Глава 9

Оксана бросила тряпку в ведро и оглядела фронт проделанных работ. Конечно, окажись тут бабуля, она бы нашла к чему придраться, но саму девушку все устраивало. Линолеум под мраморную плитку в коридоре и на кухне и под дерево в комнатах чисто вымыт. Со стен, оклеенных светленькими обоями с абстрактным рисунком, сметены пыль и опилки. Новая мебель сияла пустыми полками книжного шкафа, закрытыми стеклянными дверцами, и блестящими на солнце ручками. Ветер шевелил занавески.

На кухне и в ванной так же царил тот порядок, который присущ квартире, где только закончили ремонт, но еще не начали жить. Нет, в шкафу уже лежали и висели на плечиках кое-какие вещи, в ванной комнате в шкафчике лежали зубная паста и щетка, но эти следы пребывания хозяйки были незаметны постороннему глазу, и не вносили никакой дисгармонии.

Девушка оттерла со лба пот тыльной стороной ладони и поволокла ведро в туалет. Вылила воду, потом в ванной всполоснула тряпку и вымыла ведро. Первый пункт плана был выполнен. Уборка закончена. Пора было переходит ко второй и более любимой — готовке. Уж что-что, а это дело Оксана любила чуть ли не с рождения, постоянно оказываясь на кухне, когда мама или бабушка начинали что-то делать. Сейчас же ей надо было показать все свое мастерство. Все-таки, во-первых, новоселье. От того, что планировалось вторым пунктом, девушка предвкушающее зажмурилась и помотала головой. Хорошо, что Вадим не умеет читать мысли и не знает, какой сюрприз она ему решила приготовить.

Впрочем, тут же опустила себя с небес на землю Оксана, еще неизвестно, согласится с ее планами оборотень, или нет. Несмотря на то, что отношения их длятся достаточно долго, никаких намеков на желание чего-то большего, чем обычные поцелуи, мужчина не давал. То ли боялся спугнуть, то ли для этих целей у него был кто-то еще. О втором варианте думать не хотелось. Девушка предпочитала считать, что Вадим все-таки взрослый мужчина, умеющий контролировать свои желания. К тому же в последние дни у него тоже было много работы.

Юрка запарковал машину и медленно пошел по набережной к пешеходному мосту. Справа остались арки Ярославова дворища, напоминавшие мужчине древние акведуки, слева, за Волховом, отражался в воде древний Кремль. Впрочем, памятники старины не привлекали внимание опера, скорее помогали сориентироваться в пространстве.

С авторитетом поговорить удалось, пусть и не сразу. Лишь когда тот убедился, что встреча частная, не для протокола, и его имя не будет фигурировать в следствии, согласился на встречу и разговор. Тот факт, что расследованием занимался какой-то лейтенант, тоже по началу не вызывало у бывшего клиента пропавшего энтузиазма. Такие обычно хватаются за первую попавшуюся ниточку. Но Юрий сумел убедить мужчину, что никто его ни в чем не подозревает, а статья — лишь формальный повод начать официальные поиски.

Как рассказал клиент Антона, его супруга поселилась в гостинице Волхов. Якобы, так находилась в исторической части города, значит, можно будет оставить машину на парковке, и гулять с детьми по городу пешком. Именно это и заставило авторитета насторожиться. А когда его ребята забрались в списки постояльцев, то обнаружили одну интересную фамилию, а именно бывшего партнера и, по совместительству, бывшего жениха супруги. Это заставило мужчину встревожиться и обратиться в детективное агентство. Абы к кому обращаться не хотелось, но ему подсказали Якимова, как человека, на этом бывший клиент выразительно хмыкнул, честного и ответственного.

Встреча проходила на нейтральной территории. Детектив взял часть гонорара, предназначенную для оплаты расходов. Вторая часть ждала его по исполнении дела, вне зависимости от результатов. Это было оговорено отдельно. Антон сразу предупредил, что совпадение может быть случайным, и бывший соперник может выехать из гостиницы до того, как туда въедет супруга его клиента.

По прибытии на место, Якимов отзвонился, сообщив, что объект наблюдения установлен. Следующий звонок должен был состояться на следующий вечер, но его не последовало. Клиент предположил, что детектив не может связаться с ним, не привлекая внимания. Но и через день, и через неделю от Антона не было никаких сведений. К тому времени из Новгорода вернулась супруга с детьми. Собственно, осторожно пообщавшись с ними, авторитет установил, что жена была верна ему. Правда, сын оговорился, что видел, как какого-то мужчину запихнули в машину, когда он возвращался в гостиницу из магазина на другой стороне дороги, пока тот переходил дорогу, но тогда авторитет не связал этого события с пропажей детектива. Мало ли где какие разборки происходят. Это не его территория, а, значит, не его дело.

Теперь Юрий медленно брел по улицам города, прекрасно понимая, что ничего он не найдет. Ни следов, ни свидетелей. Слишком много прошло времени. Пока вышел на этого, хм, клиента, пока тот понял, что от него хотят, пока встретились. После пропажи Антона прошло почти два месяца, и ровно месяц, как Юрка взялся за это дело. Но с места так и не сдвинулся. Пусть даже мальчик и видел, как какого-то мужчину увезли в неизвестном направлении, опер несколько раз прошел по указанному месту — не было никаких камер, а листва скрывала часть улицы от тех, кто мог бы наблюдать из окна. К тому же был поздний вечер, когда мало кто будет торчать перед окнами. Рассчитывать на вездесущих бабушек не приходилось — они или спали, или коротали время перед телевизором. Хорошо бы поговорить с самим ребенком, но в этом ему было отказано.

Юрка вздохнул и побрел обратно к машине. Надо было возвращаться домой. Пусть находился он в другом городе по делу, но командировку пока не оформлял. Всю официальную информацию коллеги прислали ему по факсу, а для того, чтобы пройти по улице, оставаться на ночевку не нужно. Все, что было возможно, он уже сделал. Значит, надо выдвигаться в сторону Петербурга. Радовало одно — не пришлось мотаться с сестрой по очередным магазинам. Мелкую он любил, но за последние дни она успела надоесть ему больше, чем мать с бабкой в первый год после отъезда отца.

С другой стороны, в квартире опять будет тихо и пусто. А за эти четыре месяца Юрка привык возвращаться домой, где его ждал ужин, было чисто, даже рубашки, тщательно отглаженные, висели в шкафу, а не валялись на спинке кресла. К хорошему привыкаешь быстро, а вот отвыкать будет сложно. Но что делать, если не встретилось ему еще такой женщины, ради которой готов расстаться не то, что со свободой, но и с жизнью. А на иное мужчина был не согласен.

Вздохнув, Юрий решил в последний раз оглядеться, а потом уже возвращаться к машине. Неожиданно, в свете фар ехавшей по дороге машины, он заметил, как что-то блеснуло на коре дерева, росшего у дороги. Опер выждал, пока его случайный помощник проедет мимо, после чего, огляделся на предмет нежелательных свидетелей, и подошел ближе.

В коре дерева застряла металлическая цепочка. Юрий осторожно вытащил ее, и с удивлением обнаружил порванную цепочку из белого металла с маленьким подвесом-буковкой «Е» и зацепившиеся за нее светлые волосы. Опер быстро убрал находку в специальный пакет, защищающий от воздействия посторонней ауры, и спрятал в карман. Потом надо будет отдать ее на проработку криминалистам, может, вытащат хоть какую-то информацию. Хорошо бы и генетикам отдать, но с этим могут возникнуть проблемы. Хотя, Юрка призадумался, если ребята вернулись из командировки, то передаст им. Они прочитают и код, и расу, и все, что только возможно, вплоть до того, что делал потеряшка в последние полгода, чем болел и с кем спал. Главное не забыть прихватить с собой пару бутылок дорогого коньяка.

Юрка хмыкнул. Времена менялись, но валюта оставалась той же самой. Разве что цвет ее изменился. Родители расплачивались беленькой, дети — коньяком. Хотя, стоит отъехать от города на десяток километров, и словно в прошлое попадаешь. Все те же дачные домики, грядки, сараи и соседи, готовые за бутылку вскопать огород, за две — исправить крышу, а за три новый сарай отстроить. На какие подвиги эти товарищи пойдут за ящик, опер постарался не думать. И так у него за последние полгода два новых убийства нарисовалось, раскрыть которые он вряд ли сможет, потому что работали то ли бомжи, то ли нарики, а искать что тех, что других можно до морковкина заговенья. Никто ничего не видел, не слышал, если видел или слышал, то не скажет — боится. А свои не сдадут из солидарности.

Еще раз внимательно осмотрев землю вокруг дерева с неожиданной находкой, опер понял, что больше ему ничего не светит и со спокойной совестью побрел к машине. Можно было возвращаться домой. Надо бы еще на заправку заехать, а то встанет на полпути, и лови желающего дотащить до станции. Трасса хоть и людная, но тащиться с прицепом желающих не много — все хотят быстрее доехать. А еще надо с дороги позвонить сестренке, чтобы точно знать — забирать ее, или неугомонная девица останется ночевать дома. Обозначив планы, Юрка завел мотор и двинулся к выезду из города.

Звонок брата застал Оксану за размышлениями на тему, чего бы приготовить, чтобы всем понравилось, а возиться долго не пришлось. Для осуществления имеющихся идей нужно было ползти в гипермаркет, но на такой подвиг в одиночку девушка не решалась. Во-первых, поздно уже было, во-вторых, тащить мешки должен мужчина, а не она. Тем более что закупки планировались глобальные. Конечно, в квартире что-то было, но Оксана задумывалась, не повесить ли ей старую компьютерную мышку в холодильнике. Хотя бы до заполнения оного. Пачка пельменей и упаковка сосисок за продукты не считалась — утром сжевать до учебы.

Конечно, район отец выбрал хороший, метро не далеко, в институт далеко ездить не надо. Только с магазинами не очень. Обещали, конечно, рядом открыть новый большой гипермаркет, но когда оно еще будет. А кушать уже сейчас надо. Не в ларьке же затариваться каждый раз. И дорого, и не все продают, и качество сомнительное. Получилось так, что брат появился вовремя.

— Привет братишка, дорогой и любимый, — искренне обрадовалась ему девушка.

— И тебе доброго, — удивился Юрка столь радостному приветствию, — у тебя все в порядке?

— В полном, а что?

— Да что-то ты больно радостная.

— Так сидела бедная-несчастная девушка, размышляла, как бы ей продукты купить да домой привезти, а тут добрый молодец объявился, который не откажет любимой сестричке. Ведь я права?

— Эм… — Юрка понял, что его пытаются использовать в корыстных целях, — а ты Вадима не просила помочь?

— А у него работа, — печально просветила брата Оксана.

— Понятно, — опер осторожно вздохнул. Не любил он ходить по магазинам. Во всяком случае, с сестрой. Та постоянно делала запасы, словно бурундук на зиму. — Слушай, а давай ты затаришься, а я тебя заберу от магазина и домой отвезу?

— Хорошо, — не стала спорить девушка. Такой вариант ее вполне устраивал. Можно будет купить не только продукты, но и тысячу мелочей для дома. При этом никто не будет ходить следом и ныть, что надоело, быстрее и вообще они по этому отделу уже десятый раз проходят. — Завтра в семь у гипера в Озерках.

— Договорились, — выдохнул Юрка. — С тебя кормежка.

— А это только послезавтра, — «обрадовала» его Оксана. — У меня сейчас пусто и грустно. Только на ужин да на завтрак немного водится.

— Опять не повезло, — притворно пожаловался брат.

— А ты дома в холодильник загляни, — посоветовала сестра, — там не пусто.

— Правда? Спасительница ты моя. Кормилица дорогая, не бросила.

— Юрий Владимирович, а с чего это такие дифирамбы в мой адрес? — насторожилась Оксана, вспоминая грехи за последние пару недель. Грехи, как назло, не вспоминались.

— Да просто голодный как черт, — пожаловался Юрка. — Думал по дороге перекушу, а тут ничего толкового нет. Так что поставлю мигалку и погоню домой, к холодильнику.

— А ты где, собственно?

— Я в Новгород мотался по работе, возвращаюсь.

— Понятно, — Оксана хотела, было, обидеться, что брат не взял ее с собой, но его работа могла сделаться за пять минут, а могла растянуться до глубокой ночи. — Не забудь про завтра.

— Не забуду, — усмехнулся опер, — да и кто мне даст. Сама позвонишь из магазина, как приедешь, и напомнишь, чтобы забрал.

— Естественно. Ладно, не отвлекаю больше от дороги. До завтра.

— Пока, сестренка, — Юрка отключился.

Оксана довольно улыбнулась и побежала за бумагой и ручкой — писать список всего необходимого.

— А теперь рассказывай, — Оксана пристегнулась и повернулась к брату.

— Что рассказывать? — покосился на сестру Юрка, осторожно выезжая с парковки около магазина.

— Вот только не надо мне петь про тайны следствия и прочие секреты. Одна такая тайна уже записала меня в свои мамы, — опер присвистнул. — Даже в садик пару раз ходить приходилось, а то папа узнает, на «Аврору» не поедем.

— И что в садике?

— А что, — девушка пожала плечами, — объяснила, что я не мама, просто встречаюсь с его папой. Хотя, по-моему, не поверили. Ну, или в официальные невесты записали со всем вытекающим. Даже сказали, что если мы решим еще ребеночка родить, то будут рады и его принять.

— А ты?

— А что я, — девушка проказливо улыбнулась, — я, может, и не против, да только некоторые тугодумы… — она махнула рукой. — Так, Юрий Владимирович, не уходите от темы. Что у вас за проблемы рабочие?

— Ведь не отстанешь, — вздохнул брат.

— А то ты меня не знаешь.

— В общем, ты права, работа осложняется тем, что пропал не простой человек, а вампир. Так что особые приметы не сильно опубликуешь. Сама посуди, как люди отреагируют на красные глаза и клыки.

— Да уж никак, — фыркнула Оксана. — Решат, что в милиции все окончательно перепились или издеваются.

— Вот именно, — Юрка последил вслед летящей по проспекту иномарке, потом, воспользовавшись красным сигналом светофора, записал в блокноте номер. — А раз мы не можем действовать по привычной схеме, — продолжил он рассказ, — приходится бегать самим, искать случайных свидетелей, в общем, проделать уйму ненужной работы. Если свидетелей будут искать новгородские коллеги с соответствующим уровнем допуска, то некоторые улики лучше добыть самим.

— А что с этим вампиром случилось?

— Судя по всему, Тоху похитили, — вздохнул Юрка. — Примерно понятно когда, но вот кто?

— А ты с ним знаком?

— И с ним, и с его мелкими. Кстати, помнишь, те соседи с музыкой? — заметив, что Оксана кивнула, он усмехнулся. — Да, такое забудешь. Так вот, это Антохины дети. Старшему, Гришке, четырнадцать, младшей, Алинке, десять. Музыку со страху включали.

— А мать?

— Только отец.

— И как же они теперь?

— Пока я на себя опеку оформил. Сама понимаешь, были бы средства, остальное — дело техники. Но Антоху искать надо и быстро. Детям вампиров в детском доме будет очень плохо.

— Можешь не уточнять, — Оксана скосила взгляд на сидящего на лавочке парня.

— А это что за хмырь? — заметил ее реакцию брат.

— В соседнем подъезде обретается. И, как я поняла, в нашем универе на параллельном потоке.

— Мне с ним поговорить?

— Не стоит. Как бы мне хуже не стало. Он не подходит, только смотрит. А то, что рожа не из приятных — это мелочи. У тебя на работе и не на таких насмотришься. Причем не все из них по ту сторону решетки, некоторые по эту. А что там с детьми? Может, нужно помочь чем-то?

— С детьми все хорошо, — попытался успокоить сестру Юрий, попутно выбирая, куда поставить машину, чтобы и к подъезду поближе и другим не мешать. Наконец, плюнув на остальных, остановился почти у самого входа. Сейчас разгрузятся, и он перегонит свою малышку на свободное место. — Я за ними присматриваю, ну и теть Ира с теть Зиной забегают в течение дня.

— Ну, раз так, то ты меня успокоил, — девушка попыталась помочь брату выгрузить покупки, но он деликатно отстранил ее от багажника. — А то из тебя опекун…

— Какой есть, — ехидно произнес опер. — Выбирать не приходится.

— А соседки ничего не замечают?

— Пока нет. Это ж дети еще, у них признаки не так заметны. Ну, я попросил их не сильно улыбаться в присутствии пенсионерок, а то потом придется бригаду реаниматологов вызывать.

— Юр, — задумчиво позвала брата Оксана, — а как вампиры размножаются? Кусают?

— Чего? — Юрка с трудом не выронил мешок, зашедшись смехом. — Ну, ты и скажешь, сестренка. Да как все размножаются. Если хочешь детали уточнить, к Вадиму обращайся. Он тебе все подробненько и расскажет, и покажет, и на практике отработает.

— Это что за намеки? — попыталась изобразить святую невинность, но по глазам брата поняла, что получается плохо. — И вообще, чего это ты сводничеством заняться решил?

— Мужик хороший потому что пропадает, — буркнул брат. — И вообще, сестренка, будь последовательной. Минут пятнадцать назад ты мне говорила, что не отказалась бы от своего ребенка, а теперь глазки в землю.

— Так я ж на будущее, а не прямо сейчас, — попыталась объясниться Оксана. — Мне же учиться надо.

— Вот только не надо. Ты у нашей матушки спроси, как она доучивалась с маленьким ребенком, — Юрий выгрузил еще два пакета и осторожно поставил их перед сестрой. — И бабушка в то время вовсю на заводе работала, и еще общественной деятельностью занималась. И его родители тоже не отдыхали.

Девушка только вздохнула. Разговоры про бабушку с дедушкой по отцовской линии всегда были не веселыми. Они погибли в авиакатастрофе, когда возвращались домой. Разумеется, по тем временам о том, что разбился самолет с группой геологоразведчиков, нигде не сообщили. Просто вызвали родственников, да потом выплатили какую-то сумму денег в качестве компенсации.

— Ладно тебе, Юр. Меня можешь не агитировать. Но сам посуди, если мужик чего-то не хочешь, заставлять его себе дороже.

— Солнышко, — мужчина вытащил последние мешки из багажника, скептически осмотрел все добро, потом перевел взгляд на сестру, — не факт, что мужик не хочет. И, я почти уверен, что он думает обратное. И сам готов, а вот готова ли ты — не уверен.

— Или боится получить неведому зверюшку в результате скрещивания, — опустила глаза девушка.

— А неведомой зверюшки не получится. Тут пятьдесят на пятьдесят. Или человек, или оборотень. Кстати, с вампирами и прочей нечистью все то же самое, — заодно просветил ее брат. — Ладно, сейчас машину отгоню, и будем думать, как это все поднимать.

— Угу, — Оксана смотрела на десяток пакетов. Ну что сказать, она немного перестаралась. Зато брат отмучается один раз, так что должен оценить хотя бы этот факт.

Девушка присела и стала в очередной раз перекладывать все, чтобы сократить количество мешков. Зная своего брата, она собирала все легкие вещи, вроде салфеток, подставок и прочих мелочей отдельно. Все хрупкое, не доверяя брату, Оксана переложила в рюкзак. Тяжеловато, но, во-первых на двух плечах, а не в одной руке, а во-вторых, Юрке все равно, что нести мешок картошки или хрупкую вазу. Последнюю разобьет и не заметит.

— Ну что, — подошел брат, поматывая ключами от машины.

— Значит так, — девушка выпрямилась. — Сейчас я поднимусь, отволоку пару пакетов, — Юрка тут же проверил вес предполагаемого груза. — Потом остальное посмотрим.

— Давай, — опер улыбнулся, — я пока с ребятами пообщаюсь, а то проверить кое-что обещали и пропали.

За три захода они перенесли покупки девушки. Юрий тут же уединился в пустой комнате с блокнотом, обзванивая своих коллег, а Оксана приступила к разбору покупок и приготовлению ужина. Судя по взглядам брата, если она накормит его полуфабрикатами, то в следующий раз ей придется тащить все на себе, или искать другого помощника. Девушка искренне надеялась, что другого раза не будет, а если и будет, то не столь глобальный. Впрочем, загадывать на будущее не хотелось. Все рано не угадаешь. А потому надо сейчас задобрить Юрку. К счастью, она рискнула взять в магазинной кулинарии уже подготовленные продукты, и теперь оставалось лишь немного довести их до ума и отправить в духовку.

— Сестренка, посиделки отменяются, — внезапно возник на кухне эксплуатируемый мужчина. — Мои ребята раскопали кое-что интересное, так что я погнал. А с тебя пирог. Твой фирменный, рыбный.

— Договорились, — Оксана с трудом скрыла радость. Все-таки приготовить что-то вкусное за ограниченное время у нее пока не получалось — еще не все было куплено. А то, что она планировала, хоть и не полуфабрикат в полном смысле слова, но брат долго будет бурчать. — Только позвони заранее, чтобы пирог свежим был.

— Договорились.

Через несколько секунд хлопнула входная дверь. Оксана бросила взгляд проверить, что замок действительно захлопнулся, и вернулась к сортировке покупок. Попутно она обдумывала слова брата. Возможно, в чем-то он и прав, и отчасти она сама виновата в том, что их с Вадимом отношения до сих пор не пошли дальше невинных поцелуев. Девушка улыбнулась. Раз братишка, пусть и не напрямую, но дал свое благословение, как говориться, хана волку. Или пойдет на шубу, а хвост на шапку, или… Додумывать она не стала, и так организм бросило в жар от картин, которые нарисовала ее фантазия.