Глава 4

Ханна

Подставки для ног, как у кресла гинеколога. Задница, свисающая со стола. Незнакомец меж моих ног.

Я слишком хорошо знала эту ситуацию. Сначала я захотела протестовать, но остановила себя, иначе вновь оказалась бы на его коленях. Мои ягодицы и задняя часть бедер все еще болели после его шлепков, и я не хотела повторить эту процедуру.

Я сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. На Земле я через подобное проходила уже много раз–раз в год с тех пор, как мне исполнилось шестнадцать. Я могу потерпеть, если это порадует доктора и моего партнера и если поможет мне сбежать из этого дурацкого медпункта.

Доктор стоял между моих ног со свойственным медикам бесстрастным выражением лица, что улучшало ситуацию.

–Я постараюсь сделать это быстро, леди Ханна.

Наши с ним взгляды быстро пересеклись, а затем я посмотрела вверх на металлический потолок и стала рассматривать заклепки, которые его удерживали. Я не собиралась смотреть ни на одного из мужчин.

–Хорошо.

Сгорая от стыда, я лежала, закрыв глаза согнутой в локте рукой. Все могли видеть мое голое тело. Мои бедра свисали с конца стола, а приоткрытая киска была перед глазами не одного, а сразу двух чужих инопланетных мужчин. Еще хуже было то, что моя задница точно была красной после шлепков Зейна.

Я услышала, как Зейн начал двигаться, но не знала, что он собирался делать. Он сел на кровать позади меня, приподнял мою голову и положил ее себе на колени. Я открыла глаза и увидела, что он смотрит на меня сверху вниз. Он полностью игнорировал доктора.

–Дай мне руку, подруга.

Я не знала, насколько сильно я нуждалась в поддержке, пока не подала ему свою левую руку. Он нежно сжал ее, и вдруг я перестала чувствовать себя так одиноко на этом чужом корабле с инопланетными воинами.

–Начинай, доктор. Она готова,–он не отводил своих глаз от моих, обращаясь к другому мужчине.

Я проигнорировала прикосновения теплых рук к своим бедрам. Проигнорировала холодную медицинскую смазку, которую он распределил по моему лону. Проигнорировала даже ощущение того, как притупленный кончик холодного, твердого объекта входит в мою киску. Я ожидала почувствовать, как меня растягивают гинекологическим зеркалом, но вздрогнула от неожиданности, когда предмет погрузился глубоко внутрь меня, ткнувшись в мою матку. Я ахнула от этого ощущения.

–Тихо, партнерша. Скоро все кончится.

Зейн положил правую руку на мое плечо. Я наблюдала за тем, как его глаза заволокло чувство, которое я уже узнавала на его поразительно красивом лице. Вожделение.

–Готовы, командир?–от вопроса доктора я моргнула в недоумении. Готов к чему? Это такая традиция, чтобы доктор обращался к Зейну, а не ко мне? Это ведь я лежала голая с широко раздвинутыми ногами, а мою киску наполнял толстый, твердый предмет.

–Она готова,–ответил он.

–Что? Я думала…–я ахнула, когда почувствовала, как между голых ягодиц меня касался другой объект. Доктор ввел в узкую дырочку что-то маленькое, наверное, размером не больше чем трубочка для напитков. Я почувствовала текущую влагу внутри: меня начала заполнять теплая жидкость. Там.

Наконец, спустя, казалось, вечность, он вынул маленький предмет. Я поняла, что тяжело дышу и так крепко сжимаю руку Зейна, что, скорее всего, делаю ему больно.

–Что это за осмотр? Не думаю, что во время транспортировки получила травму там.

Мужчины проигнорировали меня, а врач сказал:

–Не двигайтесь, леди Ханна. Не хочу, чтобы было больно.

В моих ушах звенело его предупреждение, и я лежала совершенно неподвижно, когда он прижал что-то твердое и холодное к моей девственной дырочке.

–Дыши, Ханна.

Зейн успокаивающе гладил мое правое плечо, и я постаралась послушаться его. Доктор медленно толкал предмет внутрь меня. Он растягивал меня, а мышцы были непривычны к такому проникновению. Я мотала головой из стороны в сторону, пока процесс медленно продолжался.

–Зейн, пожалуйста,–выдохнула я.–Что он делает?

–Все в порядке. Уже почти,–доктор Мордин погладил внутреннюю часть моего бедра, как будто пытаясь меня успокоить, но я чувствовала себя униженной и голой. В моей киске был огромный предмет, а теперь еще и другой, поменьше–в заднице. Я никогда не чувствовала себя такой наполненной, растянутой, выставленной напоказ.

Я почувствовала, как предмет прошел через внутренние мышцы, и жжение уменьшилось. Я опустила взгляд на свою голую киску. Я увидела длинный, темный объект, который торчал из меня. Он был странной формы: оставшаяся снаружи часть была загнута крючком вверх. Я не была уверена, что именно он поместил мне в задницу, но тот предмет я ощущала. Я сжала обе дырочки.

Боже, как же хорошо я ощущала оба твердых предмета. Я снова положила голову на ногу Зейна и повернула ее в сторону, смотря на простую серебристую стену. Я не могла взглянуть Зейну в глаза, боясь, что он увидит, какой во мне творится хаос. Мне полагалось стыдиться. Мне полагалось злиться. Мне полагалось сопротивляться.

Вместо этого я почувствовала, как моя киска становилась влажнее, и мне хотелось, чтобы доктор двигал твердый объект, который он поместил в меня. Хотелось, чтобы он отымел меня им, чтобы вытащил его и затем вставил обратно, пока Зейн на это смотрел бы. Я хотела поднять бедра и молить доктора ублажить меня своим ртом, пока Зейн держал бы меня. Эта темная, похотливая часть меня хотела, чтобы меня прижали к кровати, чтобы меня взяли они оба, прямо как в той симуляции во время процесса подбора пары. Я хотела почувствовать язык Зейна на своей груди, его руку–на моей глотке, и чтобы доктор оттрахал меня своими устройствами и заставил меня кончить.

Боже мой. Что со мной не так? Возможно, оба мужчины не зря тревожились, и меня действительно травмировали во время транспортировки. Я точно не должна была думать о таком или чувствовать себя так.

Я заскулила, испытывая стыд, унижение, смущение. Я не знала, что делать, и не знала, как мне быть с этим темным откровением.

–Шшш,–успокаивал Зейн.–Все в порядке, Ханна. Я позабочусь о тебе. Никто больше никогда не сделает тебе больно. Обещаю.

Из-за мягкого обещания Зейна я чуть не потеряла и без того призрачный контроль над ситуацией. Если бы только я могла ему поверить. Если бы только я могла ему доверять и говорить, в чем нуждалось мое тело. Но я слышала эти слова и раньше. От лжеца и изменника, от мужчины, который использовал меня, чтобы добраться до…

–Ах!–я изогнулась на столе, когда почувствовала сильное посасывание клитора. Тяжело дыша, я подняла голову и увидела, что ту загнутую крючком часть прибора опустили и прикрепили к моему набухшему клитору. Это сосущее устройство было связано с черным дилдо в моей киске длинным, гибким проводом. Объект и вибрировал, и сосал одновременно, и мое тело было словно в огне. Я дрожала, и во мне назревало возбуждение, как бы я ни пыталась с ним бороться.

Что за чертовщина?

–Это не медицинский осмотр,–воскликнула я, пытаясь восстановить дыхание.–Это неправильно. Очень неправильно. Зейн!–я кричала, чтобы он остановил процесс, но внутри я молилась, чтобы он продолжался.

Удерживая меня, он наклонился, чтобы ответить. Я видела только его суровое лицо.

–Мы должны проверить реакцию твоей нервной системы на сексуальную стимуляцию, партнерша. Просто не сдерживайся, Ханна. Кончи для доктора.

–Что? Почему?–я ахнула, когда объект стал вибрировать быстрее. Кончить для доктора? Получить оргазм, когда он…

–Боже.

Доктор вытащил крупный, ребристый предмет из моей киски, затем одним размашистым движением ввел его снова. Затем еще раз. И еще. Мои бедра приподнялись со стола, чтобы подмахивать ему. Я ничего не могла поделать. Я не могла контролировать свое собственное тело. Оно взяло верх. Я уже не была Ханной Джонсон с Земли. Я была никем. У меня не было личности. Я была просто телом, женщиной, которой нужно было кончить.

–Вот так, Ханна. Не сдерживайся,–Зейн наклонился надо мной и провел своим длинным языком по моему соску, а клитор стали сосать еще сильней. Доктор трахал меня черным устройством, и длинный провод, присоединенный к сосущему прибору, сгибался во время движений. Ощущения у клитора не прекращались ни на секунду, и тело напряглось, словно тетива. Я была на грани и так напугана, что не могла дышать. Я не могла. Ощущение было слишком сильным. Я не могла сдержаться.

–Нет! Это слишком. Зейн… это… о Боже. Я не могу…–моя голова металась у него на коленях. На коже выступил пот; мне было жарко, и я вся разрумянилась.

Правая рука Зейна скользнула к моему внутреннему бедру. Он убрал мою ногу с подставки, раздвигая мне ноги еще шире и открывая доступ врачу. Я заскулила и подняла свободную руку к его волосам, дергая за них, держась за него, мой единственный якорь в этом водовороте ощущений.

Зейн оторвался от моего соска и поцелуями прошелся по моей груди ко второму соску.

–Давай, доктор.

–Есть, командир.

Эти два слова были единственным предупреждением перед тем, как врач начал двигать дилдо в моей киске сильнее и быстрее одной рукой, а второй–предметом в заднице. Маленькое помещение заполнили звуки моего влажного, липкого желания. Машина, прикрепленная к моему клитору, ускорилась, а Зейн изо всех сил сосал мой сосок.

Мое тело словно взорвалось. Нервы испытывали такую перегрузку, что все мое тело дрожало. Я буквально видела звезды, и какое-то время взгляд застилала тьма. Спазмы в киске продолжались, я сжималась вокруг предметов, которые доктор поместил в киску и задницу. Я была так наполнена, что кончила с ними внутри, чувствуя себя растянутой, беспомощной, потерявшей контроль. Спазмы горячего удовольствия заставили меня сжиматься вокруг устройств снова и снова, до тех пор, пока я не вымоталась и не обмякла. Я больше была не в силах поднять голову с колен Зейна и уж тем более сопротивляться удовольствию, которое только что испытала.

Я медленно возвращалась в реальность. Зейн нежно целовал мою грудь и плечи, как будто благоговея передо мной, а доктор аккуратно убрал свои предметы из моего тела. Я зашипела, когда устройство в моей заднице сначала широко меня раскрыло, затем выскользнуло из меня. Я сразу же почувствовала себя опустошенной, ведь теперь я уже сжималась вокруг… ничего.

Доктор тихо покинул комнату, оставив меня с моим новым партнером и горячим унижением, из-за которого у меня горели лицо и глотка. Что со мной, черт возьми, не так?

Из уголков моих глаз потекли слезы, но я не могла их контролировать, с ними не было связано никаких эмоций. Тело как будто плакало само по себе из-за переизбытка ощущений.

–Хорошо, Ханна. Хорошо.

Зейн завернул меня в простыню и посадил к себе на колени, когда доктор вернулся обратно. Нежную кожу после шлепков жгло и саднило при соприкосновении с бедром Зейна. Я напряглась и отвернулась. Доктор подошел ко мне и положил рядом с нами на стол для осмотра небольшую коробку. Мое внимание было отвлечено от нее чем-то еще, что он принес в комнату с собой. В его руке было нечто длинное и черное, похожее на толстую атласную ленту.

–Вы соответствуете нашим медицинским требованиям, леди Ханна. Согласно сенсорам, ваша нервная система функционирует на оптимальном уровне. Вы здоровы и можете иметь потомство.

Я хотела ответить как-нибудь дерзко, например, “Боже, спасибочки”, но придержала язык. У меня саднило задницу как внутри, так и снаружи, и я хотела убраться от доктора так далеко, насколько это возможно.

Оба мужчины молчали. Я, наконец, подняла голову с груди Зейна, чтобы посмотреть на то, что доктор держал передо мной.

–Что это?

–Вы заслужили право быть приллонской невестой. Поздравляю, Ханна. И добро пожаловать, миледи. Как только вы займете свое место среди нас, мы все будем принадлежать вам. Все воины Приллона будут чествовать вас, сражаться за вас, умрут ради вашей защиты.

Я была так сбита с толку. Я заслужила право быть приллонской невестой принудительным оргазмом?

Я смотрела на предмет, который очень напоминал ошейник. Я потянулась за ним и забрала его из рук доктора.

–Что мне с этим делать?

–Оберните ленту вокруг шеи и демонстрируйте ее всегда. Сейчас она черная, леди Ханна. Но как только вы выберете партнера и признаете его права на церемонии присвоения, лента примет цвет ленты партнера и будет функционировать как полноценная приллонская система регуляции тела.

Я не хотела знать, что это значило. Не сейчас. Мне уже хватило.

Я посмотрела на Зейна и только сейчас заметила темно-красную ленту на его шее. Ошейник был частично спрятан под его броней. Я отвела взгляд, уже не в силах впитывать новую информацию.

–Можно мы уйдем? Пожалуйста?

Он провел ладонью по моей руке.

–Я не могу увести тебя из медпункта, пока ты не наденешь ленту на шею. Без нее ты будешь без защиты, и любой мужчина сможет попытаться присвоить тебя.

–Но если она черная, то значит я еще не выбрала. Тогда в чем разница?

Доктор усмехнулся.

–Разница в том, миледи, что черная лента означает, что вы в активном периоде присвоения с партнером и его вторым.

–Я все еще не понимаю, в чем разница, если я еще не выбрала.

–Это значит, Ханна, что я выбрал тебя.

Наши с Зейном взгляды пересеклись, и у меня как будто сотня бабочек запорхала в животе, когда я увидела открыто собственническое выражение в его глазах. Ни один мужчина не смотрел на меня так, как будто во всей Вселенной имела значение только я одна.

–Если любой мужчина посмеет дотронуться до тебя или каким-либо образом проявит неуважение, я вызову его на смертельный поединок.

На этот раз мягкий рык Зейна заставил меня почувствовать себя ценной и особенной, ведь я знала, что все это пламя и первобытные защитные инстинкты были для меня. Он обводил большим пальцем мою нижнюю губу, шепотом принося торжественную клятву.

–Только мой второй и я сможем коснуться твоего прекрасного тела, моя Ханна. Кто-то еще посмеет это сделать? Я убью его.

Второй? Это слово упоминалось уже несколько раз. Прежде чем я успела спросить о значении термина, открылась дверь в комнату. Я замерла, когда вошли еще двое воинов. Один из них был молод и очень красив. Второй выглядел как старейшина их расы: его лицо было суровым и изборожденным морщинами, его кожа–бледной, а не золотистой, как у Зейна. От холодного выражения, с которым старик смотрел на меня, мне захотелось спрятаться за крупным, внушительным телом моего партнера. Я плотнее завернулась в простыню.

Старик заговорил, и я напряглась от его слов.

–Мы опоздали на медицинское обследование, командир? Как личный советник принца Найала и почетный отец будущего Премьера, я желал разделить радость процесса обработки невесты,–он сощурился, глядя на меня. Выражение его глаз было совсем не дружелюбным. Было ясно, что он хотел посмотреть, еще бы. И не потому, что хоть немного волновался за мое здоровье.

Напряжение в груди моего партнера передалось и моему измученному телу. Я начала дрожать у него в руках.

–Осмотр завершен, Харбарт. Моя невеста здорова и цела. Теперь мы немедленно отправимся в мои личные покои. Уверен, ты можешь понять.

–Конечно, конечно. Такое разочарование. Нам придется проинформировать Премьера о том, что мы пропустили процедуру, не так ли, принц Найал?

Харбарт сделал небольшой шаг вперед, но остановился, когда Зейн буквально рыкнул на него. Харбарт поднял руки, как будто сдаваясь. От блеска в его глазах у меня перехватило дыхание, а он продолжил:

–О, командир. Вокруг ее прелестной шейки нет вашей ленты. Значит ли это, что она уже вас отвергла?

Напряжение в воздухе было так ощутимо, что я еле дышала. Я посмотрела на черную ленту из странной ткани, которую держала в руках, и быстро подняла ее к шее. Никакой застежки не было. Тем не менее, когда я свела концы вместе, они соединились и прижались к моей коже. Ошейник изменил свой размер так, что стал ощущаться словно вторая кожа.

Зейн тут же расслабился, и я почувствовала, как мое тело тоже покидает напряжение. Я порадовала его и, надеюсь, разозлила противного старика, который теперь смотрел на меня так, как будто я отобрала его любимую игрушку.

–Ах, виноват, командир,–он слегка поклонился, и его длинное коричневое одеяние коснулась пола перед его ботинками.–Миледи. Добро пожаловать на боевой корабль Дестон. Непременно буду ждать нашего скорого знакомства.

Он резко повернулся и оставил меня наедине с доктором, принцем и моим партнером. Как только дверь закрылась, мой партнер прямо-таки зарычал на принца:

–Держи этого типа подальше от моей партнерши, кузен, или я его прикончу.

На красивом молодом принце была броня, похожая на броню Зейна, только в ней встречался еще черный цвет, и коричнеый был более темного оттенка. Он был большим и сильным, совсем как мой партнер. Его глаза были добрыми, и он смотрел на меня заинтересованно.

–Леди Дестон, добро пожаловать.

Когда я промолчала, Зейн легонько подтолкнул меня, и я поняла, что должна что-то сказать.

–Спасибо,–вот все, что я смогла выжать из себя. Этого было достаточно.

Поклонившись, принц Приллона оставил нас одних. Я растеклась в лужицу в объятиях Зейна. У меня не было силы воли сопротивляться или помогать Зейну, когда он поднялся со мной на руках.

–Ах, командир. Еще один предмет, который вам стоит взять перед тем, как отправиться со своей партнершей в ваши покои,–доктор поднял коробку со стола.–Осмотр показал одну проблему, которую вы должны решить.

Я нахмурилась и спиной почувствовала, как Зейн напрягся.

–О? Что за проблема?

–В ее киску уже проникал другой, а вот задница девственна. Она узкая и неопробованная.

Я вспыхнула от слов доктора. Это было действительно так. Я не была девственницей, но никто ничего не делал с моей задницей до этого осмотра.

Доктор протянул темную коробку и открыл крышку, чтобы показать нам ее содержимое.

У меня раскрылся рот, когда я увидела набор анальных пробок. Я сразу поняла, что это такое. Я, конечно, была анальной девственницей, но и в танке не жила. После осмотра мое сердце только начало замедляться, а теперь вновь подпрыгнуло у меня в груди. Мне невыносимо было смотреть на пробки или думать о том, что именно доктор предлагал Зейну делать с ними.

–Что… Для чего они нужны?–спросила я.

–Во время церемонии мы присвоим каждую часть тебя. Твой рот, твою киску, твою задницу. Они,–Зейн указал на содержимое коробки,–научат тебя принимать член в задницу. Моя обязанность, как твоего партнера–подготовить твое тело, чтобы ты не чувствовала боли во время церемонии, только удовольствие.

Мы? Он сказал «мы»?

Доктор со щелчком закрыл коробку, и Зейн забрал ее.

–Спасибо, доктор, что позаботился об этом. Мы начнем обучать ее, как только окажемся в моих покоях.

Опять это слово. Мы.

Доктор склонил голову.

Зейн положил коробку подмышку и опустил на меня глаза; он по-прежнему прижимал меня к своей огромной груди.

–Теперь, Ханна, я отведу тебя в твои новые покои.

Я снова сглотнула и попыталась убедить свой желудок в том, что ему не нужно скручиваться в узел и ныть. Зейн собирался отвести меня в свои покои и… что-то со мной творить. Моя задница сжалась от одних только мыслей об этом обучении. Разум говорил мне бежать, бежать далеко, но ошейник на шее нагрелся и запульсировал; через мое тело протекла быстрая волна удовольствия.

Я невольно ахнула.

Зейн приподнял уголок губ.

–Вижу, наши ошейники синхронизировались, как и должно быть. Теперь ты будешь ощущать мое удовольствие, а я–твое. Связь сейчас работает в полсилы и является временной, но после церемонии присвоения связь станет мощной, и ее будет невозможно разорвать. Это всего лишь одно из преимуществ ношения ошейника партнера. Не бойся, мой маленький человечек. Я принесу тебе только удовольствие, даже во время обучения твоей девственной задницы.

Когда дверь открылась, и он вынес меня на корабль, мне оставалось только держаться за него. Мое тело все еще смаковало тот короткий всплеск его удовольствия, его блаженства. Он будет делать со мной, что захочет. Я застряла на этом инопланетном корабле в открытом космосе и не могла с этим ничего поделать.