26

Олег Эти слова вылетели из моего рта быстрее, чем я запретил себе их говорить. Словно их произнес не я, а заорало мое нутро, и все его услышали. Меня от одной мысли о Кате и Денисе накрывало волной протеста. Теперь все перевели удивленные взгляды на меня. – Не повезло тебе, Денисыч, занята уже Катерина, – улыбаясь, ответил я, пытаясь придать своему лицу как можно больше безразличный вид. – Ну вот! Пока ты определишься с выбором, всех нормальных женщин позабирают! Какой ты привереда, Денис, – выпалила на одном дыхании Милена и, немного отдышавшись, снова начала перебирать незамужних знакомых женщин. А у меня как от сердца отлегло, раньше не понимал этой фразы, а теперь понял. Почувствовал. Вечер плавно подошел к концу и, вызвав такси, мы поехали домой. Я уложил детей спать, а когда вошел, Таня стояла в гардеробной и выбирала себе наряд на завтрашний день. Она всегда так делает. Я подошел ближе и, развернув к себе лицом, обвил руками ее талию, прижимая тело жены ближе к себе. Таня так и застыла с вешалкой в одной руке. На женщине был лишь коротенький халатик, и я тут же опустил руки на попку Татьяны, стал лениво поглаживать. Мне понравился сегодняшний вечер, и я хотел поблагодарить ее за это, единственным способом, который нравится нам обоим. Но у жены были иные мысли по этому поводу, она ударила меня по рукам и высвободилась из объятий. – Даже не думай, Филатов. Я исполнила свой супружеский долг на месяц вперед сегодня. И в ближайшее время не хочу слышать от тебя ни о Зарецких, ни о сексе. И неужели я на секунду представил, что Таня может быть нормальной? Стервы всегда стервы. * * * Дни сменялись один за одним, и каждый приносил все новый и новый удар. Клиенты, которых я годами приводил к нам в фирму, начали уходить от нас, даже те, которые, я думал, с нами навсегда. Еще один прекрасный, солнечный день в аду. Мне казалось, что мы в безопасности, что мы утвердили себя на рынке. Как только расслабляешься, случается дерьмо. Нужно быть всегда начеку и никогда не менять уверенность на самоуверенность. Сегодня первый раз за все время я не пошел на работу. Просто не хотел, не мог себя заставить. И это не потому, что я хотел устроить вечеринку жалости к себе с кучей алкоголя. Нет. Я проснулся и понял, что надоело. Хочу просто один день побыть Олегом и папой, а не Олегом Николаевичем. С утра мы с мелкими приготовили завтрак и стали будить Таню. Жена даже не удивилась, почему это я дома в будний день. Меня это слегка зацепило, но я быстро вытащил эту занозу. Сегодня ничто и никто не сможет испортить мне настроение. В доме заиграл звонок, и я открыл дверь. На пороге стояла Катя, и при виде меня вцепилась в ремешок сумки мертвой хваткой. А мне словно дали под дых. В этой женщине определенно что-то есть. Мне нестерпимо захотелось схватить ее за руку и заключить в объятья. Я понял, что скучал по ней. – Доброе утро, Олег Николаевич, – поздоровалась Катерина и, гордо подняв голову, прошла мимо меня. А я улыбнулся вслед ее дерзости. – Доброе, Катерина, – с опозданием ответил я, когда вошел в комнату, где женщину тут же облепили с двух сторон Даня и Егор. – Мы сейчас с мальчиками будем заниматься, поэтому очень прошу не мешать нам, – не поднимая головы, сказала Катя, делая вид, что очень занята, раскладывая перед ребятами какие-то карточки с рисунками. – Договорились. Увидимся через час. Видел, как плечи няни напряглись, но она ничего не ответила. Посмотрел по телевизору выпуск новостей и, насвистывая, зашел на кухню, где сидела Таня и что-то увлеченно тыкала в своем телефоне. – Олег, кстати, – не отрываясь от телефона, сказала жена, – пойди сюда. Сделаем селфи. А то мои девочки возмущаются, что я давно не постила ничего с тобой. Я приподнял бровь и криво усмехнулся. – Ну-ну, Танюш, свои супружеские обязанности я тоже уже выполнил. На той неделе, когда подписал тебе чек на кругленькую сумму. Так что… – я не закончил предложение и развел руками. Сейчас благоверная стала похожа на дикую злую кошку. Мне казалось, еще секунда и она набросится на меня. – Не будь придурком, Филатов! – прошипела та, – давай сделаем эту ***дскую фотографию. Подпишу ее как-нибудь слащаво-пафосно, и от меня отцепятся с вопросами о тебе. Немного поразмыслив, я пришел к выводу, что лучше дать Тане то, чего она хочет, чем слушать ее нытье последующие дни. Я подошел к ней, и она потащила меня к окну, по ее словам, здесь лучшее освещение. Мы придвинули лица друг к другу и счастливо улыбнулись. Таня сделала несколько снимков. На всех них была запечатлена внешне счастливая пара и глубоко несчастная внутри. Как только наша маленькая фотосессия закончилась, мы тут же отодвинулись друг от друга. И тут я услышал, как по паркету цокают чьи- то каблуки. Обернулся как раз в тот момент, когда на кухню впорхнула Виктория, лучшая подруга Тани. В голове тут же всплыли образы того, как мы втроем зажигали на новогодней вечеринке… Но я сразу же выбросил их из головы. Я учтиво поздоровался с Викой, она ответила тем же, а затем они с Татьяной начали трещать о шмотках, косметике и о каком-то эндермологическом массаже. Я вернулся обратно в комнату, где была Катерина, и остановился в проеме, наблюдая за ней. Когда смотрел на нее, то мое тело оживало. Но не так, как с другими женщинами, как-то по-иному. И я не мог понять, нравится мне это или нет, но точно знал, что обязательно хочу испытать. Катя стояла у окна и наблюдала за детьми, которые играли во дворе с Таней и Викой. Я медленно подошел к ней и, остановившись в нескольких сантиметрах, стоял и дышал ею, в прямом смысле. Затем положил руки на талию женщины и почувствовал, как воздух покинул ее легкие, мне дико понравилось это ощущение. Я придвинулся к ней совсем вплотную, переместив руки ей на грудь, и с силой сжал. Я помню, как ее отказ подействовал на меня. Обещал себе, что больше никогда даже не взгляну в ее сторону. Но стоило ее увидеть, как все обещания полетели на другую планету без обратного возвращения. Я хочу услышать от нее ДА. Катерина замерла от моих бесстыдных прикосновений, и я почувствовал этот момент, когда она хотела отодвинуться от меня, ударить и закричать. Я не дал ей этого сделать. Положил одну ладонь ей на рот, не давая говорить, и придвинул свои губы вплотную к ее уху, замечая, как по ней скачут мурашки от моего дыхания. Она, выпучив глаза, смотрела в окно. – Им ничего не видно, Катя. Видно только с этой стороны, а с той не видно, что происходит. Я опустил ладонь с ее груди и засунул руку под пояс свободных спортивных брюк, почувствовал кончиками пальцев край ее трусиков. Женщина закричала мне в руку, попыталась укусить и начала извиваться. Я еще больше навалился на нее сзади, блокируя своим телом, не давая вырваться. – Кричи, Катерина, кричи. Я хочу это услышать, пусть придет Таня и посмотрит. Плевать. Просунул руку дальше в трусики, заставляя ее немного расставить ноги, и почувствовал, насколько она была влажной. Я не смог сдержать стона и простонал ей на ухо, облизывая и посасывая мочку. Убрал руку от рта женщины и переместил на грудь, чувствуя через ткань футболки, как начали твердеть ее соски. Пальцами аккуратно раскрыл ее и начал массировать клитор, а Катя схватилась руками за окно, на котором оставался влажный след ее дыхания. Женщина прислонилась лбом к стеклу, а я потерся своей эрекцией об ее попку. – Хватит, – срывающимся шепотом сказала мне Катерина, но я даже и не думал останавливаться. Начал интенсивнее массировать клитор, делая ее еще более влажной. Я чувствовал, что она уже близка, сейчас она находится на грани. Ее мышцы начали трястись, а дыхание участилось, стало рваным и тяжелым. Где-то на заднем фоне мы оба слышали смех Татьяны и ее подружки, но мы уже были в точке невозврата. – Ненавижу! Не надо… Женщина не успела договорить, как ее накрыла волна оргазма. Катерина вцепилась в мою руку своими ладонями и, повернув голову, укусила за плечо, чтобы заглушить крик. Я лениво поглаживал ее тело, успокаивая дрожь. Женщина оторвалась от меня и, не глядя, спросила. – Зачем? – Ты вся промокла, у меня стояк, – снова потерся о нее своей промежностью, – почему бы и нет? На лице женщины отразился шок, но я не успел разглядеть что-то еще, зазвонил мой телефон. Вытащив руку из штанов Кати, я достал сотовый из заднего кармана, ответил на звонок. – Что случилось? – без приветствий начал я. Звонил Родион, и я знал, что просто так он бы мне не позвонил. – Это по поводу Большакова, и Вам лучше приехать в офис, Олег Николаевич. Мозг тут же лихорадочно начал работать. Я автоматически повернул Катю к себе лицом, поправил на ней одежду, чмокнул в губы и, взяв ключи от машины, быстро вышел из дома. Меня раздирало любопытство, что такого интересного смог найти Родион, что не могло подождать до завтра. А еще я размышлял, точнее, трахал себе мозг мыслями об этой ситуации с Катей. Вспоминал нашу маленькую, милую сценку и этот ее взгляд. Кажется, я немного перегнул палку. Неужели, во мне заговорила совесть?