Глава 2

…От запаха, царившего в больницах, у меня всегда болела голова. И вот сейчас, находясь в коридоре, который буквально слепил своей белизной, я кусала губы и бездумно смотрела в пол.

Не пустили. Дашка потеряла сознание, и у меня не получилось её привести в чувство. Изначально паника захлестнула с головой, хотелось метаться по комнате и кричать. Но, слава богу, это лишь промелькнуло яркой картинкой перед внутренним взором, и я, вскочив на ноги, быстро вызвала скорую помощь.

Сердце колотилось как бешеное. Дочка выглядела такой бледной, такой худенькой… Боже, не зря соседка говорила, что ей не хватает витаминов. Что в школе слишком большая нагрузка, а ребенок постоянно бегает в художку.

Я даже не заметила, что всю дорогу в душной кабине машины сидела, сжимая в руках плюшевого сиреневого слоника, которого Дашка как-то прицепила на мои ключи. Слоники у неё были везде, постоянно.

- Нет зверя полезнее, чем слон, - любила Дашка заявлять с такой важностью, что каждый раз я с трудом сдерживала улыбку. – В Индии, например, это священное животное.

- Женщина, вам плохо? – поинтересовался молодой высокий врач.

Я невольно вздрогнула, только что осознав, что мне положили руку на плечо. Сделала судорожный выдох. Да, мне плохо. Плохо. Там, за дверью что-то делают с моей дочерью, но меня не пускают. Сказали своё стеклянное: «Подождите тут, не нервничайте».

Легко им!

- Нет… порядок, - заторможено ответила я, глядя в обеспокоенные серые глаза. – Просто переживаю за дочь.

Врач быстро кинул взгляд на указанную мною палату, потом кивнул:

- Хорошо. Если почувствуете что-то не так – не сидите. Ребенку нужна здоровая мать.

Я не успела ничего ответить – его отозвали. Но слова зажгли огонёк надежды и аккумулировали силы, которых ещё несколько секунд назад не было.

Загнав подальше беспокойство, я выпрямила спину и машинально откинула волосы назад. И именно в это время выглянула медсестра и позвала:

- Анна Николаевна, зайдите, пожалуйста.

***

- И что же с Дашкой? – поинтересовалась Лариска, быстро растыкивая бумаги по папкам.

– Пока диагностировали вегето-сосудистую дистонию, - вздохнула я, вновь чувствуя, как внутри ворочается червячок угрызений.

Отвратительная мать, не досмотрела, не смогла. Вечно по уши в своей работе.

- Но будут ведь обследовать, верно? – уточнила подруга.

Папки с грохотом свалились со стола, Лариска чертыхнулась и принялась их собирать. Я присела рядом, помогая ей.

- Будут, - кивнула. – Сегодня должны сказать диагноз.

Вчерашний вечер хоть и заставил здорово понервничать, но как-то вот так сложилось, что врачи сумели заверить меня в том, что всё будет хорошо. Ну… во всяком случае, что Дашке ничего не грозит.

Поэтому план созрел в мгновение ока: возьму справку, договорюсь в школе, подам заявление и на недельку махнем на море. Да, сейчас только начало мая, но всё равно очень тепло и… Для здоровья полезен сам морской воздух, не обязательно же плавать постоянно. А потом ещё летом съездим.

Приободрившись, я позвонила дочери. Минут десять поболтали, она заверила меня, что всё в порядке и чувствует себя прекрасно.

От сердца отлегло, и остаток дня я проработала со спокойной душой. Лариска убежала раньше: очередной свидание с горячим кавалером. Я только покачала головой, мысленно прикидывая, каких вкусняшек куплю после того, как заеду в больницу. Дашка будет рада до ужаса. Вот возьму её любимого белого шоколада и йогуртов.

Окрылённая и в прекрасном настроении, я закрыла офис и быстро спустилась на парковку. Красная «мазда» сиротливо стояла одна. Да уж, не зря звание трудоголика ко мне прилипло намертво, ничего не поделать. Зато мы с дочкой ни в чем себе не отказываем!

Насвистывая бодрый мотивчик, я села за руль.

Небо затянуло тучами. Вспомнились прогнозы синоптиков: последние три дня обещали дождь, но он, словно играл с людьми, только пугал, но так пока ни капли на землю не проронил. Ничего, скоро будем на юге, там даже если прольется вода с неба - не страшно. Дождь и море — это так же прекрасно, как солнце и море. Вот чистая правда!

В этот раз я забежала в холл и тут же оказалась возле стойки регистратуры.

- Самойлова Дарья? – уточнили у меня.

– Да.

—  Игорь Сергеевич вас ждёт.

Вчерашний маршрут, знакомый кабинет. Меня попросили подождать немного. Я села с краешка на стул и задумчиво заскользила взглядом по окружающей обстановке. Дверь открылась, и появился врач… который интересовался вчера моим самочувствием. Удерживая в руках какие-то бумаги, он явно думал о чем-то своём, не очень радужном. 

Как же я вчера была невнимательна: не сообразила, что вести нас с Дашкой будет именно он… Заметив меня, мужчина на мгновение замер, словно не ожидал увидеть, и тут же чуть нахмурился.

- Здравствуйте, Анна Николаевна.

- Добрый день, Игорь Сергеевич. Что скажете?

Он прошёл на своё место, сел. Медленно отложил бумаги в сторону и посмотрел на меня. И сама не знаю, почему, но по позвоночнику пробежал холодок. А ещё стрелки белых часов, висевших на стене, вдруг стали тикать с оглушительной громкостью.

- Анна Николаевна… - начал он.

Я невольно вцепилась пальцами в сумочку, горло перехватило невидимым обручем.

- Боюсь, у вашей дочери лейкемия.

***