Эпилог 1

Марина

Год спустя

— Не может быть… — я еще раз взглянула на тест на беременность, затем положила его на столик и плотно зажмурила веки. Вдох-выдох, снова вдох, и снова выдох. Неужели это правда?! Неужели получилось?!

Открыв глаза, я потянулась за тестом, боясь, что сейчас возьму его, а там уже не окажется двух заветных полосок, о которых я так мечтала весь последний год, но к моему облегчению и неописуемому счастью, полоски по-прежнему были на месте.

— Маркус! — закричала я, выбегая из ванной комнаты. — Маркус…

— Что случилось?! — вампир вскочил с постели, даже не удосужившись прикрыться чем-нибудь, хотя, зачем ему это? Я любила его тело. Любила смотреть на него, гладить, целовать. По мне было бы здорово, если бы Маркус всегда ходил голым. Шучу, конечно… А может и не шучу…

— Ты в порядке? — прохрипел мужчина, прижав меня к себе. — Почему бледная такая, Мариш?! Ты хорошо себя чувствуешь?

— Более чем, — широко улыбнулась, уткнулась носом в грудь мужчины и зашептала. — Никогда себя так хорошо не чувствовала. И все благодаря вот этому.

Я вложила в его руку тест и засмеялась.

— У нас получилось! Получилось!

Маркус недоуменно уставился на свою раскрытую ладонь, на которой лежала крохотная белая полосочка с еще более крохотными двумя темными линиями на ней.

— Это… это… то, что я думаю? — залепетал он, неверяще разглядывая тест.

— Да. У нас будет малыш. Или малышка. Я могу иметь детей! Я стану мамой! — не смогла сдержать слез. — А моя мама станет бабушкой. А Мара тетей. А…

— …я отцом… Вот это утро… Одни потрясения…

Мужчина подхватил меня на руки и закружил по комнате.

— У нас будет ребенок, рыжик!

— Да! Да! Да!

Наверняка в эту минуту мы были похожи на двух смеющихся идиотов, которые сошли с ума от счастья, но мы ведь имели право сойти с ума. Мы так хотели малыша, и вот судьба подарила нам его. Подарила возможность любить не только друг друга, но и результат нашей любви. Крошечное создание, которое уже росло во мне и набиралось сил.

Маркус осторожно положил меня на постель, а сам лег сверху, удерживаясь на локтях.

— Теперь у Марко будет младший брат.

Марко — сын Йена и Мары. Он родился три месяца назад. Я часто бывала у них и помогала подруге справляться с малышом. Роды у Мары были тяжелые. Отравление сказалось на ее организме и, во время родов она чуть не истекла кровью. Но опытные врачи сумели спасти и ее, и ребенка. Только вот они сказали, что больше Мара иметь детей не сможет. Точнее, сможет, но следующие роды вполне могут ее убить. Хазард рвал и метал по этому поводу. Волк буквально обезумел и последние месяцы бросил все силы на поиски Ликадии, которую за год ни вампирам, ни оборотням так и не удалось найти.

— Теперь мне придется быть осторожнее, — погладил Маркус мой плоский живот и нахмурился. — Меньше заниматься с тобой сексом, меньше пить крови…

— Маааркууус, — не удержалась и закатила глаза. — Я себя прекрасно чувствую! Не смей превращаться в параноика.

— После мучительных родов сестры, когда я всю ночь наблюдал, как Хазард сходит с ума, ожидая, что Мара и их сын погибнут, чего ты от меня хочешь? Я уже параноик. Поэтому не буду отходить от тебя ни на шаг, женщина.

— Сумасшедший, — хихикнула я и ткнула его кулачком в плечо.

На самом деле, мы все тогда перепугались за Мару. Я старалась лишний раз не напоминать Маркусу об этом, ведь он чуть не потерял сестру и племянника. Вот и сейчас решила, что будет лучше перевести тему, чем пытаться его успокоить, потому что второе мне все равно вряд ли удастся, пока я благополучно не рожу.

- Ты сказал, что этим утром одни потрясения… Было еще что-то, кроме новости о будущем наследнике или наследнице Варранов?

Вампир тут же напрягся и скосил взгляд в сторону.

— Было… Но теперь я не знаю, стоит ли говорить. Не хочу волновать тебя, рыжик.

— Эй… что такое? — я ласково погладила его колючую небритую щеку. — Поверь, я буду больше волноваться, если не буду знать, по какой причине ты такой хмурый.

Маркус вздохнул, лег на спину и за руку потянул меня на себя. Удобно устроившись на обнаженном теле мужчины, я положила голову ему на плечо и стала терпеливо ждать, когда он решится рассказать мне тревожные новости, наслаждаясь при этом умировторяющими поглаживаниями его пальцев, скользящих вдоль по позвоночнику.

— Ликадию нашли.6dfffc

— О боже! Что?! Ты серьезно?! — я хотела встать, но рука Маркуса удержала меня на месте, не дав пошевелиться.

— Тише, рыжик. Я серьезно. Вампиршу нашли. Точнее ее могилу. Оказывается, ей удалось уговорить лисов спрятать ее у себя. Она все это время была у нас под носом, а я даже ментальной силой не смог ее обнаружить, потому что она оборвала родовую связь. Отказалась от прибежища Варранов. Альфа лисов сказал, что им стало жаль беременную самку, и они спрятали ее у себя до родов. По уговору после родов она должны была исчезнуть, но роды оказались мучительными. Она умерла сразу после рождения девочки. Ей чуть больше месяца.

Хоть Лика и была стервой, и я ненавидела ее за все, что она сделала, мне было жаль женщину. Жаль, что она не смогла подержать свою малышку на руках. Жаль малышку, у которой не будет мамы.

— И что… что теперь станет с ребенком?

Маркус сглотнул и внимательно посмотрел на меня долгим пронзительным взглядом.

— Нам придется забрать ее, Мариш. Девочка — полукровка. Я был сегодня у лисов, когда ты спала. Они показали мне ее. Глаза черные. Потом цвет изменится, но тот факт, что она — наполовину вампир, не изменится точно. Лика была моей подданной. Хоть и предательницей, но все же… я не могу оставить девочку лисам.

— Мы можем найти для нее хорошую семью в клане.

— Можем, — прохрипел Маркус. — Но для начала прочитай вот это.

Вампир потянулся к прикроватной тумбе, открыл ящик и достал оттуда небольшой мятый листок.

— Это тебе.

— Мне? — я взяла лист из его рук и развернула. Провела пальцами по кровавым разводам на белой бумаге и смазанным корявым буквам. Записку писал человек, который явно торопился и, возможно, был болен. Местами рука будто срывалась, из-за чего буквы скакали и бумага была порвана.

— Ликадия написала. Тебе. Перед тем, как умереть.

Меня прошиб озноб. Почему она решила написать мне? Ведь мы не любили друг друга? Она хотела моей смерти. Она предала мужчину, которого я люблю. Почему тогда?

— Читай вслух, рыжик.

— Хорошо.

Я погладила свой живот и начала читать:

— "ОН меня не простит, поэтому я пишу тебе… Мой ребенок никому не нужен… Отец девочки мертв. Не пережил обращение. Ты… лучше других… знаешь, что значит быть полукровкой. Не бросай ее. Она ни в чем не виновата. Только я… Дай ей шанс…"

Когда закончила читать, еще раз пробежала взглядом по записке, затем еще раз и еще, пытаясь вырвать смысл, вложенный между строк…

— Маркус… она просит… она хочет, чтобы… мы заменили ее дочери родителей?!

— Видимо, да. Точнее, она просит тебя. Ты вправе отказать. Мы можем выбрать других вампиров. Они воспитают ребенка не хуже…

Я сжала листок и прикрыла глаза. Она попросила меня. Как она смела?! Она на меня это возложила, зная, что у меня мягкое человеческое сердце, и сейчас внутренний вампир больше не подавляет меня своей силой и агрессией.

Снова развернула листок и повертела его. Она хоть что-то еще написала? Хотя бы "прости" или "пожалуйста"?!

На обратной стороне в самом низу действительно было написано еще кое-что.

— "Я назвала ее Камиллой…"

"Камилла…"

Вампирша внутри меня резко выпустила клыки и со всей силы ударила меня в грудь, заставляя прижать руку к сердцу.

— Камилла хочет жить… — прохрипела я. Слезы потекли из глаз, срываясь вниз, падая на листок и сильнее смазывая чернила на нем. — Любить и быть любимой. Быть матерью. Хотя бы так…

— Рыжик? — Маркус вырвал листок из моих рук и прижал к себе. — О чем ты? Что такое?

— О прощении и благодарности, — громко всхлипнула и уткнулась носом в его плечо. — Заберем малышку…