Глава 22. Битва, Бас и любовь

Ангелы определенно ждали этого момента. Понадобилось лишь мгновение, чтобы передо мной появился Варахиил со всей своей подопечной пернатой братией. Простых ангелов набралось больше сотни, видимо, призвали всех, кто в данный момент не был связан с человеческими душами.

– Всех с собой прихватил? – язвительно заметила я, пробегаясь взглядом по стройным белым рядам в поисках знакомых крыльев отца. – Не побоялся ради меня-непутевой оставить Землю без защиты? Не подумал, что я могла вступить в сговор с богами и специально выманить тебя?

Варахиил нахмурился, видимо, осознав свой вероятный промах. Как же давно я не нервировала крылатиков. При их хомячковом эмоциональном уровне данное действие было для меня сродни спортивному развлечению, позволившему не сойти сума за долгие годы, проведенные вдали от Альберта. Иногда мне казалось, что еще чуть-чуть – и я выведу их на настоящие, живые эмоции, но в самый последний миг ангелов словно переключало, и они снова становились живыми роботами.

Вот и в этот раз архангел мгновенно взял себя в руки, натянул постную маску и заговорил так, словно произносил тост на похоронах:

– Нефилим Аэлина, ты обвиняешься в невыполнении ангельских обязанностей и неповиновении. За это…

– Стоп, стоп, стоп! – замахала я руками, возмущаясь. – Ты сам себя хоть слышишь? Если я нефилим, при чем здесь ангельские обязанности? Вы ангелы и должны выполнять свою работу. А у меня своя, нефилимная.

И с чего это он меня вдруг нефилимом назвал? Тут же спросила я сама себя, прекрасно понимая, что просто так архангел ничего делать не будет. Значит, все-таки с нефилимами связан какой-то подвох. Раньше архангел меня так никогда не называл, наоборот, настаивал, что я такой же ангел, как и все.

– За это, – с нажимом, демонстрируя полное пренебрежение к моим словам, продолжил архангел, – ты приговариваешься к отрубанию крыльев и возврату на Землю.

– Ну драсьте, – не унималась я, мельком бросая взгляд на Альберта. По договоренности я должна была на мгновение вернуться в физическую сущность, чтобы указать, где именно находятся ангелы. Конечно, стрелами их не испугаешь, но вот магические удары, пусть и являющиеся отражением стихий магов, должны были хотя бы отвлечь. – А где мой адвокат? Где справедливый суд?

Как и ожидалось, архангел на мои заявления не отреагировал, а, доставая из складок тоги тот самый меч, коротко отдал ангелам приказ:

– Взять ее.

И начался ад.

Первые ряды ангелов кинулись на меня, остальные же попробовали окружить. Именно что попробовали. Тысячи стрел прицельно взвилось в воздух, хоть в физическое состояние я еще не успела перейти и, соответственно, не давала знака. Стрелы проскальзывали сквозь энергетические тела ангелов, но, как мы с Альбертом и думали, послужили отличным отвлекающим маневром, потому как многие ангелы замерли, и на их равнодушных лицах, можно сказать, впервые отразилось удивление. Некоторые даже опустили головы в желании рассмотреть, кто это оказался таким подозрительно проницательным. И в этот момент на них спикировали птицы. Что «удивленные» ангелы предприняли дальше, я не рассмотрела, потому как мне было уже не до них. Уворачиваясь от цепких рук и крыльев, я мысленно поблагодарила Варахиила за то, что он додумался отдать приказ, не указывая на конкретных ангелов. Бросившись на меня всем скопом, многие крылатики начали банально мешать друг другу.

Между ударами и попытками увернуться, я заметила, что происходит что-то не то. Множество ангелов, видимо, движимых все тем же любопытством, спустились вниз и там были атакованы магами и ведьмами. Это было замечательно, но меня не покидал вопрос, откуда они знают, куда бить. Неужели видят? Но это же невозможно.

– Хватит! – гаркнул Варахиил в тот момент, когда нескольким пернатым все же удалось вцепиться в меня. – Чтобы ты ни задумала, у тебя не получится. Не знаю, как ты это делаешь, – прорычал он, направляясь ко мне, – но у тебя ничего не выйдет. Пока мы не тронули ни единое существо этого мира, даже его боги не смеют выставлять нам претензий. На камень ее!

Меня потянули вниз, а я облегченно вздохнула, понимая, что ангелы собираются уложить меня на алтарь. Теперь главное, каким-то образом отвлечь ангелов в нужный момент и действительно не лишиться крыльев.

Варахиил не стал мешкать и, стоило только моей спине коснуться холодного камня, занес над головой меч.

– Что даже последнего желания не будет? Будешь рубить второпях, как последний трус? – как всегда с издевкой решила поддеть я архангела. – Может, хоть сейчас откроешь тайну, за что вы так ненавидите нефилимов? Ведь в этом все дело, верно?

– За то, что, даже отправляясь в другой мир, вы яшкаетесь с богами, – неожиданно зло прошипел Варахиил, опуская меч.

Я удивленно замерла, совершенно забыв, что мне нужно делать, но в этот момент что-то толкнуло архангела, и его меч, вместо того чтобы рубануть по моему крылу, отсекая его, вошел в него колющим ударом, заодно пронзив камень алтаря.

Темнота.

Альберт Сандр

Когда Аэлина, как и предупреждала, исчезла, в небе словно сверкнул разряд молнии. Еще тогда, когда на поляну явилась ведьма круга, Альберт заметил, что в воздухе значительно добавилось магии. А когда генералы начали докладывать о том, что к долине стекаются не только ведьмы, но и другие магические существа, он понял, что кто-то или что-то намеренно повышает магический фон, собрав в одном месте всех, кто обладает хоть крупицей силы. Но кто это мог быть? Почему не явился сам и не согласовал действия? Ведь если решение Альберта привести сюда армию было продиктовано желанием сделать хоть что-то, то чего добивался тот неведомый, способный собрать в одном месте тысячи существ, не признающих над собой чужой воли. Такое было под силу только богам, но глава Теневой канцелярии еще не встречал тех, кто мог бы похвастаться тем, что видел их своими глазами.

И вот теперь, когда Аэлина исчезла, а воздух стал словно раскаленным, маг начал понимать задумку неизвестного. Ли предупреждала, что люди не смогут видеть ангелов, когда те находятся в своей истинной сущности. Но он увидел их. Мельчайшие искорки магии, мелькающие в воздухе, словно обрисовывали воздух, позволяя видеть крылатые силуэты.

– Ты видишь? – спросил Альберт очень вовремя подошедшего к немуГрега.

– Да, – сосредоточенно кивнул доверенный. – Слабо, но вижу.

– Готовьтесь к атаке, – отдал Альберт распоряжение, облегченно выдыхая. Если Грег, не будучи магом, смог рассмотреть этих иномирных существ, значит, остальные их тоже видят. – Как только они атакуют Аэлину, бьем в ответ. Пусть маги для ударов объединяются с ведьмами. Возможно, это хоть как-то поможет.

Грег кивнул, убегая назад в импровизированный штаб, раскинутый чуть ниже по тропе, Альберт же до побелевших костяшек сжал меч. Пусть даже он в случае неудачи ничего не сможет сделать, но хотя бы попытается. Уж лучше быть мухой в глазах палачей богов, чем остаться в живых с памятью о том, что добровольно отпустил любимую на смерть.

– Готовься, – внезапно услышал маг в голове шелестящий мужской голос. – У тебя будет всего доля секунды. Дольше я не удержу.

Альберт застыл как громом пораженный, но в этот момент его девочку потащили к алтарю, и он постарался все свое внимание сосредоточить на ней. Со всем прочим решив разобраться потом.

Меч, о котором говорила Аэлина, Альберт увидел сразу. Вокруг него магия искрилась невероятно ярко, словно его наличие в этом мире вызывало особенно сильный диссонанс. А когда крылатое существо занесло клинок над своей головой, маг услышал в голове короткое «сейчас». Медлить Альберт не стал, просто кинувшись вперед. И в тот момент, когда он приблизился к архангелу, не обращающему на него внимания, произошло невиданное. Тело мага стало словно невесомым, но в тоже время настолько наполненным магией, что, казалось, он целиком и полностью состоит из нее одной. Меч прошел сквозь тело архангела, не причинив ему вреда, но вот от удара об тело мага он пошатнулся, чуть не выронив меч, однако все же сумел нанести удар.

Яркая вспышка ослепила всех вокруг, чужеродная магия мгновенно исчезла из тела Альберта, а в следующий миг он ощутил раскаленные пальцы на своем горле.

– Ты, – прошипел архангел, проявляясь в физическом теле. – Как ты посмел?

Несмотря на то, что Аэлина рассказывала о своих собратьях как об эмоционально неразвитых, лицо этого буквально искрилось от злобы.

– Причинишь ему вред, и будет объявлена война, – неожиданно раздался из-за спины архангела женский голос удивительной красоты.

Архангел резко развернулся, и Альберт только тогда понял, что все это время его держали висящим над пропастью. Алтарь превратился в груду обломков, на которых неподвижно лежала Аэлина с крылом проткнутым мечом, ангелы быстро переходили в физическую форму, окружая уступ, а в центре стояла сияющая в ярком свете молодая женщина.

– Нам не нужна война с чужим миром, – уже спокойно ответил архангел, швыряя Альберта под ноги богине. Мы пришли за своим.

Он потянулся к Аэлине, но богиня снова перебила его:

– Нет. Девушка не принадлежит вам. Взгляни на нее внимательнее, палач богов. Ее сердце добровольно отдано этому миру, а душа связана с одним из моих детей. Она больше не ваша.

Архангел скрипнул зубами, зло зыркнул на богиню и, все же шагнув к Аэлине, одним рывком вытащил меч.

– Ты еще пожалеешь об этом, – бросил он, исчезая, а Альберт, словно опомнившись, кинулся к своей любимой.

– Ты поможешь ей? – без всякого стеснения и страха обратился он к богине.

– Конечно, – неожиданно добро улыбнулась та, – но не здесь.

Аэлина

Первым, что я почувствовала, открыв глаза, было горячее дыхание в районе моей макушки. Затем я обратила внимание на синий балдахин, повисший надо мной. Его я отлично помнила. Именно такой был в Криотском замке в моей спальне.

– Ну-у-у ты-ы-ы и со-о-оня-я-я, – раздалось мурлыкающе сбоку, и я повернула голову, чтобы тут же столкнуться со смеющимися желтыми глазами. Бас, как всегда, вольготно разлегся на ковре.

Повернув голову в другую сторону и убедившись, что Альберт все еще спит, я снова повернулась к коту.

– Что произошло? Как я здесь оказалась? Где ты шлялся, когда был так нужен? Где Варахиил? Почему я здесь? Что с крыльями?

– Пф, – фыркнул Бас, перебивая поток моих вопросов.

– Бас! – обреченно закатила я глаза. –  Да ответь ты уже по-человечески.

– Хорошо, – неожиданно спокойно ответил кот, поднимаясь и прямо на моих глазах становясь человеком. – Раз уж ты так просишь.

Пока я пялилась на неизвестно кого, открыв рот, бывший Бас принес кресло, поставил его рядом с кроватью, на которой я лежала, и довольно вольготно раскинулся на сиденье.

– Для начала, думаю, мне все же стоит представиться, а то так и будешь меня Басиком звать. Не то чтобы я против, просто не думаю, что остальные воспримут это нормально. Все же Луэл звучит как-то посолидней.

– Бог ведьм? – снова вытаращилась я на теперь уже точно не Баса.

– Он самый, – растянул губы мужчина в довольной улыбке, в которой все же проскочили знакомые кошачьи черты.

– Но как? – все еще будучи под впечатлением, спросила я.

– Я мог бы тебе рассказать, но, думаю, лучше будет показать. Тем более что ты-то как раз без проблем воспринимаешь божественную силу.

Луэл подался вперед и коснулся рукой моего лба.

Парень с девушкой лежали на изумрудной траве, глядя в безоблачное голубое небо. В глазах обоих светилось искреннее счастье и радость. Но внезапно девушка нахмурилась, словно услышала что-то. Затем, вздохнув, начала подниматься.

– Ты куда? – приподнявшись на локте, спросил парень.

– Кто-то из магов зовет меня.

– Пусть подождут немного, – беспечно бросил парень, попытавшись поймать девушку за руку.

– Луэл, – нахмурилась та. – Это несерьезно. Ты сам знаешь, в какой глуши мы поставили алтарь и сколько сил нужно, чтобы до него добраться. Ты сам говорил, что если человек сумеет до него дойти, значит, его просьба к нам серьезна и требует ответа.

Парень обреченно вздохнул и откинулся на траву:

– Да, я помню, но могут же они хоть чуть-чуть подождать?

Девушка укоризненно покачала головой и, обернувшись горной чаурской кошкой, прыгнула в сторону раскинувшейся внизу горной долины.

Парень, еще раз вздохнул и поднялся, намереваясь последовать за своей любимой. Как и она, он превратился в кота и сиганул следом, вот только вместо того, чтобы взмыть в вышину, как подкошенный рухнул на траву.

Обалдело тряхнув головой, кот снова обрел форму человека и уставился на появившуюся перед ним еще одну девушку.

– Миола? Что ты тут делаешь?

– К тебе пришла, – кокетливо улыбнулась та.

– Миола, – нахмурился Луэл. – Я тебе уже все сказал. Уходи. Я не буду с тобой. Никогда, – последнее слово молодой бог произнес с такой решимостью и ненавистью, что вторая богиня даже отшатнулась. Но, тут же взяв себя в руки, не менее решительно продолжила:

– Что ж, Луэл, ты сам во всем виноват. Не захотел по-хорошему, будет по-плохому. Либо ты будешь со мной, либо ни с кем.

– Я тебе уже сказал, – теряя терпение, фыркнул Луэл. – Я не буду с тобой.

– Да будет так, – прошипела в ответ богиня, а вдалеке раздался крик ужаса.

Луэл резко дернулся, снова оборачиваясь котом, в то время как отвергнутая богиня растаяла в воздухе. Всего лишь мгновение понадобилось богу, чтобы взмыть в воздух, но цели своей он так и не смог достичь, угодив в неизвестно откуда взявшуюся липкую черную паутину.

– Миола, не смей! – что силы закричал он, видя, что богиня направилась в сторону его любимой.

Бог, пойманный в ловушку, не мог ничего поделать, ему оставалось только наблюдать за разворачивающимися событиями.

У алтаря, который когда-то они вместе установили для того, чтобы любой из их творений мог напрямую обратиться к божественной паре с просьбой или желанием, лежала мертвая ведьма. А над ней с окровавленным кинжалам в руках стоял маг.

– О Великая Ноурена, я принес жертву, которую ты потребовала! Награди же меня ее силой! – воскликнул маг, увидев, что богиня в облике чаурской кошки, что есть духу мчится к нему. Счастливый глупец стоял, безумно улыбаясь и словно не замечал всего того ужаса, что отражался на морде кошки.

Она его убьет, с ужасом подумал Луэл, но его предположению не было суждено сбыться, потому как позади нее возникла Миола и ударила магической волной.

Луэл пораженно замер от осознания происходящего. Миола не пыталась пленить Ноурену, как его, она собиралась ее уничтожить.

Боги обладают огромнейшей силой, их невозможно устранить полностью, если только тот, кто решится на подобное, не будет обладать еще большей мощью. Но часть своей силы боги отдают своим творениям, потому что без нее те не могут жить. В этом мире все боги имели практически равные силы, и это было залогом того, что они не станут воевать друг с другом. Вот только сейчас Миола, одна из богинь, решилась на немыслимое. Чтобы уничтожить соперницу, она решилась забрать свою силу у своих же творений и для этого собрала их всех вместе в долине, над которой происходило немыслимое действо. Неужели злоба и ненависть от того, что ее отвергли, настолько помутили божественный разум?

Луэл прекратил напрасные попытки выбраться из липкой паутины и все свои силы бросил на то, чтобы не дать проклятью коснуться его любимой.

Видимо, что-то почувствовав, Ноурена успела оглянуться и тоже попыталась отбить магический удар. Три божественные энергии сошлись в одной точке над алтарем, разрывая пространство и время. Луэл видел, как от этого удара образовывается пространственный карман, в который падает его любимая. От попытки защититься она лишилась всех сил и падала в пропасть захлопывающейся ловушки, засыпая прямо на лету. А вся долина была усеяна мертвыми римами, созданиями Миолы. Увидев, что натворила, так и не добившись своего, богиня взвыла:

– Да будь же проклят этот мир! И будь проклята любовь. И ты, Луэл, вместе с ней. Живи и помни, что это только твоя вина, и никто и никогда не сможет помочь тебе!

Миола вложила с проклятье все свои оставшиеся силы и растворилась, исчезая навсегда.

Паутина, лишившись хозяйки, рассеялась, и Луэл совсем без сил упал на землю. А через мгновение понял, что не может принять человеческий облик, застряв в теле горного чаурского кота.

– Тем магом действительно был предок Эрбердена? Зачем он убил ведьму? – спросила я, когда первый шок от увиденного прошел.

– Да это был Висмат Рондшарт, великий основатель рода Рондшарт. Правда, в те времена он был очень слабым магом, но при этом имел гигантские амбиции. И убил он не просто ведьму, а свою собственную жену. Очень сильную и могущественную ведьму Моризу.

– Он был женат на ведьме? – воскликнула я, но тут же испуганно оглянулась, чтобы узнать, не разбудила ли Аля.

– Не волнуйся, он не проснется, пока я не уйду, – кивнул Луэл, заметив мое беспокойство, а затем продолжил: – Знаешь, в чем было самое большое коварство проклятья Миолы? Проклиная любовь, она превратила ее в ненависть. Но ее сил не хватало абсолютно на всех, поэтому проклятье коснулось лишь определенного, самого ненавистного ей вида существ. Проснувшись на следующий день рано поутру все маги и все ведьмы лишились своих семей. И чем больше была между ними любовь, тем сильнее стала ненависть.

– Подожди, – встрепенулась я. – Разве маги не являются людьми?

– Нет, – улыбнулся Луэл, но в его глазах при этом было слишком много печали. – И ведьмы, и маги совместимы с людьми, но не принадлежат их расе.

– Но они настолько отличаются друг от друга, – растерянно пролепетала я, пытаясь осознать услышанное.

– Это тоже последствие действия проклятия. Ты ведь знаешь, что самые сильные ведьмы могут ненадолго принимать человеческий облик?

– Да, – кивнула я.

– А раньше на это способна была любая ведьма, и выглядеть как человек она могла сколь угодно долго. У каждой было две ипостаси: человеческая и магическая. У магов их тоже две. И как ведьмы лишились человеческой, так и маги лишились магической.

– Поэтому в этом мире не существует магов-женщин? – дошло наконец до меня. – Потому что маг-женщина – это ведьма?

– Да.

– А Висмат, – спохватилась я. – Зачем он убил свою жену?

– Висмат мечтал стать великим магом. Миола прознала об этом и решила воспользоваться наивностью дурака. Она явилась ему, представившись Ноуреной, и сказала, что он сможет получить силу своей жены, если убьет ее на алтаре призыва.

– Но зачем? – все еще не понимала я странных игр богов.

– Я – бог ведьм, Ноурена – богиня магов. Вместе мы – значит вместе наши творения, наши дети. Изначально, видимо, Миола просто хотела рассорить нас с Ноуреной. Ведь она знала, что я очень сильно берегу своих ведьм и никогда не прощу того, кто причинит им вред. Но Миола всегда была немного сумасшедшей и излишне импульсивной. Когда я отказал ей, она решила убить Ноурену. Что было дальше, ты видела. Ноурена оказалась в ловушке, я остался без сил, а маги с ведьмами, будучи ранее одним народом, разделились и начали борьбу друг с другом. Но даже это было не самым страшным. В проклятии Миолы несколько сил наложились друг на друга. Ведь, как ты сама любишь говорить, ничто не берется из ниоткуда, магия в этом мире есть не что иное, как продукт любви. А поскольку именно ведьмы и маги являются самыми сильными магическими существами, то именно их любовь рождает самые сильные всплески силы.

– И ваша с Ноуреной, – улыбнулась я, прекрасно понимая, что одними только «детьми богов» мир магией не наполнить. – Но, если все это так, почему другие боги не помогли тебе? Ведь они наверняка почувствовали, что магия исчезает.

– Потому что в проклятии Миолы была фраза «никто и никогда не сможет помочь тебе». Когда магия стала гаснуть, остальные боги начали засыпать, как и их творения. Некоторые пытались сопротивляться, как моя сестра, богиня духов леса, но и она не в силах была мне помочь.

– И что ты сделал?

– Первую тысячу лет копил силы, по крупицам собирая их по всему миру. Я пытался вскрыть ловушку, чтобы освободить Ноурену, но сумел всего лишь сделать небольшой лаз. Разбудить жену я так и не смог. Когда понял бесполезность попыток, решил обратиться к единственному существу, способному мне помочь, несмотря на проклятие, к Творцу. Но он давно покинул наш мир, поэтому, еще поднакопив силы, я отправился на его поиски. Прошел множество миров, но Творца так и не нашел. Я был уже на грани отчаянья, когда в одном из миров встретил существ, способных разрушать магию богов.

– Ангелов, – догадалась я.

– Да, – кивнул Луэл. – Но просить их о помощи, сама понимаешь, я не мог. Поэтому решил действовать хитростью. Я достаточно долго прожил на Земле, чтобы изучить повадки ангелов, их желания и стремления. А еще я узнал про нефилимов, полукровок, гибридов ангела и человека, которые по силе значительно превосходят самих ангелов, но при этом по своей сути и духу являются людьми. Вот только к тому времени, как я попал на Землю, все нефилимы были уничтожены.

– Только не говори, что ты приложил руку к моему появлению на свет, – усмехнулась я, уже зная ответ. – Как тебе это удалось?

– Для перехода в другие миры боги создают специальные пространственные коридоры. После того как бог прошел, тот зарастает, но происходит это медленно, и иногда в них случайно может попасть человек и перенестись в другой мир. Так случилось с девушкой по имени Яна. Ее история в этом мире существенно отличалась от твоей, но была не менее кровавой. Я сразу понял, что ее ангел постарается не допустить всего того, что произойдет, и, скорее всего, оборвет нить ее жизни еще при рождении, ведь и на Земле эта девушка была причиной многих бед. Дальше мне оставалось только подстроить твое рождение. Подходящая пара, женщина и ангел, больше других поддающийся чувствам своего человека, у меня уже была. Оставалось совсем немного, похитить ангела женщины и занять его место.

– Похитить? – удивленно уставилась я на Луэла. – Ты шутишь? Как можно похитить ангела?

– Очень просто, – по-басовски улыбнулся Луэл. – Достаточно пообещать ему способность самому испытывать эмоции и закинуть в мир, сам по себе являющийся пространственно-временной ловушкой. Я наткнулся на него случайно и выбраться смог только благодаря помощи местных богов.

– Значит, это ты рассказал моей матери, что мой отец ангел, и ты помог ей засунуть меня в тело, нить жизни которого его ангел уже оборвал?

– Да, – кивнул Луэл.

– И где же тогда моя мать? Как тебе удалось спрятать ее от ангелов?

– Все гениальное просто, не так ли? – снова усмехнулся Луэл. – Я перенес ее в другой мир. Иногда я даже навещаю ее и проверяю, все ли с ней в порядке. Спешу тебя заверить, что она счастлива, она нашла свою любовь и новую семью. У тебя есть две сестрички и братик.6dfffc

Я задумалась. Увидеть мать я хотела, но нужно ли это? Если у нее есть новая семья, стоит ли бередить старые раны?

– О чем задумалась? – прищурился Луэл. – Что тебе беспокоиться? Ты же ангел, можешь сама к ней слетать и посмотреть. Мир, где она находится, я покажу. Не захочешь, не покажешься ей, просто убедишься, что я не обманываю.

– Но мое крыло, – вспомнила я, что Варахиил все же добрался до моего крыла.

– С крылом все впорядке. Ноурена вылечила его.

Я не поверила и, поднявшись, чтобы не зацепить ненароком все еще спящего Аля, выпустила крылья и даже помахала ими для пробы. Бог не обманул, оба крыла действительно были целыми, даже все перья оказались на месте.

– Но если то, что ты рассказал, правда, – успокоившись, вернулась я к нашему разговору, – получается, что все было подстроено тобой.

– Почти, – кивнул Луэл. – Чтобы полностью все контролировать, мне не хватало сил. Во многом приходилось действовать на удачу. Я очень надеялся, что твоя жертва своим ангельским сердцем поможет мне освободить Ноурену, но ведьмовские пророчества, хоть и являются моим творением, не всегда действуют так, как я ожидаю. Твоя жертва пробудила Ноурену, но не открыла ловушку, даже наоборот, тот лаз, что мне удалось сделать, захлопнулся окончательно.

– Если пророчества на самом деле твои, а не ведьмовские, зачем ты создал пророчества про гердов?– не унималась я.

– Это была страховка, – спокойно пожал плечами Луэл. – И она сработала. Благодаря ей ты вернулась сюда и сделала все, чтобы освободить Ноурену.

Ну что тут скажешь?

– Знаешь, почему были созданы ангелы? – Луэл удивленно вскинул бровь, и я продолжила: – Чтобы не допускать вот этих ваших игр людьми. Ты понимаешь, что чуть окончательно не погубил свой мир?

– Но ты же не допустила этого, пра-а-авильн-о-о? – растянулся в широкой улыбке Бог, произнося последнее слово в манере Баса, и я поняла, что пререкаться с этим интриганом бесполезно и что Бас и Луэл – это действительно одно и тоже существо.

– Тогда еще два вопроса. Где ты был во время битвы? Почему не пришел, когда я звала тебя?

– А как ты думаешь, каким образом люди смогли видеть твоих собратьев, хотя те находились в своей истинной ипостаси. Как Альберту удалось толкнуть архангела? Откуда у него взялись на это силы. И кто собрал в одном месте всех магических существ?

Я кивнула, принимая ответ бога, и тут же задала следующий вопрос:

– Ты ведь знаешь, за что ангелы уничтожили нефилимов?

– Зато же, за что хотели лишить крыльев тебя. За любовь. В те далекие времена один из нефилимов влюбился в богиню. Дальше рассказывать?

Я отрицательно мотнула головой. И так все было понятно. На себе ощутила, насколько опасно может быть сочетание ангельской силы с эмоциональными всплесками.

– Последний вопрос. Зачем ты, прикинувшись молодым Басом, пытался прогрызть мои крылья. Ты ведь знал, что порежешься.

– Что такое небольшие порезы, по сравнению с тем объемом силы, который ты в меня тогда влила, – рассмеялся Луэл, заставляя меня хлопнуть себя по лбу. Вот же махинатор!

– И что теперь будет? Что мне делать? – окончательно сдалась я, понимая, что до уровня интриг этого бога мне еще расти и расти.

– Ничего, – снова пожал плечами Луэл. – Живи как хотела. Ангелы больше не сунутся сюда, теперь ты принадлежишь этому миру. Остальные боги согласились принять тебя как одну из нас. Думаю, тебе следует подготовиться к встрече гостей, потому как они наверняка захотят познакомиться со спасительницей мира.

– Так что? – я все еще не могла поверить в реальность всего происходящего. – Все закончилось?

– А ты разве не чувствуешь? – растянул губы в улыбке Луэл, возвращаясь в тело моего любимого кота.

Я же прислушалась и действительно ощутила, что мир начал оживать. Магия струилась, свободно наполняя собой все вокруг. Луэл в облике Баса встал, а Альберт, не открывая глаз, сонно повернулся и начал ощупывать постель вокруг себя, не найдя меня, он нахмурился, и я поняла, что еще секунда – и он проснется. Но этого мгновения Басу вполне хватило, чтобы выскользнуть в двери, ведущей на балкон башни.

Ну что ж. Раз теперь все хорошо, пора начинать новую жизнь, подумал я, наклоняясь к своему мужчине, чтобы разбудить его, подарив самый сладкий поцелуй.