27

Прошло три дня.

Все это время мы жили в хижине, где-то в лесу. Я не знала наше точное местоположение, но зато чувствовала себя здесь гораздо спокойнее, чем в дорогом особняке Алана Блэйка.

Целыми днями мы с Ником были вдвоем. Мы разговаривали, занимались любовью, бегали охотиться в лес, а после уставшие и довольные возвращались домой.

Наверное, неправильно было называть это место домом, но мне здесь нравилось.

В этой хижине я могла быть собой. Могла не бояться, что какое-то мое слово или действие приведет к наказанию. И все же, полностью страх никуда не исчез...

Я боялась, что Блэйк отыщет нас и убьет. Переживала за ребенка, за свою стаю, что оставила на растерзание этому бешеному ублюдку.

Как же я его ненавидела!

– Как себя чувствуешь? – внезапно бархатистый голос Ника отвлек от размышлений, и его ладонь легла на мой плоский живот.

– Все хорошо, – честно ответила я, улыбнувшись.

Это была правда.

Несмотря на свое положение, я чувствовала себя прекрасно. Меня не тошнило, не кружилась голова. Наоборот, я ощущала прилив сил и удивительную ловкость, с которой на охоте бросалась на кабана или косулю, опередив Ника.

Возможно, все дело было в гормонах или в том, что Блэйк подавлял во мне вторую сущность, выпуская волчицу за пределы дома один раз в неделю и только в сопровождении своих ищеек.

А здесь с Ником... я словно была свободна...

Захотелось вдруг остаться в этой хижине навсегда!

– Еще чуть-чуть и ужин будет готов, – Николас наклонился и нежно поцеловал меня в макушку, а после вернулся к плите.

Сегодня он вновь не разрешил мне готовить. Стоял и жарил два сочных стейка из оленины, что еще вчера бегала по лесу.

Пожалуй, это еще одно изменение, которое произошло со мной с начала беременности...

Мой аппетит рос с геометрической прогрессией, требуя больше мяса.

Ника это изрядно радовало, а мне доставляло дискомфорт. Еще он буквально не отходил от меня ни на шаг: ни в облике человека, ни в ипостаси зверя.

Надеюсь, когда живот станет больше, папа-волк не задушит нас заботой!

Я сидела на стуле и болтала ногой, допивая любимый чай. За окном смеркалось, нагнетая мысли, но я старалась держать их под контролем.

Не хотелось думать о том, что будет дальше...

Внезапно телефон на столе завибрировал, и я нервно сжала в руках кружку.

Ник тут же подошел и, закинув маленькое полотенце себе на плечо, разблокировал экран.

– Боум прислал смс, – хмуро пояснил он. – Через два дня Блэйк устраивает в своем доме банкет-маскарад.

– Так быстро... – мрачно прокомментировала я, поставив кружку на стол. Аппетит исчез.

Я надеялась у нас будет больше времени.

– Его официально утвердили на должность мэра вчера. Он решил не затягивать с приемом.

– Да, но... – я замолчала на полуслове, пытаясь скрыть волнение. – Почему маскарад? Для Блэйка и его стаи маски бессмысленны, они по запаху поймут, кто перед ними.

– Думаю, здесь не обошлось без участия Фредерика Боума, – догадался Ник, зловеще усмехнувшись. – Он сделал это, чтобы мне было проще пробраться в дом. Гениальный сукин сын!

Понятно.

Спрей-блокатор скроет запах, а маска - лицо. Но мне все равно не нравилось то, что Ник отправится в логово Блэйка один.

Всего одна ошибка, один неверный шаг...

И всему конец!

– Завтра я отвезу тебя в безопасное место, – вдруг произнес он, положив телефон на стол. – Все должно быть готово.

– А ты? – я нахмурилась.

– Я останусь здесь и буду ждать.

– Мне это не нравится, – честно призналась я, и Ник подошел ко мне.

Он положил свои ладони мне на плечи, затем провел ими поперек спины и убрал в сторону волосы.

От его прикосновений мурашки приятно разбежались по коже.

– Все будет хорошо, Афелия, – заверил он, отвлекая своими нежными поглаживаниями, но я и не думала расслабляться. – Я готовился к этому дню годами.

– И все же... – я повернулась, проницательно заглядывая ему в глаза. – Наверняка, есть другой выход.

Ник нахмурился, остановившись.

– Мы найдем на него компромат, а Фредерик поможет его далеко и надолго упрятать в тюрьму!

– Ты за несколько лет не смогла найти на него ничего стоящего. Предлагаешь ждать и скрываться еще пять лет?!

– Как ты догадался? – прошептала я.

– Сперва я думал, что ты с ним из-за денег и власти, – мрачно пояснил он, отвернувшись, якобы для того, чтобы выключить плиту. – Но потом все понял. Я видел твои шрамы, Афелия. Видел твою панику и неподдельный ужас в глазах, когда...

Он резко замолчал и уперся ладонями в столешницу, все еще стоя ко мне спиной.

– Я ошибся... – заключил он. – А после легко предположил, что ты попытаешься избавиться от ублюдка всеми возможными способами. Ты не привыкла сдаваться.

Я была рада тому, что Ник узнал правду. Мне было больно слышать его обвинения, хоть и заслуженно. Но...

– Все равно это лучше, чем идти на такой риск! – возразила я.

– Афелия, другого выхода нет, – вдруг порывисто произнес он, посмотрев на меня. – И ты об этом знаешь! Твою стаю по-другому не освободить, меня – по-другому не освободить. Я не смогу дальше жить, пока не покончу с ним!

Я прикусила губу, неотрывно глядя в его голубые глаза.

Луна, я не хотела уезжать, не хотела оставлять его одного и где-то ждать...

Но и подвергать ребенка опасности не могла. Теперь я должна была думать о малыше!

Внезапно Ник резко обернулся, и в следующую секунду на него прямо из окна на кухне кинулся огромный серый волк.

Осколки стекла с громким звоном разлетелись в стороны, и я почувствовала тошнотворный запах крови.

Ник лежал на спине и удерживал огромного волка, чьи клыки находились всего в паре сантиметрах от его лица. Алая кровь текла по его раненной руке до самой шеи, пробуждая инстинкты.

Нет...

Я уже собиралась обратиться, чтобы наброситься на врага, как командный голос Николаса заставил меня остановиться.

– Беги!

Я замешкалась, не отводя от него взволнованных глаз. Волчица рвалась наружу, пытаясь спасти любимого, но я подавляла ее изо всех сил.

– Беги, Афелия! – вновь раздался его громкий голос и, вопреки инстинктам, я сорвалась с места.

Больше всего на свете я хотела остаться и помочь, вот только ребенок внутри меня сейчас нуждался в защите больше...

Что бы не произошло, он должен был родиться на свет. Будущее таежных волков зависело от него!

Я бросилась к двери, как неожиданно та с грохотом распахнулась, и я столкнулась с яростным взглядом до боли знакомых глаз.

– Дилан? – ошеломленно прошептала я, вглядываясь в хмурое лицо брата.

Старший сын Грейс стоял у порога и смотрел на меня с такой лютой ненавистью, что сердце замирало в груди.

Что происходит?!

Внезапно взгляд Дилана упал на медальон-полумесяц у меня на шее, и его губы исказились в свирепом оскале.

Я даже дернуться не успела, как рука брата схватила меня за горло, впиваясь когтями в кожу.

Острая боль пронзила сознанье. Слезы брызнули из глаз. Я начала задыхаться, в ужасе пытаясь освободиться и сделать вдох, но Дилан держал крепко.

– Как ты посмела, надеть ее кулон? – с презрением прошептал он, глядя на меня.

Это какая-то ошибка... Пожалуйста...

Я безмолвно двигала губами, но ничего не могла произнести.

Перед глазами стояла пелена из слез. Легкие жгло огнем. И когда мое время, казалось, почти истекло, в комнате раздался выстрел, а за ним последовал жалобный скулеж.

Брат резко обернулся, и его рука едва заметно дрогнула.

– Отпусти ее! – прорычал Ник, и я увидела краем глаза, как он снова наставляет пистолет на раненого волка у своих ног.

Дилан нахмурился, а затем медленно разжал пальцы, и я упала на пол, жадно глотая губами воздух.

Голова кружилась. Я громко кашляла, пытаясь отдышаться. А когда пришла в себя, то попятилась назад, желая, как можно дальше оказаться от того, кто все детство меня защищал и называл принцессой.

– Если сделаешь хоть шаг, я убью его... – угрожающе произнес Ник. – Пули серебряные!

Дилан встал в пол-оборота, но продолжил оставаться на месте, и я с опаской посмотрела на волка, как внезапно встретилась с его блестящим взглядом желтых глаз, в которых читалось сожаление и боль.

И я узнала его...

Это был Мэтью, мой второй старший брат!

– Мэт... – обеспокоенно произнесла я, рефлекторно подавшись к нему, но сразу же остановилась, поскольку волк зарычал на меня, оскалив окровавленную пасть.

– Афелия, оставайся на месте. Их всего двое.

– Ник, это... – я пыталась сказать, но слова застревали в раненом горле.

– Я знаю, кто они!

– Мы не уйдем, пока не покончим с вами двумя... – яростно произнес Дилан, с вызовом глядя Ника. – Поэтому лучше пристрели нас обоих.

Николас зловеще усмехнулся и возвел курок, а у меня душа заледенела внутри.

– Нет! – остановила я его, и Ник сосредоточенно нахмурился.

– Афелия, они пытались нас убить...

– Этому должно быть объяснение! – воскликнула осипшим голосом, все еще сидя на полу.

Они оба всегда заботились обо мне, переживали. Мы долгое время были семьей. Я до сих пор не могла поверить в то, что они желают мне смерти.

– Ты еще смеешь говорить, что-то подобное?! – возмутился Дилан, а затем чуть дернулся вперед, и Ник выстрелил в пол рядом с Мэтью.

Запах крови и пороха смешался в воздухе, выворачивая желудок наизнанку. Я дрожала, пытаясь не поддаваться эмоциям, и нервно вонзалась когтями в деревянный пол.

– Еще раз шевельнешься... – предупредил Ник в последний раз. – И я вышибу твоему брату мозги.

– Хватит! – не выдержала я, чувствуя, как по лицу текут слезы.

Я уверена, здесь какое-то недоразумение.

– Дил, прошу... – прошептала, умоляюще глядя на него. – Объяснись.

– Ты убила нашу мать! – внезапно произнес он, окончательно вышибая воздух из моих легких. – Она любила тебя. Заботилась о тебе, как о родной дочери! И так ты ей отплатила?!

– Нет... – прошептала, чувствуя, как сердце заходится в безжалостном ритме. – Нет. Я бы никогда...

– Не надо притворятся. Грейс убили из-за тебя, как Тару, Ноя и Джареда. Все потому, что ты ослушалась альфу, пошла ему наперекор!

Меня трясло. Его слова душили, не хуже руки.

– Клянусь, я ничего не делала!

Вот только в глубине души я знала, что он прав...

Их всех убили из-за меня, из-за моих ошибок.

– Блэйк больной ублюдок, – вмешался в разговор Ник, и в его голосе прозвучала ледяная сталь. – Он мог с легкостью убить любого из вас, только потому, что Афелия споткнулась или не так моргнула. Она не виновата в том, что он гребаный псих!

– Тебе откуда знать, Рид? – прорычал Дилан, сжимая кулаки.

– Я в отличие от вас не отсиживался взаперти! – укоризненно произнес он.

Только сейчас я заметила то, как выглядит старший брат. Его всегда длинные черные волосы потускнели. Глаза, в которых раньше плясали янтарные искорки, словно потухли, а тело казалось слегка истощенным.

Их все время держали под охраной. Все эти несколько лет они жили за оградой, практически как в тюрьме.

Я стояла и смотрела на Дилана, пока по моим щекам текли слезы.

Это я привела их к такой жизни. Я не смогла отказать Алану Блэйку, так как испугалась, была недостаточно сильной!

– Это правда? – вдруг произнес брат, обратившись ко мне. – То, что сказал Рид?

– Да... – шепотом ответила я. – Я пыталась помочь Грейс, но Блэйк не позволил. Он оттащил меня в кабинет и набил мне на спине татуировку луны, вгоняя под кожу серебро. А когда я вернулась в спальню, то там ее уже не было. На полу остались лишь следы ее крови, на которых я лежала неделю, оплакивая свою вторую мать.

Взгляд брата слегка изменился, и он чуть приподнял подбородок.

– Докажи.

– Прошу, давай сначала поможем Мэтью? Я не переживу, если кто-то из этой комнаты умрет!

– Покажи татуировку! – громко произнес он, и я закрыла глаза.