Глава 4. Почетная ссылка
Ведара и Шайенн добрались до городского совета в полнейшей тишине. Вернее вампир несколько раз пытался вывести ведьму на разговор, чтобы она не думала, будто он специально подставил ее. Мужичина ведь не знал, что все случиться именно так и более того, не планировал этого. Но женщина упорно молчала, не идя на контакт даже из природной вежливости, но не из-за того, что считала сэра Херефорда виноватым в неудачно сложившихся обстоятельствах. А потому что пыталась собраться с мыслями и что-то придумать, чтобы взбешенное начальство не порвало ее на тысячу маленьких ведьм.
Управление полиции и тайного сыска располагалось на последнем этаже в здании Городского Совета. Это был высокий трехэтажный комплекс из бетона и стекла, светло-песочного оттенка и узкими стрельчатыми темными окнами в два человеческих роста. Он возвышался в самом сердце Орвилла сразу за круглой рыночной площадью, шум которой затихал лишь после часа ночи. Острые шпили крыш, покрытые красной блестящей черепицей, полыхали огнем в свете раннего утреннего солнца. С тоской посмотрев на стремительно светлеющий горизонт без единой тучи, Ведара решительно дернула резные ручки входных дверей, и смело пошла навстречу неприятностям, при этом дробно стуча каблуками. Не отводя внимательного взгляда от профиля женщины, Шайенн негромко проговорил, сам удивляясь своей отзывчивости:
— Не волнуйтесь, ничего они вам не сделают. Так что все будет хорошо, обязательно.
Подобное участие немного удивило Ведару, хотя и не настолько, чтобы проникнуться к вампиру симпатией. Мало ли он просто проголодался, вот и старается заговорить ей зубы? Поднявшись на последний, третий этаж, она нехотя проворчала:
— Сделать они и правда ничего не смогут, благо все что могли, уже сделали. Но вот то, что все будет хорошо, я уже не уверена.
— Вы пессимистка? — неприятно удивился Шайенн.
Он не любил, когда кто-то плыл по течению, а не пытался жить по-своему.
— Отнюдь, просто верю в старую добрую поговорку, что когда девица встречает на своем пути вампира — это плохой знак.
Мужчина смерил фигуру комиссара многозначительным взглядом, чуть задержавшись на красивых, тонких лодыжках и с любезной улыбкой припечатал:
— Ну, вам это не грозит.
Шайенн обогнал ведьму и, приоткрыв дверь, посторонился, чтобы так смогла пройти, не задев его. Ведара быстро юркнула в образовавшуюся щель и подозрительно поинтересовалась:
— Это почему мне не грозит?
Шайенн даже хохотнул от удовольствия, которое получил, глядя на ожидавшую гадостей ведьму.
— Вы же сами сказали, что неприятности грозят девицам, а вы тут при чем?
Ведара поняла, куда клонил клыкастый пройдоха и с деланным сожалением вздохнула:
— Вы правы, не при чем.
Шайенн ожидал, что ведьма, по крайней мере, возмутиться подобными намеками, но не тут-то было, комиссар еще и пожалела, что ее время безвозвратно утекло. Они молча дошли до конца коридора застеленного темно-красным ковром и остановились напротив тяжелых дверей из матового стекла. Тут же створки слегка приоткрылись и в образовавшийся проем выглянула круглая лысая голова, которая, подслеповато щурясь по сторонам, возмущенно прорычала:
— Госпожа Вольт, не уж — то соизволили явиться? А что так рано? Приятно удивили, хотя я всего лишь приказывал вам оставаться в Птичьем сквере еще четыре часа назад.
Голос принадлежал сэру Ярвурду, начальнику третьего отделения, куда и была сослана Ведара, к неудовольствию всей администрации города. Новый комиссар в своей работе не делала различий, кто был перед ней вельможа или обычный портной. Это мало кому нравилось, но как говорится, перед законом все равны и им ничего не оставалось, как терпеть до поры до времени подобное к себе отношение.
Ведьма была готова к подобным заявлениям, поэтому моментально сориентировалась.
— Сэр Ярвурд, я прибыла, едва только услышала, что вы разыскиваете меня, и это было не более чем полчаса назад. О каких четырех часах идет речь?
Ярвурд, грузный мужчина под пятьдесят лет, с двумя лишними подбородками и избыточным весом килограммов в тридцать, зло уставился на невозмутимую женщину, смотрящую на него широко распахнутыми, наивными глазами. И пусть он точно знал, что она стоит и нагло ему врет, не испытывая при этом никаких мук совести, но доказательств-то этому не было. Конечно можно наказать того постового, которому он сказал передать приказ госпоже Вольт оставаться на месте происшествия, но в этом нет смысла. Они же будут валить все друг на друга, прекрасно понимая, что пока они это делают, их обоих никто наказывать не посмеет, это не гуманно.
При слове «гуманность» Ярвурд, старого прожженного вояку, ощутимо тряхнуло. Раньше такими глупостями никто не задавался, а сейчас чуть что, не так посмотришь, твои подчиненные тут же готовы настрочить на тебя докладную в соответствующие органы. Работать стало не возможно! Грустные, очень грустные времена.
— Ты прекрасно понимаешь, о чем идет речь, — чуть спокойнее прорычал Ярвурд, — понимаешь, только никогда не скажешь. Там у себя в кабинете, кроме меня и эксперта присутствует представитель городской администрации. Генерал рвет и мечет, хочешь послушать? И отец леди Элизабет скоро должен подъехать, хочу представить тебя ему, чтоб знал, кому обязан задержкой.
Ведара перестала изображать умалишенную и с надеждой протянула:
— А если сказать, что вы меня не видели?
Как бы не был Ярвурд зол на свою подопечную, но не смог сдержать понимающую ухмылку.
— Постовому ты такими же словами и про меня говорила?
Ведьма снова смотрела на своего непосредственного начальника кристально честными глазами.
— Какому постовому?
Ярвурд хмыкнул и, вынеся в коридор свое грузное тело, обтянутое шелками и бархатом насыщенного, королевского синего оттенка, обернулся к молчаливо стоящему в сторонке вампиру. Тот старался быть как можно более не заметным, что начальник третьего отделения действительно сперва не обратил на него внимание. В глубоко посаженных, водянистых голубых глазах сэра Ярвурда мелькнуло узнавание, он охнул от неожиданности и поклонился Шайенну со всем подобострастием. Гнуть спину не тяжело, а дать нужный результат это очень даже может. Только он и представить не мог, что сэру Херефорду на самом деле глубоко плевать на то, как к нему относятся другие, как на него смотрят и чего ждут. Он приехал сюда только за одним: за парочкой хороших магов-следопытов, чтобы остановить уничтожение alere.
— Ваша милость, я так рад, так рад, что вам удалось без приключений добраться до нас!
Голос начальника третьего отделения полиции был так нежен, что вампир слегка поморщился, но быстро скрыл свое истинное отношение за кривой улыбкой, и только Ведара сумела заметить секундное замешательство посла.
— Уважаемый… э-э…
— Сэр Ярвурд, — с самым счастливым видом отозвался полисмен, казалось, что он радуется появлению вампира, как какому-то божественному знаку, — вы, где остановились и почему раньше не дали о себе знать? Мы бы…
Слушать сладкий поток Ярвурда можно было долго, но Шайенн начал было опасаться, что его сейчас просто стошнит, поэтому достаточно грубо прервал словесную лавину чиновника:
— Сэр Ярвурд, мое имя вы знаете, так же как и то, что я не обладаю никакими титулами, не смотря на мое более чем благородное происхождение, чему признаться очень рад, поэтому не утруждайте себя куртуазным обращением. Совет уже на месте, мы можем пройти?
Ярвурд озадаченно моргнул, переводя взгляд на стоящую в стороне ведьму. Она активно делала вид, что присутствует здесь лишь по какой-то чудовищной ошибке. От мужчины не укрылось и то, что посол достаточно ясно дал понять, что они пришли вместе, а это не совсем то, чего он ожидал. Ярвурд знал, что комиссар отхватила слишком большой кусок и то ли задержала прибывшего в Орвилл вампира с тайной миссией, то ли просто где-то пересеклась с ним. Он надеялся, что госпожа Вольт все-таки перешла последнюю черту, и они с генералом уже потирали руки в предвкушении, готовые отдать вездесущую ведьму на публичную порку, а потом тихонько списать ее как отработанный материал. Разумеется, такие принципиальные и честные сотрудники, как она, тоже были нужны в Управлении, но с Ведарой невозможно было договориться. Она была слишком бескомпромиссной. Ей бы полком командовать в военное время. А здесь, где чаще всего нужно было прогибаться, чтобы достичь хоть какого-то результата, нетерпимость ведьмы к беспорядку впервые же дни многим набила оскомину.
— Вместе? — все же на всякий случай переспросил Ярвурд, не теряя надежды на то, что не так понял гостя и ему все-таки удастся отыграться на Ведаре и убрать ее из рядов своих подчиненных.
Шайенн сразу догадался, что этот говорящий мешок с жиром уже заранее спустил на женщину всех собак и хочет сплясать на ее костях. Вампир нисколько не злился за то, что Ведара вцепилась в него и отвела к себе в участок. Он же понимал, что она всего лишь пыталась выполнить свою работу, верно выйдя на его след. И почему-то мужчина не сомневался, что ведьма мучила бы его своими вопросами, даже если заранее бы знала о его неприкосновенности как посла. Шайенн хорошо знал таких, как она, ведьма пойдет на многое, чтобы выполнить долг, не переходя лишь границы совести.
— Вместе, — решительно кивнул Шайенн, с удовольствием наблюдая за тем, как неуловимо мрачнеет лицо сэра Ярвурда, — вы так и будете продолжать нас держать здесь? Я буду вынужден передать его светлости Мердо и нашему сиятельному Владыке, что вы намеренно затягиваете переговоры, впустую тратя мое драгоценное время.
Ведара видела, что вампир по каким-то не понятным для нее причинам решил вступиться за нее, хотя с чего вдруг такая благотворительность, но мудро помалкивала. Ведьма ни о чем не просила сэра Херефорда, поэтому пусть даже не рассчитывает на взаимность, помогать вампиру она никогда не станет. Хотя Шайенн не виноват в смерти Элизабет, она была в этом практически уверенна, но это не меняет того, что от нечисти, пусть он хоть трижды Высший, следует держаться подальше.
Сэр Ярвурд понял, что еще немного и разозлит посла, а за это сверху его по голове не поглядят, и суетливо распахнул двери. Шайенн с изрядной долей высокомерия кивнул начальнику отделения, так было нужно, его положение обязывает быть надменным, даже брезгливым и поплевывать на людей с высоты своей холодности. Чтобы лишний раз подчеркнуть, что женщина находится с ним в тесном контакте и слишком уж явно обижать ее он не даст, вампир протянул Ведаре раскрытую ладонь, молча предлагая проводить в кабинет и усадить так, чтобы все видели, как посол к ней благоволит. Ведара заколебалась, это было достаточно заманчиво, но стоит ли идти у него на поводу, тем более что он скоро уедет отсюда и если ее не растащат по кусочкам сегодня, то никто не помешает, сделать это, к примеру, через неделю.
Ведара неуверенно протянула ладонь, застыла на мгновение в таком положении и со вздохом сожаления опустила руку вниз. Нет, как бы иногда не хотелось спасти собственную шкуру, но пойти на подобную сделку она никогда не сможет. Вампир непроизвольно дернулся, дотрагиваясь до пальцев женщины, меньше всего он ждал, что она откажется от его помощи, ему-то ничего не стоит замолвить за нее словечко.
— Сэр Херефорд, — ведьма отступила на шаг, бросая на Шайенна острый и пронизывающий взгляд, — у вас клыки выросли…
Шайенн и сам почувствовал, что с ним твориться что-то неладное: обоняние, на которое он никогда не жаловался, в одно мгновение взвинтилось до предела, мужчина с удовольствием вдыхал запах ведьмы. Он напоминал собой легкий цветочный аромат дешевого мыла и до этого никогда ему не нравился, хотя сейчас не на шутку вскружил голову. Но если хорошо подумать, то это еще можно было как-то объяснить играми подсознания, но вот то, что клыки и в самом деле непроизвольно выросли и сейчас до крови царапают нижнюю губу, его напрягло. Для этого не было никакого повода, он ведь не какая-нибудь низшая нечисть вроде стриги или ламии, чтобы не контролировать себя и свои желания. Тем более что он перед самым отъездом в Орвилл выпил достаточное количество крови, чтобы не чувствовать себя голодным. Вопреки распространенному мнению, вампиры не употребляли кровь литрами и делали это не часто, в среднем пару раз в неделю, большего для нормальной жизнедеятельности и продлении вечной молодости им не требовалось.
— Я наверно просто немного устал, бессонная ночь, знаете ли, — поспешно пробормотал Шайенн, чтобы успокоить насторожившихся людей.
Ведара ему не поверила, но зацикливаться на это не стала, в конце концов, что еще можно было ожидать от вампира? Правда от комментария все же не отказалась, благо присущая ей любознательность взяла верх.
— Странно, обычно вас называют королями ночи, что именно в это время вы бодрствуете, оставляя день плебеям. А вы сожалеете, что не удалось поспать. Вот и чему после этого верить?
Шайенн с обидой подумал, что комиссар намеренно пытается его задеть, желая рассчитаться с ним за собственную неудачу, но он-то здесь при чем? И откуда она набрала столько дурацких слухов? Хотя с виду вполне разумная женщина, а во всякую околесицу верит.
— А правда, что все ведьмы на самом деле это сварливые старухи с крючковатым носом и огромной бородавкой и которые лишь скрываются под личиной молодых женщин? — Шайенн широко ухмыльнулся и подмигнул Ведаре, — госпожа Вольт, а сколько вам на самом деле лет?
Ведьма непроизвольно улыбнулась. Молодец! Не растерялся и не стал возмущаться, хорошенько щелкнул ее по носу. И конечно она не станет говорить, что ей тридцать один, в женщине должна быть хоть какая-то загадка. Шайенн все понял правильно, кивнул Ведаре как равной себе и скользнул в кабинет генерал-лейтенанта. Хотя как бы люди не старались, им смертным никогда не стать хоть немного похожими на Высших. Но времени не так много, уже сегодня вампир должен повернуть обратно в Хемшфир.
Ведаре ничего не оставалось, как пойти за ним следом и проходя мимо непосредственного руководства, она услышала едва различимое шипение:
— Если бы не этот вампир, я бы удавил тебя прямо здесь собственными руками. На этот раз ты, госпожа Вольт, перешла все допустимые пределы!
В каждом слове мужчины была бездна яда, но Ведара нашла в себе силы светло улыбнуться и спокойно ответить:
— Сэр Ярвурд, вам в детстве родители разве не говорили, что нужно быть немного скромнее в своих желаниях?
Пока полисмен переваривал это заявление, она вплыла в рабочий кабинет генерал-лейтенант сэра Рассела Тревельяна, которому были подчинены практически все службы и силы в городе. Он сидел в свободной позе в уютном цветастом кресле с высокими широкими подлокотниками у распахнутого настежь окна. Весь его вид демонстрировал напускную расслабленность, будто он может решить любые проблемы по одному щелчку пальцев. Даже несколько обрюзглое тело с выпирающим животиком казалось ладным и сильным. Ширококостное лицо генерала было грубым, с крупными чертами и таким загорелым, что голубые глаза казались почти прозрачными. И одновременно настолько светлыми, что сверкали из-под кустистых, тронутых первой сединой бровей, как лед на солнце.
Едва Ведара вошла и застыла на пороге, как полагается вытянувшись в струнку и глядя четко прямо перед собой, при этом ничего не видя, сэр Рассел разлепил неожиданно тонкие губы и проговорил почти с сочувствием:
— А вот и госпожа Вольт, которую мы все так ждали! Проходите, проходите и садитесь. Признаться я уж думал, что вы будете бегать от меня целую вечность. Кстати, можете собой гордиться, Особый королевский отдел пытается инициировать проверку в отношении вас. Верно, сэр Лейврн?
Ведара не спешила радоваться спокойному тону генерала, он вообще редко когда позволял себе повышать голос, считая бессмысленной тратой сил на подобные выверты. Сэр Рассел с одинаковым выражением лица подписывал распоряжения по поводу казни преступника или о повышении жалования особо отличившемуся сотруднику.
— Верно, — с важным видом кивнул барон Маккендзи, — мне показалось странным, что нам в грубой форме отказали даже в присутствии на месте гибели леди Элизабет.
Ведара молчала, не считая нужным вступать в полемику, в которой силы заранее не были на ее стороне. Пытаться оправдываться сейчас — это все равно, что метать бисер перед свиньями. Едва она села за огромный круглый стол, где кроме невозмутимого вампира сидел один из председателей Городского Совета, неприметный мужчина. Он был неопределенного возраста, с умными глазами болотного оттенка, которые пугливо высматривали что-то со своего места. А прямо напротив ведьмы восседал Лейврн фон Маккендзи, хотя вместо него Ведара надеялась увидеть все же именно эксперта с места недавнего убийства, ведь ее начальник говорил именно о нем.
Хлопнули двери, в просторный кабинет, заставленный по периметру высокими тяжелыми стеллажами с книгами, торопливо юркнул сэр Ярвурд. Он, суетливо сверкая начищенными туфлями с квадратными каблуками, подбежал к генерал-лейтенанту и, наклонившись, принялся что-то ему нашептывать.
— Что госпожа Ведара, не ожидали меня увидеть? — тем временем, демонстративно громко произнес сэр Лейврн, с неудовольствием отмечая, что женщина никак не отреагировала на его появление и, понизив голос, почти шепотом спросил, — не страшно?
Вопрос был задан напрямую, поэтому отвечать придется в любом случае и, не охотно покосившись на особиста, Ведара осторожно проговорила:
— Простите, но вы не тот человек, от которого я вообще чего-то жду, а по поводу страха уточните, чего именно я должна бояться?
— Это как? — не понял заместитель начальника Особого королевского отдела, — разбирательства конечно, оно будет проходить на самом высоком уровне!
Ведара не собиралась специально задевать чувства такого могущественного человека. Но зная, что иначе он сядет ей на шею гораздо быстрее и начнет не просто понукать, но и подбадривать кнутом, разъяснила со всей любезностью, на которую была способна:
— Это значит, что мне без разницы сидите вы сейчас здесь или где-то еще. А по поводу разбирательства нисколько не сомневаюсь, что оно будет проведено именно на высоком уровне. Только все ваши доводы и рассуждения на бумагу не переносите.
Внимательно следивший за разговором Шайенн с любопытством тут же уточнил:
— Почему?
— Жалко денег налогоплательщиков. Бумага это дорогое удовольствие, зачем портить впустую? Проще изобразить очень важную работу, самому себя похвалить и отправиться ловить шпионов, замысливших погубить короля. Или они все перевелись, и вы решили показать уже полиции как надо работать?
Ответить сэр Лейврн не успел, в их беседу вмешался хозяин кабинета, он обвел всех собравшихся в помещении и недовольно проговорил:
— Я не вижу здесь ни начальника экспертного отдела, ни тех, кто выезжал на труп, кроме госпожи Вольт, которую мы ждали полночи. Что мне прикажете докладывать графу де Брейзи через час, когда я буду вынужден поехать к нему?
Маккендзи тут же вставил:
— Так может госпожа Вольт и расскажет нам, что произошло несколько часов назад в Птичьем сквере, раз она единственная, кто прибыл туда? С ее-то кипучей энергией нам больше никто не нужен и она с лихвой заменит всех!
— Жаль что про вас нельзя сказать того же, — негромко проговорила Ведара, чтобы ее мог услышать только особист и добавила уже громче, — я не отвечаю за работу экспертов. А они, это единственные кто что-то может рассказать о произошедшем, да еще, пожалуй, отец погибшей леди Элизабет. Кстати, барон, не пытайтесь уменьшить свою значимость. Вы ведь тоже там были и видели все своими глазами. И раз уж вы и сюда успели пробраться, значит все-таки получили соответствующее разрешение в письменном виде?
Глаза особиста, теплого насыщенного шоколадного оттенка опасно блеснули из-под сведенных бровей, но что-то сказать в ответ он снова не успел. Инициативу ловко перехватил сэр Ярвурд, поспешно заявив:
— Сэр Тревельян! Вы посмотрите, как дерзко себя ведет госпожа Вольт! Никакой дисциплины и полное игнорирование дистанции между начальником и подчиненным.
Ведара усилием воли удержалась, чтобы не поправить полисмена, сказав, что королевский особист для нее больше, чем никто. А значит, никакой дистанции быть не может, тем более что ничего сверх того, что допускают приличия, она не сделала. Это понимал и сэр Рассел, поэтому махнув рукой в сторону трясущегося от возмущения Ярвурда, лениво протянул:
— Так ты мне и не ответил, где эксперты, готово ли у них что-нибудь? Я прибыл на место происшествия сразу после тебя. Мне сказали, что нет никаких зацепок, вообще ничего и придется ждать, пока они проведут дополнительные исследования.
Надежда, что госпожу Вольт удастся выкинуть из кабинета в самом начале, не оправдалась. Сэр Ярвурд чуть посопел и признался:
— Они очень заняты. Что ж поделаешь? Нам как всегда не хватает рук, но я все узнал, все расспросил.
Светлые, холодные глаза генерала блеснули в ожидании хоть какой-то информации.
— Ну и что они говорят?
— Ничего! — гордо выпятив необъятный живот, сообщил сэр Ярвурд и, увидев, как моментально нахмурился лорд Тревельян, поспешно добавил, — вернее, что никаких следов, вообще ни одной зацепки. Хотя мне сказали, что госпожа Вольт взяла след и вела того, кто мог прокусить шею леди де Брейзи и выпить ее.
— Да, я слышал что-то подобное, — медленно проговорил сэр Рассел и в упор посмотрел на ведьму.
А она только и ждала этого момента, когда все начнут обсуждать ее промах или намеренное нарушение закона и попытку допроса посла, защищенного от любого вмешательства в его жизнь и деятельность. Ведара стала из-за стола ни на кого не глядя и стараясь не смотреть в сторону довольно сияющего Маккендзи. Вместе с ней встал и Шайенн, чуть поклонился всем присутствующим, и пока ведьма не успела сказать и слова, довольным голосом произнес:
— Сэр Ярвурд, сэр Тревельян, разрешите мне выразить восхищение! Да-да, вы не ослышались, восхищение тому, что в ваших рядах служат такие добрые, такие отзывчивые и чистые сотрудники, как госпожа Вольт! С какой самоотверженностью она искала меня, чтобы оказать помощь и сопроводить сюда. С какой тактичностью и трепетом она отнеслась к гибели леди Элизабет, которую я имел счастье знать. Как только я доберусь до Хемшфира, до графства Соммерсет, то обязательно обращусь к своему сюзерену, чтобы он направил вам различные благодарности за то, что вы воспитываете такие великолепные кадры. Я просто в восторге!
По мере монолога Шайенна, который и сам увлекся своим выступлением и под конец активно помогал себе размашистой жестикуляцией, лица всех участников процесса вытягивались и бледнели. Ведара вовремя сообразила плюхнуться на место, чтобы не отвлекать вампира от столь прочувственной речи. Он так говорил, что и сама на секунду усомнилась, а не было ли этого на самом деле? Потом вспомнила, что ее назвали трепетной и великодушной и успокоилась. Нет, это точно не она! Только зачем вампиру ей помогать это большой вопрос.
Едва Шайенн закончил и еще раз, поклонившись слушателям, сел обратно на свое место с видом очарованного рыцаря, сэр Рассел натужно кашлянул, пытаясь прийти в себя. Лично он к комиссару не имел особых претензий, поскольку лично увидел ее только сегодня. Но памятуя, как часто стонал его старый друг, сосед и по совместительству коллега сэр Ярвурд, пообещал ему, что что-нибудь придумает, чтобы сместить госпожу Вольт с занимаемой ею должности. И вот, когда она сегодня нарушила прямой приказ и не стала дожидаться своего начальства, Тревельян чуть было не начал потирать руки в надежде, что сегодня объявить ей не полное служебное соответствие, а там до увольнения рукой подать. Но как это будет выглядеть, если со стороны Хемшфира который их король видел в своих потенциальных союзниках, объявит госпоже Вольт благодарность? Как бы тогда разбирательство не началось с него самого. А сэр Рассел был тертым калачом и умел выбирать меньшее из двух зол. Дружба дружбой, но проблемы, как бы это не звучало, врозь.
— То есть вы утверждаете, что комиссар вас, как посла, не задерживала и не допрашивала? — с намеком поинтересовался Тревельян, не обращая внимания на возмущенные подмигивания со стороны Ярвурда.
— Ни как посла, ни как простого вампира, — с готовностью подтвердил Шайенн.
Он изредка украдкой бросал взгляды на невозмутимую Ведару, не догадываясь, что внутри нее в этот момент готов взорваться самый настоящий вулкан. Уж кто-кто, а она прекрасно знала, что бесплатный сыр бывает только в мышеловке и то, только для второй мыши. И понимала, что этот клыкастый представитель нечисти решил прикрыть ее не просто так. Понятия «по доброте» душевной и Высший она просто не могла соотнести между собой, зная, что эти долгожители относятся к людям лишь ненамного лучше, чем к животным, считая их забавными и только.
— Вы сказали, что знали леди Элизабет, — через некоторое время напомнил сэр Лейврн, которому комиссар тоже не особо нравилась. Но самым главным для него было в первую очередь дело, ради которого он прибыл, а не личные разборки.
— Можно узнать… Я заранее извиняюсь, если мои вопросы покажутся вам бестактными и прошу понять, что это единственная дочь высокородного лорда де Брейзи, хозяина этого города и всех провинции Соудвилль. Мы знаем, что незадолго до ее смерти вы виделись с ней, и ни в коем случае ни на что, не намекая. Я хочу просто понять, в каком из направлений копать.
Шайенн мог не отвечать на эти вопросы и почти наверняка воспользовался бы этим правом, потому что проблемы людей, пусть и высокого происхождения, его совершенно не волновали. Но сейчас их интересы совпадали, поэтому он слегка призадумался, брезгливо сморщил нос и нехотя протянул:
— Сэр Лейврн, надеюсь, я не ошибся с вашим именем?
Маккендзи пробормотал не слишком быстро, чтобы никто не смог заподозрить его в подобострастности:
— Да, все верно.
— Так вот, сэр Лейврн, не стоит пытаться завуалировать красивыми словами то, о чем вы думаете. Не лучше ли, как подобает мужчинам, напрямую говорить все, что вы считаете нужным? То, что не понимаете, что могло объединять прекрасную, нежную, юную эльфийку из хорошей семьи с поганым вампиром, пусть его род хоть трижды известнее и древнее, чем ее.
— Сэр Херефорд… — воскликнул Лейврн пораженно, не смея перебивать. На что вампир лишь коротко кивнул, давая понять, что заметил и оценил разумность поведения особиста.
— Не стоит тратить силы на лишние слова. Я на самом деле за прямолинейные диалоги, так мы быстрее доберемся до сути и сможем договориться. Так уж совпало, что смерть леди Элизабет и для меня стала полнейшей неожиданностью и не побоюсь показаться вам пустословом, скажу, что это трагедия. И это связано с тем делом, с которым я прибыл к вам, не инкогнито конечно, но все же прошу вас не распространяться слишком… активно.
— Хорошая и очень понятна позиция, — важно кивнул генерал-лейтенант и коротко рыкнул, но остаточно тихо, чтобы никто не вздрагивал, — комиссар, прогуляйтесь пока, мы с вами попозже побеседуем.
Ведаре очень не хотелось уходить, в конце концов, смерть несчастной эльфийки напрямую касалось ее службы и наверняка этот вампир сейчас прольет свет на то, где можно искать ее убийцу. Шайенн с понимающей усмешкой видел всю внутреннюю борьбу ведьмы и вдруг неожиданно даже для самого себя, твердо сказал:
— Не торопитесь, сэр Тревельян, персона комиссара это второй пункт, который мне бы хотелось обсудить с вами, поэтому я только буду вам благодарен, если госпожа Вольт останется и войдет в курс дела.
Ведаре бы обрадоваться нежданному защитнику, но она только покрепче стиснула зубы. Не бывает хороших сказок, в ее реальности обходительные принцы в конце обычно съедают принцесс. Быть одной из них ведьме очень не хотелось, особенно когда она начала ловить на себе заинтересованные взгляды вампира. К слову, клыки у Шайенна стали немного меньше, но так и не вернулись к обычной длине. Они то и дело хищно поблескивали, когда мужчина раздвигал губы в улыбке.
— Не совсем понимаю, зачем вам это нужно, сэр Херефорд, но вы мало того, что почетный гость города, так еще и посол воли вашего Владыки, — уверенным тоном проговорил Тревельян, даже не посмотрев в сторону напряженно замершей ведьмы, — поэтому пусть будет по-вашему. Мы готовы выслушать, по какому делу вы прибыли в Орвилл.
Председатель городского Совета, до этого момента не проронивший и слова и вообще старающийся сделать вид, что его тут нет, проблеял неуверенным старческим голосом:
— И еще неплохо было бы услышать, что вы можете предложить нам в обмен на лояльность. И еще, почему вы, сэр Херефорд, обратились именно к нам, а не в столицу, напрямую к Его Величеству? Я так понимаю, здесь замешаны интересы двух стран, а у нас все-таки ничем не примечательный и провинциальный город. И мы не обладаем какой-то особенной властью и статусом.
Вампир с минуту в упор рассматривал серого человека, который даже не посмел ни разу на него посмотреть и наконец, проговорил сильно утомленным тоном, как будто что-то пояснял нерадивому ученику.
— До вашей столицы далеко, почти неделя пути, а помощь нам нужна сейчас. Тем более что это пока не дело королевской важности, хотя наш Владыка и держит руку на пульсе. Тем более нам не нужно ничего из того, что вы не можете дать, взамен же… Вам не кажется, что сначала нужно узнать, что хочет его светлость Мердо Соммерсет?
Председатель как сидел неподвижным изваянием, так и продолжал, как будто все что он должен был сделать, уже свершилось и ответ посла его не волнует. Шайенн кивнул сам себе, мол так и думал, и продолжил:
— Я начну издалека, чтобы у вас не осталось вопросов и перейду к леди Элизабет в самом конце, потому что она последняя, кто пострадал.
— Конечно, лорд, мы вас внимательно слушаем, — благосклонно отозвался генерал.
Он чуть привстал, поправляя положенную под спину подушку, развалившись с еще большим комфортом. Шайенна не нужно было просить дважды и с трудом ворочая языком от того, что сложившаяся в графстве его сюзерена ситуация, нещадно резала сердце невидимым ножом.
— Хемшфир закрытая земля и мы умеем хранить свои тайны даже от тех, кто имеет возможность топтать наши тракты и жить среди нашего народа. Но вы должны были слышать о таком понятии, как alere?
Судя по неоднозначной реакции, слышали все, но мало понимали что это на самом деле. Только Маккендзи не слишком уверенно предположил:
— Это на вашем языке означает что-то вроде жены?
— Нет. На нашем языке это переводиться как «истинная любимая» или просто «любимая». В отличие от вас людей, у нас нет разводов и вместо обмена кольцами, между двумя будущими супругами проводится специальный Обряд Обретения. Две души, разлученные по разным причинам еще до воплощения в этом мире, получают возможность снова соединиться вместе. И это не просто поверье. Подобные обряды у нас не редки, хотя найти свою alere удается далеко не каждому, но на свете нет ничего ценнее ее.
— Я слышал нечто подобное, — с важным видом кивнул Тревельян, — только думал, что alere это избранницы ваших лордов. А исходя из того что сказали вы, я могу сделать вывод, что это общепринятое понятие?
Слова генерала неожиданно задели Шайенна. Сидя в кресле, он неуловимо напрягся. Руки вцепились в подлокотники так, что костяшки пальце побелели, а черты лица заострились. Он прошипел сквозь зубы.
— Это не понятие. Alere это избранная женщина, та единственная, особенная кто может разделить с вампиром его вечность и утолить чувство потери, которое возникло после того, как часть его души перед приходом в этот мир была потеряна по какой-то причине. Вы люди чтите многих богов, а для нас матерью является одна — Баст.
— Богиня любви? — с интересом отозвался сэр Ярвурд.
Таких подробностей не знал никто, в том числе и Ведара. Тем любопытнее было смотреть на вампира. Кто бы мог подумать, что нечисть, которую страшатся многие люди и едва не бормотать отгоняющие молитвы при виде вампира, хотя их редко можно было встретить на улицах их городов и сел, поклоняются богине любви. Это было так необычно, так… волнующе.
— Богиня любви, — с неприязнью ответил Шайенн, успокаиваясь и беря себя в руки, — поверьте, она сильнее, чем ваши громовержцы, повелители ветров и жизни… Alere у каждого из нас, не зависимо от положения и родовитости, бывает только одна и, к сожалению, не все ее находят. Круг поиска благодаря Баст ограничен. Мы ищем избранницу среди человеческих и эльфийских женщин. И если нам удается склонить alere к Обряду, то она становиться похожей на нас, перенимает силу супруга и отныне идет с ним бок о бок, пока кто-нибудь первым из них не уйдет за Грань.
— Я слышал, что вторая половинка очень быстро следует за умершим спутником жизни, — передернувшись, словно от отвращения, полувопросительно проговорил генерал.
— Очень часто, — с едва слышимой горечью пробормотал вампир, — потому что жить без второй половины нет никакого смысла. А те, кто остается, они лишь на время среди нас, пока не выполнят долг, который их держит.
Совещающиеся неловко отводили глаза, стараясь не встречаться взглядом с вампиром. Подобный обычай раньше был почетен и среди людей, не всех, а кто выбрал воинскую дорогу и когда мужчина умирал, верная ему женщина без сомнений следовала за ним, ведомая силой своей любви. Это сейчас, когда характеры людей начали жирнеть и мельчать от сытой и благополучной жизни, появились более плотские ценности. Чистые душевные порывы и простые, такие нужные порядки начали повсеместно обгаживаться, чтобы те малодушные, не способные не только на проявление любви, но и на то, чтобы понять и поддержать ее, не чувствовали себя ущербными. Кто сейчас пойдет за своим любимым в любое пекло, не боясь сгинуть по дороге? Лучше у камина, в тепле и уюте, да еще с большим кувшином доброго вина, чтобы не думать о том, что ты мог обрести большее, чем просто кусок золота.
В полнейшей тишине раздался задумчивый женский голос, от которого мужчины вздрогнули одновременно:
— Как это честно… Не думала, что у вас такие интересные порядки, сэр Херефорд.
Вместо того чтобы обрадоваться поддержке, вампир скривился:
— Мне вас нечем обрадовать, мы не крадем младенцев под покровом ночи и не пьем кровь девственниц. Скажу даже больше, кровь взрослой женщины куда приятнее, чем юной девицы, у них она слишком пресная.
Тонкие брови ведьмы чуть приподнялись, она не думала, что похвала так заденет мужчину:
— Я всего лишь имела в виду, что мне было приятно услышать, что еще где-то так чтут своих мужей и жен. И что не хотят обмениваться на что-то другое даже после смерти. Но сэр Херефорд, каково вам жить, осознавая, что ваша пища умеет не только дышать, но и разговаривать?
Шайенн избегал смотреть на ведьму, потому что когда его взгляд падал на ее лицо с большими миндалевидными глазами, в которых показное спокойствие тесно сплеталось с чем-то диким и безумным, он начинал чувствовать, как ее кровь бежит по жилам. Как сумасшедшего его начинало тянуть к ее шее, чтобы попробовать на вкус, так ли она сладка, как ему кажется.
Чтобы развеять странную магию притяжения, он намеренно грубо выпалил:
— А каково вам жит зная, что вы в любой момент можете стать этой пищей? У нас составлен длинный список тех, кто просто мечтает попасть в Хемшфир и получать за свою кровь плату, не хотите вступить в эти ряды?
Ведьма молча ощерилась, но посчитала, что они квиты и промолчала.
— Я рассказал вам о alere только для того, чтобы вы поняли, как важна для любого из нас его избранницы, — тем временем сухо проронил Шайенн, окончательно отвернувшись от Ведары, — два месяца назад в графстве моего сюзерена погибла одна из alere, ее нашли с прокушенной артерией за несколько дней до Обряда.
По серьезному тону вампира все сразу поняли, что шутки кончились и начинается серьезная работа. Особист и сэр Ярвурд заметно подобрались, остальные просто помрачнели. Всем было ясно, какую именно помощь ждет Владыка Хемшфира и граф, на землях которого творятся подобные бесчинства.
— Сначала мы пережили эту трагедию, но не придали ей особенного значения и только потом поняли, что это только начало. Через месяц ситуация повторилась и как в первом случае ни малейшей зацепки мы не нашли. И вот три дня назад снова была найдена девушка, которая перебралась из приграничных земель за будущим мужем и готовилась стать его вечной спутницей. Все три alere были избранницами высокородных вампиров, находили их при одинаковых обстоятельствах за два-три дня до назначенного Обряда. Всех трое выпиты почти на сухую.
— Если я вас правильно понимаю, — не веря собственной догадке, удивленно протянула Ведара, — то леди Элизабет была одной из alere? Но как? Здесь же не Хемшфир, а на учете во всем городе не наберется и больше двух вампиров. Его светлость де Брейзи никогда бы не допустил, чтобы его дочь даже просто познакомилась с одним из них, я уже молчу про что-то большее!
— Верно, — тут же согласился генерал, хотя и не собирался даже косвенно поддерживать комиссара, — я прекрасно знаю круг людей, с которыми общалась семья графа, и ваших сородичей там не было!
Шайенн равнодушно пожал плечами, он не сбирался никому ничего доказывать.
— Я понятия не имею, с кем общалась эта девушка, поскольку познакомился с ней только сегодня. Вернее вчера. И могу сказать, что она совершенно не испугалась вампира, хотя при первой встрече обычно шарахаются все, пусть и не произвольно.
— Тем самым вы хотите сказать, что для леди Элизабет эта встреча была не первой?
— Не хочу, но говорю! Мне сложно вам объяснить, как мы распознаем alere даже чужих, но после того, как избранница долгое время тесно общается со своим будущим супругом, она инициируется и на ее теле появляются определенные метки. Именно по ним мы и понимаем, что женщина уже готова к Обряду. Так вот, на этой эльфийке метки были!
— Увидев их здесь, в Орвилле, вы настолько удивились, что протянули свои загребущие ручки, что посмотреть поближе. И тут-то в леди взыграло задетое достоинство. Она влепила вам пощечину, да такую, что под ее ногтями остались частички крови и кожи — догадливо улыбаясь, проговорила Ведара.
Как бы ни хотел Шайенн снова обращать внимание на ведьму, но ему пришлось согласиться с ней. Взгляд сам по себе прикипел к беззащитной голубоватой жилке, быстро-быстро бьющейся чуть выше ключицы. У госпожи Вольт была на диво тонкая, светлая кожа, нежная даже на вид, под которой опытному взгляду сэра Херефорда был виден притягательный рисунок вен. Мужчина едва не зарычал от бессилия, когда почувствовал металлический привкус во рту: он поранился о собственные клыки. Надо скорее убираться из этого города, слишком неадекватные желания вызывает комиссар со своей беззащитной лебединой шеей.
Ведара почуяла неладное, вскинула на Шайенна встревоженный взгляд и застыла, пораженная дикой звериной тоской, которая, молча вопя о спасении, забилась на дне темных глаз с алой каемкой. Вампир с великим трудом отвернулся от нее и чуть хрипло пробормотал:
— Действительно, так я и оставил свои следы, тут же уйдя, чтобы не пугать девушку. Хотя мне всего лишь хотелось узнать, кто из нас стал очередным счастливчиком. Но я готов поклясться, что когда я уходил, леди Элизабет была жива!
— Да мы и не сомневаемся в этом, — фыркнул Лейврн, — хотя и в голове не укладывается, где дочь сиятельного де Брейзи могла найти себе подобного женишка.
— Я думаю это нужно узнавать непосредственно у самого графа, — в тон ему проговорил генерал, — но мы хотя бы знаем теперь, в каком направлении предстоит вести работы. Только сэр Херефорд, при всем сочувствии к вашему горю, что вы хотите от нас?
Шайенн от людей не хотел ничего, это граф Соммерсет настоял на том, чтобы он привез с собой парочку умелых следопытов.
— Как вам известно, никто из нас не владеет магией, а как без нее найти убийцу, который наверняка не остановиться, пока мы его не поймаем, не представляю.
— Вы хотите, чтобы мы дали вам мага? — удивился Рассел, — и только лишь?
— Больше нам не надо, — кивнул Шайенн, — это здесь убийца не оставил даже магических следов, хотя ума не приложу как это могло произойти, за мной он что ли ехал? В любом случае в других случаях н мог оставить что-то, чего мы без вашей помощи никогда не увидим.
— Это возможно. Не вижу никаких проблем. Я думаю мы легко сможем выделить вам даже не одного, а двоих магов, в конце концов отпускать одного сотрудника не очень хочется по…
— По соображениям безопасности, — вампир понимающе усмехнулся, он бы тоже не отпускал своего сотрудника одного, в паре надежней.
— Хорошо, — еще раз произнес сэр Тревельян, видя, что посол нисколько не обижен от подобной трактовки, — считайте, что они уже поехали в Хемшфир. А что взамен?
— Как? — с деланым изумлением воскликнул Херефорд, — разве вы не поможете нам по-добрососедски? Тем более что, скорее всего это наш убийца добрался до леди Элизабет. Что вы скажете вашему графу де Брейзи?
— Так след тянется от вас, — непреклонно заявил особист, который уже продумывал в голове плюсы и минусы того, что его ждет, если именно он отправиться в качестве следственной поддержки в вампирье царство.
Пока в голове у барона ничего кроме положительных сторон не высвечивалось. Это же сколько полезной и интересной информации он сможет собрать, находясь прямо внутри закрытого государства и имея при этом полное право совать свой нос в любую щель! Сказка для разведчика!
— Но пострадали и вы, — многозначительно парировал Шайенн и примирительно поднял руки, — но на самом деле я уполномочен предложить вам наладить торговые отношения с Хемшфиром на беспошлинной торговле, правда пока что только в рамках Орвилла и графства Соммерсет, а там посмотрим.
— Беспошлинная торговля? — неожиданно влез председатель городского Совета, словно только что проснулся, — это очень щедрое предложение, особенно за двух магов. Со стороны Совета заявляю, что мы согласны на подобные условия. Только мне хотелось бы, чтобы договор был составлен по нашему типу.
— Ничего не имею против и, кстати, вы можете приступить к этому прямо сейчас. Но имейте в виду, что подобные послабления не касаются оружия и украшений. И если можно, начните готовить бумаги прямо сейчас. Я собираюсь отбыть обратно сразу после обеда.
Серое, какое-то приплюснутое лицо председателя озарила змеиная улыбка:
— Я и не сомневался в этом, сэр Херефорд.
— Если вы закончили со своими торговыми вопросами, — с неудовольствием выдавил из себя Лейврн, — то давайте обсудим, кто именно поедем с вами. Я магистр первой степени, так что думаю, моя помощь не будет лишней, тем более что именно на поиске и выявлении я и специализируюсь.
— Вы смелый человек, сэр Лейврн, — согласно кивнул Шайенн, ему было все равно, кто именно отправиться с ним, лишь бы это был не совсем идиот. И они скорее убрались бы из этого гостеприимного городка.
Ярвурд в этот момент метнул обеспокоенный взгляд в сторону комиссара и вдруг его широкое красное от перепадов давления лицо озарил неземной свет. Едва ли вприпрыжку он бросился к генералу и принялся что-то возбужденно нашептывать ему. Тот сначала попытался отпихнуть вездесущего полисмена, но замер с открытым ртом, проникся и с таким же цветущим видом повернулся к Ведаре.
— Госпожа Вольт, у вас есть возможность послужить на благо человечества и остановить тот ужас, что творится в землях наших ближайших соседей. Сэр Херефорд, зачем кого-то искать, когда лучшие сотрудники находятся у нас прямо под носом! Между прочим, госпожа Ведара лучший охотник за нечистью во всем королевстве!
— Я против!
Это прозвучало достаточно твердо и одновременно от двоих- от возмущенного Лейврна, который не собирался делиться лаврами победы и от вампира, что не представлял, как сможет вынести еще хотя бы полчаса общества ведьмы. Слишком уж низменные желания она в нем пробуждала, а он так и не мог понять, в чем дело.
Сэр Тревельян сначала оторопел от подобного сплоченного напора, но науськанный сладкими речами старого друга, непреклонно заявил:
— Сэр Херефорд, это не просьба. Вы ограничили торговлю завив, что некоторых областей ваше предложение не касается. Вот и я имею полное право сделать то же самое!
— Я передумал. Мне не нужно два мага, мы вполне обойдемся одним. Сэр Лейврн более чем подходит, — сквозь зубы процедил Шайенн, метая обеспокоенные взгляды от генерала до комиссара и обратно.
Рассел Тревельян терпеть не мог когда ему начинали перечить. Это было как красная тряпка для быка. И он не успокаивался, пока не получал желаемое, даже если на самом деле это было пустяком.
— Вы меня не совсем поняли, господин посол. Либо с вами едет комиссар, либо в отношении нее из-за вас будет возбуждено дело. Конечно, там наверху разберутся, я не сомневаюсь в умах своего руководства, но ведь всякое может быть?
Вампир готов был мученически застонать. Ох, эти люди, как они любят все переворачивать с ног на голову! Его народ они давно заклеймили как нечисть, которой боязно даже руку подать для рукопожатия. А сами не гнушаются ни давлением, ни шантажом, лишь бы получить желаемое. Вот и кто из них двоих сейчас более натуральная нечисть?
— Какое мне дело, что вы собираетесь возбуждать? — Шайенн попытался соскользнуть, хотя и понимал, что не сможет бросить Ведару на растерзание этим мелочным скотам.
Вот не сможет и все! И совсем не потому, что он мужчина и жизнь этой женщины может пойти наперекосяк именно после его появления. А значит он должен нести ответственность за все, что с ней может случиться. Да и думает он о ней за последний час слишком много. Это его сильно напрягало и ему хотелось бы разобраться в этом.
— Мне казалось, что вам госпожа Вольт не совсем безразлична? — это было сказано с таким явным намеком, что молчавшая до этого момента Ведара вскинулась и предостерегающе бросила:
— Сэр Тревельян, у вас слишком предвзятые мысли.
Глядя на то, как двое мужчин разрывают между собой одну ведьму, особист даже испытал нечто вроде зависти от подобного внимания, за него бы никто не стал так впрягаться. Скривившись, он посмотрел на Ведару развернувшуюся к вампиру и негромко спросил:
— Я вот думаю, может к вам перейти, тут такие страсти кипят. Сколько вам платят?
— Вам не понравиться, — тут же огрызнулась ведьма, с тревогой вслушиваясь в переговоры вампира и Тревельяна.
— Почему?
— У нас работать надо!
Тем временем вампир, тяжело вздохнув и смерив все «за» и «против» все-таки согласился. Впрочем он совсем не был уверен, что не пожалеет о сделанном решении.
— Хорошо. Я возьму их двоих, а в курс дела со всеми подробностями введу уже по дороге. Я надеюсь вы сами снабдите своих людей всем необходимым? До графства три дня конного пути. Поэтому проследите, чтобы ваши животные были хорошо подкованы. В дороге этим заниматься будет негде и некогда.
Как бы ни хотелось Лейврну отправляться в Хемшфир вместе с ведьмой, которая не считается ни с его титулом, ни с его заслугами, почему и сильно раздражала, но придется смериться. Информация, которую он хочет получить для своего короля гораздо важнее.
Ведара тоже не жаждала помогать кровососам, но леди Элизабет, да и других ни в чем не повинных девушек, стоящих в одном шаге от счастливой семейной жизни, ей было безумно жаль. Вряд ли вампиры сами сумеют поймать этого ненормального, что воспылал к alere какой-то невероятной ненавистью. Но здесь было кое-что еще, в чем ведьма боялась признаться даже самой себе. Ее взволновал рассказ Шайенна о том, alere во всех смыслах бесценны для них. И потеряв любимую, которую каждый из них ждет всю свою сознательную жизнь, они уходят вслед за ней. Такое самопожертвование не могло не вызывать любопытства и может быть даже малую толику зависти. Однажды столкнувшись с мужским предательством и замкнувшись в себе, Ведара слушала вампира, буквально открыв рот. Он был так уверен в своих словах и так скорбел о потере своих соотечественников, что в мохнатой циничной душе ведьмы что-то шевельнулось.
Тем временем, старательно не замечая интереса комиссара к своей персоне, Шайенн потребовал устроить ему встречу с отцом погибшей леди Элизабет, на что генерал ответил категорическим отказом.
— Да поймите вы, мне нужно задать ему несколько вопросов не из праздного любопытства!
— Нет, — резко дернулся Рассел и уже мягче добавил, — я сожалею, но смерть любимой дочери его сильно подкосила и он еще очень слаб. Но вы можете составить список вопросов, как только он придет в себя, я попытаюсь все узнать и отправлю вам письмо.
Шайенну не оставалось ничего, кроме как согласиться на это условие. Он ведь изначально понимал, что к графу его никто сейчас не пустит. Вернее, не был бы Тревельян близким другом его светлости де Брейзи, он сумел бы прорваться и даже разрешения бы не спросил, но в данном случае бесполезно. Он развернулся к своим будущим спутникам, по прежнему, стараясь не смотреть на ведьму, хотя та наоборот пыталась поймать его взгляд еще раз и распорядился:
— Я буду ждать вас в два сама у ворот. Надеюсь на вашу пунктуальность. Не опаздывайте. Из вещей берите только самое необходимо, дорога трудная. А на месте вам обеспечат всем, что вы попросите.
После этих слов Шайенн встал и буквально вылетел из кабинета, как будто за ним погналась стая волков.
— Какой-то он дерганный стал под конец, — едва слышно прошептала Ведара, с содроганием вспоминая, каким обжигающим взглядом на нее не-нет да посматривал этот посол.
Страх, появившийся в первые минуты, постепенно улегся и не оставил про себя ничего кроме любопытства. Ведьме вдруг захотелось поближе познакомиться с самобытными традициями Хемшфира. Вдруг там есть еще что-то стоящее кроме alere?
— С вами пообщаешься и не таким станешь, — доверительно шепнул Лейврн и не дожидаясь ответной реакции встал, коротко поклонился перед всеми и поторопился улизнуть, чтобы успеть собраться в долгую дорогу.
Жаль, что вампиры такой отсталый народ и у них на землях нет ни одного стационарного портала. Сколько времени зря им потребуются пока доберутся хотя бы до границы!
Проводив особиста не добрым взглядом и сделав зарубку в памяти, что надо взять с собой побольше разных трав, чтобы никто не ушел безнаказанным, Ведара с ласковой улыбкой поинтересовалась у генерал-лейтенанта:
— Сэр Тревельян, а вы не хотите меня просветить насчет какого-то дела, которое вы решили возбудить в отношении меня?
— Что вы привязываетесь к словам и оговоркам старика? — как ни в чем не бывало, сердито пробормотал Рассел, — я же по глазам вижу, что хотите съездить и развеяться. Так сказать мир посмотреть.
— Значит, никакого дела нет, — довольно заключила ведьма, вставая вслед за уже ушедшими мужчинами.
Она не стала лезть в бутылку и выяснять, зачем генералу и сэру Ярвурду нужно было отправлять ее из Орвилла. И в самом деле, пусть ее группа немного отдохнет от каждодневного присутствия ведьмы. Они наверно спать уже боятся. Женщина не раз выдергивала своих сотрудников из постели, невзирая на отпуска и заслуженные выходные. А пока они восстанавливают утраченные на службе нервы, Ведара спокойно утолит свое природное любопытство, с которым не может справиться с самого детства и может быть, даже поймет, отчего начало потряхивать Шайенна. Может это болезнь какая-то, вампирья лихорадка?