Глава 30

Алиса

Во второй мой визит Дворец спорта показался совсем другим. И как я раньше не замечала каких-то мелочей? Сколько раз ездила мимо на автобусе и не обращала внимания на то, сколько камер понатыкано по периметру забора и какой он высоты.

Еф хотел было открыть мне дверь машины, но Александр рыкнул:

– Я сам.

Хлопнула его дверь справа, и вот он уже за стеклом. В следующее мгновение он уже подает мне руку.

– А вы, случайно, родом не из прошлого века? – спрашиваю, кладя свою ладонь в его.

Александр сжимает мои пальцы и рывком вырывает из машины так, чтобы я встала на ноги.

– Нет.

И так резко отпускает мою руку, что я смотрю на него в растерянности. А он в это время заглядывает в багажник, который открыл Еф.

Александр наклоняется, принюхивается, а потом резко подается назад и чихает.

– Что там такое?

– Ничего ядовитого или опасного. – Я проверяю свои растения взглядом. – Или вас, оборотней, можно убить петрушкой?

Александр бросает на меня предостерегающий взгляд, и я тут же прикусываю язык.

– Тут нет петрушки. И укропа нет. Одно похоже на газонную траву, второе – на сорняки.

Его интерпретация очень близка к правде, вот только это секрет. Семейный, который я просто так даже оборотню не скажу.

– Боитесь сорняков?

Александр окидывает меня с ног до головы пристальным взглядом:

– Единственный сорняк, которого я опасаюсь, – ты.

Его слова так задевают меня, что я глубоко втягиваю воздух от возмущения, но удерживаю все слова в себе. Резко отворачиваюсь к багажнику, беру один лоток с землей и травами.

– Оставь, тебе все принесут.

А я уже вцепилась в свою ношу так, словно это мой щит. Или оружие? Все будет зависеть от того, что Александр еще решит мне сказать. Только я начинаю думать, что он нормальный, как он вытворяет что-нибудь отталкивающее.

– Алиса, оставь свою грядку в машине. Тебе ее доставят. – Александр не злится, не повышает голос, но я ощущаю угрозу, исходящую от него.

Вижу, что у нашего разговора довольно много свидетелей, и все, затаив дыхание, ждут, у кого все-таки окажется эта грядка.

Он же альфа. Его взгляд предупреждает меня не подрывать его авторитет, но что-то во мне противится этому. Наверное, хочу отомстить за сорняк.

И я впихиваю лоток ему в руки:

– Это очень ценная грядка. Могу доверить только вам.

В один миг кажется, что он сейчас выкинет ее, перевернет все содержимое на асфальт, но вдруг он вздыхает и говорит:

– Пошли, покажу тебе столовую. Еф, бери все остальное и давай за нами. И смотри, чтобы листика не упало.

Тяну руки к еще одному лотку, но ловлю взгляд Александра и застываю.

– Ладно, поняла. Иду налегке. – Я пожимаю плечами.

Александр шагает вперед, словно не сомневаясь в том, что я пойду за ним. Да и бежать мне, собственно, невозможно – вокруг его люди. Точнее, нелюди.

И я быстро догоняю его, потому что с ним не так страшно, как с другими.

Мы идем в абсолютном молчании, и мне хочется его нарушить. Я задаю вопрос, который мухой кружил вокруг все утренние часы:

– А что с Никитой?

Александр так резко останавливается, что я врезаюсь в его спину.

– Ой! – Отступаю на два шага назад.

– Беспокоишься о нем? – Он продолжает идти, голос ровный, словно на сцене. Будто хочет что-то скрыть.

– Вдруг вы его съели… – бормочу я.

Когда я чувствую себя неловко, у меня иногда вылетают глупые шуточки. Удержать их просто невозможно – это сильнее меня.

– А если да, то что? – вдруг говорит Александр. – Обрадуешься или будешь плакать?

А он довольно быстро адаптировался к моему своеобразному чувству юмора и проработке внутренних страхов.

– Обалдею, – искренне говорю я.

И тут он смеется. Тихо, хрипло, но так, что у меня внутри все словно вибрирует, отзываясь на этот смех. И уголки губ в потенциальной улыбке дергаются.

Нет! Стоп.

Мы тут, вообще-то, возможное преступление обсуждаем!

Александр внезапно останавливается и поворачивается ко мне. Прямой взгляд в глаза вызывает мурашки по коже.

– Тебе сказать правду или солгать?

Я выбираю не думая:

– Правду.

– Твой Никита уже бороздит моря и океаны без возможности сойти на сушу. Когда-либо.

Что? Серьезно? Уже?

– Бороздит живым или?..

– Даже рыбу ловит, так что от голода не умрет. Но как поднимать руку на женщину, забудет. До конца жизни его будут окружать только суровые рыбаки.

Я нахожусь в такой растерянности от его слов, от своих чувств, что на миг забываю про действительность. Я словно заглядываю в другую жизнь, где просто потому, что пожелал, можно вот так решить судьбу обычных людей.

Никиту я не жалею. Урок ему нужен. В тот вечер кто знает, чем бы все кончилось. Да и ненормально его сталкерство, вот совершенно ненормально.

Но всю жизнь бороздить моря? Это очень… очень…

Я не могу подобрать слово. Жестоко? Да нет, Никита не ангел.

Несправедливо? Вообще-то, поделом ему.

Тогда что я испытываю?

Подумав, понимаю: шок. Удивление. А еще я ощущаю себя словно в том фильме про бедную девушку и миллионера, для которого решить все проблемы любимой – пальцами щелкнуть.

Вот только я не его любимая.

– Вы же считаете, что я подставная, ходячая провокация и так далее? – задаю вопрос, который меня волнует.

Александр ведет челюстью, отворачивается и уходит, не сказав ни слова. Похоже, ему не нравится мой вопрос и он не собирается на него отвечать.

– Спасибо! – кричу ему в спину.

Все-таки он меня защитил. Если бы мне предоставили выбор – Никита в роли моего сталкера или в роли вечного моряка, я бы выбрала второе. И пусть меня осудят.

– Не благодари. – Александр не останавливается и не поворачивается. – Я не защищал тебя. Я убрал угрозу вокруг своей собственности.

Что он имеет в виду под собственностью? Меня? Или угрозу от неизвестного врага, который якобы меня подослал?