Глава 8

Эла

– Долго еще? У тебя скоро руки отвалятся, – нахмурилась я.

– Не отвалятся, не переживай, – хмыкнул он в ответ, и не думая отпускать меня на землю.

Судя по тому, что сообщили мои электронные часы, с тех пор как мы бросили свою машину и отправились в это сомнительное путешествие по лесу, прошло почти три часа.

– Очаровашка…

– Что? – настороженно спросила я: ох и не понравился мне его тон!

– Кажется, мы заблудились, – вздохнул Арман.

– Что? – повторила я как попугай.

– Ты только не пугайся! По моим расчетам, мы должны были выйти на трассу еще полчаса назад, но уже почти стемнело, а дороги не видно. Мы сейчас на опушке, будет глупо продолжить путь в темноте, лучше дождаться утра и…

– Ты шутишь?! Ты предлагаешь переночевать в лесу?! – взвизгнула я, совершенно не обратив внимания на то, что он просто стоит, всё еще держа меня на весу. Я была настолько шокирована, что даже не потребовала спустить себя на землю.

«Хорошо всё же, что я миниатюрная. Посмотрела бы на него, если бы ему пришлось тащить какую-нибудь дылду! Вмиг бы силушки свои богатырские растерял», – совсем не к месту мелькнуло в голове.

– Боюсь, другого выхода у нас попросту нет. Хорошо еще, что сейчас лето, ночи должны быть теплыми. Давай я положу тебя и соберу, из чего нам развести костер? – словно о чем-то обыденном рассуждал он, пока я пребывала в жуткой панике от перспективы провести ночь в лесу.

Сейчас меня пугало даже не то, что мне предстояла ночь с ним наедине, хотя, чего лукавить, это тоже доставляло мне определенное беспокойство. Хуже всего было то, что я до жути боялась животных. В лесу же обитают звери? Или еще хуже – змеи! Я же с ума сойду от страха!

– Пожалуйста, давай попробуем найти дорогу! – взмолилась я, когда почувствовала, что меня усадили на траву.

– Ну чего ты, Очаровашка? Не бойся, я бывал в переделках куда похуже, и ничего, жив-здоров. – Гад опять бесцеремонно стянул с меня очки. – Пусть пока побудут у меня. Я даже ужин для нас организую, – не замечая моей нервозности или уже воспринимая ее как данность, сказал он.

– Мне страшно, – призналась я, потеряв всякую гордость.

– Страшно? – словно сама мысль о страхе с моей стороны была абсурдна, переспросил он.

– Я боюсь животных. До жути! И змей боюсь! А вдруг…

– Ничего не «вдруг»! – перебил меня Арман, не дав закончить. – Я сейчас разведу костер и буду поддерживать его всю ночь. Поверь мне, обитатели этого леса не сунутся к нам. Они боятся не меньше тебя, и потом, не думаешь же ты, что я позволю какой-нибудь лесной зверушке съесть тебя? – игриво спросил он, проводя пальцем по моей переносице к носу. – Ты мне самому нужна…

Я смутилась.

Взяла и смутилась от интимных ноток, прозвучавших в его голосе! Не испугалась, как должна была, нет, а покраснела, как школьница, которой впервые сделал комплимент понравившийся парень!

Не знаю, что произошло и почему замер Арман, но я сидела словно загипнотизированная, не в силах пошевелиться.

Как ему вообще удалось дотронуться до меня, не вызвав во мне омерзения? Шершавые пальцы спустились к губам, отрезвляя меня, и я дернулась в сторону, разрушая этот странный морок, что окутал мою голову.

– Сиди здесь, я буду рядом, – хрипло проговорил он, вскакивая на ноги и отдаляясь от меня.

Кажется, я вновь разозлила его.

Арман

Каким-то чудом сдержавшись от того, чтобы не накинуться на нее, я, дав знак своему человеку, направился в его сторону.

Знаю, многие бы посчитали, что у меня не всё в порядке с головой, ведь только сумасшедший мог наматывать круги по небольшому парку, выдавая его за лес ничего не подозревающей слепой девчонке.

Но план созрел, как только я узнал, что наша запись к врачу переносится. Стоило мне подумать, что по прибытии в отель Очаровашка снова замкнется в себе, как меня посетила эта безумная идея.

Надо отдать ребятам должное, они быстро нашли подходящее место и договорились с владельцем за баснословную сумму о полном уединении.

Было сложно не выдать себя, заметив, как упрямится Эла, продолжая идти самостоятельно, несмотря на мое предложение взять ее на руки. Я даже не подозревал, что в этой малышке столько упрямства, но даже это мне в ней нравилось.

А какое удовольствие было в том, чтобы наконец-то дотронуться до нее, держать в своих руках.

Главной причиной всего затеянного мной была надежда на то, что стрессовая ситуация, пусть и созданная мной искусственно, поможет нам сблизиться, и Эла наконец сможет начать хоть немного мне доверять.

Когда в самолете у нее началась паническая атака, я чуть с ума не сошел. Злость на тех, кто являлся причиной нестабильности ее психического состояния, затмила разум, и я с трудом сдержался, чтобы не разгромить чертов самолет.

Главное – вернуть ей зрение, а дальше я разберусь. Судя по отчетам врачей, потеря зрения усугубила ее страхи. И пока она не начнет видеть, я не смогу сблизиться с ней без того, чтобы не вызывать ужаса и страха, ставших для нее уже привычными в чужом присутствии.

– Босс, вы уверены, что стоит тут ночевать? Может, скажете, что нашли дорогу, и вернетесь в отель? – тихим шепотом, хотя мы и стояли в отдалении от того места, где я оставил Очаровашку, спросил меня телохранитель.

– Нет. Будьте поблизости, но так, чтобы вас не было слышно, понял? – с нажимом спросил я, не желая пререканий.

– Да, босс.

– Вот и отлично, теперь исчезни.

Схватив охапку приготовленных дров, я направился обратно к моей Очаровашке, издали любуясь ее напряженной мордашкой. Когда я нес ее на руках, самым большим испытанием стало не сцеловать это напряжение с ее поджатых губок.

С ней мне всегда хотелось вещей, о которых я и помыслить не мог с другими девушками. Нежность, забота, теплота – всё это было непривычным для меня, когда дело касалось секса и девушек. Эти эмоции я позволял себе только по отношению к брату и сестре, но каким-то образом Очаровашка смогла стать одной из тех, кому я хотел дарить свою заботу.

Мне хотелось видеть улыбку на ее лице, а не ожидание нападения и страх. Я бы не смог ее обидеть, даже если бы захотел.

– Не замерзла? – завозившись с дровами, спросил я ее как можно непринужденнее.

– Нет, – односложно ответила Эла, сидя всё так же напряженно и обнимая колени руками.

– Не бойся, тут никого нет: ни зверей, ни людей.

– Никого, кроме тебя, – завела она свою любимую песню.

Я не стал ей отвечать, прекрасно понимая, что в завоевании ее доверия слова мне не помогут.

– Знаешь, а ты не та мышка, которой я привык тебя считать, – поддел я ее, садясь рядом и доставая из рюкзака снедь. – Голодная? У меня тут кексы, чипсы и шоколадные батончики, – перечислил я содержимое рюкзака. – Есть еще зефир. Хочешь, поджарю на костре?

Эла слепо моргнула, прежде чем нахмуриться. Было уже темно, но фонари, о которых она и не подозревала, прекрасно освещали всё вокруг, так что я мог беспрепятственно наблюдать за ней.

– Хочешь чипсы? –  спросил я вновь.

Она замялась, явно не решаясь что-то сказать, но я уже видел: что-то не так.

– В чем дело, Очаровашка? – требовательно спросил я.

– Я… Мне надо в туалет, – покраснев как рак, выдавила она из себя то, о чем я даже не подумал!

– И в чем проблема? – как можно непринужденнее спросил я. – Вокруг полно кустиков.

Эла

Я чуть не задохнулась от возмущения, открывая и закрывая рот, словно рыба, выброшенная на берег. Слов не находилось, а все связные мысли от смущения покинули голову.

Негодяй явно веселился! Выцарапать бы ему его наверняка бесстыжие глаза!

– Пойдем, отведу тебя, – сжалился он надо мной и потянул в сторону.

Чертово предательское тело даже не вздрогнуло от его прикосновения!

– Откуда мне знать, что ты не будешь подглядывать? – не двигаясь с места, спросила я.

– Нам что, по пять лет? – хрипло рассмеялся Арман, находя всё это забавным.

– Это не смешно! – тут же ощетинилась я, уставшая и нервная от событий прошедшего дня.

– Даю тебе честное слово, что не буду смотреть. Я даже уши заткну, если это тебя успокоит! – примирительно, но с нотками ехидства пообещал он.

Промолчав на это обещание, я все-таки позволила ему себя проводить и, подождав пока он отдалится, нервно спросила:

– Точно не смотришь?

– Знаешь, Очаровашка, у меня такое ощущение, что ты хочешь, чтобы я смотрел.

– Придурок! – прошипела я сквозь зубы, наконец решаясь стянуть с себя штаны вместе с трусиками и сделать свои дела. Ну не могу же я описаться, в самом деле?!

Еще неизвестно, что хуже!

Наспех застегнув пуговицу джинсов, я на ощупь двинулась вперед, не желая, чтобы Арман увидел место, где я писала, как бы глупо это ни звучало. До первого дерева я дошла без происшествий и, так как никто меня не остановил, поняла, что Арман действительно не наблюдал за мной. Может, он не так уж и плох.

– Ай! – отскочила назад, наткнувшись на что-то, что находилось на уровне моих коленей.

Ощупав эту вещь, подозрительно напоминающую мусорный бачок, обычно стоящий в общественных местах, я насторожилась.

Что он мог делать в лесу?

Неужели этот гад обманул меня?!

У меня просто слов не нашлось, чтобы описать, насколько я разозлилась! Протащить меня черт знает где, чтобы… Чтобы что? Зачем ему вообще это понадобилось?!

– Ах ты, сволочь! – прорычала я, не видя причин сдерживаться.