19

— Ты прямо как ребенок маленький! — огорошила меня подруга, смешно скривившись — речь не о том, что я хочу все бросить. Да и что мне бросать? У меня здесь ничего моего нет. Только обязанности, — под конец ее голос стал совсем тихим.

Было неприятно от того, что Ульяна не может понять того, что так очевидно и заведомо ясно. Пора прекратить искать приключения, перестать высматривать сражения и острые ощущения. Нужно остановиться на том аккорде, где ничего не угрожает, где есть уют и люди, что тебе симпатичны и небезразличны. В этом прелесть и полнота жизни.

Я пережила такой ужас, который никому бы не пожелала, но, возможно, что только я одна не могу оправиться от этого. Мне практически каждую ночь снятся страшные, холодящие душу сны с участием кровавых инопланетян, видящих в нас лишь бесправный товар, который можно даже забыть покормить. Меня преследует страх, что они передумают и вернутся за нами, чтобы снова закрыть в той клетке. Я устала от этого.

У Ульяны все не так…

Почему она не может меня понять? Ведь тоже пережила весь тот кошмар. Мы были вместе.

— А я?! — возмущение в голосе и не попыталась скрыть, но слезы сдержала. Меньше всего мне хотелось прощаться с этой девушкой, что стала родной, — ты оставишь меня здесь одну?! Нас даже ящеры продали вместе, а ты уйдешь от меня самостоятельно!

Я выглядела глупо, как капризный девочка подросток, которому не хотят купить новое платье. И знала это. Но также знала, что Ульяна поймет эту мою слабость. Я ей тоже дорога. Мы во многом похожи… но только не в вопросе свободы. Здесь между нами была глухая стена.

— Ты можешь пойти со мной тоже! Думаешь, Дрек не возьмет тебя? Мы сбежим, Анита! Не придется следовать глупым указкам, — она попыталась улыбнуться, словно это бы меня убедило.

Я с прищуром, насуплено на нее посмотрела влажными глазами. Неужели Ульяна действительно думает, что сбежать — единственный путь? И что дальше? Блуждать по безлюдному миру, жить в палатках под деревьями?! А вообще, что там, наверху? Все ли там так, как на Земле? Скорее хуже! Раз уж люди сбежали под землю.

— Кочевая жизнь не для меня, — выдохнула устало, обтирая руками лицо, — я хочу спокойствия, только тебя здесь устраивают мысли о мнимой свободе!

— Она не мнимая! — вспылила подруга, поджимая губы.

Наши хмурые взгляды скрестились.

— Мы не дома, Ульяна! Здесь не уютная жизнь в комфортной квартирке! И так больше никогда не будет… — с дрожью в голосе промолвила я то, от чего было больнее всего.

Кому нужно теперь мое высшее образование или умение делать стрижки по последнему писку моды? Никому. Проще принять действительность, а не отторгать ее.

Я потеряла свою прежнюю жизнь.

Отвернувшись, чтобы скрыть слезы, я поплыла к бортику водоема, вылезла наверх и стала быстро одеваться, смахивая пальцами непрошеные соленые дорожки со щек.

— Прошло слишком мало времени, ты привыкнешь ко всему вокруг. И для этого я не понадоблюсь, — словно набатом в душе отразились жестокие слова подруги спустя две долгих минуты полной тишины.

Я привыкну в любом случае. Заставлю себя. Я сильная. Но без нее все будет сложнее и все не то. Она стала для меня большим, чем просто лучшая подруга. Ульяна мне как родная сестра.

Проще, когда рядом есть человек, с которым можно поделиться чем угодно, даже хрюкнуть от смеха в его присутствии не стыдно. В очень короткое время Ульяна стала таким человеком для меня. Другой такой подруги не найти.

— Дурочка! — я бросилась к ней и заключила в объятия, — всегда понадобишься. Но ты вправе сама выбирать, как жить, — как бы больно не было, но я не имею права ее удерживать от взвешенного выбора не в мою пользу, даже если считаю сестрой.

В конце концов, я ведь тоже предпочла не сбегать с ней, а остаться здесь.

У каждой из нас своя дорога.

До отбытия охотников еще оставалось время, так что мы еще увидимся, но все равно провели вместе время до вечера, а потом разошлись по лачугам.

Возле моей комнатки ошивался Дрек. Он выглядел нахохлено, расхаживая из стороны в сторону. Его одежда была небрежно накинута на тело, словно мужчина быстро собирался.

Сердце предательски пропустило удар, когда он повернулся и заметил меня. Это мужественное лицо с бородой и цепким взглядом бесстыжих глаз было идеалом брутальности, которую я так люблю в представителях сильного пола.

Он туманно вглядывался в мою фигуру, с абсолютно непроницаемым выражением лица.

Сам пришел. Даже как-то приятно стало.

— Привет, — улыбнулась я приветливо, — меня ждешь?

Он молчал мгновение, выискивая что-то на моем лице, а следом отвернулся, буркнув:

— Нет.

У моей комнаты ждет не меня? Пф.

— Дрек, послушай, — я подошла ближе, — не будь таким колючим. Я ведь не желаю тебе зла.

Мужчина молчал, но мне показалось, будто что-то новое промелькнуло в его холодных глазах.

— Я вступила в союз со Скаем и хотела бы предложить тебе…

Он меня перебил, запальчиво и без остановки вымолвив:

— Ты мне не нужна! — после этого развернулся и широким шагом ушел прочь.

А у меня в сердце, словно космическую черную дыру пробили. Я из последних сил сдерживала новый поток слез, стиснув зубы.

— Нет, это ты мне не нужен! Козел! — крикнула ему в спину и по тому, как он споткнулся и сжал кулаки, было ясно, что Дрек услышал мой крик души.