Глава 6

На следующий день, после завтрака меня пригласили в кабинет, где ожидал Его величество Эрнан первый, Никелиас и старший герцог ан Доминис. Мне предложили присесть в кресло. Через несколько минут в кабинет завели пятидесятилетнего мужчину.

- Сайген, пройди и сядь на стул, - приказал Его величество.

- Елена, внимательно посмотри на душу этого человека, - попросил Никелиас.

Я обратилась к дару и взглянула на душу этого мужчины. В ней светился огонёк любви к близким, затянутый чернотой тоски, тревоги, вины, страха, уныния и беспокойства. Я направила свет своего дара на тьму и выжгла всё лишнее.

- Я закончила. У того человека случилась страшная беда, и если он что-то совершил, то сделал это от безысходности, осторожно произнесла я.

- Зачем ты убивал моего сына? – спросил король.

Мужчина плакал. По его морщинистому лицу текли слёзы. Взглядом я попросила разрешения задать вопрос. Король кивнул, и я подошла к этому человеку, присела рядом, взяла его за руку и спокойно посмотрела в глаза. Его зрачки расширились, а тело вздрогнуло.

- Скажите, что у вас случилось? – просто спросила я.

- Месяц назад ко мне пришёл человек от герцога ан Байрес, - начал он. – Он сказал, что мою семью забрали, и если я не буду поить каплями маленького принца каждый день, моих жену и детей убьют у меня на глазах. Один раз в декаду мне разрешали увидеть их и снова давали капли. Сначала, капли не приносили никакого вреда, и я думал, что это просто что-то полезное для здоровья мальчика, но в свой день рождения принц потерял сознание, и мне стало страшно. Этот человек, он как-будто почувствовал… И принёс мне отрезанную руку моего маленького сына. Он пригрозил, что следующей будет его голова. В тот момент я понял, что за мной следят. В карете, когда мы ехали сюда, Его величество как-то почувствовал, что именно я вместе с едой и водой даю Его высочеству капли, которые его убивают, и не позволял мне кормить и поить мальчика. В третью ночь, когда меняли лошадей, один из охранников приставил мне нож к горлу и спросил, почему принцу стало лучше, видно мне не дорог мой сын. Его величество уснул, я приоткрыл губы принца и накапал содержимое флакончика прямо в рот. На следующий день Его высочество Томиан вновь потерял сознание, а тот охранник мне усмехнулся на очередной остановке. Я молился, когда же это уже всё закончится, а вчера через прутья решетки мне показали голову моего сына, и я понял, что мой сын уже давно мёртв, и я не уверен, живы ли жена и дочери.

Сайген замолчал и больше не проронил ни слова. Я же испытала двойственные чувства. С одной стороны, мы пойдем на все ради наших родных, но с другой, почему он не поговорил с королем. Так был бы реальный шанс спасти и семью и принца.

У Его величества побелело лицо. Он сжал руки на подлокотниках кресла так сильно, что раздался отчётливый треск ломающегося дерева и рвущейся ткани. С одной стороны камердинер убивал ребёнка – наследника короны. С другой, всех нас можно достать только через близких. Через некоторое время Его величество взял себя в руки и отдал приказ увести камердинера, а также арестовать охранника.

- А кто такой герцог ан Байрес? – спросила я.

- Два месяца назад совет убедил меня в необходимости снова жениться. У герцога ан Байрес есть двадцати двух летняя неодарённая дочь. Последний месяц велись переговоры о заключении помолвки, - объяснил король.

- Зачем герцогу чужие дети, когда родные внуки станут наследниками, - горько прошептала я. – Не торопитесь жениться, Ваше величество. Вы маг, и жизнь у Вас длинная, а наследник престола уже есть. А если уж совсем настаивать начнут, заключите фиктивную помолвку с какой-нибудь магессой, не желающей быть королевой. В нужный момент она сама вас отпустит.

- Возможно, я так и поступлю, - поразмыслив, произнёс Его величество. – Как я мог допустить подобную ситуацию?

- Вы ни в чем не виноваты. Подобное просчитать не возможно, - подойдя к королю и положив руку на его плечо, проговорила я.

Мне хотелось его утешить, снять ту боль и чувство безысходности, что отразилась на его лице. А еще мне понравилось прикасаться к этому мужчине. Но я испугалась подобных мыслей и желаний, осторожно убрала руку и опустилась в дальнее кресло. Некоторое время мы сидели молча. Брат поднял взгляд и посмотрел на меня долгим взглядом.

- Елена, как вообще можно избежать такой ситуации? – спросил он.

- А вообще возможно взять магическую клятву верности и не причинения вреда у всех глав родов, причём не только своими руками, но и путём найма других людей? – задумчиво пробормотала я, потирая кончик носа.

- Возможно, конечно, - ответил молчавший всё это время герцог. – Просто нужно продумать слова клятвы.

- А в случае смерти главы рода, не утверждать в правах наследования его приемника, пока он не принесёт подобную клятву от себя и имени своего рода. Тогда Зелия навсегда забудет такую проблему, как свержение короля и устранение наследников. Это задание можно дать Эльвире и магистру Эраку. У них отличный тандем, - усмехнулась я.

- Только клятву мне будет приносить наследник рода ан Байрес, так как герцога я казню за измену короне, - жёстко произнёс король.

- А что вы будете делать с камердинером? – спросила я.

- Отправлю в монастырь, - устало отозвался король.

Мне показалось, что в нем борются два чувства: злость и понимание. В кабинет вошел лакей и доложил о том, что в замковые ворота въехала карета. Мы спустились вниз, и вышли на крыльцо замка. Из кареты Элиной разработки вышел высокий подтянутый мужчина, которому на вид было около тридцати лет, но так как он был магом, можно было смело заявить, что он гораздо старше. Гость протянул руку, и из кареты выпорхнула ярко одетая девица. Её чёрные локоны были уложены в высокую причёску. Пара подошла к крыльцу. Мужчина склонился в поклоне, а женщина в реверансе.

- Приветствую Ваше величество, герцог, граф, миледи, - поздоровался гость.

Я выжидающе посмотрела на Никелиаса, но всех представил король лично мне.

- Елена, позвольте вам представить, герцог Тизар ан Раймес и моя фаворитка баронесса Марселла де Ворге. Позвольте вам представить, графиня Елена ар Андрес – великолепный целитель и маг воздуха, а также очень умная и мудрая женщина.

Я склонилась в реверансе, выпрямившись, с любопытством стала изучать внешность прибывших гостей. Герцог ан Раймес выделялся той особой мужественностью. Его нельзя было назвать красивым, альбиносов вообще сложно называть красивыми, но здесь это скорее подчёркивало его индивидуальность. Черты лица были по-аристократически тонкими: высокий лоб, прямой нос, тонкие губы, глаза смотрели спокойно. Морщинки вокруг глаз говорили о том, что он часто смеется. Баронесса де Ворге была невысокой фигуристой молодой дамой лет двадцати пяти. Кукольное личико, хлопающие глазки, в которых не отражается и грамма интеллекта, губки бантиком. Ее большая высокая грудь, выглядывающая из глубокого декольте, часто вздымалась, привлекая мужские взгляды. Разглядывая гостей, я пропустила часть разговора присутствующих.

- Ваше величество, я встретил баронессу буквально вчера вечером на постоялом дворе, и она рассказала мне, что едет вслед за Вами в замок ар Андрес. Так как мне было по пути с ней, я предложил составить баронессе компанию, - рассказывал герцог ан Раймес.

- Баронесса, зачем вы приехали в замок ар Андрес? – спросил король, приподняв бровь.

- Ооо, Ваше величество. Вы так спешно уехали из дворца. Я подумала, что вы без меня не сможете, и решила последовать за вами, - округлив губы и глаза, с придыханием ответила баронесса.

- Проходите в замок, - пригласила я, ткнув локтем брата, залипшего в глубоком декольте.

Гости прошли в замок, а я, подозвав Карима, приказала приготовить комнаты для гостей и проводить их туда, уточнив по поводу обеда. Карим уже через пятнадцать минут пригласил герцога ан Раймес и баронессу де Ворге в их покои. Всё это время мы слышали громкое «О-о-о» баронессы во время её знакомства с замком. Я попрощалась со всеми и отправилась на занятия к магистру Алексису.

В синюю трапезную я пришла, когда лакеи сообщили, что король уже отправился на обед. Для кьяров и щенков к дальней стене были выставлены миски, но звери сидели и терпеливо ждали начала обеда. Магистр Эрак что-то увлечённо обсуждал с Эльвирой и магистром Алексисом. Никелиас с бароном и Дайсом что-то увлечённо считали и обсуждали. Герцогская чета в ожидании обеда оживлённо беседовала с герцогом ан Раймес и баронессой де Ситан. Этаниаэль о чём-то разговаривал с королём. Малыши рассматривали картины, а ребята что-то планировали полушёпотом, контролируя, чтобы их не подслушали взрослые.

Как только я вошла, все подняли на меня взгляды и улыбнулись. Никелиас поднял руку, желая пригласить всех к столу, но в этот момент дверь в трапезную открылась… В дверном проёме появилась баронесса де Ворге. Она была одета в кроваво-красное платье, лиф которого плотно облегал ее фигуру, а юбка от бёдер струилась мягким шёлком, облеплял её ногу при очередном шаге. Становилось ясно, что под юбкой ничего нет. Декольте было настолько глубоким, что в мою голову закрались вполне обоснованные опасения, что грудь сейчас просто вывалится наружу. Взгляды мужчин и мальчиков были прикованы к этой эффектной брюнетке. В груди разрасталась ярость. Здесь дети, а эта дама оделась как женщина с пониженной социальной ответственностью. Затем я вспомнила, что она фаворитка, это несколько охладило, но не успокоило. Мне пришлось приложить максимум усилий, чтобы удержать лицо.

Я подошла к Никелиасу и больно ткнула локтем в бок, показывая взглядом, что необходимо пригласить гостей за стол. Никелиас опомнился и подал знак к началу обеда. Все устроились за столом, но в трапезной раздавался только стук столовых приборов. Через некоторое время я услышала, как подавился Кориан, взглянув на него, поняла, что он настолько засмотрелся, что, жуя, поперхнулся. Посмотрела на Замиру. Она сидела, поджав губы, и осуждающе смотрела на куколку. Я разделяла все ее чувства. Мириам тоже сидела, поджав губы.

Мерк и Дайс постоянно ёрзали. Никелиас, очевидно поняв причину этого, ухмыльнулся. Максин и Тизар что-то полушёпотом начали обсуждать. В их разговор влился Киран. Все мои девочки, кроме Эльвиры, сидели красные, как томат. И только король сидел и спокойно ел. Его высочество, очевидно уже наевшись, спросил у своей новой подружки, возможно, он хотел сделать это тихо, но в данной обстановке, это прозвучало громко и отчётливо:

- Аньес, а ты не знаешь, почему у этой баронессы такие большие шарики на груди?

Учитывая тот слой общества, в котором росла девочка раньше, она дала исчерпывающий ответ:

- Насколько я знаю, эти шарики называются женская грудь, все шлюхи оголяют её, чтобы привлечь мужчин.

- Устами младенца глаголет истина, - сказала Эльвира в повисшей тишине.

Мадам де Ворге сначала непонимающе хлопала глазами, а затем, когда в них появилось понимание сказанного, истерично заверещала:

- Невоспитанные дети! Как вы посмели обозвать меня шлюхой?!

- А как ещё можно назвать женщину, которая надевает вечерний наряд в дневное время с декольте до пупка в общество, где большая часть - дети, - спокойно произнесла Эльвира. – Выйдите и переоденьтесь. Не извращайте вкус к женской красоте неокрепших умов Дайса, Кориана, Мерка, ну а Илья уже насмотрелся на подобное, ему не интересны ваши формы.

Баронесса де Ворге покраснела и, открывая и закрывая рот, как рыба, выскочила из синей трапезной. Дочери на данный момент я была благодарна, даже не смотря на ее резкое высказывание.

- Наконец-то можно спокойно пообедать, - с облегчением выдохнул магистр Алексис.

Окончив обед, все разошлись по своим делам. Я же отправилась на занятия с магистром Эраком по артефакторике. Затем меня ждало увлекательное занятие по зельеваренью. Усмехнулась, вспомнив, как мы с Леоной полгода назад создавали зубную пасту. Она долго не понимала, зачем нужно чистить зубы, но после подробного моего объяснения, она решила прививать навыки гигиены рта всему населению графства. Уже через месяц в замке все беспрекословно чистили зубы утром и вечером.

Его величество Эрнан первый

Во время допроса Сайгена я испытал целую гамму эмоций. Сначала злость и ненависть к этому человеку, затем жалость к нему же, а после бешенство по отношению к несостоявшемуся тестю и от всей ситуации в целом.

Когда приехали гости, я испытал непонимание. Для чего сюда приехала эта женщина? Невольно сравнил её с Еленой. Елена красива и изящна сама по себе. Не наиграно. Она умна и мудра. И вот эта кукла. Я усмехнулся, вспомнив о её словах, что она подумала. Разве она умеет это делать?

Ситуация за обедом же меня просто взбесила. Эта женщина показала себя невоспитанной и не уважающей обитателей и гостей этого дома. И это моя фаворитка?

На обеде, с одной стороны, мне было стыдно за сына. Ведь он принц и вёл себя неподобающе. А с другой, Эльвира права, они все дети, а моя фаворитка взрослый человек и должна понимать, где она находится, как следует одеваться и себя вести. После обеда я хотел поговорить с ней, отправить её отсюда, но так и не нашёл. Я поражаюсь Эльвире. Насколько она умна и поглощена изучением новых знаний, настолько же и язвительна. До сих пор не могу забыть того, как она ткнула меня, как котёнка, в проблемы королевства. С одной стороны, она была слишком резка с королём, но с другой, она была честна, не интриговала, говорила прямо и конкретно. Приводила примеры. Как жаль, что она человек науки, а не политики.

Елена мягче, и мне это импонирует, но если взять ситуацию в гостиной, когда она отчитывала кьяров и щенков, я понял, что эта женщина может быть и жёсткой, а сегодняшнее её предложение о присяге королевскому роду меня просто поразило. Ведь это действительно решит множество проблем. Мне и моим потомкам не придётся оглядываться, в страхе получить нож в спину. Так королевский род сможет сосредоточиться на действительно важных проблемах.

Вчера я получил письмо от начальника разведки и вести меня не радуют. В Савойе с каждым днём ситуация становится всё хуже. Эльвира права, если бы у нас были особые группы магов, Райзи давно был бы мёртв, а Савойя уже бы восстановилась.

Сегодня я был свидетелем урока верховой езды. Меня несколько потрясло, что девочки и Елена ездят в мужском седле. Это нарушение всех этических норм. Не удержавшись, задал этот вопрос Никелиасу.

- Когда Елена увидела женское седло, то категорически отказалась в него садиться. Она заявила, что хочет научиться ездить верхом, а не свернуть себе шею, - ответил друг.

- Почему ты не объяснил, что это позор, ездить женщине в мужском седле? – нахмурился я.

- Объяснил. На это сестра и Эльвира просто заставили меня сесть в женское седло и проехаться в нем по леваде. Я не удержался в нем и чуть не свернул шею. Поэтому запретил девочкам садиться в это дьявольское сооружение. Вскоре им пошили широкие брюки, и уроки продолжились, - рассказал граф свою историю.

- Значит, женское седло опасно?

- Да.

- Стоит ввести новую моду и навыки верховой езды, - вздохнул я.

- Стоит. Я не хочу рисковать своими девочками, а потому мне плевать на моральные устои старых кумушек и мужланов, - серьезно сказал друг.

- Я тебя услышал, - также серьезно ответил я.