Глава 22

– Ну, Машунь, вещай!

Дарина как всегда оставалась в своем репертуаре. Усевшись за кухонный стол и, шумно разворачивая фольгу шоколадки, она выпучила глаза и, не мигая, смотрела на меня. Я выдохнула достаточно громко, чтобы перебить шум, создаваемый загребущими ручонками подруги, и опустилась на стул. Вновь вздохнула.

– Дарин, сегодня понедельник – день тяжелый, как ты знаешь. Мы могли бы отложить допрос с пристрастием на пятницу? Или на субботу?

– Пятницу? Субботу?! Ты о чем, мать? Мы идем в клуб в эти выходные!

– Что?! – Теперь настала моя очередь выпучивать глаза, хватать губами воздух как рыба, выброшенная на берег, и пытаться понять, о чем упорно, с жаром и пылом вещала подруга, закинув дольку шоколада в рот.

– Что-что, глухомань. Мы идем в клуб в эту пятницу, – практически по слогам повторила Дарина, а я с выдохом прошептала отказ, который тут же был принят в штыки.

– Нет…

– Да, Маш! Идем. И не спорь. Будем обмывать твою новую работу.

– Дарин, я к концу недели ноги протяну. Там столько нужно перелопатить.

– Не протянешь. – Она весело отмахнулась. – Главное, животик не надорви. Тебе им еще трясти в пятницу.

– Опять ты…

– Агась! Идём-идём и возражения не принимаются. Я детей тётке пристрою с ночёвкой. Она уже заждалась, выпытывала меня, когда пацанов привезем к ним. В общем, у тети Камилы радости полные панталоны. Не будем же мы лишать ее счастливого времяпрепровождения с ребятами?

Тётя Камила, то есть Камила Рифхатовна, – это родная тетка Дарины, у которой не было своих детей. Они с мужем перепробовали многое, но так и не смогли стать родителями, и всю свою любовь готовы были подарить Руслану. Ну и моих мальчишек не обделяли вниманием. Они прекрасно понимали, какие непростые у меня сложились отношения с родными, особенно с матерью, которая в итоге натравила всех против дочери и внуков. С тех пор тетя Камила заботилась о нас и присматривала, готовая всегда нянчиться с мальчишками.

– Значит, уже обо всем договорилась?

– Она была не против, – хохотнула Дарина.

– Ты ужасна!

– Я прекрасна! А ты вон вообще сияешь как лампочка. Давай делись, это Роберт Васильевич виновник твоего здорового цвета лица и блеска в глазах?

– Тссс, Дарин, – шикнула, глянув на дверь. Не хватало, чтобы мальчишки узнали то, что их детским ушкам пока рано слышать.

– Ладно, я молчу, – зашептала подруга, глянув, как и я, на дверь. – Так что там с Мистером Тренером?

– Всё в порядке, – не сдержалась и усмехнулась, а глаз-то нервно дернулся.

– Так, я слушаю.

– Нечего рассказывать.

– Как нечего? – вспылила подруга. – Твои уже доложились, что вас утром он отвозил. ОН! Маш, если это не то самое, то я укушу себя за копчик.

– Так начинай.

Дарина насупилась, но экспериментировать со своей гибкостью не стала. В иной ситуации она бы завязалась морским узлом, но укусила  себя за зад, чтобы выйти победительницей.

– Да, подвез, – сдавшись, уступила ее напору, решив, что необязательно же всё-всё рассказывать. Тем более раз в доме растут шпионы. – Утром не завелась. А тут он как чёрт из табакерки выскочил. Думала, разрыв сердечной мышцы получу.

– Не преувеличивай, подружка. Мужик шикарный, но от шикарности еще никто не умирал.

– А от испуга умирают. Он же меня за плечо ручищей своей схватил!

Дарина залилась смехом, утирая пальцами, перемазанными шоколадом, глаза. Получилась новомодная сладкая подводка, о чем я сообщила подруге, смеясь до слез. После того как Дарина стерла салфетками подтеки и шоколадные кляксы, я приступила к дальнейшему пересказу событий. Опять же опустив значимую часть утренней поездки.

В школе меня встретил охранник и вручил постоянный пропуск, чем удивил и обрадовал. Не пришлось задерживаться на посту. В кабинете, путь куда я уже успела выучить, меня ожидала Маргарита, которая после скорого экскурса по основной части, кинулась с головой в работу. Следом туда плюхнулась и я, понимая, с каким объемом мне придется поработать в ближайшие дни, а может и недели. Но, несмотря на мои опасения, что придется задерживаться по вечерам и догонять по выходным, к концу рабочего дня я пусть и валилась с ног, но ощутила значимый сдвиг с мертвой точки.

– Не всё так плохо, – подытожив, произнесла, отпивая теплый чай из любимой кружки.

– Ой, Маш, да понятно всё с твоей работой. Меня больше волнует он. Ну же, не томи.

Вздохнув, взглянула на блюдце. Значит, работа моя ее не беспокоила… А он…

– Он заходил дважды. Если ты об этом.

– В твой кабинет?

– Дарин! Я весь день бок о бок с Маргаритой проработала.

– Ну вот, – фыркнула подруга насупившись.

– Фантазерка ты, – усмехнулась, делая пару глотков, чтобы смочить горло и поведать Дарине оставшуюся часть.

Как я и предполагала, для меня выделили очень приличный кабинет, но так как Маргарита вводила в курс дела и все бумаги были собраны у нее, мы проторчали весь день в кабинете директора. В свой будущий и что главное – личный кабинет я переезжаю завтра.

Роберт, как и выпрашивала Дарина, заглядывал к Маргарите дважды. В первый раз сообщить ей о своем приезде, и сделал он это спустя полчаса после того, как приехал на самом деле, и во второй раз через час – он уезжал к себе в офис. Как оказалось, у Роберта был свой очень большой бизнес, о чем Маргарита с упоением поделилась, поведав о масштабах, о которых я даже не догадывалась.

Дарина в этом момент хохотнула.

– Машка, я же рассказывала. Ты чем слушала?

Пожав плечами, покачала головой. Разве меня интересовал бизнес Роберта? Я никогда не задумывалась об этом. Да, он богат, с этим не поспоришь. Да, имеет влиятельных друзей, с которыми я уже однажды пересеклась. Однако я прежде всего видела в нем мужчину с изумительно притягательными и такими же пугающе опасными глазами. Я знала его как случайного любовника, в руках которого однажды сгорела, и возможно, будь на то воля небес, сгорела бы еще не раз… Но не могла забывать – он отец моих сыновей. Всё остальное, пожалуй, заботило меня меньше всего.

– Как домой добралась? – Выслушав мой рассказ, Дарина закинула предпоследнюю дольку шоколадки в рот.

– Он заехал за мной.

В самые последние минуты рабочего дня я получила от Роберта сообщение на телефон и даже не удивилась тому, что он знал мой номер. Найти его было легко – достаточно заглянуть в общий список учеников и контактов их родителей. Поэтому закончив с работой, я спустилась на парковку и без труда отыскала огромный внедорожник, который уже не пугал своими габаритами. Роберт стоял около капота и взмахом руки привлек внимание. Сдержав улыбку, я поняла, что крупно и крепко попала. От его внимания слишком сложно не растаять…

– Да ладно!

– Ой, не делай такое лицо. Я же говорила, подвёз до школы и обратно.

Но как бы я ни старалась выглядеть безучастной и говорить бесстрастно, Дарина аж заерзала на стуле.

Радовали лишь то, что я опустила ту часть, в которой Роберт предложил поужинать. А я ведь так и не дала ответа. Так и не рискнула поднять тему о свидании. Ведь он приглашал меня на свидание! Все еще пребывая в смятении, я вздохнула.

– Знаешь, меня сейчас больше всего беспокоит кое-кто другой.

– Опять, да? Что ему нужно? – Дарина напряглась и сцепила пальцы, переплетая их в замок. Положив подбородок на руки, она устремила взгляд на меня.

– Как всегда. Денег.

– И чем аргументирует?

Я вздрогнула, ощутив, как холодок пополз по спине.

– Всё тем же.

– Вот дурак! – подруга выпрямилась и взмахнула руками, грозясь обрушить кулаки на многострадальную столешницу. – Он успокоится когда-нибудь? Хоть бы новую песенку запел, а то все старое, заученное наизусть.

Кивнула, продолжая буравить столешницу.

– Дарин, он дерганный был какой-то. И пьяный.

– Что? С чего ты вязала? Он все время дерганный ходил. А вот чтобы пить… Его же мамаша съест с потрохами.

Горько усмехнувшись, припомнила Серафиму Анатольевну. Да, мама у него еще та… Странная женщина, но за сыном приглядывала. И, кажется, меня любил. Но лишь немного и пока моя собственная мать не начала настраивать всех и вся против, было еще терпимо.

– От него пахло перегаром.

– Ой, Маш, не знаю. Верится с трудом. Но с чего бы? Он ведь всегда держался от алкоголя в стороне, а Серафима тем более его не подпускала к спиртному. Мужа-пьяницы хватило.

Дарина рассуждала, пытаясь понять, что понадобилось Толику. Он объявлялся, донимал, вымогал деньги и уходил в закат, похлопав по карману. Я отдавала ему немного денег, так, сущие копейки, но этого было достаточно, чтобы отогнать бывшего и не видеть его ближайшие несколько месяцев.

– Уже откупилась?

– Нет, – покачала головой, прикусив губу.

– Маш, надо завязывать. Ты его всю жизнь будешь снабжать? Он тебе ни гроша не дал, а сейчас вынь да дай.

– Иначе расскажет им, – сжалась, взглянув на дверь.

Я не боялась бывшего, не боялась матери или прочих родственников, которые считали меня непутевой бабой, бросившей «шикарного» мужика. Меня страшило лишь одно – мальчики узнают правду о себе.

– Они уже взрослые. Расскажи сама, – Дарина будто читала мои мысли. Хлопнув в ладоши, она воодушевленно затарахтела: – Пора им все узнать.

– Ну что я им скажу?

– Правду, Маш.

– Как их мать гульнула разок и залетела?

– Ну не так грубо. Признайся, что встретила другого мужчину, но там не сложилось. Вышла за Толика, а правду о том, кто настоящий отец, узнала лишь после их рождения. Маш, думаешь, так не бывает?

– Бывает. – Пожала плечами.

– Тогда не нужно бояться и цепляться за ложь.

– Я привыкла к ней. Ко лжи…

– Глупая ты моя подружка. Глупая. Все же можно решить, лишь стоит поговорить. Открыть рот, произнести буковки, которые превратятся в слова. Ну же…

– Они спросят кто их отец.

– Как кто? – Дарина изогнула темную бровь. – Ты же знаешь.

– Ой, Дарин. – Отмахнувшись, взглянула на свои пальцы. – Все слишком запуталось.

– Не запуталось. Просто ты себя накручиваешь, Машунь. Все можно решить. И мы обязательно что-нибудь придумаем. – Дарина вновь хлопнула в ладоши, и по блеску в ее глазах я поняла – она уже все придумала. Всё-всё. Мне оставалось лишь довериться подруге и себе. Прислушаться и понять, что мысли о правде давным-давно поселились в голове. И каждый раз я глушила их. Заставляла себя верить в ложь.

– Да, пожалуй, все можно решить…

***

– Добрый вечер, Роберт Васильевич, – охранник, сменивший дневную смену, удивленно уставился на Громова, входящего в холл школы и стягивающего по пути куртку.

– Привет, Сереж. – Махнув рукой, Роберт перекинул куртку через локоть и взглянул на охранника. – Я ненадолго. Забыл кое-что.

– Ааа, понятно, босс. Маргарита Александровна сегодня рано уехала. Аж в шесть-тридцать. Не помню, когда наша начальница так рано домой уезжала.

Сергей любил поболтать и заодно докладывал обо всем, что происходило в школе. Роберт, в свою очередь, любил с ним перекинуться парой фраз, послушать новости. Но вот то, что ему сказали про Мару, поразило и обрадовало.

– Да, рановато, – усмехнулся он, остановившись у охранного пункта. – У нас новый бухгалтер.

– Слышал, слышал. Говорят красавица, – хмыкнул Сергей, потрепав усы.

Роберт напрягся, ощутив, как внутри кольнуло. Неужто ревность? Подавив порыв, он улыбнулся, но за охранником решил присмотреть. Конкурента ему еще не хватало. А ведь теперь он в каждом мужчине старше восемнадцати будет видеть потенциального врага!

– Мария Степановна опытный сотрудник. И Маргарита Александровна ей полностью доверяет, – отозвался Роберт, чуток приструнив ловеласа с проседью в шевелюре.

Тот хмыкнул, но тему не продолжил. Роберт выдохнул, однако расслабляться он не мог. Подбросив Марию домой, как и обещал, он вернулся в школу, по пути встряв в крупную пробку из-за аварии на перекрестке. И весь путь, пока его машина двигалась в потоке с черепашьей скоростью, Роберт размышлял над тем, что собирался сделать. Нет, он прекрасно понимал, что именно он хотел сделать, и даже юридический аспект его волновал меньше всего. Хотя кое-что противозаконное, почти противозаконное, он планировал сделать… Его грызла совесть.

Правильно ли он поступал…

– Сереж, дашь ключи от раздевалки.

– От вашей? – удивленно переспросил охранник, нагибаясь к шкафчику, в котором хранились ключи, в том числе и дубликаты.

– Нет, от общей.

Охранник изумленно выгнул бровь дугой, но кивнул. Не задавая больше вопросов, он вручил боссу нужную связку и проводил того заинтересованным взглядом.

Поигрывая ключом с биркой, Роберт прошел в длинный полуосвещенный коридор и остановился напротив двери. Взглянув еще раз на ключ, он отбросил сомнения. Он никогда не был человеком, пасующим перед трудностями. Но кое-что терзало его. Сомнения. Страхи. Надежды. Он не мог четко сформулировать мысли, обличить эмоции, но остановившись перед двумя соседними шкафчиками с номера «104» и «105», Громов замер и почти не дыша поднял руку. Кодовый замок. Четыре цифры. Он выучил их наизусть. Он повторял их как мантру.

Вдох-выдох, и замки открыты.

Сглотнув вязкий комок, заполнивший пересохшее горло, Роберт достал из кармана куртки подготовленные пакеты и сложил в них то, за чем он пришел. Несколько волосков с двух расчесок будет достаточно для ДНК-теста.

Свернув пакет, Роберт закрыл дверцы шкафчиков и покинул общую раздевалку, уговаривая себя довести дело до конца. Он должен знать правду. Даже если она перевернет всю его жизнь.