Глава 22

/Аня/

— Эй! — крикнули откуда-то сверху. — Ты там жива? Эй! Василиса Анатольевна, она молчит. Не шевелится.

— Вот и славно.

Я открыла глаза, чувствуя жгучую боль в левом плече. Щурясь,  посмотрела на деревянную стену перед собой, и сразу холодок пробежал по позвонку — все вспомнила! Даже то, как меня неаккуратно спускали по лестнице, задев плечом стену и швырнув на какой-то отсыревший соломенный тюк.

— Отойди ты оттуда, хватит задирать половик. Пусть себе лежит, она у тебя что, есть просит?

— Нельзя же так, — Ольгин голос звучал испуганно, — может, вы много лекарства добавили?

— Может и много, — не стала спорить женщина, — поделом ей. Да, моя девочка? Да, моя красавица?

Она засюсюкала, и сразу послышался плач младенца. Дальше началась возня с ребенком, уговоры поесть и не капризничать… Про меня снова забыли. И я, раскрыв от ужаса глаза, облизнула пересохшие губы и тихонько вздохнула, выпуская облако пара. Ноги и руки онемели, тело начало колотить. Сколько я так пролежала в подвале? Час? Два? Сутки?!

А как же Даша?! Кто ей поможет теперь, когда я здесь?! И ведь никто, ни единая душа, не знает, где я и с кем.

Паника охватила со всех сторон, я попыталась мыслить трезво, но толком ничего не выходило. Аня, возьми себя в руки. Дальше нельзя так лежать и ничего не предпринимать. И в то же время я не могу выйти из подвала, ведь они могут сделать что угодно… Сволочи, господи, как такими можно быть?

- Василиса Анатольевна, - донесся голос испуганный голос Ольги, - так что…

- Давай, собираемся, - скомандовала та, и от этого тона у меня по спине пробежали мурашки. – Нечего больше тянуть, как раз успеем на последнюю электричку.

- Но я так не могу! – взвилась Ольга. – Она жива там! Мы не можем бросить человека в подвале на верную смерть.

Сердце заколотилось как сумасшедшее, я сглотнула, с трудом шевельнулась. Голова тут же пошла кругом, к горлу подкатила тошнота. Чем меня опоили?

- Ну что ж… - Василиса Анатольевна явно была не в восторге от слов Оли. – Да не вопрос. Давай, спускайся в подпол, вытаскивай её на своём горбу. А потом звони в скорую. И признавайся, что отравила бывшую своего мужа. И только ради того, чтобы драгоценный Антоша не дай бог не узнал, что Настя – ребенок моего сына!

Я зажала рот рукой, не дав сорваться восклицанию. Господи, так вот оно что… Настя – не дочь Антона? Но тогда чья же?

- Это ещё надо доказать, - огрызнулась Ольга.

Но чувствовалось, что она растеряна и озлоблена. И рявкает в ответ только лишь бы не молчать.

Больше перепалка не продолжалась, будто обе женщины куда-то ушли. Я сделала ещё одну попытку, подняться. И хоть меня серьёзно шатало, удалось с трудом подняться по лестнице. Каждый шаг – маленькая победа над собой. Спасибо, что можно опереться на сырую стену ладонью. Без этого, пожалуй, я выбралась бы только ползком.

Хотя я ещё не выбралась…

- Всё, уходим! – резко бросила Василиса Анатольевна.

Ольга ничего не ответила. Меня окатило волной ледяного ужаса.

Они меня бросают!

- Не-е-ет! – заорала я. – Стойте! Подождите! Выпустите меня отсюда!

Нога запнулась о ступеньку, я пошатнулась, ухватилась за стену, едва не рухнув. Неожиданно донеслись встревоженные голоса, не удалось разобрать, кто появился ещё. Но точно не только мои пленительницы.

- Выпустите меня! – ещё раз крикнула я, срывая голос.

На исходе сил рванула вперёд, и вдруг услышала жесткое:

- Ольга Данишевская, вы задержаны по подозрению в похищении Анастасии Данишевской и Анны Самойловой.