Глава 19
Юну небрежно втолкнули в кабинет советника.
Следом вплыла графиня. А за ней, в качестве молчаливого эскорта, вошел один из вельдов, охраняющих вход в кабинет.
Сам Ливенхайм даже не поднялся, увидев незваных гостей. Только сложил руки в замок и вопросительно поднял бровь.
– Графиня? Вы все еще здесь?
Он перевел взгляд ей за спину, кивнул вельду. Тот бесшумно исчез за дверями.
– Да, советник, я все еще здесь! – Аделаида раздраженно вздернула подбородок. – Это просто возмутительно! Вы обещали мне беспрепятственный выход. А ваш замок! Эта проклятая куча камней!..
– Не стоит так отзываться о Дха-арн-Тане, – перебил Ливенхайм.
Он говорил тихо, но Юна услышала предупреждающий рык и невольно поежилась.
А вот графиня, похоже, ничего не заметила.
– Ваш замок не выпускает эту девчонку! – забыв про воспитание и этикет, Аделаида ткнула пальцем в принцессу. – Сделайте что-нибудь!
– И что же я должен сделать? – нахмурившись, дракон перевел взгляд на Юну.
– Ну, не знаю! Поговорите с этим вашим Духом, жертву ему принесите что ли. Пусть выпустит нас!
– Но, я так понимаю, вас он как раз не держит? – Ливенхайм склонил голову к левому плечу, а в его голосе появились вкрадчивые нотки. – Он не хочет выпускать только девушку?
– Я не проверяла! – Аделаида передернула плечами. – Но один из моих гвардейцев вышел из замка и не смог войти обратно. Между прочим, через ту дверь, к которой именно вы нас отправили!
– Вы в чем-то обвиняете меня?
– Разве я сказала что-то про обвинения?
В воздухе повисло напряжение.
Юне захотелось сделать шаг назад, попятиться, упереться спиной в стену, слиться с ней. Она бы так и сделала, будь хоть одна стена заполнена густыми побегами. Но, к ее разочарованию, сознательно или случайно, кабинет советника располагался на одном из верхних этажей.
Здесь дух Дха-арн-Тана был очень слаб.
Ливенхайм медленно поднялся. Окинул женщин задумчивым взглядом.
– Странно… Я не припомню случаев, чтобы замок не захотел кого-то выпускать. Было пару раз, что он отдельных личностей впускать не хотел… Обычно тех, кто идет со злым умыслом против князя.
– Стражники сказали, что дух иногда шалит, – Юна решила подать голос.
– Шалит? – Ливенхайм покачал головой. – Скорее сходит с ума от дряхлости и безделья.
– Ну все, хватит! – вмешалась Аделаида, привлекая к себе внимание. – Девчонка моя! Я предоставила вам равноценную замену!
– Вы предоставили мне поддельную принцессу, – советник холодно взглянул на нее. – Я согласился допустить ее на отбор в обход правил и даже способствовать ее продвижению. Но не бесплатно.
– Мы сделали все, что вы потребовали! – прошипела графиня. – По приказу королевы Эолы и регента границы с Рисгардиумом закрыты, перевозка рубелы через Астерию запрещена и карается смертью. Контрабандисты взяты на карандаш нашими службами безопасности. И все только ради того, чтобы вы выдали нам эту девчонку!
Она схватила Юну за плечо и хорошенько встряхнула. Пальцы графини впились в кожу принцессы, причиняя боль. Но Юна не заметила боли: слова графини заставили насторожиться.
Снова рубела!
Так вот почему Эрисхайм покупал ее тайком у контрабандистов! Эола запретила провоз по просьбе советника Ливенхайма!
Но зачем Ливенхайму нужен такой запрет? Если только он не хочет, чтобы рубела попала в Вальдхейм? Не хочет, чтобы замок восстановился и Дха-арн-Тан обрел утраченную мощь?
Уже другим взглядом она обвела кабинет. В голове сложилась картинка.
Советник Ливенхайм – двоюродный дядя князя. Единственный кровный родственник. Его покои располагаются там, где дух Первопредка не властен. Он заключает договоры с Астерией и, судя по всему, за спиной у племянника.
Зачем ему это?
Ответ был один: деньги и власть.
Но Юна перевела взгляд на Ливенхайма и засомневалась. Он не выглядел как человек, готовый нарушить клятву верности ради власти или денег. Он второе лицо в Вальдхейме. У него и власти, и денег в избытке.
Хотя… он ведь даже не человек…
– Я вам благодарен за труды, – губы дракона тронула мимолетная усмешка. – И со своей стороны выполнил обещание. Дал вам карту, пропуск, расставил лояльных стражей. Не моя вина, что замок решил не выпускать девушку.
– Советник, вы смеетесь сейчас надо мною? – прищурилась менталистка. – Не забывайте, кто я.
– Боюсь, вам нечем мне угрожать.
– Я не угрожаю, – сладко пропела она. – Предупреждаю. Вряд ли вы захотите нарушить Договор о взаимном невмешательстве и развязать войну с людьми ради этой девчонки. Ваши подданные не поймут, все же Вальдхейм еще не совсем оправился от клановых войн!
Теперь пришлось поморщиться Ливенхайму.
А Юна вспомнила слова госпожи Эльнуры:
“Между двумя драконьими кланами завязалась война. Старики еще помнят как дрожала земля и содрогались Железные горы, а небо было багровым от дыма и пламени. Эта война длилась десять лет, пока Айдхорран, глава Земляных не был убит…”
Эрисхайм – единственный сын Айдхоррана. У людей прошло четыре поколения, но для драконов это было словно вчера. Они живут слишком долго, чтобы быстро простить и забыть старые распри.
Судя по мрачному виду советника, он думал о том же.
Интересно, сколько ему лет? Неужели он своими глазами видел битву Айдхоррана и Райссарнаха? Видел, как вырос и возмужал Эрисхайм, как победил главу Огненных!
Задумавшись, Юна начала слишком пристально разглядывать дракона. И это не осталось незамеченным. Объект ее интереса хмыкнул, перевел взгляд на графиню и заговорил:
– Вы правы, в Вальдхейме еще помнят запах пожарищ и крови. Драконы не хотят новой войны, нас и так осталось немного. Но если замок не хочет выпускать эту девушку, он ее не выпустит. С этим я ничего не могу сделать. Если только…
– Что?! – Аделаида подалась вперед.
Замерла, жадно уставившись на дракона.
– Есть вариант. Правда, очень рискованный…
– Говорите! Я готова ухватиться за любую возможность!
– Подняться на башню и спустить вашу принцессу на веревке.
– Это сработает? – тут же деловито осведомилась графиня.
Юна побледнела. Ее взгляд заметался между мужчиной и женщиной, решающими ее судьбу.
– Вы не сделаете этого! – воспротивилась она.
Но на нее не обратили внимания.
– Не знаю, – честно признался Ливенхайм. – Но ничего другого в голову не приходит.
– А если на уровне нижних этажей опять этот дух вмешается? Давайте мы лучше поднимемся на башню, а вы превратитесь в дракона и отнесете нас к лагерю! – предложила графиня.
– Нет! – советник отшатнулся так резко, что едва не смел со стола письменный прибор на мраморной подставке. – Это исключено!
На его лице мелькнуло странное выражение. Смесь тоски, грусти и отвращения.
– Ну, тогда прикажите это сделать кому-то из ваших подчиненных!
– Я не могу отдавать такие приказы. Это противоречит нашей природе.
– Почему? – искренне удивилась графиня. – Я знаю, во время войны с людьми, многие ваши вельды сражались верхом на драконах!
– Верно. Но это были побратимы, прошедшие единение душ! Дракон не подпустит к себе никого, кроме истинной пары или побратима. Попробуете приблизиться – и он вас разорвет! – процедил Ливенхайм сквозь зубы. – Понимаете?
Аделаида слегка изменилась в лице, но отступать не спешила.
– Хорошо. Давайте вашу веревку! – решила она.
Со злостью взглянула на молчащую Юну и раздраженно добавила:
– Желательно покрепче. Но если она оборвется – нестрашно. Я сняла полный слепок с ее памяти, включая все уровни ауры и подсознания. Тело, в принципе, уже и не нужно.
***
Юне казалось, что она спит и видит сон. Точнее, кошмар. И не может проснуться. Потому что разум отказывался верить глазам. В голове не укладывалось, что все происходящее с ней – реальность.
Эрисхайм выгнал ее.
Марген и Ром далеко, они не помогут, даже если бы и могли.
Ливенхайм просто сдал ее посланникам королевы как ненужную вещь.
Впрочем, нужно смотреть правде в глаза: она и есть ненужная вещь. Вот уже второй раз от нее отказался князь драконов.
Юна почувствовала, что на глазах собираются слезы, и вскинула голову. О нет она не доставит своим врагам такое удовольствие – увидеть ее в слезах.
– Все, – произнес оставшийся из двух гвардейцев, сопровождающих графиню Ломберг. – Готово.
Он подергал веревку, которой обвязал талию Юны.
– Точно не развяжется? – Аделаида скептично посмотрела на узел.
– Точно. Ланс внизу подстрахует.
– Ну, смотри. Головой отвечаешь!
Гвардеец слегка побледнел.
Все трое стояли на вершине башни, чьи зубцы потрепали время и непогода. Сюда по приказу Ливенхайма их проводили два вельда. Один из них остался стоять у дверей.
– Иди! – Юну толкнули к краю, огражденному потрескавшимися валунами.
Она с тоской глянула вниз. Голова закружилась от высоты.
Здесь, наверху, было холодно. Хмурое небо висело так низко, что казалось, протяни руку – и дотронешься до него. Плотные тучи закручивались в воронку, как перед грозой. Холодный порывистый ветер хлестал по щекам, рвал подол, что-то выл в уши. В этом вое Юне слышались то стоны, то плач, то чей-то безумный холод.
Сейчас она видела, что Дха-арн-Тан построен на вершине скалы. Так высоко над городом, что отсюда не видно ни людей, ни повозок, а домики кажутся разноцветными коробочками не больше ногтя.
Она отыскала взглядом княжеский дворец. Он, подобно ограненному алмазу в короне, находился в самом центре Дартсваара и переливался на солнце всеми цветами радуги.
Да, над столицей драконьего княжества сияло солнце. Там, внизу, зеленела трава, цвели сады и пели птицы. А здесь, вокруг древних стен Дха-арн-Тана погода будто сошла с ума.
– Ну, все, спускай девчонку! – раздался визгливый голос графини.
***
Аделаида нервничала и ничего не могла с этим поделать.
Все пошло не так! Королева Эола будет в ярости, когда узнает, что ее лучшая менталистка не достала того, что нужно. И ведь все они были в твердой уверенности: Ульрих передал дочери Ключ от сокровищницы. Или, по крайней мере, девчонка знает, где старый король его прячет.
Но в ее памяти не нашлось даже намека на это!
Неужели старик решил унести его с собой на тот свет?
В это сложно поверить. Он ведь не дурак. Понимает, что уже проиграл, его все равно убьют. А если погибнет и его дочь – последний представитель династии Дагоберов, то трон Астерии станет свободен. Магия, которая все эти годы венчала астерийских королей на царство, выберет новый род, новую династию. А уж Эола и ее отец Вильгельм позаботятся, чтобы корона досталась Этану.
Но что за король без сокровищ? Ключ нужно найти! Он укажет путь к хранилищу Дагоберов.
Пока о сокровищнице известно только одно: когда-то очень давно, еще до того, как была уничтожена старая столица, один из драконов сделал тайное хранилище для первого короля из династии Дагоберов.
Но где оно – известно лишь Ульриху, а он молчит. Ни угрозы, ни пытки не смогли вытянуть из него даже слова!
Но как будто мало ей этого. Теперь еще замок не выпускает. А день уже близится к вечеру, здесь, в Дха-арн-Тане, быстро темнеет. Еще пара часов – и густые сумерки укроют окрестности замка. Как им потом выбираться отсюда? Это для “невест” князь приказал активировать портальную арку, а им, представителям Астерии, пришлось тащиться в экипаже по горным тропкам.
И ладно бы их встретили с почестями. Так нет! Эрисхайм не удостоил “принцессу” и ее свиту даже коротенькой аудиенции! Это было неслыханным попранием этикета. Но тогда графиня молча проглотила оскорбление. Для нее важнее всего было попасть в замок.
Человек, служащий Ливенхайму, передал, что там собралось около тридцати самозванных принцесс. Одна из них вполне могла быть настоящей. Так и случилось. Предчувствия не обманули шпионку королевы, поднаторевшую в дворцовых интригах.
А теперь она стоит здесь, на крыше, продуваемая всеми ветрами. И должна ждать, пока этот криворукий неумеха спустит девчонку!
Не в силах сдерживать нетерпение, Аделаида порывисто шагнула вперед.
– Что ты возишься?! – взвизгнула, грубо отпихивая гвардейца в сторону. – Дай, я сама!