Глава 10

— … Я смотрела страницу сестры Влада. У неё племянник родился. У твоего бывшего полная семья, а ты всё перебираешь. И за него не боролась, только время потеряла и ничего не приобрела. Надь, тебе тридцать, и ты одна. Хочешь навсегда остаться тётей Надей? Приходить на праздники одной, дружить с малолетками, потому что одиноких незамужних подруг в гости редко зовут? Повзрослей, — закончила Света свой монолог.

Наверняка это было сказано из лучших побуждений. С заботой о Надином будущем. Она познала семейное счастье и хочет этого для подруги.

Дети Африки пришли на помощь, напомнив Наде, что у кого-то друзей вообще нет или их окружают эгоисты, которым на них плевать. А Свете не плевать, она за неё переживает, вот и высказалась, не деликатничая.

Убедить себя поблагодарить её за правду, Надя не смогла, но ей хватило выдержки, чтобы завершить разговор на дружеской ноте.

Света не сказала неправды.

Ей тридцать. Она одна. Она мечтает о любви. Её не бросали, она сама разрывала все свои отношения, потому что начинало что-то не устраивать. Именно её начинало. Она начинала маяться и находить недостатки. А её ровесницы живут по-другому. Она единственная из своего класса не выкладывала фото со своей свадьбы или со своим ребёнком. Даже две самые успешные сокурсницы, что были нацелены на карьеру, сидят в декретах.

А что есть у неё? Она ничего не добилась. Её самая значимая покупка — кухня в квартире, доставшейся от бабушки. Живёт в своём мирке и ждёт чуда.

— И не красавица, — вслух закончила самоанализ Надя, разглядывая своё отражение в ванной после долгого стояния под горячим душем, который ей потребовался после общения с подругой.

Надо что-то менять.

Например, лучшую подругу.

Это было бы разумно, разве нет?

Но не в характере Нади.

Одна выбрала смену работы. Может быть, на поезд счастливых молодых мамаш она запаздывает, но мозги ещё варят, образование есть, пройти новые курсы не проблема, можно найти что-то поинтересней или с более высокой оплатой. Что первый, что второй вариант сделают её жизнь ярче. Либо будет бежать на работу с улыбкой, либо начнёт баловать себя и родных.

За следующий год Надя, подучив матчасть, нашла новую работу. Теперь у неё случались небольшие командировки, вынуждающие выходить из зоны комфорта на денёк-другой, и регулярные премии, позволяющие копить на дачу.

К грядкам её не потянуло, но машина ей было не нужна, для себя одной места в однокомнатной квартире хватало, путешествовать по миру её никогда не тянуло, а дача могла бы стать не только её первой большой покупкой и показателем благосостояния, но и подарком для семьи, там ведь все родные смогут отдыхать.

Купить участок земли с домиком — это достойная цель. Пускай это не большая любовь, но тоже греет душу, плюс цель — это не девичья мечта, её можно достичь. Не то что любовь.

Вот чем жила Надя Клюкова, когда в поезде столкнулась с тем, что её нижняя полка была наглым образом захвачена.

А потом её спас ОН. Красивый, умный, заботливый, спокойный добрый и дальше по списку.

НИ-КО-ЛАЙ.

Её любимый Коля.

Только не подумайте, что Надя влюбилась, стоило ей сесть рядом и получше его рассмотреть. Она была не настолько безнадёжна, чтобы потерять голову от первого, кто оказался поблизости и был с ней мил.

Надежда оценила его помощь и была смущена ситуацией с рюкзаками и паспортом. Это дало небольшой всплеск, но для влюблённости этого мало.

Они завели тихую беседу, подчёркнуто не замечая громких вздохов дамы, которую совместными силами вынудили соблюдать установленный порядок и занимать место согласно купленному билету.

Потом вместе сходили за чаем, и он выложил на столик прозрачную упаковку с подушечками.

— Ореховая начинка. Ты такие ешь?

Варёные яйца или картошка, курица, овощи, бутерброды, пирожки, шпроты, дошираки, семечки, конфеты — чего только народ с собой в поезд не брал, Надя всякое наблюдала в своих поездках, но подушечки с начинкой — никогда. Матери такое в поездах детям не давали, и жёны мужьям в дорогу не складывали. Ах да, он же не женат. Получается, их себе купил сам.

Ну, подушечки. Подумаешь. Чего докапываться к чужим предпочтениям? Вероятно, привык ими завтракать дома, и в поезд захватил. Всё понятно.

Но мужчина сначала проявил себя как герой, потом приятный собеседник, а теперь ещё и удивил.

Как рядом с таким быть расслабленной и спокойной, не глазея на него и не волнуясь о том, как выглядишь и не кажешься ли дурочкой?

Беседа, завтрак, продолжение беседы и предложение посмотреть кино. Не встретиться в другой день и сходить в кинотеатр, а сейчас на его телефоне, взяв себе по одному наушнику.

Как итог, они все часы пути провели вместе. Надя даже на свою полку не присела, и когда мужчина, лежавший над ними, спустился, то знаком показал ей не дёргаться, а сам занял её место, чтобы щёлкать за столиком семечки и смотреть в окно. И ему ни Надя, ни её новый знакомый претензий не высказывали. Пусть сидит, им вдвоём и тут не тесно.

Но для начала отношений посидеть рядом недостаточно.

И хоть Надя, пролистывая паспорт, видела его прописку, адрес не запомнила. Да и пусть так, всё равно бы не решилась караулить героя у дома, чтобы «случайно» столкнуться. А для обмена контактами нужна причина. В идеале — взаимная симпатия и желание увидеться вновь.

— Ты одна живёшь? Тебя кто-то встречает? — спросил Коля, закрыв вкладку с титрами.

Они успели поговорить о том, чем занимаются, обсуждая, откуда и куда едут; о городе, выяснив, что он перебрался в их края одиннадцать лет назад; о жанрах кино и сериалах, и ещё они единогласно посчитали, что стаканы в поездах удобные и атмосферные, но купить их предлагают по цене завышенной. Разговор был живой и по-своему интересный, но согласитесь, не тянут эти темы на откровения при синдроме попутчиков.

Может, им помешало то, что они не были закрыты в купе вдвоём, и их могли слышать особо ушастые попутчики, а может (как позже сама себе объяснила влюблённая Надя), неосознанно они уже ощущали, что станут чем-то большим друг для друга и оставили истории о личном для более подходящей обстановки.

Так вот слов о своём семейном положении и симпатии как основы для продолжения общения после выхода из вагона за эти часы не прозвучало. И тут он задал два этих вопроса.

— Одна. Я без тяжелой сумки, нет необходимости папу с работы дёргать, доберусь сама.

Своим ответом Надя дала понять, что свободна. И то, что проживает одна, и что мужское плечо у неё папа, а не какой-нибудь парень, пусть с которым она только встречается, а не живёт.

А ведь, скорее всего, он спрашивал с умыслом, чтобы поехать вместе, если им по пути.

А она ему про своё одиночество… Ещё бы сразу к себе пригласила, позорище!

— Хорошо, — улыбнулся Коля. Широко и заразительно, так что глаза сузились из-за появившихся морщинок, сделав его взгляд только ярче.

Но Надя не смогла улыбнуться в ответ. Его улыбка была открытой, и смотрел он так, что пульс ускорился и горло перехватило от того, какой он эффект на неё производит, а она видела его не глазами, а будто каждой своей клеточкой.

И если сердце трепетало, то разум оставался трезвым, сделав вывод. Даже три. Первый заключался в том, что Света точно была права, говоря, что она мечтательница в ожидании принца. Второй в том, что принц перед ней. А третий был о том, что новый знакомый ей не соответствовал. Не потому что не дотягивал до планки, а потому что был гораздо выше, и это Надя со своей обычностью с ним рядом не стояла.

А он взял и посчитал иначе!

Подал руку, когда она спускалась по ступеням из вагона, и не отпустил, а, обхватив пальцы, отвёл в сторону, спросил, где она живёт, и принялся заказывать такси.

Одно на двоих, сказав, что сначала довезут её.

А пока они ждали машину, спросил её номер телефона. Она называла цифры, он их вбивал и после одиннадцатой сделал дозвон.

Обмен контактами не гарантия продолжения общения. Это не говорит о серьёзности, и даже если номера пригодятся, то всё может обойтись парой ничего незначащих сообщений от скуки. Или предложением встретиться и переспать опять же от скуки и без обязательств. Даже принцы могут на такое пойти, пока не встретили своих принцесс.

Поэтому Надя не позволила себе размечтаться.

Взял номер? Это он под действием момента. Романтика поезда сыграла роль, говорила она себе, убеждая выкинуть его образ из головы.

Но он написал в тот же день.

Было десять вечера, он спросил, не спит ли она, и дальше пошёл тот самый обмен ничего незначащими сообщениями, и вопрос, какие у неё планы на послезавтра.

Ну вот, принцы тоже не прочь развлечься.