Глава 6

К тому моменту, когда им пришла пора выбираться на шоссе, машины уже начали выстраиваться в пробки.

Свет в салоне Линдси не включала, впрочем, как и радио, только опустила стекло и курила почти безостановочно. В свете приборной доски она казалась еще бледнее, чем обычно бывал Эдвин, под глазами не то мерещились, не то в самом деле залегли тени.

Валентин молчал тоже, бездумно глядя в окно на проплывающие мимо огни.

Он не то чтобы относился к смерти спокойно, смерть просто была неотъемлемой частью его жизни. Возможно, даже основной ее составляющей.

Еще один психопат, у которого руки и возможные прочие конечности теперь по локоть в крови, и которому вне зависимости от его видовой принадлежности скорее рано, чем поздно, зачитают смертный приговор.

Но перед глазами все еще стояли грязные босые ноги в синяках, тонкие щиколотки.

Подобную жалость меньше суток назад он испытывал к тоскливо воющему волку.

Батлер чуть наклонилась вперед, высматривая свободное место.

Съехав с дороги, она так же молча остановилась и вышла из машины.

Наблюдая, как за детективом плавно закрывается стеклянная дверь небольшого магазина, Вэл отстраненно отметил, что испорченный пиджак она так и не сняла.

Вернулась Линдси через десять минут, бросила на доску запечатанную еще пачку сигарет. На колени Валентину легла шоколадка.

Занятый своими мыслями медиум не вздрогнул, но на плитку посмотрел с недоумением, потом на напарника… напарницу, — откровенно вопросительно.

— Вам предстоит длинная ночь, мистер Маршалл, — от дороги Линдси, впрочем, не отвлеклась, вывернула руль, втискивая машину в узкий заезд между деревом и магазином. — Насколько я знаю, общение с покойниками требует больших затрат.

Они выехали на узкую, плохо освещенную улицу, но машин здесь было намного меньше.

— Сегодня ни с кем из мертвых я общаться не планирую, — было неловко, и Вэл отложил шоколадку, вытащив вместо нее из кармана сигареты. Вспомнил, что так и не забрал из своей машины зажигалку.

— Можно?..

Линдси, наконец, бросила на него короткий взгляд, и удерживая руль левой, зажгла для него огонек на правой руке.

Пальцы на пластике сжались так крепко, что побелели.

Вэл выпустил дым, обдумывая, насколько уместно сейчас будет заговорить.

— Знаете, вы вполне можете считать меня чуть менее бесполезным, чем сержант Стив, но я тоже умею водить машину.

Батлер даже головы не повернула, хотя получился у пытавшегося предложить помощь Валентина откровенный выпад.

— Стив мальчишка-идеалист, уверенный, что его чуть больше чем человеческие возможности обязывают его служить и защищать. Дайте сигарету.

Отчаянно стараясь подавить очередной приступ досады на самого себя, Вэл протянул свою пачку.

— И я вовсе не считаю вас бесполезным, Валентин, — продолжила Батлер только закурив. — Я в курсе, насколько качественно вы работаете. Но я плохо знакома со спецификой того, чем вы занимаетесь, и пока что еще не до конца разобралась, что мне с вами делать.

— Делать со мной? — Вэл чуть развернулся на сидении.

Разговор начинал становиться увлекательным.

Линдси выпустила дым, и сигарету теперь держала левой рукой. Правая лежала на руле.

— Вы, вероятно, знаете, что, по правилам, детективы с Особенностями имеют право работать в одиночку. В последний раз у меня был напарник сразу после Академии, — Линдси все же бросила на медиума еще один взгляд, чтобы удостовериться, что тот не только слушает, но и понимает, о чем идет речь. — Нам может быть сложно притереться.

Валентин понимал, пожалуй, даже лучше, чем хотелось бы.

— Что у вас с рукой?

Бестактно, не в тему, слишком в лоб. Но зато честно.

Бетлер коротко рассмеялась, — видимо, оценила.

— Откровенность между напарниками, как залог плодотворной работы?.. — если она и была удивлена, то удивление это оказалось приятным. — Вы слышали про Художника?

— В общих чертах, — Вэл затушил окурок и убрал упавшие на глаза волосы. — Меня к этому делу не привлекали. Полагаю, потому что занимались им вы.

Останавливаясь на светофоре, Линдси медленно кивнула, соглашаясь, что предположение верно.

— Ублюдок считал себя творческой личностью, писал картины на живых холстах. Предполагалось, что это вложит в них… душу, — свой окурок Батлер просто выбросила в окно, трогаясь с места. — Ко мне тогда прибился один журналист, увлеченный и умненький парнишка, которому очень хотелось свою сенсацию. Я подумала: почему нет?

Они все же въехали в небольшую пробку.

Стоять предстояло не дольше пятнадцати минут, но сейчас Валентин этой задержке был даже рад.

— Он принес информацию, — Линдси высунулась в окно, дополнительно оценивая масштабы затора, и продолжила с такой интонацией, как будто непринужденно болтала об утреннем походе за хлебом. — Мы выехали на место. Парень к тому моменту оказался здорово во мне разочарован. Но, поскольку таланты не сдаются, всё же решил попытаться разъяснить мне ценность своей работы при помощи скальпеля.

Светофор переключился, машины тронулись, и Линдси переключила скорость.

— Руку я сломала, когда падала со стола в его мастерской. Делать это связанной было несколько неловко.

Они, наконец, повернули за угол, и впереди стали видны огни полицейских машин.

Валентин на секунду ощутил странную пустоту в груди.

— Мораль в том, — он снова посмотрел на детектива. — Что промахнуться может каждый?

— Почему же, — та пожала плечами, паркуясь на импровизированной стоянке, чуть в стороне от машин остальных членов и гостей оперативной группы, чтобы им не перекрыли выезд. — Случаются исключения.

— Кто, например? — несмотря на то, что они наконец добрались до очередного места очередного преступления, Вэла неожиданно отпустило.

— Наш капитан, — Линдси заглушила двигатель, и вдруг коротко, хотя и совсем невесело улыбнулась.

Упомянутый капитан обнаружился неподалеку, рядом с машиной скорой помощи, в которой истерично тряслись два тощих и патлатых тела, одно из которых Линдси не без труда опознала как женское.

— Просто блеск, — Валентин проследил ее взгляд, и ускорил шаг, предпочитая увидеть труп возможности поздороваться с непосредственным заказчиком.

Впрочем, первым покойником, встретившимся им на пути, оказался Эдвин.

Свободная черная толстовка, свободные же джинсы и ботинки на толстой подошве.

— … и только окровавленные резиновые перчатки на его руках разрушали образ свободного поэта!.. — Линдси начала издалека и с подобающим пафосом, чтобы вампир тут же развернулся, прервавшись на полуслове.

Он махнул рукой, отпуская парочку патрульных, которым не то делал внушение, не то травил байки.

— Добро пожаловать на шоу, господа.

Цепкий, настороженный взгляд скользнул по Валентину и снова вернулся к детективу.

— Первый день выдался урожайным?

— Надеюсь, бывало и хуже, — Линдси взяла две пары перчаток, одну отдала Валентину.

Тот взял, но смотрел только на Эдвина.

— Как оно? По сравнению с предыдущим.

— Они, — поправил вампир, и кивком пригласил их следовать за собой внутрь того, что еще пару лет назад было двухэтажным жилым бараком. — Детишки искали место, чтобы уединиться, но нашли кое-что другое. Кстати, не хотите надеть маски? Клиенты пролежали не меньше недели.

— Значит, минимум двое, — заключила Батлер, отрицательно качнув головой по поводу масок.

Взять их и правда было бы нелишним, но возвращаться не хотелось.

— Двое, — Эдвин кивнул с явным удовлетворением. — Кстати, тоже пара. Положение тел позволяет предположить половой акт незадолго перед смертью.

— Или что наш убийца не только кровожадный, но еще и сексуально озабоченный ублюдок, — запах настиг их уже в коридоре, и Валентин поднял повыше воротник куртки, чтобы при необходимости дышать в него. — Люди?

— Она да, он нет, — Эдвин сделал широкий приглашающий жест, будто и правда провожал их к местам в зрительном зале. — Характер когтей наводит на мысль о собаках или волках в генетической цепочке.

— В шахматном порядке, — Линдси коротко усмехнулась, словно услышала именно то, что ожидала.

— Художник у вас уже был, — Валентин пожал плечами и, обогнав ее в дверях, вошел первым. — Для полного собрания интеллигенции не хватает только Поэта. Ох, твою ж на хрен мать!..

Выглядело место убийства действительно впечатляюще. Среди груды мусора и старых кирпичей лежали два полуобнаженных тела.

Руки девушки были широко раскинуты.

Отрубленные руки мужчины лежали по обе стороны от ее головы. Вместо ногтей кончики их пальцев венчали длинные и крепкие когти.

Мужчина лежал рядом, так же на спине. Его джинсы и белье оказались спущены на бедра.

Подойдя ближе, Батлер медленно выдохнула в воротник водолазки, который натянула на нос.

От уголков рта погибшей женщины к ушам шли два глубоких разреза.

Вэл подошел ближе и присел на корточки перед телом девушки, потянулся, чтобы поднять веки, но в последний момент остановился.

Не потому что побрезговал дотронуться.

Потому что вовремя осознал, что бесполезно. В ее глазах уже точно ничего не увидеть.

До сих пор стоявший молча Эдвин приблизился и коснулся его плеча.

— Твоя задача разговаривать с мертвыми, Тино. Возиться с трупами оставь мне.

Маршалл чуть повернул голову, будто прикладывая усилия, чтобы вникнуть в смысл его слов.

— Кстати, язык у нее на месте.

Короткий, такой привычный смешок вампира, и он, наконец, отмер, поднялся и посмотрел на детектива.

Батлер же в свою очередь склонилась над телом мужчины, провела кончиками затянутых в резину пальцев по линии разреза на шее.

— Ножом?

— Очень на то похоже, — при всем опыте, силе и скрытности Эдвина, он все же был ходячим мертвецом. Это значило, что пусть слабо, но Валентин мог на него настроиться.

Впрочем, сейчас вампир и не особенно скрывал, что рад продолжить общий разговор.

— А еще похоже на то, что руки ему отрезали живому и в сознании, — Батлер переместилась ближе к останкам, и для Валентина пояснила: — Судя по тому, как прилила кровь.

— Я предположил топорик, каким пользуются мясники, — Эдвин опустил руки в карманы ветровки и мягко, но вполне очевидно закрылся.

— Прямо-таки завидное разнообразие, — Линдси поднялась, отряхнула руки. — Не знаю, как ты это терпишь, Покойник, но нам бы отсюда свалить.

— И поскорее, — Вэл первым вышел в коридор, доставая на ходу пачку.

Внутри болтались две последние сигареты. Одну он взял себе, другую отдал детективу Батлер.

Та притормозила, чтобы дать ему закурить.

Уголки губ наблюдавшего за ними Эдвина дернулись вверх, но вслух он ничего говорить не стал.

— Разнообразие, это точно. С твоим везением за последний год, я бы предположил, что наш уважаемый капитан решил при помощи этого дела от тебя избавиться.

— Иди к черту, — откликнулась Батлер беззлобно, и глубоко затянулась, чтобы прогнать забившийся даже в горло запах.

На этот раз Эдвин хмыкнул вполне отчетливо:

— Свежая шутка.

— Вместе с капитаном.

Они вышли на улицу как раз в тот момент, когда патрульный поднимал ленту оцепления для Лайнела Герта.

Дорогой костюм и светлую рубашку он успел сменить на джинсы и кеды.

Линдси остановилась и, опустив руку с сигаретой, проследила взглядом, как доктор Герт подходит к «скорой», сначала только заглядывает, потом забирается внутрь.

— Работа со свидетелями в шоковом состоянии, — Эдвин дал ей вдоволь полюбоваться, прежде чем вернуть внимание себе.

— Если с кем-то они разговорятся, то только с ним, — Батлер кивнула и отвела глаза, чтобы Лайнел ее раньше времени не почувствовал.

Сначала дело, потом — как повезет.

Вампир кивнул, подводя черту:

— Итак, господа детективы, для вас у меня два варианта. Нашу членистоногую сестру уже должны были доставить ко мне, и ею я собираюсь заняться сразу же. Можете либо съездить домой и попытаться поспать, либо поехать со мной, — он неопределенно кивнул на свою машину, припаркованную не то случайно, не то с глубоким смыслом рядом с труповозкой. — И получить результаты из первых рук.

Вэл серьезно кивнул, однозначно отметая вариант с поездкой домой.

Батлер же выбросила окурок и кивнула на труповозку:

— Кстати, Эд, давно хотела спросить, ты в этой штуке ездишь на пассажирском или в кузове?

— Сука ты, Батлер, — вампир опустил руки поглубже в карманы. — Но даже для такой суки, как ты, мне не жаль чашки хорошего кофе. Подождите минут десять.

Он отошел, и Вэл поежился от забравшегося за воротник прохладного ночного осеннего ветра.

— Кофе был бы очень кстати.

Он вяло подумал, что одежда наверняка провоняла, и едва не рассмеялся, поняв, что ночевку в морге вполне осознанно предпочитает собственной ванной и чистым джинсам.

В конце концов, у Эдвина тоже есть душ. А пакет со сменной одеждой он утром оставил у вампира в кабинете.

— Это ваш друг? — чтобы не смотреть по сторонам, Валентин предпочел наблюдать за каретой скорой помощи.

— Мой личный психоаналитик, — стоящая рядом Батлер чуть развернулась к нему, удостоверяясь, что некромант такой формулировкой удовлетворится.

— Психоаналитик? — Валентин поднял на нее потемневшие от усталости глаза, в глубине которых, впрочем, снова вспыхнуло что-то, похожее на живой интерес. — Мне, вероятно, стоило спросить об этом раньше, но… Вы сжигаете людей заживо, Батлер?

— Кто-то меня сегодня об этом уже спрашивал… — ответ Линдси прозвучал невнятно, потому что все ее внимание уже было занято приближающимся к ним Брэндоном. — Опять же, за редким исключением…

— Мистер Маршалл, — поздоровался шеф таким тоном, каким обычно проклинают врагов.

— Капитан, — поприветствовала его за обоих Линдси.

Валентин подумал, что от одной такой ее улыбки у подследственных должно как-то само по себе возникать непреодолимое желание давать исключительно признательные показания.

— Что удалось узнать?

— Четыре трупа со следами более чем насильственной смерти обнаружены меньше, чем за сутки. Два из них — приблизительно недельной давности. Поскольку ваши люди упустили такую деталь, как отсутствие у жертвы номер один языка, мистер Маршалл не смог произвести посмертный допрос и заручиться сколько-нибудь полезной информацией. Однако характер и жестокость повлекших за собой смерть травм позволяют предположить серию убийств.

Батлер отчитывалась перед начальством с откровенно скучающим видом, а когда она закончила, капитан остался стоять с выражением лица внезапно и глубоко уязвленного человека.

— Дерьмо, — подытожил он услышанное спустя пару минут.

Хотел сказать что-то еще, но передумал, махнул рукой и ушел, процедив сквозь зубы традиционное «Работайте».

Проводив шефа взглядом, Линдси качнула головой и полезла в карман. Сигарет там не обнаружилось.

— Почему вы так на меня смотрите, Валентин? — она, наконец, повернулась, спокойно встретила внимательный взгляд медиума.

— Я думал, будет хуже, — не подумав отвести глаза, Вэл ответил максимально честно.

Не меньше минуты они стояли молча, наконец, по-настоящему изучая друг друга, а потом Вэл рассмеялся коротко, хрипло и чуть неловко, как человек, который в принципе смеется крайне редко.

— А вы действительно заноза в заднице Брэндона.

Извлекшая из кармана вместо сигарет ключи от машины Батлер тоже рассмеялась, но больше от неожиданности.

— Заноза в его заднице?.. Кажется, я начинаю догадываться, где вы наводили обо мне справки.