобы тот согласился дать показания. Я из-за него и задержался в городе. Сказал, что узнал от хорошей знакомой, что мне нужна помощь. И не стал скрывать, что его дочь у тебя лечится. Кстати, как он тебе? ‒ Даниил еле успел задать свой вопрос, когда Лена ткнула его в бок локтем. ‒ Ай! Ты чего дерешься?

В голове крутились противоречивые мысли. Получается, он не причастен к тому, что у Даниила дела шли плохо? Не мог же он в начале попросить своего знакомого отказать в помощи, а спустя некоторое время уже требовать обратное? Или все-таки мог?

‒Что еще он говорил? ‒ для моего уставшего состояния голос прозвучал слишком требовательно, что даже Лена взглянула на меня с интересом и удивлением. Ее глаза расширились еще больше, когда я осушила один бокал и сразу его наполнила.

Даниил не понял Лену, из-за чего она пихнула его в бок. Он все свои мысли обратил на Антона, перевел взгляд с моей подруги на меня и начал пересказывать их встречу в столице.

‒ Как он на меня наткнулся и нашел, я не знаю, но он сам подошел ко мне, когда я обивал пороги человека, что должен был стать свидетелем. Представился, сказал, что он твой хороший знакомый, что его дочь лечиться у тебя и поинтересовался, что я тут делаю. Я и рассказал, что возникла проблема с одним из людей, который славится в определенных кругах, что из-за него никак не могу вернуться в родной город. Он и предложил свою помощь, потом пригласил посидеть где-нибудь. За рюмкой-другой разговорились. Только он все темы разговора плавно переводил на тебя, ‒ и Даниил взглянул на меня с любопытными глазами. ‒ Я этого вначале не понял, да и алкоголь в голову ударил, а он все спрашивал, как с Евой Александровной познакомились и где. Затем все допытывал про мои чувства к тебе. Да так аккуратно, что я выложил все на духу. Смотрю, глаза его гневно на меня смотрят после этого, да и кулаки сжал. Что-то тут нечисто. Ну и признался, что ты меня из-за одной сволочи отшила, даже шанса не дала. И он задумался, ушел в себя. Затем быстро куда-то собрался и уехал. Я же в город вернулся. Что с ним не так-то?

На его вопрос я промолчала, лишь повторно долила вино в бокал. Хотелось напиться и хоть на время забыться от боли.

‒ Ева, может, не стоит? ‒ Лена ласково коснулась моей руки.

‒ Это для успокоения души, да и чтобы залить печаль сердца, ‒ ответила я, закручивая ножку бокала в руке и следя за красной жидкостью.

‒ Да что происходит то? ‒ задал вопрос, ничего не понимающий Даниил.

За столом наступила тишина. Лена знаками пыталась передать Даниилу, чтобы он не лез ко мне с лишними вопросами. Я мне сегодня хотелось выговориться.

‒ Ничего. Просто та моя история связана с ним. Это он приехал к нам в город и всё тут перевернул. Сегодня же заявился его отец, как и тогда, в молодости. И я уверена, что Чернов уже сделал нужный ему выбор и в данный момент находится на полпути в столицу, к себе домой.

‒Нет, не находится! ‒ его стальной и наполненный гневом голос я бы смогла узнать среди тысячи других.

***

Даниил и Лена вздрогнули от неожиданности и синхронно посмотрели на Чернова, я же выпила очередной бокал и налила снова. И даже не думала повернуть голову, чтобы взглянуть на него. Я знала и так, что Антон зол и в гневе, не из-за пылкой же любви ко мне он выследил меня и стоит тут перед моими очами, мысленно проклиная, на чем свет сошелся. Его взгляд прожигал мне спину, от чего у меня по спине бегали предупреждающие мурашки.

‒ Присаживайся, раз нашел, ‒ и я жестом указала на соседний стул.

Ошеломленные происходящим, Лена и Даниил сидели молча, только взгляд переводили то на меня, то на него.

‒ Нам надо поговорить, ‒ Антон и с места не сдвинулся.

‒Мне от моих друзей скрывать нечего. Присаживайся и говори, что ты от меня хочешь.

‒ Лучше наедине, ‒ и его голос стал менее звенящим от несдерживаемых чувств. Растет человек.

‒ Я уже тебе свое слово сказала, и менять его не собираюсь. Говори, зачем пришел либо уходи, ‒ «и без тебя тошно» хотелось добавить в конце, но сдержала себя.

Зачем кому-то говорить о том, что у тебя в душе буйствовал настоящий ураган. И он все рушил, сравнивая с землей все, что бы это не было. Но внешне ты спокойна, по твоему уставшему и грустному лицу никто не скажет, что внутри ты сломана-переломана и перегорела…

Антон присел рядом, когда я поднесла к губам бокал, уже забыла который по счету. Наполнила бокал снова под пристальные взгляды всех троих.

‒ Что празднуем? ‒ не убирая с меня своего взгляда, поинтересовался он у других.

‒Кхм… Так мы это… ‒ под красноречивым взглядом Лены ничего путного не смог выдавить Даниил. ‒ Празднуем мое возвращение в город.

‒ И наше первое свидание, ‒ и подруга миленько так улыбнулась мужчине рядом, но с таким посылом, что мне аж самой стало страшно.

‒ Пожалуй, и я к вам присоединюсь, ‒ и Антон подозвал официанта.

Пока несли заказ, никто из нас не разговаривал. Троица сидела и кидала взгляды друг на друга, то ли изучая, то ли пытаясь дыру прожечь. Я же сидела и смотрела на свой бокал, который, от чего-то, быстро пустел. Как удерживала себя от того, чтобы хоть на секунду полюбоваться Антоном. Мне так и хотелось поднять голову, повернуть ее на все девяносто градусов и изучать его лицо, сравнивая с тем, что хранилось у меня в голове еще с молодости. Он изменился с тех пор. У меня мурашки бегали по телу, приятные, что даже усталость куда-то подевалась. И мысли такие в голове, глупые. Раз он здесь, это что-то да и значит. Или же он решил задержаться тут, а меня нашел лишь для того, чтобы объясниться? Да и алкоголь в голове мешал мне трезво мыслить. Вот зачем надо были пить? Знала бы, что Чернов заявиться следом за мной, ни капли бы в рот не взяла. Теперь сиди тут и мучайся от своих же мыслей.

‒ Принесите еще, ‒ и я указала на пустую бутылку вина, когда официант принес заказ Чернова.

‒ Спасибо, не стоит, ‒ и Антон отправил его восвояси, пока я не успела опомниться. ‒ Тебе хватит.

Я взглянула на него, имея целый набор слов, чтобы выговорить ему, но сразу закрыла рот, когда встретилась с его глазами. Они не обещали ничего хорошего, если я ослушаюсь, и буду гнуть свою палку, но также в них была просьба, мольба и нежность. Как можно умещать в одном взгляде столько чувств и эмоций?

‒ Думаю, что нам пора, ‒ с этими словами Антон встал и подал руку мне.

‒ Я не была дома уже столько дней, я поеду с Леной, ‒ но он не убрал руку даже после моего ответа.

‒ Нам надо поговорить. Сегодня и сейчас! И наедине! ‒ голос снова стал холодный и резкий, затем он наклонился ко мне и прошептал в ухо, чуть ли не касаясь его. ‒ Если же ты хочешь устроить сцену, то я могу. Взвалю тебя на плечи и вынесу отсюда, как мешок картошки. Тогда сегодня ты точно не попадешь домой. Поговоришь со мной, то я отвезу тебя туда, куда пожелаешь. Без лишних вопросов.

Я повернула голову, и губы Антона мазнули легким поцелуем по моей щеке. И я забыла обо всем, лишь чувствовала, как горячий след его губ отдавал жаром. Лена пнула меня по ногам и кивнула головой, мол «иди, что артачишься». Голова думать отказывалась, сердце скакало и желало разговора с ним. И я поддалась. Попросила Лену предупредить отца и без лишних сомнений вложила руку в ладонь Антона. Он ее стиснул и повел меня за собой. Я еле успела попрощаться с друзьями.

На улице он потянул меня в сторону своей машины, усадил меня, как маленькую девочку, но двигались мы не в сторону моего дома.

‒ Но, ты же говорил… ‒ не успела я задать свой вопрос, как он резко затормозил. Слава ремням, иначе поцелуй с лобовым стеклом был бы мне обеспечен.

‒ Ева, помолчи немного, пока мы не доедем в то место, где мы можем поговорить спокойно, где никто нам не помешает. Иначе я за себя не ручаюсь. И это не угроза, только предупреждение, ‒ он выдавливал из себя слова, стискивая руль, что побелели костяшки пальцев.

‒ Как же домой? ‒ тихо спросила я и сразу за этим была притянута к Антону настолько, насколько позволяли ремни.

‒ Молчи, пожалуйста, ‒ проговорил он мне в губы и поцеловал…