29

Пещера была просто усыпана трупами несчастных. Невозможно было спокойно пройти к входу, не затронув ботинком чью-то деревенеющую, неживую конечность. Я старалась не смотреть на безжизненные лица с навечно открытыми глазами, но металлический насыщенный запах крови не давал забыться полностью, насильно заставляя помнить все детали, каждую картину расправы, совершенную на моих глазах. Я старалась быстрее перебрать ногами, чтобы наконец-то покинуть это место, дабы не оставить его в своих снах навечно. Может быть, когда-то получится излечиться от этих ужасающих воспоминаний. Но уже тогда я понимала, что этот день станет моей личной кабалой.

У самого выхода взгляд невольно упал на чью-то обезображенную руку. Пальцы казались сломанными и по ним вниз стекали струйки густой крови. Кожа руки была тонкой, в пигментных пятнах. Она принадлежала пожилому человеку. Я скорее отвела остекленевший взгляд, выбегая наружу. Внутри все болезненно сжалось. На траву меня снова вырвало.

Снаружи все было, как на Земле. Жилистые деревья, похожие на дубы, дремучие кусты, зеленеющая трава. Даже звезды на небосклоне светили почти так же. Я на секунду даже усомнилась, не на родной ли планете. Но после откинула предположение. Ящеры мне не приснились.

На выходе нас реально ждала машина. По всей видимости, грузовая. Хотя я скорее бы это назвала «устройством». Оно выглядело странно, какое-то круглое, без острых углов, унылого сероватого цвета, как нутро того робота под кожей на ладони. Привычных круглых колес с резиной и вовсе видно не было, но чувствовалось, что перед тобой техника, очень дорогая и сложная в управлении. Инопланетная.

С нашим прибытием все четверо роботов были в сборе, трое из них что-то обсуждали, четвертый — наш провожатый. Стоя рядом, они выглядели, как лучшее поколение королевской семейки. Прекрасные и величественные. И жестокие… пожалуй, это главный аргумент. Все собравшиеся готовы были засадить им в спину по ножу.

А еще я вдруг поняла, что мой новый знакомый почти мастерски скрывает перед другими абсолютно все проявления своих эмоций. Почти. Потому что иногда я все же ловила на себе задумчивые взгляды медовых глаз. Да и до этого я совершенно точно видела, что эмоции он испытывать способен и подавляет их намеренно.

Мне было неприятно его внимание. Было мерзко ассоциировать красивое мужское лицо со всеми трупами, оставшимися в пещере. Я не знаю, скольких из них убил он, но это не главное. Он был с убийцами.

Тем временем Дрек полностью очухался и с подозрением осматривался из-под хмурых бровей, быстро фиксируя обстановку. Подойдя ближе, он задвинул меня себе за спину. Я почувствовала приятный мужской аромат, исходивший от большого, мускулистого тела.

Фыркнула, обходя его, чтобы заглянуть в лицо.

— Надеюсь, ты не собираешься на них бросаться, — прошептала со смешком. Истеричное. Настроение было совсем невеселое.

Дрек скосил на меня взгляд, но ничего не ответил. Думаю, тогда у него в голове были какие-то математические просчеты, как у кота, перед прыжком на высоту. Хотя не думаю, что выход из всего этого придумается так просто.

Охотник, в самом деле, не стал ни на кого бросаться, даже когда нас под конвоем повели к грузовому отсеку машины и приказали забираться. Дрек шел сзади намеренно, чтобы я была в поле зрения.

Внутри уже были люди. Не так много, но стоило радоваться и тому, что эти бесчувственные нелюди оставили в живых хоть кого-то. Как гнусно и безжалостно. Подарили новую жизнь посредством того, что не стали убивать.

Некоторых из спасшихся бедолаг я даже знала. Неприметная землянка Варя лет сорока с каштановыми тусклыми волосами до плеч, старшим сыном шестнадцати лет, словно под копирку похожим на мать, та самая Кэра, у которой я увела Ская, даже сейчас ее лицо было искажено в гримасе недовольства. Дальше несколько крепких мужчин и женщин и на этом все.

У всех на ногах были какие-то усовершенствованные кандалы с красными светодиодами, роботы принялись цеплять их и нам с Дреком на лодыжки. Могли придумать что-то оригинальнее, чтобы мы уж наверняка не сбежали. А вообще, не проще ли сразу прикопать в земле и не париться? Точно! Ведь так не будет материалов для их непонятных исследований.

И наконец-то мой взгляд упал на мужчину, который ссутулившись, сидел в углу и, не двигаясь пустым взглядом чудесных синих глаз, пристально, не моргая, смотрел в пол.

Сердце дрогнуло. А следом взорвалось множеством маленьких и оглушающих ударов.

— Скай! — вырвалось радостное, я хотела броситься к мужу, расцеловать щеки, нос, точеные губы, но мешал робот, что цеплял на мои ноги светящиеся цепи. Он до боли сжал лодыжку, заставляя стоять на месте, я скривилась от боли.

— Анита… — любимые глаза мужа смотрели неверяще. Он попытался встать с пола, но приспособление на его ноге назойливо запищало и ударило мужчину током.

— Не делайте резких движений, — холодно отрапортовал наш тюремщик, проделывая то же самое с недовольным Дреком. Судя по всему, он со всех сил сдерживался, чтобы не вмазать роботу.

Я пыталась присмотреться и к этому банчу, но он не проявлял никаких эмоций. Похоже, тот был каким-то особенным.