Глава 18

Маркус

Я мог бы пожалеть девушку. Мог бы искренне проникнуться ее историей, если бы не одно НО. Марина для меня была важнее. И если мне придется выбирать между ее жизнью и жизнью Камиллы, я, разумеется, выберу свою женщину.

— Ты кое-что забыла, — тихо произнес, разглядывая такое родное и в то же время чужое лицо. — Ты теперь тоже принадлежишь мне. А значит, подчиняешься моей силе.

Поэтому нитей четыре. Две связывают меня с Мариной, две с Камиллой. Но зов я слышал лишь к одной девушке. И спасать буду только ее.

Высвободив ментальную силу вампира, я направил ее в сторону Камиллы. На миг засомневался, когда увидел отчаяние и страх, сверкнувшие в глазах девушки, но сразу же затолкал все сомнения поглубже. Я не мог сохранить ее жизнь ценой жизни моей Марины. Если слова, сказанные Камиллой, правда, то получается, одна из них должна подавить личность другой. Либо это будет Камилла, либо Марина. Мне нужно было понять, как вытащить Марину обратно, и как получилось, что она вновь "заснула".

Камилла сказала "я все равно умру", что подтвердило мои подозрения о том, что Данияр собирается убить ее, покончив таким образом со мной. И девушка, кажется, начала понимать, что ее роль в качестве истинной для Сахаби не такая уж почетная. Понять это ей помогла моя любовь к Марине. Она ее почувствовала и сравнила с отношением к ней Данияра. Жаль нет возможности подарить Камилле жизнь в другом теле.

— Она ненавидит вас, — прошептала девушка, прогибаясь под силовой энергией. — Ненавидит и любит. Вы ранили ее. Вы изменяли ей, а она вам никогда. Думаете, она простит вас?

— Я сделаю для этого все возможное. Но даже если не простит, я все равно спасу ее.

Увеличив потоки силы, я обнял девушку и потянул ее за подбородок. Она взглянула на меня и вымученно улыбнулась.

— Вот, значит, как бывает…

— Скажи, что задумал Данияр.

— Я должна буду впустить его ночью, когда он придет, — выдавила из себя Камилла. — Должна буду помочь пробраться сюда.

— Что еще?

— Больше я ничего не знаю. Только то, что вы и сами знаете. Он убьет Марину, этим самым убив вас, Маркус.

— Как вернуть Марину обратно?

— Понятия не имею. Я вообще не знала про ее существование внутри, точнее, что это я существую в ее теле, пока вы меня не укусили. Я чувствовала ее, помнила то, чего никогда не переживала, но не знала, что ваша Марина настолько реальна. Теперь, когда я знаю, два плюс два не трудно сложить. Жить может только одна из нас. И вы не хотите, чтобы это была я. А Данияр хотя бы попытается вернуть меня к жизни. Меня, а не ее. Пусть у него на это и есть свои причины.

Я сильнее сжал ее подбородок и прохрипел в самые губы.

— Он же чудовище. Ты хоть понимаешь, какой мир он собирается создать? Мир, в котором люди лишены воли. Он будет обращать всех, кто хочет этого и кто не хочет. Ему будет плевать, погибнет ли человек, или сойдет с ума. Он будет использовать тебя из века в век, уничтожая все хорошее на своем пути, калеча чужие жизни. А ты будешь его едой и подстилкой. И когда ты поймешь, какому чудовищу помогла остаться в живых, ты ничего уже не сможешь исправить, потому что уничтожить его на тот момент будет невозможно.

— Но я хотя бы буду жить…

— Разве это жизнь — смотреть, как другие умирают?

Камилла вздрогнула.

— А почему только мне одной приходится умирать? Ради других. Из-за других. Разве я не достойна тоже жизни?

Ее искренность резала по сердцу. Я — лидер Варранов. И мне не пристало сомневаться. Но я снова сомневался сейчас. Нити жгло огнем. Она ведь тоже была связана со мной. Как я и сказал раньше, она теперь принадлежала мне, следовательно, и защищать ее должен был я, только я уже решил спасать Марину, а не ее.

— Я так хочу почувствовать настоящую жизнь… Любовь… — проговорила девушка дрожащим голосом. — Помогите мне. Позвольте мне остаться.

— Не могу…

Она чуть подалась вперед и скользнула губами по моим губам.

— Пожалуйста… Хотя бы ненадолго… Пожалуйста, Маркус…

Мой рот наполнился слюной, а вампир рванул вперед. Он хотел воспользоваться своим правом взять девушку. Она же нам принадлежала теперь. Только Мариной не была. И это меня останавливало. Я хотел и не хотел ее одновременно. Жажда мешала мыслить ясно, запах крови девушки окружал меня со всех сторон, обволакивал и заманивал. Я провел пальцами по ранке на шее, уткнулся в нее носом и зарычал:

— Я с ума так сойду…

* * *

— Пожалуйста, — продолжала умолять меня Камилла.

Я сжал руки в кулаки, после чего схватил девушку за шею и уложил на постель. Ее длинные стройные ноги обвили мою талию. Напряженный член уперся в ее промежность, под юбкой ничем не прикрытыю.

— Ты сняла белье… — прорычал ей в губы, потом закрыл глаза и сделал несколько глубоких вдохов и выдохов. — Нет… Это Марина сняла… Она хотела меня, несмотря на злость… Черт! Прости, Камилла, но я не могу исполнить твою просьбу. Не могу оставить тебя себе. Мне нужна не ты.

— Нет! — закричала девушка, когда я убрал волосы с ее шеи и впился в укус клыками. Ее руки до боли сжали мои плечи, а крик разорвал сердце на части, но я не прекращал кусать. Это было инстинктивное действие, но почему-то я был уверен, что только так смогу заставить Марину вернуться. И не ошибся. Когда я вытащил клыки из шеи девушки, на меня смотрела уже не Камилла. А с нитей спала пелена.

— Маркус…

— Ничего не… говори, — завел ее руки за голову и прижал к подушке. — Дай мне закончить начатое. Закончить обряд, чтобы ты больше никогда меня не покидала. Позволь мне спасти тебя, потом будешь ненавидеть, если захочешь.

— Откуда ты знаешь, что после завершения обряда Камилла не вернется снова? — Марина простонала, когда я слегка двинул бедрами вперед, давая ей почувствовать, как сильно хочу ее.

— Потому что завершенный обряд сделает тебя сильнее. Значит, ты будешь сильнее ее личности, и она не сможет взять верх.

— Маркус… ты бы мог… выполнить ее просьбу… Ты бы мог взять ее. Почему ты не сделал этого? — Марина тяжело сглотнула, заглядывая мне в глаза, ища в них ответ, ища подтверждение моей любви. — Скажи мне, почему?

— Потому что я люблю тебя и хочу тебя, а не ее. Мне жаль, что я причинил тебе боль, Марина. Ты сводишь меня с ума так давно. Я не помню дня, когда не думал о тебе, не хотел, не любил. Никто больше не имеет значения, кроме нас с тобой. И я не могу тебя потерять, даже если мне придется сейчас… действовать силой… Но все же я прошу, не сопротивляйся… Не отталкивай меня.

— Маркус…

Я продолжал удерживать ее запястья одной рукой, а вторую опустил между нашими телами, растегнул ремень и молнию на брюках.

— Тебе будет хорошо… Обещаю. Укуси меня, — приказал Марине, спустив штаны и боксеры, выпустив наружу член, который сразу уперся во влажное местечко между ног девушки.

Глаза застила красная пелена невыносимого желания, смешанного с жаждой. Мой вампир брыкался так сильно, что я едва мог сдерживать его. Но мне приходилось держать себя под контролем, чтобы не навредить девушке. Не знаю, как Камилла, но Марина точно была невинна. И она не должна была возненавидеть меня еще больше после своего болезненного первого раза.

— Кусай! — повторил приказ и застонал, когда Марина с жадностью вонзила в меня клыки.

Пальцами я стал поглаживать ее бедра, мять их и снова гладить. Мне нравилось слушать ее хриплые стоны, ощущать наслаждение от того, с каким удовольствием она пьет мою кровь. Я скользнул рукой выше по бедру и накрыл ладонью ее промежность. Она была чертвоски мокрая и готовая к тому, чтобы принять меня.

Раздвинул пальцами мягкие половые губы и дотронулся до клитора, за что в награду получил всхлип и толчок бедрами навстречу моей руке.

— Сейчас все будет, — прохрипел девушке в ухо, затем прикусил мочку и слегка пососал, спустил к шее и стал облизывать ранку, испачканную кровью. Она заживала быстро из-за нашей близости. Я кончиком языка обвел красные круглешки и втянул божественный запах.4f7b7c

Марина захныкала, подалась грудью вперед, елозя попой по простыне. Ей пришлось вытащить свои клыки, но, очевидно, девушка не наелась, потому что взгляд ее неумолимо следил за каплями крови, капающими с моей шеи.

— Хочешь еще?

— Хочу… — выдохнула она.

Я отпустил ее руки над головой, и ладонью накрыл грудь, пальцем начал перекатывать твердый сосок, не сводя взгляда с лица пары, искаженного жаждой. О единении с ней я так долго мечтал. И вот наконец она будет моей.

— Маркус! — прохрипела Марина, потянувшись к моей шее, бедрами продолжая тереться об мою руку. — Я хочу еще…

Не сумев сдержать улыбки, я наклонился ниже:

— Это ведь все еще ты, да?

— Нашел время спрашивать, — зашипела девушка, показывая мне клычки.

— Самое время. Скажи мне, что это ты! — строго приказал, готовясь выпустить ментальную силу, но Марина лишь фыркнула и царапнула мое плечо ногтями.

— Не надо было тебе давать мою кровь месяц назад! Очевидно же, что тебе ее так сильно не хочется, как мне твою!

Этого было достаточно. Я вонзил в шею девушки клыки и толкнулся в нее членом, сразу порвав девстенную плеву. Марина недовольно запищала и попыталась столкнуть меня, но через несколько секунд успокоилась. Ее поглотила та же эйфория, что накрыла меня. Четыре нити внутри засветились синим, после чего соединились по парам. Их стало две, но каждая была толще, чем до этого. Личность Марины втянула в себя личность Камиллы. Они слились в единое целое.

— Маркус… — прошептала Маришка прежде чем снова укусить меня.

Я пил ее кровь, лизал и посасывал рану, чувствуя, как ее мышцы плотно сжимают член. Мне хотелось двигаться быстро и резко, но я боялся сделать ей больно, поэтому мой следующий толчок был осторожным и медленным.

— Боже… — застонала она. — Это… не так, как я думала…

— Это только начало.

Я плавно двигал бедрами, чуть выше подняв ноги Марины, чтобы входить в нее глубже. От каждого толчка разум ускользал, а его место занимала животная страсть и жажда абсолютного обладания.

Я провел ладонью по шее девушки, размазал кровь по ее груди и животу, затем стал облизывать ее, не прекращая толчков. Мне нравилось, как она постепенно утопает в наслаждении, как глаза ее мутнеют, и с каким трудом ей удается держать их открытыми.

Снова просунув руку между нашими телами, я начал кружить указательным пальцем по клитору, чтобы приблизить оргазм девушки и сделать его мощнее. А когда она выгнулась и стала дрожать, усилил толчки, пока из горла Марины не вырвался надрывный крик. Я обхватил, бьющееся в ковульсиях тело девушки руками, и только когда она успокоилась, позволил себе кончить в нее.

Мы тяжело дышали и ничего не говорили. Рана на шее от ее укуса ныла, и я уверен, что рана от моего укуса на шее Марины ныла сейчас также. Мы теперь были намертво связаны. В буквальном смысле. Я ощущал движение ее крови во мне, моя сперма и кровь заполнили ее тело. Это было истинное единение. Полный обряд. Больше я Марину не потеряю.

Приподнявшись на локтях я взглянул в уставшее, но удовлетворенное лицо девушки.

— К твоему сведению, Марина, мне всегда хочется пить твою кровь. Ты даже не представляешь, насколько сильно.

— К твоему сведению, Маркус, если ты думаешь, что теперь между нами все в порядке, то как бы не так! Спасибо тебе за еду и… оргазм, — при слове оргазм она покраснела, отчего мне захотелось рассмеяться, — было очень… мило! Теперь давай слезай с меня! Немедленно!

— Мило? — зарычал я. — Мило?! Видимо, одного оргазма недостаточно.

Я поднялся, подхватил девушку на руки и понес в душ. Мы оба были потные и перепачканные кровью друг друга, но это, черт возьми, был самый счастливый момент в моей жизни.

— Куда ты меня несешь?! Поставь меня на место! Иди к своей Ликадии! И кому там еще!

— Нет, — отчеканил я, занес ее в душевую кабину и включил теплую воду. — Ты от меня не избавишься, малыш. Никогда. Смирись.