Глава 22
- Совсем не жду, - испуганно отзываюсь, выпутываясь из под тяжёлой ткани балдахина.
Нет, мысль, конечно, промелькнула: лечь и принять соблазнительную позу, но...
Сердце от испуга грохочет в груди оглушительно громко. Кажется, что дракон это непременно услышит. А ещё услышит мои мысли... И это пугает ещё больше, хотя, кажется, что это невозможно.
- Ещё немного и я буду думать, что ты решила меня соблазнить, раз прячешься в моей постели, - с интересом отвечает Арден, неспешно подходя ко мне.
Затем мужчина помогает мне освободиться от плена балдахина, с лёгкостью отбрасывая тяжёлую ткань на пушистый ковер возле кровати.
Складывает руки на груди и едва наклоняет голову набок, рассматривая меня, как диковинку. На чувственных губах виднеется едва заметная усмешка, а во взгляде красуется необычная хитринка. И она так гармонично сочетается с тонким вертикальным зрачком мужчины, что я на мгновение забываюсь и любуюсь.
Но тут же спохватываюсь и взгляд ползет вниз.
Черная рубашка с закатанными по локоть рукавами расстегнута на две верхние пуговицы, отчего вид у Ардена небрежный, но очень привлекательный. Испуганно замираю, понимая, что мысли вновь идут не в ту сторону. И отчего-то эти непонятные, непривычные ощущения физического притяжения просыпаются лишь в его присутствии. Ох уж эта Истинность...
Он вкрадчиво смотрит в мои глаза, будто силясь что-то прочитать в них. Стоит настолько близко, что я чувствую пьянящий и будоражащий запах его парфюма с нотками мускуса и прохлады. Я чувствую его горячее дыхание и жар его тела, что исходит от дракона.
На мгновение, залюбовавшись его бездонными глазами, скольжу взглядом по его накаченным рукам и торсу. Провожу пальцами несмело по тонкой ткани рубашки на груди, будто изучая и едва ощутимо касаясь. Рельеф его мышц хорошо выступает под неплотной тканью.
Действия больше машинальные, будто неосознанные. И оттого кажется, что будто бы это вовсе нормально - вот так гладить малознакомого мужчину. Дракона. Именно с ним, все мои мысли , словно птицы, разлетаются всегда в разные стороны.
Арден с хладнокровным спокойствием наблюдает за моими движениями и, поймав за запястье, деликатно останавливает, гулко выдыхая.
- Элла, мне льстит твой интерес, - низким, чуть с хрипотцой, голосом произносит драконорожденный. - Но...
- Ты хоть раз можешь не быть таким джентльменом? - тихо отзываюсь, шумно вздохнув.
Так остро хочется просто прижаться к нему, всё рассказать. О том, что я вынуждено подложила ему драконит под постель. О том, что это всё Девиал, но слова словно застревают где-то в горле.
Сейчас мне меньше всего хочется видеть в нём такого порядочного и сдержанного мужчину. То ли Истинность, то ли скопившаяся усталость, но я поддаюсь этой физической тяги к нему даже не сопротивляясь.
- Я не хочу, чтобы ты сожалела, если я решу прямо сейчас и здесь переступить черту, - чуть тише, бархатным голосом отвечает Арден.
Но его рубиновые глаза говорят об обратном. В них горит яркое желание. Одному ему известное...
Безопаснее всего для нас обоих перевести тему.
- Как долго ты будешь экспериментировать с чужими душами? - вновь с сожалением вспоминаю бедолагу Павла, ставшего в секунду генералом в чужом мире и куклой в чужих магических руках.
- Хочешь, чтобы я остановился? - изгибает бровь мужчина.
Я киваю неуверенно. Хотя, на что я тут вообще могу повлиять?
Улыбка едва касается уголка манящих губ Ардена. И тот, резко притянув меня к себе горячей рукой за талию, второй рукой зарывается в мои волосы. И, вдохнув их запах, прикрывая глаза произносиь:
- Хотел бы я сказать, что всё готов бросить, но не хочу лгать. Да, я мог бы всё оставить и больше к этому не возвращаться, но я не тот дракон, которым можно управлять через Истинность, Элла. Хотел бы я быть другим.
Он отстраняется и убирает руки с моей талии.
Опускаю взгляд и шумно выдыхаю. Ну, вот, а я почти ощутила себя особенной.
И тут же не к месту вспоминаю разговор с девочками. Что они там говорили? Чешуйка, клок волос или слюна. Это для зелья чужого облика. А надо ли оно нам? Да и вообще, как они себе представляли, что я буду это добывать?
Оценивающе скольжу взглядом по мужчине. Как слюну добыть? А клок волос? А чешую?
Попросить его плюнуть в платочек? Или вырвать клок волос и сказать, что это в порыве страсти?
Господи, что вообще за мысли сейчас в моей голове!
Мой взгляд Арден расценивает по своему, видимо.
- Как ты себя чувствуешь, Элла? - вкрадчиво произносит мужчина, словно препарируя взглядом мои глаза.
- Нормально, - отзываюсь тихо, а во рту тут же пересыхает от волнения.
- Так что ты здесь делала?
Заблудилась? Решила прилечь отдохнуть в его покоях?
Ни одной здравой мысли в свое оправдание не проникает а голову. Я с сожалением отмечаю, что вряд-ли бы даже солгать смогла бы. Кому угодно, но не Ардену Дэвису, который, кажется, любую ложь раскусит на раз-два.
Под юбками платья, немного оттопыривается справочник по драконитам. Кажется, что ленты ослабли и вот-вот он с позорным грохотом свалится на пол. А потом придется объяснить, что я не со зла утащила эту книгу. И вообще...
- Как вернуться в мой мир? - выпаливаю я вопрос, который спасением приходит в голову.
Кажется, мне удается удивить мужчину. Он убирает пальцы от моего лица и задумчиво рассматривает меня.
- Никак. Ритуал притягивает в момент проведения только те души, которые покидают своё тело и ищут пристанища.
С болью вспоминаю звук скрежета сминаемого металла, дождь и яркие фары грузовика...
Моего тела там больше нет. Бабушка так и не дождалась своей внучки в тот злополучной день. А мой бывший муж с подругой-предательницей абсолютно спокойно живут сейчас в мире и согласии.
Опускаю взгляд в пол и наконец доходит до меня: теперь я живу здесь. До конца своих дней. В новом для меня мире, непонятном и с магией. И только от меня зависит, как сложится моя судьба дальше.
Значит, и этот Павел в теле генерала, больше мертв, чем жив в нашем мире. А он ведь даже не понимает этого! И так жалко этого Павла становится, что мигом ощущаю, как глаза увлажняются.
- У него "ласточка" в гараже не обьезженная стоит, а он даже не в курсе, что умер в нашем мире, - дрогнувшим голосом жалуюсь.
- Вы летаете там на птицах? - с любопытством отзывается Арден.
- На железных, - вяло поясняю я, - самолёты. Они у нас так называются...
- Расскажешь мне?
Арден проходит неспеша по комнате и занимает кресло. Кивает мне на кресло напротив его.
А я с облегчением выдыхаю. Предаваться воспоминаниям болезненно, конечно, но зато смена темы разговора приходится кстати.
И я рассказываю обо всем, что ещё пока хорошо помню. Но, кажется, что все эти знания и воспоминания ускользают от меня, рассыпаясь о новый быт в новом мире. Кажутся такими далёкими и почти игрой собственного воображения. Я рассказываю всё, что поведала девочкам, рассказываю даже о своей жизни...
Арден слушает молча, не перебивает и изредка задает вопросы. И от этих воспоминаний становится грустно. Но ладонь мужчины тут же находит мою. Он крепко сжимает мои пальцы и тянет меня на себя, вынуждая забраться ему на колени.
Я обвиваю его шею руками, лбом утыкаюсь в его шею и теперь ощущаю, как он бережно и мягко оглаживает мою спину. И от этого становится так тепло, уютно и хорошо, что как-то незаметно для самой себя я начинаю дремать...