Глава 3

Елена ар Андрес

Я проснулась от стука в дверь спальни. Откинула одеяло, надела халат, тапочки и отправилась открывать дверь. За дверью стоял брат и, увидев меня, нервно передернул плечами.

- Королевская карета въехала в ворота нашего замка, - выпалил он. – Пойдем скорей вниз. Одеваться некогда.

Мы спустились на первый этаж. Я со сна не могла понять, что происходит. По дороге Никелиас объяснил, что, если король ехал в ночь, да ещё в такую грозу, значит дело жизни и смерти. Весь свет зажигать в коридорах не стали. Мы прошли к входной двери в замок, в этот момент она отворилась и в дверном проеме возникла высокая фигура в плаще. Карим поспешил к вошедшему гостю, чтобы помочь ему снять мокрый плащ. Перед нами стоял мужчина примерно возраста графа. Его фигура была атлетически сложена. Ко лбу прилипли мокрые каштановые пряди, а на изнеможённом лице видна многодневная щетина. Карие глаза смотрели умоляюще, а руки протягивали в мою сторону бледного бессознательного шестилетнего ребёнка.

- Что с ним? – просто спросила я. – Карим срочно буди Алексиса! И вызови его в лазарет. Пригласи Этаниаэля, - эмоции отхлынули, остался лишь холодный разум.

- Я не знаю… Эти приступы случаются постоянно… Целители клялись, что он здоров… - устало выдохнул король.

- Идёмте со мной. Карим, плащ! – приказала я.

Я повела Его величество, держащего сына на руках, в лазарет. Войдя, я приказала положить малыша на высокую кушетку и начала осмотр. Зрачки были расширены, но на свет реагировали. Температура тела была понижена. Пульс нитевидный. Я подключила свой дар. Кровеносные сосуды малыша были сужены во всём теле. Я начала исследовать кровь. В ней циркулировало какое-то странное вещество, которое и сужало сосуды, понижало температуру тела. Ребёнок просто впадал в летаргический сон и медленно умирал. Мне стало понятно, что это какой-то яд. В это время вошли магистр Алексис и Этаниаэль. Я объяснила клиническую картину. Этаниаэль подошёл к малышу, взял его руку и, глазами спрашивая разрешения у короля, кинжалом проткнул пальчик мальчика. На подушечке выступила крошечная капелька крови. Этаниаэль понюхал её, а потом я почувствовала силу его тьмы. Своей магией он раскладывал кровь на составляющие.

- Это очень редкий яд. Это даже нельзя назвать ядом. Мальчику кто-то ежедневно давал сок гуравы. Это растение произрастает только в горах драконов. Добыть его очень сложно, но и определить тоже. У меня есть противоядие. Сейчас принесу, - спокойно промолвил дроу.

- Как часто необходимо давать это вещество? – побледнев, спросил король.

- Ежедневно. Иначе, действие его ослабевает, и организм человека приходит в норму, - также спокойно ответил Этаниаэль.

- Всё-таки камердинер, - зло прорычал король.

- По пути я отдам приказ арестовать вашего камердинера, - успокоил его темный эльф и вышел.

Мы с Алексисом магией поддерживали организм мальчика, ожидая прихода Этаниаэля. С улицы доносился шум ливня и раскаты грома, иногда в окнах отражались отблески молний. Он пришёл через двадцать минут, известив о том, что камердинер задержан. Дроу ловким движением приоткрыл рот маленького принца и по капле стал вливать противоядие. Я целительской магией вызывала глотательный рефлекс. Противоядие быстро попадало в кровь, но действовало очень медленно.

До утра мы втроём с помощью лекарства и целительной магии постепенно расширяли все сосуды малыша до нужных размеров, помогали ему дышать, а сердцу биться. Заглянувшему графу был отдан приказ принести грелки с горячей водой, которыми мы впоследствии обложили всё тело ребёнка, чтобы запустить естественный процесс расширения сосудов и повышения температуры тела до нормы. Всё это время король был рядом. Он валился от усталости, но не сводил обеспокоенного взгляда с сына.

На рассвете Томиан пришёл в себя. Он открыл карие, как у отца, глаза и посмотрел на меня.

- Про вас мне мама говорила, - тихо прошептал он. – Вы ангел?

- Нет, малыш, я просто человек, - ответила ему, улыбнувшись. – К ангелам тебе ещё рано.

- Мальчик мой, - прошептал король и подошёл к сыну. – Как ты себя чувствуешь?

- Как раньше… Когда был здоров, - ответил принц.

- А ты и теперь здоров, - улыбнулся магистр Алексис. – Побудешь до вечера в лазарете, а потом пойдёшь в покои.

- Я буду с тобой, сынок, - сказал король и погладил мальчика по каштановым волосам.

Он взглянул на его круглое личико с прямым носом и припухшими губами, как у него самого, сжал в руке детские пальчики.

- Ваше величество, вам необходимо поспать, - сказала я. – Мальчику нужен здоровый отец. Не волнуйтесь, я с ним побуду. Вас проводят в ваши покои.

Его величество кивнул и, смирившись, отправился в сопровождении Этаниаэля в замок. Я попросила пришедшую Леону принести нам завтрак, а принцу рекомендовала молочную кашу, на что он сморщился.

- Ненавижу кашу, - проворчал он.

- Я понимаю, но сейчас для тебя она полезней всего, а если всё съешь, я расскажу тебе сказку.

- Я уже большой, чтобы слушать сказки.

- Поверь мне, сказки любят даже взрослые. Просто сказки бывают разные и учат нас по-разному. Там, откуда я пришла, есть поговорка. Сказка ложь, да в ней намёк – добрым молодцам урок, - я умилялась этому малышу, который хотел казаться уже взрослым.

- А сказка интересная?

- Не бывает неинтересных сказок, бывают люди, которые их не понимают, - пожала я плечами.

- Папа говорит, что король должен многое понимать и быть мудрым, - важно ответил мальчик.

- Твой папа правильно говорит. Ведь от этого зависит то, как будет жить его народ, - в уме отметила, что король очень мудр, раз обсуждает такие вещи с сыном.

- Папа тоже так говорит.

Леона принесла мне легкое сиреневое домашнее платье из шелка. Я переоделась и привела в порядок прическу. Вскоре нам принесли завтрак, и мы, смеясь, приступили к его поглощению. Томиан съел всю кашу, и было видно, что она ему очень понравилась.

- Всё, я всю кашу съел. Теперь сказка! – хитро воскликнул он.

- Конечно, мы же договорились. Жили-были дед и баба… - я начала рассказывать ему сказку «Мальчик-с-пальчик».

Принц слушал очень внимательно. Потом очень долго думал над сказкой. Потом спросил:

- Как из пальчика получился мальчик?

- Это же просто сказка. На самом деле так не бывает. Ну, эта сказка есть и в другом варианте. Хочешь, расскажу?

- Хочу!

- Тогда слушай. Жил-был дровосек с женой, и было у них семь сыновей…

До самого обеда мы с ним рассказывали друг другу сказки. Потом играли в слова. Я загадывала ему загадки, а принц пытался их разгадать. Меня посетило давно забытое ощущение тепла от общения с ребенком. Только сейчас я вспомнила, почему так любила свою работу учителя начальных классов. Ближе к обеду в двери палаты заскребли когти моего кьяра. Я уже стала чувствовать её по нашей связи. Приоткрыв дверь, впустила Соню в палату.

- Ух ты-ы-ы, - удивился малыш. – Какая киса!

Соня внимательно посмотрела на мальчика, оценила его размер, но, увидев горящий взгляд, немного отступила, выпучив глаза, прижала уши к голове и задумчиво махнула хвостом.

- Знакомься, это мой фамильяр, ее зовут Соня. Соня, знакомься, это Томиан.

Соня подошла ближе к мальчику и обнюхала протянутую ей детскую ладошку. Чихнула, затем примерилась и запрыгнула на постель к мальчику. Мурлыкнула и стала тереться головой об тело ребёнка, выпрашивая ласку. Тем временем я с помощью целительского дара проверила состояние мальчика и отметила некоторые нарушения работы головного мозга. Всё же сосуды длительное время были сужены, и мозг плохо снабжался кислородом, но работать с этим нарушением я решила после обеда, когда ребёнок будет спать. Через час нам принесли обед. Пришёл магистр Алексис. Когда мальчик пообедал, я погрузила его в сон и только после этого объяснила магистру, что нам предстоит сделать. На восстановление работы головного мозга у нас ушло около двух часов.

Томиан проснулся и потёр глаза кулачками.

- А у меня голова больше не болит, - бесхитростно сообщил он.

- Ну, вот и хорошо. Теперь ты действительно здоров. Сейчас тебе нужно хорошо кушать, гулять в саду и набираться сил. Пойдёшь к папе? – спросила я.

- Да.

- Тогда поднимайся. Как раз, мы с тобой пойдём через сад, и ты прогуляешься, - улыбнулась я, вспоминая Илью в этом возрасте.

Принц ловко соскочил с кушетки, взял меня за руку, и мы вышли из лазарета. В саду разлился аромат молодой листвы и цветущих деревьев. На лазурном небе ярко сияло солнце. Его лучи запутывались в ветвях, а ветер шелестел листвой.

Мы медленно продвигались по тропинке к замку. Томиан шел вприпрыжку, слушая весело щебечущих птиц. К нам на встречу вышли Никелиас и Его величество.

- Томиан! – воскликнул он, протягивая руки к сыну, который, увидев отца, побежал к нему навстречу.

- Отец! Я уже здоровый, - радостно сказал мальчик, забравшись на руки к отцу.

- Мы не представлены, - обратился ко мне Его величество.

- Ваше величество, позвольте представить Вам мою сестру, Елену ар Андрес. Елена, позволь представить тебе Его величество Эрнан первый, - представил нас Никелиас.

Я присела в глубоком реверансе. Сегодня, глядя в карие глаза короля, почувствовала, что во мне что-то зашевелилось. Что-то давно забытое. Мне понравилось его лицо, фигура, то, как он относится к сыну. Его величество почтительно склонил голову и предложил мне опереться на его локоть. Уже вчетвером мы направились в замок.

- Вы покажете нам ваш дом? – обратился ко мне король.

- Да, разумеется, - ответила я, входя в замок.

Я водила Его величество и Его высочество по коридорам замка, показывала трапезные, кабинеты, залы, мастерские, а также картины Микеллы. Его величество впечатлило всё, но особенно он отметил искусство живописи. Мне пришло в голову показать им мастерскую художников.

Наша девочка в это время обучала своих учеников работать с холстом и красками. Показав знаком, что вести себя нужно тихо, мы осторожно зашли в мастерскую. Мальчик, которого звали Кайл, на небольшом холсте рисовал луг, а Микелла объясняла, как растушевать краски. Мегис сидела в углу и тоже что-то рисовала. Она первая обратила на нас внимание.

- Здравствуйте, - присела она в книксене. – У Вас очень красивое лицо. Прямой нос, красиво очерченные скулы, четкая линия бровей… Вы знаете, у вас очень выразительные глаза и несколько вытянутый овал лица, обрамленный каштановыми прядями… Разрешите мне Вас нарисовать? – увлеченно спросила маленькая художница короля.

- А Вы сможете? – поинтересовался он.

- Для начала сделаем набросок, а потом посмотрим, - не растерялась Мегис.

Я знала это выражение лица. Творческий человек, погружаясь в идею и рабочий процесс, не замечает ничего вокруг. Вот и Мегис даже не понимала, что сейчас разговаривает с королем, а его забавляет сама ситуация.

- Я согласен. Что нужно делать? – озорно улыбнувшись, спросил Его величество.

- Садитесь на стул к стене и постарайтесь не двигаться, - распорядилась она.

Король опустился на стул и замер в одной позе. Девочка подошла к нему и бесстрастно поправила его позу. Затем присела к мольберту и принялась за работу. Через час она закончила и показала нам великолепный портрет. Король был поражен.

- А на большом холсте и красками сможешь? – спросил он.

- Да, но на это мне понадобиться почти месяц. Я ведь только учусь… - засмущалась она.

- Мне нужно позировать или достаточно этого наброска? – вежливо поинтересовался он.

- Наброска достаточно, - улыбнулась она.

- Тогда я делаю заказ на свой портрет и портрет своего сына, - улыбнулся он.

- Тогда мне необходимо сделать набросок и с него, - сказала она.

Его величество кивнул и попросил сына посидеть на стуле. Томиану было любопытно, поэтому он смирно сидел все то время, пока Мегис делала набросок. Через час мы покинули мастерскую художников. Его величество шел, о чем-то размышляя какое-то время, а потом спросил:

- Елена, где Вы берете столько талантливых детей?

- Неталантливых людей не бывает, просто у каждого есть свой талант, - улыбнулась я. – У кого-то призвание художника, а у кого-то дровосека, а недавно мы в приюте нашли мальчика, у которого дар корабела. Просто необходимо рассмотреть талант в человеке и создать ему условия для его развития. Например, вы уже знаете о новых игрушках, которые делаются в нашем графстве. Их делает очень талантливый мальчик, ему сейчас пятнадцать лет. Мы нашли его совершенно случайно. Мне и детям необходимо было заказать обувь, и Никелиас привёл меня к сапожнику. Кан был его учеником. Только вместо того, чтобы шить обувь, он делал игрушки, за что его очень сильно ругали, а мы пригласили мальчика к нам и создали ему условия для творчества. В этом году Кан запускает большое производство игрушек и набрал себе много учеников, которых отбирал по конкурсу.

- Елена, кем Вы были в своём мире? – поинтересовался Его величество.

- Педагогом, - ответила я. – Я обучала детей с шести до одиннадцати лет. И в мои обязанности входило рассмотреть талант каждого ребёнка.

- А как Вы себе представляете, возможность такого отбора детей в нашем мире?

- Нужно просто открыть школы, даже в крестьянских деревнях. В вашем мире есть только одна большая проблема – это безграмотность населения. Если дать людям возможность уметь читать книги и писать друг другу письма, они сами разберутся, чего хотят в жизни, и что они готовы сделать, чтобы получить это.

- Елена, Вам нужно отдохнуть. Вы не спали всю ночь, - тихо сказал Его величество, в его глазах было беспокойство.

- Уже нет смысла идти ложиться, - усмехнулась я. - Скоро ужин. Вы простите, но мне нужно привести себя в порядок. Я вас оставлю, - про себя я отметила, что мне нравится и хочется общаться с этим мужчиной.

В этот момент подошёл лакей и сообщил, что к нам едут гости, которых необходимо идти встречать.